Княжна для серого волка

– Отрабатываем блок в парах. По три удара и меняетесь.

– Да! – ответом мне послужил нестройный хор голосов.

А потом все словно на миг замерли, но почти сразу взялись выполнять задачу с похвальным рвением. Я проследил за загоревшимся взглядом одного из воинов, что решил к концу тренировки покрасоваться, поигрывая мышцами, и увидел застывшую у входа на площадку Миру. Девчонка стояла рядом с Гельмиром и заворожённо наблюдала за парнями, которым явно польстило внимание моей невесты. Моей. Волк их дери. Невесты.

Волна раздражения, которую я так старательно контролировал, окатила меня словно кипятком. Брат поймал мой взгляд, полный нескрываемого бешенства, и виновато опустил глаза.

– Замерли! – рявкнул я, и обратился к Гельмиру, – А она что тут забыла?

– Я показывал, как у нас тут всё устроено и… – начал было оправдываться брат, но его тут же прервала Мира, с вызывающей улыбкой выступив вперёд.

– А можно и мне тренироваться?

Со стороны парней послышалось фырканье и смешки. И их можно было понять. Если уж оборотни уходили отсюда еле живыми, чего говорить о человеке? Да и хрупкая княжна не была похожа на опытного воина.

– Можно. – Сказал я, поймав удивление во взгляде девушки. – Но с щенками.

Площадка разразилась взрывом хохота. А я в очередной раз восхитился выдержке княжны. Она ничем не показала, что её как-то задели эти слова, только как-то понимающе улыбнулась и подошла практически вплотную ко мне.

– Мне всегда казалось, что сначала нужно проверить уровень подготовки, а уже потом – девушка гордо задрала голову, без страха посмотрев мне прямо в глаза, – давать оценку.

На площадке воцарилась тишина. Это звучало как вызов Вожаку. И от кого? От чужачки, имя которой ещё даже не все успели запомнить. И статус невесты не давал ей права так открыто высказываться. Это было глупо. Она выставляла себя капризной девчонкой, привыкшей, что достаточно топнуть ножкой, чтобы получить своё.

И мне придётся подыграть ей, чтобы её приняли более дружелюбно. Если она это понимала и пошла на провокацию намеренно, то я готов даже порадоваться её находчивости. Но неискренне.

– Твоя самоуверенность восхищает, но не всегда она уместна, – начал я, а сам направился к стойке с деревянными мечами. – Считай, это будет первым уроком, и при этом совершенно бесплатным. – Я резко развернулся и бросил в Миру меч, которой она на удивление поймала, сразу встав в стойку. – И уровень твой я сейчас проверю лично.

Глаза девчонки зажглись огнём, которого я раньше в них не видел. Азарт от скорой схватки. Любопытно.

– Какие-то правила? Может, Вожака запрещено бить по мягкому месту?

Я усмехнулся, после чего и парни не стали скрывать смешков. Теперь все будут воспринимать Миру как типичного щенка, на которого просто невозможно злиться, только учить.

– Никаких правил. Полная свобода. – Я выбрал меч и себе, взглядом указав воинам встать кругом, освобождая пространство. – Просто покажи, что умеешь.

Мира с какой-то хитринкой улыбнулась и сразу бросилась на меня, резко уходя с траектории моего блока и заходя за спину. Девчонка была юркой и лёгкой, чем с умом пользовалась.

Какое-то время я поддавался ей, но каждый раз в последнюю секунду не позволял меня задеть, на что Мира отвечала разочарованными выдохами. Это было похоже на танец, где мы только узнавали друг друга, но ни один из нас не был готов подпустить второго ближе.

Оборотни, что поначалу лениво перешёптывались, ничего особо не ожидая, спустя какое-то время начали выкриками поддерживать бой и даже подсказывать Мире. Но с каждой новой попыткой меня достать девушка начала заметно сдавать в скорости, всё сильнее открываясь под удар и подставляясь.

