Свет и смола

А серая трава на том месте, где они сидели, осталась серой. Но в тот самом месте, где виднелось зеленоватое пятно, проклюнулся крошечный, робкий зелёный росток.

Нейтральная полоса не привыкла к таким встречам. Она не знала, как на них реагировать.

Поэтому на всякий случай пустила новую жизнь...

Глава 5

Преисподняя. Третий круг, цитадель Молхадар.

Мизрак вернулся в свою каморку, трясясь, словно лист на адском сквозняке. Флакон из хрусталя в его лапке был пуст. Он так и не набрал образец запаха, зато набрался страху на несколько циклов вперёд. Встреча с ангелом на Нейтральной полосе выбила его из колеи сильнее, чем если бы его окунули в ледяную воду Девятого Круга.

Он сидел на своей подстилке из шкур низших грешников и нервно грыз коготь, пытаясь собрать мысли в кучу.

«Значит, её зовут Ариэль», — размышлял он. — «Рыжая. Пахнет снегом. Ангел. И господин Караэль... неравнодушен к ней. И не просто неравнодушен. Он по ней сохнет. Его Смоляное Могущество! Тот, кто одним взглядом обращает легионы в бегство! Тот, чьи шипы вспарывают реальность! Сохнет по ангелу... с веснушками...».

Мизрак истерически хихикнул в темноту, но тут же зажал себе рот лапкой. Смех в покоях Князя Тьмы, пусть и служебных, мог быть услышан. А услышанный смех — это вопросы. Вопросы — это всевозможные пытки.

Он должен был что-то делать. С одной стороны, прямой приказ господина: «Достань мне что-нибудь, что пахнет так же, как она». С другой — теперь он знал, что объект обожания господина находится под опекой ангела Самуила, который пообещал «присматривать» за ней. Бес нутром чуял: если он попытается подобраться к Ариэль близко, чтобы собрать необходимый запах, Самуил поднимет тревогу. И тогда — всё. Конец! В лучшем случае — Чистилище. В худшем — личное внимание господина Караэля, но уже в гневе.

Нет, тут нужно было действовать тоньше и... дипломатичнее. Нужно было... сотрудничество.

Он достал из кармана такой же уголёк, который передал и Самуилу. Покрутил его в пальцах. Пока мертвецки холодный. Как и всё в этом мире.

— Ладно, — прошептал бес, решившись. — Будем считать это... операцией под прикрытием. Ради блага господина. Если он будет счастлив, может, и меня в итоге не убьёт.

Небеса. Третья сфера, Архив Небес.

Ариэль сидела на том же прохладном полу, обложившись свитками и книгами. Том с именем «КАРАЭЛЬ» лежал перед ней раскрытым на той же странице, что и в прошлый раз. Она перечитала строки о том, как он задал свой единственный вопрос: «Почему?» — и снова почувствовала, как что-то сжимается внутри.

Она не могла объяснить этого чувства. В Небесах учили, что Падшие — это зло. Что они предали Свет, отвергли Отца, выбрали тьму и гордыню. Им нет прощения и возврата. Их удел — вечное пламя и забвение.

Но Караэль... Он не вписывался в эту некогда простую истину.

Он стоял там, на серой траве, огромный, страшный, весь состоящий из острых шипов, и смотрел на неё. И в его глазах, где кружились тени, она не увидела ни злобы, ни похоти, ни жажды убийства. Она увидела... узнавание. Словно он смотрел на что-то давно забытое, но бесконечно важное.

И тот его вопрос: «Ты не боишься?». Ангел не боялась. И это главным образом пугало её саму.

Рядом послышались шаги. Ариэль подняла голову. К ней шёл Самуил. Вид у него был... странный. Одежды помяты, на белоснежных крыльях — несколько серых пылинок. Он выглядел так, будто только что вернулся с битвы с чем-то невидимым и сильно выматывающим.

— Ты ходил туда, — сказала Ариэль утвердительно. — На полосу.

Самуил вздрогнул, но быстро взял себя в руки. Ангел сел рядом с ней на пол, чего никогда раньше не делал, так как всегда чтил благоговейную тишину и порядок Архива.

— Ходил, — признался он. — Хотел посмотреть своими глазами. Понять, что тебя туда тянет.

— И как? Понял?

Самуил помолчал, глядя на стеллажи, уходящие в бесконечную высь.

— Я встретил там демона, — сказал он наконец. Ариэль резко выпрямилась. — Нет-нет, не его, — поспешил добавить Самуил, видя её реакцию. — Маленького такого. Беса. Камердинера твоего Караэля, представляешь? — Ариэль моргнула. Уголки её губ дрогнули.

