И. Коулд.

Шелест. Том 2



скачать книгу бесплатно

– Вы забыли снять с предохранителя, – спокойно заметила она.

– Рад, что напомнила, – прохрипел старик, щелкнув предохранителем.

– Боюсь, оно не может выстрелить.

– Это еще почему, – рявкнул старик.

– Во-первых, вы не выстрелите в человека, потому что вы… не такой, а во-вторых – ружье вовсе не заряжено.

– Значит, девочка разбирается в оружии? – Хмыкнул он. – Или она слишком уверена? А вот как щас пальну прямо тебе под ноги, и будешь бежать без оглядки!

– Я бы на такое не рассчитывала, сэр. Не зря же я два часа провозилась на кухне, готовя ужин.

– Ужин?

– Да, я запекла гуся и думала, вы поужинаете со мной.

– А ну постой, так ты это… та девчонка, что живет в бухте?

– Совершенно верно, сэр!

– Что-то я давно не вижу твоего парня, того, что приехал с тобой.

– Я вижу, сэр, вы в курсе всего, что здесь происходит. Но, не будете ли вы любезны, опустить ружье. Знаете, неловко чувствовать себя мишенью, к тому же раз в году и палка стреляет!

Старик хрипло рассмеялся, ружье дрогнуло в руке и опустилось.

– Ну, раз ты не из Порта-Силвера, может и поговорим.

– Вижу, не любите горожан.

– Так и мечтают отобрать мой маяк, прохвосты.

– Ваш?

– А то чей же, – неподдельно удивился старик. – Ну… так может, зайдем внутрь. Раз ты не одна из них. Постой, а что это у тебя еще в руке?

– Молоко.

– Молоко? – Разочарованно протянул старик. – Ну, ладно, заходи, – вздохнул он, и первый прошел вперед.

Винтовая лестница скрипела под ногами, и Вайлет могла поклясться, что несколько ступеней шатаются и, не ровен час, лестница развалится прямо под ногами. Они поднимались достаточно долго, и она поразилась, откуда у старика столько сил, чтобы бодро вышагивать, почти бежать впереди нее.

Казавшаяся бесконечной лестница закончилась низкой дверью, пройдя в которую она увидела тесную комнатку с деревянным полом и широкими проемами окон, располагающихся в противоположные друг от друга стороны. Западная стена заканчивалась еще одной дверью, выходящей на площадку к гигантскому прожектору.

Из обстановки видавший виды стол, диван, шкаф с кухонной утварью, плита, пару стульев и крохотный телевизор, стоявший на низкой тумбе напротив стола.

– Надеюсь, твой гусь еще при тебе, – хмыкнул старик, и в тусклом свете ночника она смогла как следует разглядеть его лицо: добрый открытый взгляд, благородное лицо, высокий лоб и совершенно седые волосы. Если бы она встретила его в другом месте, то подумала бы, что он профессор или священник.

– Так значит, тебя зовут…

– Вайлет.

– Ну, что ж, Вайлет, я мистер Хеслер.

– А можно я просто буду называть вас по имени?

– О… – смутился старик. – Что ж, не против, зови меня Гаред, – он хлопнул себя по бедрам. – Что-то моя старуха припозднилась и не приготовила ужин, и я говорю, ты вовремя, потому что брюхо мое бунтует, распугивая ночных мотылей жутким рычанием.

Пока Вайлет разогревала гуся и накрывала на стол, старик нетерпеливо мерил комнату шагами, поглядывая в ее сторону.

Она с улыбкой наблюдала, как он с жадностью уплетает мясо, впрочем, не прикасаясь к молоку, и когда девушка предложила выпить за знакомство, он хмыкнул, кивнув в его сторону.

– И это ты говоришь: выпить за знакомство?

Он протопал к холодильнику и достал пиво. Вайлет покосилась через его плечо, заметив, что кроме пива там ничего нет.

– Мистер Гаред, а что вы едите? – Удивленно протянула она.