В один из таких моментов я уже на каких-то инстинктах сделал резкий выпад, казалось бы, рассчитав, что Миру точно не задену, но девушка вдруг вскрикнула и начала падать. Я поймал её взгляд, в котором читалась мольба о помощи и, отбросив деревянный меч, поймал её обеими руками, словно в попытке обнять. Девушка со смешком выпорхнула из кольца моих рук и, сделав выпад, остановила меч у сердца, которое всё ещё отбивало рванный ритм от страха за неё.

– Убит, – сказала она, улыбкой открыв вид на ямочку на щеке.

Её волосы растрепались, а глаза горели лихорадочным огнём. Дыхание сбилось. А я поймал себя на мысли, что она просто безумно красива. И почему-то я не сомневался, что это прекрасно видели и остальные воины, которые в миг затихли, с интересом ожидая мой следующий ход. Ведь для оборотня поражение было равносильно смерти.

– Убит. – хрипло повторил я, дождавшись, когда Мира окончательно расслабиться и потеряет бдительность.

Когда девушка отвлеклась на то, чтобы благодарно улыбнуться тем, кто особенно её поддерживал, я резко рванул её на себя, схватив за деревянный меч, что она по-прежнему крепко сжимала в руке. А когда её глаза широко распахнулись в удивлении, я улыбнулся и поцеловал её.

Волну адреналина после боя сменила горячая волна желания. Я с какой-то жадностью припал к её губам, грубо сминая их. Мне хотелось, чтобы все видели, что она только моя. А заодно, чтобы и она поняла, что я тоже прекрасно умею заставать врасплох. И почему бы, в конце концов, не совместить приятное с полезным? Да. Снова наплевав на здравый смысл.

Мира, которая сначала напряжённо застыла, на краткий миг обмякла в моих руках. Мне даже показалось, что я ощутил слабую попытку ответить на мой поцелуй, но почти сразу девушка попыталась оттолкнуть меня. Поздно, ведь даже её секундной заминки хватило мне, чтобы перехватить оружие. Когда я оторвался от её губ, то меч уже указывал ей на шею.

– Противник жив, пока ты не убедишься в обратном, не стоит торопиться праздновать победу. Это во-первых. Во-вторых, лучше наверняка бить в шею, чем пытаться пробить грудную клетку. И в-третьих, – я вложил меч в руку девушке, слегка сжав, – эффект неожиданности вряд ли сработает в условиях реального боя, потому что каждый там сражается как в последний раз.

– Но ты же не будешь отрицать, что Мира тебя уделала? – ехидно произнёс Гельмир, соизволив, наконец, подать голос. – Ребят, победила же?

Послышался одобрительный гул. А я поднял руки в жесте добровольной капитуляции.

– А я и не спорю. – сказал я, словно утонув в омуте глаз Миры.

Она уже не могла так открыто радоваться победе, потому что явно поняла, что я не сражался с ней в полную силу, а просто дал ей этот шанс. Но и меня почему-то радоваться не тянуло. Потому что Гельмир был прав, эта девчонка меня уделала. Я испугался за неё по-настоящему, до холода, что сковал сердце.

И это уже не было похоже на банальное влечение. Это было чем-то намного более серьёзным. Но не переставало быть противоестественным. Возможно, имеет смысл найти Истинную раньше, чем я планировал. Ведь после встречи с ней эта одержимость, наконец, схлынет?

Я отпустил воинов, решив, что с нас всех на сегодня хватит, но Мира с Гельмиром остались.

– Так ты разрешишь мне тренироваться? – спросила девушка, продолжая сжимать в руках меч.

– Да. Но заниматься будешь со мной.

– Может, лучше я? – подал голос Гельмир.

– Не лучше, – рыкнул я. – Или со мной, или никак.

– Хорошо, – тихо сказала Мира. – А бинты вернёшь? Которые забрал с площадки в замке.

– Дороги тебе как память о возлюбленном?

– Каком ещё возлюбленном? – Мира даже рассмеялась, направившись к стойке с оружием. – Это мои бинты. Или ты думал, что я вышивала цветочки под цвет своих глаз, чтобы кто-то из воинов смотрел на них и думал обо мне?