— У него есть камердинер?

— Представь себе. Мелкий, суетливый, хвостатый. Зовут Мизрак, — Самуил вздохнул. — И он тоже был там не просто так. Его послали... за твоим запахом.

В Архиве повисла тишина. Ариэль переваривала услышанное.

— За моим... запахом? — переспросила она, чувствуя, как тепло разливается по щекам.

— Да. Его ГОСПОДИН, — Самуил выделил это слово, — приказал найти что-то, что пахнет, как ты. Он принёс ему снег с гор смертных, но этого, видимо, мало. Нужен именно твой запах. Ари, — ангел повернулся к ней всем телом. В его медовых глазах отразилась тревога, — это уже не просто «встретились и разошлись». Это... одержимость. Ты понимаешь, чем это грозит?

Ариэль медленно кивнула. Она понимала. Умом — да. Но сердце, которое, как оказалось, у ангелов тоже умеет биться быстрее, говорило совсем другое.

— Я должна пойти туда снова, — сказала она тихо, но твёрдо.

— Что?! — Самуил вскочил на ноги. — Ариэль, ты с ума сошла! Это же демон! Князь Тьмы! Падший! Тебя могут увидеть, донести Совету...

— Я пойду туда не ради него, — перебила она ангела, хотя сама не верила собственным словам. — Я пойду, чтобы понять... Хочу задать ему свой вопрос. Ты же читал это, Самуил? Он спросил «Почему?» перед своим Падением. Я хочу узнать, что он услышал в ответ.

Ангел хотел возразить, но осёкся. В глазах Ариэль горел тот самый огонь, который он видел у древних ангелов на фресках. Огонь искания, а никак не смирения.

— Хорошо, — сказал он обречённо, опуская плечи. — Но я пойду с тобой. Хотя бы до Границы. И буду ждать. И если что-то пойдёт не так...

— Не пойдёт, — улыбнулась Ариэль, вставая. Платье цвета слоновой кости обвилось вокруг её ног, когда она направилась к выходу из Архива. — Я чувствую, что не пойдёт.

Самуил смотрел ей вслед и думал о том, что Мизрак был прав: присматривать за ними — это как присматривать за вулканом. И вулкан этот, кажется, уже начал просыпаться.

Нейтральная полоса, серая пустошь.

Караэль стоял на том же месте, где видел ангела в прошлый раз. Он не мог объяснить, зачем пришёл. Просто ноги сами принесли его сюда. Или не ноги... а что-то другое — то самое, что дрогнуло в груди при виде её улыбки.

Он смотрел на клочок зелёной травы у своих ног — единственное живое пятно на всей пустоши. Трава, которая позеленела под её ногами, так и не вернулась к привычной серости. Она цеплялась за жизнь, словно маленькое чудо.

Демон опустился на одно колено, как и в прошлый раз. Кончиком когтя он провёл по зелёному стеблю. Тот качнулся, но не сломался.

— Почему ты не умираешь? — спросил он шёпотом у травы.

Трава, разумеется, не ответила.

Караэль вздохнул. Тяжёлый, горячий выдох пронёсся над землёй, но зелень даже не шелохнулась.

И в этот момент он почувствовал это снова. Запах... Запах первого снега и чистой родниковой воды.

Демон резко вскинул голову.

Ангел стояла там же, где и в первый раз. В двадцати шагах от него самого. В том же струящемся платье. С той же диадемой в волосах. Только теперь в её руках был небольшой белый цветок. Откуда он здесь, на серой пустоши? Караэль задумался.

Ариэль улыбнулась — не так широко, как в прошлый раз — сдержаннее, но теплее. Словно они были старыми знакомыми, которые просто давно не виделись.

— Ты пришёл, — сказала она просто.

— Ты тоже, — ответил он. Его голос прозвучал глухо, но без привычной угрозы.

Ангел сделала шаг вперёд. Трава под её босой ступнёй зазеленела. Караэль, не отрываясь, смотрел на это превращение. Ему казалось, что если она пройдёт по всей пустоши, здесь вырастет сад.

Ариэль остановилась в нескольких шагах от него. Она была так близко, что он мог разглядеть каждую веснушку на её переносице, каждый завиток рыжих волос. Запах снега и воды стал густым, почти осязаемым.