– Ну, э… вообще-то мой сын Ральф часто меня навещает, и моя старуха все время что-то стряпает и… иногда я все же выбираюсь в город.

– Понятно, – грустно протянула девушка. – А можно, я каждый вечер буду приходить сюда, и мы вместе будем ужинать, а вы научите управлять маяком, да и к тому же. Отсюда прекрасный вид.

– Ты, что же думаешь, я все вру, – подозрительно покосился на нее Хеслер.

– Я думаю, что это красивое место, и иногда бывает так одиноко, что… – она замолчала, громко сглотнув. Глаза заблестели от слез.

– Эй, ты чего, девочка, – крякнул старик. – Ты это… не расстраивайся. Конечно же, буду только рад. А то кроме пары ворон и шума моря никто и говорить со мной не желает.

– Ворон?

– Да, прибились недавно, живут прямо под крышей, а мне то что, пусть живут – забавные они, словно понимают все.

– Вы, наверное, правы.

– Ну, подымим бокалы, – пропел он. – Так ты пиво не пьешь?

– Нет, я лучше молоко!

– И верно, за знакомство, – они громко чокнулись железными кружками, которые Хеслер отыскал в глубине кухонного шкафа. Старик расцвел в улыбке. – Хорошо, что ты не одна из этих, – протянул он.

Время в беседе пролетело быстро, и Вайлет даже не заметила, как спустилась ночь. Пора было возвращаться. Как назло она оставила сотовый на кухне, и теперь представляла, что воображает Луис, не дозвонившись до нее.

– Так, значит, теперь ты владелица дома? – Сказал Хеслер, доставая сигареты и, спросив, не возражает ли она, с наслаждением затянулся.

– Нет, Луис.

– Луис – это тот парень, который с тобой?

– Гаред, Луис не мой парень. Как это правильно сказать – он очень хороший друг.

Старик пристально посмотрел на нее.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь и это… не мое дело. А вот и они! – Воскликнул он, и она повернулась в направлении его взгляда.

На козырьке окна сидели птицы, черное оперенье отливало серебром, пуговки глаза смотрел с интересом, но недоверием. Одна из ворон, с белым крылом, недовольно каркнула, стукнув по железному козырьку клювом.

– И незачем злиться, – буркнул старик. – Не думайте, что вы здесь хозяева, и не бойтесь: Вайлет девчонка, что надо, – нежно пробормотал он, поглядывая на птиц. Вайлет растерянно оглянулась, и старик смутился.

– Иногда птицы лучше людской компании, – крякнул он, почесав за ухом. – По крайней мере, они не ударят в спину, когда ты отвернешься зачерпнуть им воды.

Он поднялся, сгреб со стола остатки ужина и осторожно выложил рядом с птицами, который не разлетелись испугано прочь, а лишь слега отошли назад, уступая место.

– Очень умная птица, – протянул старик. – Не один вечер я делился с ними последним куском хлеба, как ни прискорбно звучит, и знаешь что, однажды проснулся, а они принесли мне живого окуня, не гиганта конечно, но все же. Представляешь, они решили меня отблагодарить. Вот так-то, девочка.

Он вздохнул и устало опустился на диван.

– Во что превратился мир. Люди стали друг другу словно звери, а они… – Он кивнул в сторону птиц, которые принялись за предложенное угощение. – Невинные души.

Вайлет вспомнила старый вяз за окном, черный от маленьких плотно сидящих друг возле друга тел, и огромную живую воронку, кружащую над головой и душу снова затопил лед, а боль, вспыхнувшая следом, исказила лицо.

– Ты чего, девочка, – прошептал старик, увидев слезинку, скатившуюся из глаз, и тут же оказался рядом. Старческая рука протянулась к щеке и осторожно вытерла слезы.

– Ты не слушай старика, девочка, иногда я слишком сентиментальный. Моя старуха всегда говорит, что часто я болтаю всякий вздор.

– Нет, вы не болтаете вздор, просто я все чаще думаю точно так же. Люди причиняют боль друг другу, ненавидят, а все прекрасное вызывает в их душах лишь презрение и насмешку. Можно… можно мне подойти к ним, – прошептала она.