Я нахмурился и промолчал, потому что, пожалуй, именно так и думал, но от неё это прозвучало сейчас максимально глупо.

– Верну на тренировке.

Девушка окончательно расслабилась и повернулась к моему брату, который не скрывал радости за неё и с улыбкой ей подмигнул. А меня в очередной раз взбесило, как быстро они с ним сдружились.

– Пошли, Мир, покажешь, что тут ещё есть.

– Лучше побежали, – ответил ей Гельмир, поймав мой взбешённый взгляд.

– Ой, – Мира хихикнула, но в самом деле схватила моего брата за руку и потащила за собой.

Кажется, я так точно свихнусь. Какой, к чёрту, Мир? Мира и Мир, ну просто потрясающе…

Глава 10 Как пахнет слабость

Умение разбираться в травах ещё никому не вредило, порой даже безобидные с виду растения могут одурманить и спутать мысли так, что враг и не поймёт, что стало причиной его поражения.

Марфа, старая волчица

Мира

Я бежала и тащила Гельмира подальше от взбесившегося Керина, не переставая при этом улыбаться. Моя шалость пусть и была сопряжена с риском, но всё же удалась: я не только размялась, скинув лишнее напряжение, но и добилась расположения воинов, которые перестали видеть во мне чужачку. Равную они во мне, конечно, никогда не признают, но всегда лучше побыть «щенком», как тут любят говорить, чем непонятной княжной.

Керин довольно быстро понял, чего именно я добиваюсь, и поступил именно так, как я от него и хотела. Не стал выставлять меня капризной дурочкой, а дал шанс. Хотя радость от победы быстро схлынула, ведь он серьёзно мне поддавался. Но было бы глупо с моей стороны считать, что я сильнее вожака клана оборотней. Я видела его тренировки. До такого уровня мне далеко.

– Мир. – резко затормозила я. – А у вас тут есть кто-то вроде травника?

– Ну, у нас есть Марфа, самая старая волчица клана. Обычно она засушивает травы для всех, а что? Нужно что-то?

– Если на кухне мне не рады, может, ей пригодится моя помощь?

– А ты разбираешься в травах? – усмехнулся Мир. – Ты точно княжна или тебя готовили к жизни скитальца?

– Я бы посмотрела на тебя, если бы ты застрял в четырёх стенах замка. Надо же было чем-то себя развлекать.

– Может, ты и в ядах знаток?

– Ну, какие-то общеизвестные знаю, но в ту область никогда не тянуло.

– Ты начинаешь меня пугать.

– Правильно. Лучше бойся меня, вдруг я уже подсыпала тебе что-то и противоядие есть только у меня? Слушай, может, заваривать Керину успокаивающий сбор?

Мы с Гельмиром переглянулись и синхронно гаденько захихикали.

– На самом деле лучше не стоит, волкам успокаиваться противопоказано.

– Правда? Почему?

– Ну, быть порой слегка неуравновешенными – часть нашей природы. Всё же мы не люди, и зверю какие-то нормы поведения просто не нужны.

– То есть ударить, а потом разбираться, – это нормально.

– Более чем. Но если не делать того, что нельзя, то ты и не получишь.

– А чего делать нельзя?

– Зариться на чужое, например. Керин так рычал, потому что другие на тебя пялились. У нас вообще не принято делать что-то исподтишка, обычно всегда бросают вызов, и любой вопрос решается в бою.

– А Керин пришёл к власти, победив в бою?

Гельмир помрачнел.

– Боя не было.

– Прости, я не очень много знаю о том, что у вас тут происходит. Слышала только, что есть Сверг, который тоже хочет стать вожаком.

– Так и есть. Только вождь Велимир всегда прочил на своё место Керина, а не Сверга.

– А с чего он тогда решил, что имеет право занять это место?

– Как раз из-за права на бой. Он уже открыто бросил Керину вызов.

– Тогда почему…

– Прости, но мне кажется, тебе лучше и дальше не знать всех нюансов, – как-то холодно и отстранённо ответил Мир.