— Я читала о тебе, — сказала она, глядя ему прямо в глаза. — В Архиве Небес. Я знаю, что ты был одним из Первых. И знаю, что ты задал вопрос перед своим Падением.

Караэль напрягся. Шипы на его спине дрогнули, издав тихий скрежет.

— Откуда у ангела доступ к таким записям? — спросил он. В его голосе прорезалась старая, почти забытая боль.

— Я любопытная, — просто ответила Ариэль. — И мне показалось несправедливым, что о тебе написано так мало. Что написано только о Падении, но не о том, почему это произошло.

Караэль молчал. Его багровые глаза без зрачков смотрели прямо на неё, тени внутри них замедлили своё движение.

— Ты хочешь знать, что мне ответили? — спросил он наконец. Ариэль кивнула.

Демон сделал шаг к ней. Один. Тяжёлый. Трава под его ступнёй примялась, но осталась такой же серой.

— Мне ответили: «Такова Воля Отца», — произнёс он медленно. Каждое слово падало, как камень в бездну. — «Не спрашивай. Просто повинуйся». И тогда я понял, что Свет, которому я служил, не ищет Истины. Он просто... светит. А мне нужна была именно она, — Караэль замолчал, глядя куда-то сквозь ангела, в бесцветное серое небо.

— И ты нашёл её? — спросила Ариэль тихо. — Там, внизу? — демон перевёл взгляд на ангела.

— Нет, — сказал он честно. — Там я нашёл только Тьму. Но Тьма хотя бы не притворяется, что у неё есть ответы.

Ариэль пристально смотрела на него. В её глазах стояли слёзы... Слёзы ангела. Они не падали, а просто дрожали на ресницах, как утренняя роса на травинке.

— Мне жаль, — прошептала она. — Мне жаль, что ты получил такой ответ.

Караэль почувствовал, как что-то снова дрогнуло в груди, не похожее ни на мышцы, ни на сердце. Что-то, чему он не знал названия.

Он протянул руку. Медленно, словно боясь спугнуть. Его когтистая, смоляная ладонь остановилась в воздухе около её щеки.

— Можно? — спросил он хрипло. Так, как никогда никого не спрашивал.

Ариэль не ответила. Она сама сделала полшага вперёд и прижалась щекой к его горячей, грубой ладони.

И в тот же миг Караэль почувствовал, как по его руке, от кончиков когтей до плеча, пробежала дрожь. Кожа на его ладони, там, где она касалась щеки ангела, начала светлеть — совсем чуть-чуть. Смоляной отлив побледнел, став на тон светлее.

Он отдёрнул руку, глядя на это с ужасом и изумлением.

Ариэль смотрела на его ладонь расширенными глазами.

— Что это? — прошептала она.

— Не знаю, — ответил он, сжимая кулак, чтобы скрыть посветлевший участок. — Этого не должно быть.

Они стояли друг напротив друга посреди серой пустоши, разделённые одним шагом и целой вечностью вражды между их мирами. Но что-то уже изменилось... Что-то треснуло в самом основании мироздания.

И эта трещина прошла не по самой серой земле, а по своду, разделяющему Верх и Низ.

И никто, кроме них двоих — и двух невольных свидетелей, Самуила на Границе Небес и Мизрака, притаившегося за серым валуном на окраине пустоши, — об этом пока не знал.

_____๑๑๑_____

Самуил, стоя у самого края золотого сияния, видел, как демон коснулся щеки его названной сестры. Видел, как его рука слегка посветлела. И его ангельское сердце пропустило удар.

— Отец Всемогущий!.. — прошептал он, крепче хватаясь за новую, подаренную Ариэль, лютню. — Они же... они меняют друг друга!

А Мизрак, выглядывая из-за валуна с пустым флаконом в лапке, думал о том, что если он сейчас не добудет запах ангела, то господин его точно испепелит. Но ещё больше он думал о том, что только что увидел невозможное.

И оба они — ангел и бес — поняли в этот миг одно и то же: их подопечные вляпались во что-то гораздо большее, чем просто симпатия. Они вляпались в само ЧУДО. А за чудеса в обоих мирах спрашивают... строго.

Глава 6

Караэль смотрел на свою ладонь — участок кожи, которого коснулась щека Ариэль, был светлее остальной смоляной плоти, цветом скорее остывшего пепла, в котором ещё теплится искра. Это было... неправильно. Невозможно! Плоть демона не меняется. Она застывает в момент Падения и остаётся такой навечно — грубой, тёмной, неспособной к исцелению или преображению.

Но сейчас он видел доказательство обратного.