– Конечно, девочка, думаю, они понимают, что ты не сделаешь им ничего плохого.

Вайлет поднялась и осторожно приблизилась к окну. В замешательстве остановилась, всматриваясь в настороженные глаза. Птицы тут же перестали клевать хлеб и пронзительно закаркали, размахивая крыльями. Она вздрогнула, а рука замерла на полпути.

– Ну, чего ворчите, грубияны, – пробасил Хеслер.

Девушка протянула руку и коснулась мягкого оперенья, провела кончиками пальцев вдоль спины, ощутив легкое покалывание, будто рука онемела. Вороны доверчиво разглядывали ее, и эта доверчивость, хрупкость их маленьких теплых тел успокоили, наполнив сердце непонятной радостью.

– Вот и подружились, – радостно сказал старик. – Похоже, они тебя больше не боятся, а ты их, верно?

Вайлет растерянно оглянулась.

– Мне пора, – удрученно сказала она. Хеслер нахмурился, вглядываясь в темноту.

– Подожди, я только захвачу ружье. Нечего тебе ходить одной.

– Нет, постойте, – схватила она старика за руку. – Со мной ничего не случиться. Вы отдыхайте и не волнуйтесь, меня проводят новые друзья, – она улыбнулась, и, увидев на лице задорные ямочки, старик цокнул.

– Молодежь никогда не думает об опасности.

– Пожалуйста, не волнуйтесь и ждите меня завтра. Что вы хотите на ужин?

– Э… ну я бы не отказался от зажаренного окорока и… ну, что это я! – Покраснел он.

Вайлет засмеялась, чмокнув его в колючую щеку, отчего он покраснел еще больше.

– До завтра Гаред.

Она легонько сбежала вниз по ступенькам.

– Я буду освещать путь, Вайлет. Мой маяк будет освещать тебе путь, – раздалось вслед.

Легкий ветерок обдал соленым запахом моря, коснулся волос. Она осторожно спустилась по камням, выходя к узкой тропке. Толстый желтый луч тут же развернулся от моря и замер в направлении бухты Надежда. Освещенная лента петляющей среди каменных валунов дороги походила на золотистую тропку, такую же, что уходила далеко за горизонт водной глади, когда луна показывалась на небе.

Возвращаться совсем не хотелось, но старик Хеслер выглядел усталым, хоть и отчаянно храбрился, и ему необходим покой. К тому же не терпелось поскорее засесть за компьютер, может, пришло сообщение от Маркуса или она найдет упоминание об Игриде. Она подняла глаза. За границей света темнота, лишь в западной стороне светятся крошечные далекие огоньки – городок Порт Силвер. Такое ощущение, что это дорога сквозь пустоту, сквозь ничто, и стоит переступить тонкую границу – растворишься, превратившись в легкое дуновение загадочного океана.

Раздумье прервал легкий шорох, который был чужеродным среди ночного спокойствия, который не был ни ветром, ни шумом прибоя, ни шелестом крыльев ночной птицы. Вайлет ощутила чье-то присутствие рядом. Кто-то скрывался в темноте, наблюдая за ней. Взгляд был тяжелым и недружелюбным. Она физически чувствовала ярость, словно волны, накатывающие в жуткий шторм, истощая твои силы и разбивая тело о подводные скалы.

Еще до того, как поднять глаза, она знала, что увидит, и не ошиблась: темная долговязая фигура стояла почти рядом, и если бы она решилась протянуть руку, то дотронулась бы до нее. Вайлет охнула, и тень быстро шагнула назад, сливаясь с чернотой. Все произошло настолько молниеносно, что девушка не могла бы сказать с уверенностью: было ли там что-нибудь или все это только игра лунного света и богатого воображения.

Некому следить за ней. Все, кто желал ей смерти, погибли под развалинами монастыря, а если кому-то все же удалось выжить – никто не знает про «Спящие черепахи». Значит, просто показалось.