Я хотела было возмутиться, но Гельмир тут же снова улыбнулся мне. Смена настроения случилась так внезапно, что даже пугала. Ему не шла серьёзность, но, может, он просто привык прикрываться напускной беспечностью?

– Мира, а ты со всеми подружками обсуждаешь политику? Давай лучше про платья.

– Да ну тебя, – я обиженно стукнула его по плечу.

И только сейчас я заметила, что мы прошли глубже в лес и почти подошли к домику у ручья. У стола в небольшом дворике стояла женщина, которая перебирала какие-то травы, формируя из них аккуратные пучки.

– Это Марфа?

– Да, она считается одной из старейшин клана и живёт довольно обособленно от остальных. Но помогает с травами и когда кто-то серьёзно пострадал.

Женщина тут же, словно почувствовав нас, обернулась и окинула меня внимательным взглядом. С Гельмиром они обменялись кивками.

– Марфа, это Мира. Невеста Керина.

– Да уж наслышана. Даже домик в отдалении не избавляет от гула обсуждений.

– Мира хотела бы…

– А Мира, – женщина снова окинула меня цепким взглядом и втянула запах, когда мы подошли ближе, – не умеет разговаривать?

– Нет, просто… – начал было Мир, но Марфа вскинула руку, вынуждая его замолчать.

– Я хотела бы помочь, – уверенно сказала я, быстро стушевавшись под слегка снисходительным прищуром, – если вы, конечно, не против.

– Не против, но не нуждаюсь. – Марфа вернулась к работе, быстро потеряв ко мне интерес.

Я бегло изучила пучки трав, которые были аккуратно разложены в углу стола, внизу заметила корзины, одна из которых была практически пуста.

– Это ведь травы для восстанавливающего отвара? Тысячелистник, полынь, кровохлёбка. Полынь снимет жар, кровохлёбка стянет рану, а тысячелистник поможет в заживлении. Вижу, он почти закончился, хотите, сбегаю и соберу ещё?

Марфа снова посмотрела на меня, не скрывая удивления.

– Вижу, ты разбираешься.

– Самую малость. Больше читала, чем делала что-то сама, но я быстро учусь.

– Ну собери, коль хочешь. Видела у кромки леса.

– Я мигом, – просияла я, – могу взять корзину?

– Возьми лучше ту, что на скамейке у двери.

– Мира, а… – заговорил Мир, пытаясь перехватить меня за руку.

– А ты, Гельмир, ступай-ка лучше остальным помогать, я сама за княжной присмотрю. И домой отведу.

– Но…

– Ступай. – Марфа требовательно посмотрела на затихшего оборотня. – Или не доверяешь мне?

– Доверяю, – тут же ответил Мир и коротко мне кивнул. – До встречи.

Он довольно быстро скрылся, направившись в сторону поселения. А Марфа указала в направлении двери.

– Собери половину и не отходи далеко. Будь в поле моего зрения.

– Хорошо.

Я взяла корзину и пошла на поиски тысячелистника. Растение с удлинёнными листьями и белыми цветками я заприметила довольно быстро. И далеко отходить не пришлось. Я периодически чувствовала на себе взгляд Марфы и немного волновалась из-за её внимания. Но это же помогло мне сосредоточиться. Так что управилась я быстро и, кажется, сработала вполне аккуратно.

Когда я вернулась, мы с Марфой даже не сговариваясь начали формировать пучки уже вместе. Я просто смотрела, что именно делает старая волчица, и старалась повторять за ней. Тишина между нами не давила, скорее, казалась мне домашней. И первой её прервала именно Марфа.

– Неужто остальные не приняли твою помощь?

– Я ведь только появилась в Логове. Наверное, их можно понять.

– Не бери в привычку оправдывать тех, кто о твоих чувствах и не задумается, – Марфа многозначительно хмыкнула, смахнув в корзину готовые пучки трав. – Прохладно уже, зайдём в дом. Там и решим, на что ты сгодишься.

Домик волчицы оказался маленьким, но уютным. В нём, что очевидно, пахло травами и отдавало слегка горьким ароматом отвара, который побулькивал в котелке. Марфа сгрузила корзину в углу и усадила меня за стол, тут же выставив на него две кружки с дымящимся взваром, от которого умопомрачительно пахло кисло-сладким духом лесных ягод и мёдом.