Ариэль стояла, прижав ладонь к губам. Её голубые глаза были полны слёз, которые так и не пролились. Она смотрела на его руку с тем же изумлением, с каким смертные смотрят на первую в их жизнях радугу после ливня.

— Это я сделала? — прошептала она. — Я... навредила тебе?

— Нет, — ответил Караэль глухо. Он всё ещё разглядывал свою ладонь, поворачивая её то одной стороной, то другой. — Ты не навредила. Ты... изменила.

Он поднял на неё глаза. Багровые провалы, в которых обычно кружили тени, сейчас были спокойны, как застывшая лава.

— Этого не может быть, — сказал он. — Но это произошло, и теперь есть.

Ариэль сделала шаг к нему. Теперь их разделяло пространство не больше вытянутой руки.

— Покажи ещё раз, — попросила она тихо.

Демон колебался. Какая-то часть его — та, что веками вбивала в него догмы Преисподней, — кричала: «Отступи! Она опасна! Свет ангела разрушит тебя!». Но другая часть, та, что дрогнула при первой встрече, тянулась к ней, как растение тянется к солнцу, даже если это солнце может в итоге его сжечь.

Караэль снова протянул руку. На этот раз ладонью вверх, открывая взору ангела посветлевший участок кожи.

Ариэль, замерев на мгновение, поднесла свою ладонь — тонкую, с коротко остриженными ногтями, светящуюся мягким золотистым светом. Она остановилась в волоске от его кожи.

— Ты чувствуешь? — спросила она.

— Жар, — ответил он. — Тёплый, как от... костра.

Ангел улыбнулась и опустила свою ладонь на его.

В тот же миг воздух вокруг них дрогнул. По серой траве пробежала невидимая, но ощутимая волна, как колебание струны. Мизрак на окраине пустоши прижал уши и зажмурился, ожидая взрыва. Самуил на границе Небес вцепился в собственные крылья, готовый в любой момент рвануть вперёд и вытащить оттуда свою сестру.

Но взрыва... так и не последовало.

Вместо этого по руке Караэля от места их соприкосновения побежали светлые прожилки. Они расходились, как трещины по старому глиняному сосуду, такие тонкие, едва заметные. Смоляная кожа словно впитывала свет Ариэль, и от этого становилась... живее.

А сама ангел почувствовала, как в её ладонь проникает что-то тяжёлое, плотное, горячее. Больно не было. Было... как-то странно. Словно она держала в руке не ладонь демона, а тёплый камень, нагретый подземным огнём, и от этого камня исходила сила — древняя, могучая и жутко одинокая.

— Ты... — выдохнула Ариэль, — ты чувствуешь себя... очень одиноким, да?

Караэль вздрогнул. Она не могла этого знать. Он никому не говорил о своём одиночестве. Оно было его постоянным спутником с момента Падения, таким же привычным, как боль в шипах. Но ангел... почувствовала его через прикосновение.

— А ты... — начал он и осёкся. Демон тоже что-то чувствовал от неё. Под ангельским светом пульсировало любопытство и жажда. Голод по тому, чего в Небесах не давали — по неизведанному.

Они так и стояли, держась за руки посреди серой пустоши, пока миры вокруг них замерли, затаив дыхание.

А потом Караэль опустил взгляд.

Трава у их ног была ярко-зелёной. Целый круг диаметром в несколько шагов покрылся сочной, живой зеленью. И в самом центре этого круга, ровно между ними, из земли торчал росток. Маленький, хрупкий, с двумя крошечными листочками, тянущимися вверх, к бесцветному небу.

Ариэль ахнула. Караэль замер.

— Этого... здесь никогда не было, — прошептал он. — Я бывал здесь сотни раз. Здесь ничего не росло. Никогда.

— Это... появилось из-за нас? — спросила Ариэль, не отрывая взгляда от ростка.

Демон медленно отпустил её руку. Светлые прожилки на его ладони начали бледнеть, но не исчезли полностью. Словно память о её прикосновении осталась в его плоти навсегда.

— Похоже на то, — сказал Караэль хрипло.

Они, не сговариваясь, опустились на колени — огромный, рогатый демон и хрупкий ангел в струящемся платье — и склонились над крошечным растением. Их лица были так близко, что дыхание смешивалось над маленькими зелёными листочками.

— Нужно его защитить, — сказала Ариэль твёрдо. — Если кто-то узнает...

— Узнает — и что? — перебил её Караэль. В его голосе прорезалась привычная боевая сталь. — Пусть приходят. Я разорву любого, кто тронет этот росток!