– Эй, – крикнула она. – Там есть кто-нибудь?

Вайлет прислушивалась, но ничего подозрительного не услышала и утвердилась во мнении, что ничего не было. Но страх, все же, успел коснуться ледяной рукой, и теперь сердце гулко стучало, а кожа покрылась мурашками. Прекрасная иллюзия чарующей ночи пропала бесследно, оставив взамен подозрительность. Всю обратную дорогу она прислушивалась к шорохам, окружающим со всех сторон, и всматривалась в темноту вокруг.

Переступив порог большого пустого дома, Вайлет вздохнула с облегчением. Щелкнула три раза выключателем и, увидев, как в ответ замигал столб света с маяка, засмеялась:

– И вам спокойной ночи мистер Хеслер!

Свет ушел в море, всматриваясь в пустой горизонт. Старик Хеслер вновь принялся ждать свою бригантину.

– Я тоже буду ждать, – прошептала Вайлет, и слезы тут же скатились из глаз. – Я тоже всегда буду ждать. Ведь ты говорил – если не в этом, то в том мире.

Она тяжело опустилась на диван, рыдание сотрясало тело, напряжение, тоска и боль пробились сквозь рану наружу. Луис был далеко и никто кроме него не мог успокоить. Иногда хочется уснуть и больше не проснуться, иногда сон – это самое лучшее, что осталось у тебя, ведь даже воспоминания теперь приносят боль. Воспоминания о счастье, которое словно падающая звезда на миг вспыхнула и сгорела, превратившись в пыль. Иногда хочется уснуть и уйти, забыв об этом мире навсегда.

Провалившись в тревожный сон, она продолжала ощущать боль. В области сердца зияла кровавая рана, а долговязые безликие фигуры зажимали в круг. Они подходили ближе, сужая зловещее кольцо, и Вайлет слышала их радостное шипение в предвкушении скорой расправы. Страха не было, лишь готовность принять то, что уготовано и когда она закрыла глаза, различила другой, сначала еле заметный, звук – шелест тысячи крыльев, который все приближался, сливаясь в одну сплошную какофонию, постепенно поглощая собой остальные звуки.

Она почувствовала легкое прикосновение к щеке, кто-то осторожно прикоснулся к волосам, провел по плечу, и знакомый запах, узнаваемый до боли, ожидаемый до безумия – запах дорогого мужского парфюма и потухшего, но продолжавшего тлеть, костра.

– Ты же обещал не оставлять меня, – прошептала Вайлет и улыбнулась, ощутив легкое прикосновение к губам.

Шелест прогнал прочь призрачные тени, и горячий луч солнца остановился на лице. Издалека раздался крик.

– Ви… постой. Ты не должна уходить!

– Луис… прости, – прошептала она.

– Ви, пожалуйста, не бросай меня! Я умоляю тебя!

– Прости.

Грудь сдавило от осознания неминуемого выбора. Выбора, который она боялась сделать, ведь тогда причинит страдание тому, кому не хотела их причинять. Но рано или поздно выбор должен быть сделан – и от этого не уйти, не сбежать, не спрятаться в ракушку. Вайлет отдала бы все, лишь бы уберечь Луиса от боли, понимая – это невозможно. Всегда кто-то страдает, всегда кому-то остаются разбитые грезы, а кому-то долгожданная свобода. Но она не имела права поступать так с Луисом, и не имела право не пойти за нежным шелестом, потому что сердце оставалось там, а душа могла жить только вместе с ним.

Телефонный звонок безжалостно выдернул в реальный мир, ставший пустым и безлико-серым. Всегда приходит время открыть глаза, хочешь ты этого или нет. Всегда приходит время, когда иллюзия сна безжалостно разбивается об острые камни реальной жизни, отторгаемое тобой всей душой.

Она никогда раньше не задумывалась, почему некоторые люди добровольно уходят в выдуманный мир, превращаясь в отрешенные манекены, живущие в психиатрических клиниках. Теперь знала – это просто ожидание, надежда, что все закончится, попытка оправдать свое жалкое существование в этой жизни, в которой перестаешь видеть смысла, в которой уже ничего не можешь потерять кроме оков и тоски. Люди, оставшиеся одни, чья душа давно ушла за грань доступного нашему пониманию. Люди, которые просто ждут.

Смерть иногда кажется избавлением.

– Алло, – пробормотала она в трубку, бросив взгляд в большое, во всю стену окно. Солнце стояло высоко в небе, одинокий маяк казался заброшенным и безжизненным: старик Хеслер, видимо, еще спит, готовясь к своему следующему ночному дежурству и бессмысленному ожиданию. А может быть жизнь действительно лишена смысла? – Она вспомнила безупречную улыбку псевдо Эрни.

«Нет, нет, не так»! Вайлет тряхнула головой. Ведь есть Луис, и его чувства и надежды вовсе не бессмысленны. Ведь он самый лучший друг, он самый лучший… после Джека. Но Джека нет.

– Здравствуйте мисс Вайлет! Простите, что беспокою и нарушаю наш уговор, но вы так давно не звонили и я начала волноваться. Этот миссис Боуден.

– Нет, нет, ничего. Эта я виновата, совсем вылетело из головы.

– Вам ничего не нужно? Может мне стоит приехать, я приготовлю шикарный ужин, мы наконец-то познакомимся, а то, знаете, мне жутко неудобно перед Луисом, который звонит каждый день и интересуется, как у вас дела, – голос был приятный и тихий.

– Луис слишком утрирует ситуацию. В таком месте можно только отдыхать. Что может случиться?

– Ну, знаете ли, всякое. Иногда волны просто огромные и купаться вовсе небезопасно!

– Думаю, с этим проблем не возникнет, к тому же добрый мистер Хеслер не даст мне заскучать, а его истории просто потрясающие.

– Кто?

– Мистер Хеслер, он довольно славный.

– О, деточка, – испуганно протянула женщина.

– Нет, нет, ничего не говорите. Я знаю, что рассказывают о нем в городе: будто у него не все в порядке с головой и прочее. Но уверяю – это наговоры. Он не опасен, он просто очень одинокий человек, который не может смириться с потерей и старается жить дальше. Знаете, люди бывают слишком жестоки в своих суждениях о тех, которых не понимают.

– Но… девочка…

– Прошу ничего не говорите об этом. У меня было достаточно времени, чтобы убедиться, что вы заблуждаетесь, понимаете, о чем я?

– Э… да, наверное, – протянула женщина. – Тогда, я с вами не прощаюсь?

– Послушайте, миссис Боуден, вовсе не обязательно…

– Вайлет, пожалуйста, и моя душа будет спокойна.

– Ну, хорошо.

Как только она положила трубку, телефон зазвонил снова.

– Вайлет, Господи, я не мог до тебя дозвониться! – Прокричал в трубку Луис, ей пришлось отодвинуть ее подальше от уха, иначе она бы оглохла.

– Эй, потише! И тебя с добрым утром.

– С добрым утром, о чем ты? Уже два часа дня!

– Ну…, – девушка глянула на светлый круг над камином, где когда-то висели часы. – Я даже не заметила. Знаешь, мне здесь нравится.

– Как ты себя чувствуешь, все нормально? Тебя ничего не беспокоит, никто тебе не докучает и…

– Постой, Луис! Перестань. Все хорошо, я же тебя вчера говорила, со мной все в порядке!

– Вчера? Ви, постой, я уже два дня не мог тебя дозвониться! Ты не подходила к телефону. Я решил, что если сейчас до тебя не дозвонюсь, то незамедлительно отправлюсь в бухту. Твой сотовый отключен, а сообщения по электронной почте остаются без прочтения.

– Два дня? Луис мы разговаривали с тобой вчера вечером!

– Так, постой одну минутку. Я приеду, и мы все обсудим.

– Нет! Луис, ты должен все узнать, мне необходимо отправиться в Файерлейк! Я больше не хочу ждать. Ты… ты прав! Я, наверное, что-то перепутала. – Она пыталась совладать с дрожью, трубка буквально подпрыгивала в руках.