Он и сам удивился своим словам. Защищать... что-то живое? Он, демон, чьё предназначение — нести разрушение? Но глядя на два зелёных листочка, он понимал: это — их. Его и её. То, что родилось из невозможного соединения Света и Тьмы. И он не отдаст это ни-ко-му!

Ариэль посмотрела на него с теплотой, от которой его багровые глаза резануло приятной теплотой.

— Я буду приходить сюда, — сказала она, — каждый день. Поливать его... светом, что ли. Я не знаю, что нужно растениям... здесь, — она оглянулась вокруг.

— Водой, — буркнул Караэль. — Им всегда нужна вода и... свет.

— Света у меня много, — улыбнулась Ариэль. — А вода...

— Я принесу, — отрезал он. — Чистую, с гор. Не эту пыльную жижу, что сочится здесь из трещин.

Они снова замолчали, глядя на росток.

А бесцветное небо над ними дрогнуло — словно само мироздание пыталось понять, как реагировать на происходящее.

_____๑๑๑_____

Мизрак сидел, вжавшись спиной в холодный камень, и трясся всем телом. Флакон в его лапке был по-прежнему пуст, но сейчас это волновало его меньше всего.

— Они вырастили растение, — шептал он сам себе, раскачиваясь взад-вперёд. — Демон и ангел... взялись за руки и вырастили... растение! На Нейтральной полосе... Где ничего не растёт. ВООБЩЕ НИЧЕГО!

Он выглянул из-за валуна. Увидел, как господин Караэль — Высший, который может разорвать целый легион голыми руками, — осторожно, кончиком когтя поправляет землю вокруг крошечного ростка, чтобы тому было удобнее расти.

Мизрак снова сел за валун и тихо, истерично захихикал.

— Меня уволят, — прошептал он. — Нет! Меня сначала четвертуют, потом уволят, потом сварят в котле, а потом... О, Тьма! Они поливать его собрались! По графику! Как смертные — свои клумбы!

Он представил, что будет, если в Преисподней узнают об этом. Сам Князь Тьмы, один из сильнейших, выращивает цветочек на пару с ангелом. Это не просто скандал. Это конец всему. Переворот! Война!

— Надо что-то делать, — решил бес, поднимаясь на дрожащих ногах. — Надо... предупредить этого ангела, Самуила. Мы должны скооперироваться. Иначе нас всех...

Он не договорил. Вдалеке, со стороны Преисподней, послышался глухой раскат — будто далёкий гром. Бесу был знаком этот звук — так открывались большие порталы. Портал такого размера означал одно: кто-то из Высших направлялся сюда.

— О не-е-ет! — простонал Мизрак. — Только не сейча-а-ас.

Он снова выглянул из-за камня. Его Господин и ангел всё ещё сидели у ростка, не замечая ничего вокруг. Они были полностью поглощены друг другом и своим крошечным недавно созданным чудом.

Мизрак почти было заметался. Бежать к господину, значит выдать себя, выдать, что следил за ними. Не бежать, значит, господина застанут врасплох с ангелом. И тогда — неизбежная катастрофа!

Он выбрал третье. Вскочил и со всех ног побежал к границе Небес, туда, где, как он надеялся, мог быть его друг по несчастью, ангел Самуил.

_____๑๑๑_____

Ангел действительно стоял там, на Границе, вцепившись в свою лютню. Он видел всё: и прикосновение, и светлые прожилки, и росток мезжду ними. Его ангельское сердце колотилось где-то в горле.

— Они... они... — он не мог подобрать слов. В его картине мира демоны всегда были врагами. А враги не держат ангелов за руки. Враги не выращивают с ангелами растения. Враги не смотрят на ангелов так, как Караэль смотрел на Ариэль — с голодом, да, но не хищным. С голодом изголодавшегося по свету существа.

К нему, запыхавшись, подбежал Мизрак. Бес был бледен, насколько это возможно для существа с серым отливом кожи.

— Беда-а-а! — выпалил он, хватая Самуила за край одежды. — Большая беда! Я слышал портал! Кто-то идёт с нашей стороны! Кто-то большой! — ангел побледнел.

— Совет Преисподней? — спросил он с надеждой.

— Может, и того хуже! — Мизрак затряс головой. — Если с нашей стороны портал такого размера, это либо Высший, либо... либо сам... — он осёкся, не в силах произнести имя Повелителя.

Самуил понял без слов. Если на Нейтральную полосу явится кто-то из высших демонов и застанет Караэля с ангелом... Разразится такое, что даже Вечность содрогнётся.

— Надо их предупредить, — сказал Самуил, делая шаг вперёд.

— Стой! — Мизрак вцепился в него. — Если мы выйдем сейчас, нас увидят. И нас, и их. Может, он не сюда? Может, просто мимо?

Они замерли, прислушиваясь. Гул портала нарастал. И судя по тому, как дрожала серая трава под их ногами, открывался он совсем близко.

_____๑๑๑_____

Караэль тоже услышал этот шум. Его шипы на спине встали дыбом, издав угрожающий скрежет. Он резко поднялся, заслоняя собой и Ариэль, и росток.

— Уходи, — сказал он ей тихо, но властно. — Сейчас же уходи. Я разберусь.

— Но...

— Ариэль! — в его голосе прозвенел металл. — Если тебя увидят со мной, твои Небеса тебе не помогут. Они отрекутся от тебя быстрее, чем ты долетишь до Третьей сферы. Уходи!

Ангел колебалась лишь мгновение. Потом кивнула, в последний раз взглянула на росток, на Караэля, и её белоснежные крылья раскрылись. Она взмыла вверх, в бесцветное небо, растворяясь в серой дымке Нейтральной полосы.

Караэль остался один. Он стоял, широко расставив ноги, над зелёным кругом травы и крошечным ростком. Его глаза смотрели в ту сторону, откуда нарастал гул.

Из разрыва портала, полыхающего багровым и чёрным, вышел...

_____๑๑๑_____

Мизрак тихо застонал и сполз на землю, всё ещё держась за Самуила.

— Вельзевул, — прошептал он одними губами. — Сам Вельзевул пришёл. Мы покойники!

_____๑๑๑_____

Высокий, грузный демон с лицом, изъеденным оспинами древних проклятий, и глазами цвета гниющей плоти, шагнул на серую траву. За ним из портала вышли двое адъютантов — помельче, но тоже внушительные. Вельзевул огляделся, и его взгляд упёрся в Караэля.

— Караэль, — произнёс он скрипучим, полным фальшивого добродушия голосом, — вот ты где. А я уж думал, слухи врут. Говорят, ты зачастил на Поверхность. Решил проверить лично.

Караэль не шелохнулся.

— Тебе какое дело до того, где я бываю, Вельзевул? — спросил он ровно. Вельзевул улыбнулся, обнажив ряды мелких, но острых зубов.

— Мне — никакого. Но Совету... — он сделал паузу, смакуя момент, — Совету интересно, почему один из Князей Тьмы пренебрегает обязанностями и торчит здесь, на пустоши. И знаешь, что самое забавное? — он медленно перевёл взгляд вниз, на зелёную траву под ним и росток. — Тут растёт жизнь. А жизнь, как мы все знаем, не может расти там, где побывал демон. Если только... — он поднял глаза на Караэля. В его взгляде загорелся хищный интерес, — если только демон был здесь не один.

Караэль молчал. Его когти медленно выдвинулись, царапнув землю.

— С кем ты здесь встречаешься, Караэль? — спросил Вельзевул. Его голос стал тихим и вкрадчивым. — С кем ты растишь траву?

Повисла такая тишина, что было слышно, как росток под ногами Караэля чуть качнулся от ветра.

— Это моё дело, — ответил он. Его голос был спокоен, но в нём звенела угроза, от которой адъютанты Вельзевула попятились обратно к порталу. А сам Вельзевул смотрел на Караэля и улыбался всё шире.

— Ошибаешься, брат, — сказал он ласково, — теперь это дело всего Совета. И я непременно доложу им об этом.

Он развернулся и, не прощаясь, шагнул обратно в портал. Адъютанты поспешили за ним. Разрыв схлопнулся с глухим ударом, оставив после себя запах серы и гниющей плоти.

Караэль остался стоять на том же месте. Он смотрел на то место, где только что был Вельзевул, и в его глазах медленно разгорался огонь, который без сомнений предвещал битву.

Потом он опустил взгляд на росток. Тот всё ещё был цел — зелёный и живой.

— Я никому не дам тебя тронуть, — прошептал демон. — Никому.

Он развернулся и тяжёлым шагом направился обратно, в сторону Преисподней. Ему нужно было подготовиться, потому что Вельзевул не просто так приходил лично. Он что-то чуял. И теперь у Караэля было выбор: либо отступиться от Ариэль и этого ростка, либо готовиться к войне.

И, кажется, он его уже сделал...

__