– Вайлет, прошу, скажи.

– Извини, я хотела побыть одна. Прости за эгоизм.

Девушка старалась придать голосу уверенность, чтобы ложь казалась убедительнее.

– Скажи, ты уже встречался со старейшинами?

– Да. Вместо Хорхе теперь Катано, и он настроен не слишком-то дружелюбно – он никогда не разделял веру Катано в преемника ордена и его предназначение освободить землю от Ваничичу. Старик придерживается более решительных мер и не намерен повторять его ошибку, и идти на компромисс. Теперь решать будут только старейшины. Весть о строительстве монастыря «Плача» ГриндБэй вовсе не обрадовала. Они уверены, что злой дух может вернуться, а жертва, которую принес Хорхе и… Джек окажется напрасной.

– Это все? – Сухо спросила она.

– Нет. Катано против твоего возвращения в Файерлейк, вернее на то место. Он говорит, что это послужит неким катализатором, и могут возникнуть проблемы.

– О чем ты? Каким катализатором?

– Ви, не спрашивай, что это значит – понятия не имею. Но не все одобряют его решение. Грейв выступил с целой речью, убедив половину старейшин, что ты продолжаешь нуждаться в их защите, и никто кроме ГриндБэй не сможет огородить тебя от сторонников ордена, которые желают тебе только зла.

– Значит, они знают о Рейчел и Керлинах?

– По-видимому.

– Луис, что еще? Об ордене? Куда ведут нити?

– Этого я не знаю. Катано отказывается говорить об этом.

– Спроси его об Игриде! Кто такая Игрида? И что за число тридцать девять? Что такое Апакатика?

– Попробую, хотя не уверен, что больной лепет старухи-цыганки имеет хоть какой-нибудь смысл.

– Луис!

– Да, малышка, – он тяжело выдохнул в трубку.

– Они были в Лунных пещерах после всего произошедшего?

На другом конце провода возникло молчание.

– Ты меня слышишь? – Затаила дыхания Вайлет.

– Конечно. Да. Грейв и Марот спускались вниз, хотя Катано запретил им возвращаться туда. Он говорит, что черные тени продолжают жить в подземных ходах, и находиться в них небезопасно.

– Что это значит?

– Не знаю. Ты же знаешь манеру старейшин говорить загадками. Марот говорит, почти все ходы завалены и непроходимы. Им не удалось подобраться к основанию кратера – это невозможно. Они не нашли ни одного тела и не могли долго находиться в пещерах. Он говорит, что они почувствовали себя плохо – голова жутко разболелась, а воздух был таким раскаленным, что, казалось, сожжет легкие.

– «Красного озера» больше не существует, Ви. Никто не сможет преодолеть каменные завалы и горы застывшей лавы. Никто и никогда…

Вайлет, продолжая сжимать трубку, вышла к морю и опустилась в шезлонг.

– Я скучаю, – прошептал Луис.

Она повернула голову к потухшему маяку.

– Мистер Хеслер говорит, надвигается сильный шторм – в такое время телефоны не работают.

– Тогда не выключай компьютер и…, может быть на это время тебе переехать к миссис Боуден. Уверен, она будет только рада. Не хочу, чтобы ты оставалась одна на побережье в такое время. Еще несколько дней и я приеду за тобой.

– Я никуда не поеду.

Она устало прикрыла глаза, и снова почувствовала любимый запах, мятное дыхание на щеке, прикосновение к волосам. Может она сходит с ума? Воображение выдает желаемое за действительное? Пусть даже и так. Если это та цена, которую необходимо заплатить за то, чтобы почувствовать Джека рядом – она готова.

В этом месте все им пропитано: в каждой комнате живет память о нем, в каждом дюйме береговой дорожки отпечатки его следов, а в шелесте ночных волн его тихий завораживающий голос. И она всегда будет возвращаться сюда, ведь только здесь может ощутить его присутствие.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

Поделиться ссылкой на выделенное