– Как же тебя угораздило, милая, тут оказаться. Про союз с князем разговоры доходили, а вот про вашу предстоящую свадьбу все узнали только с твоим появлением. – Марфа отпила из кружки и вопросительно посмотрела на меня.

– Было решено, что так у обеих сторон будут гарантии, – я обняла кружку, согревая руки.

– А тебе это какие даёт гарантии? Интересное дело: родную дочь сослать к волкам, которые к тому же между собой собачатся.

– Отец мне зла не желал! – вскинулась я, но быстро затихла под спокойным взглядом. – Там сложно всё. Но взамен и я получу то, о чём мечтаю.

– И о чём ты мечтаешь, юная княжна? Сгинуть среди нелюдей?

– О свободе, – я посмотрела Марфе в глаза, сглотнув комок в горле. – Брак на время, а потом я смогу уйти, куда глаза глядят, и отец меня силой держать не станет.

Марфа вдруг рассмеялась, да так заразительно, что и мои губы растянулись в робкой улыбке. Возможно, и правда звучало это всё глупо и наивно. Но ведь я уже здесь, хотя и в такое когда-то было сложно поверить.

– Кто же отпустит тебя теперь? – со смешком сказала Марфа, вновь втянув носом запах.

На мгновение её глаза словно вспыхнули изнутри тусклым янтарным светом – подобно глазам зверя, что наблюдают из темноты. Или это просто отблеск огня играл со мной?

– Мы с Керином уже обо всём договорились, – сказала я, с удовольствием сделав глоток из кружки.

– Как интересно, – Марфа снова вперилась в меня внимательным взглядом. – Сможешь приходить раз в три дня? Особо мне тут помощь не нужна, но если будешь помогать собирать травы и перебирать их, я не откажусь.

– Конечно! – я едва не подскочила с места от радости.

– Как взвар допьёшь, переберёшь мне ещё травок из запаса, да провожу тебя.

Марфа выделила мне небольшое рабочее место и вывалила целую корзину самых разных трав и растений. Часть из них я даже не знала, но без лишних вопросов разделила по кучкам так, как мне велели. Дальше их следовало просушить и столочь в порошок для отвара, но этим волчица будет заниматься уже сама, моя же задача была разложить по мешочкам.

– Ой, а это же вереск? – спросила я, заметив знакомые мелкие цветки-колокольчики. – Он успокаивает и снимает раздражительность. Но разве оборотням можно? Гельмир сказал, что волкам это чуть ли не во вред.

– Много он знает, – хмыкнула Марфа. – Ситуации бывают разные. Иногда притупить связь со зверем может быть и во благо.

Я отложила последний собранный мешочек и заинтересованно посмотрела на волчицу. Та едва заметно улыбнулась и рукой пригласила снова сесть за стол, где меня уже ждала полная кружка взвара, а рядом были заботливо пододвинуты пирожки.

– Слышала ли ты, милая, об истинных парах?

– Нет. Не помню, чтобы при мне обсуждали.

– Все оборотни верят в существование Луноликой богини. И считается, что она не только оберегает своих детей от болезней и ядов, но и дарует каждому достойному истинную пару. Волка или волчицу, а порой и человека, что идеально подходит во всём, и с которым можно скрепить связь и завести потомство.

– То есть с другими этого потомства не будет?

– Исключено. Все оборотни рождаются только в союзе истинных. Потому, как ты, думаю, заметила, у нас и так мало щенков. Не всегда истинная пара появляется рано, поэтому временные союзы среди волков не редкость, как и близость с другими партнёрами, но вот детей у таких пар не будет.

Я замолчала, задумчиво жуя пирожок. Естественно, с мясом. Кажется, оборотни без него не едят совсем ничего. Хотя они ведь хищники.

– А как оборотни понимают, что встретили истинную пару?

– Это чувство ни с чем не спутать. Но первое, что ощущает волк, это запах своей пары. И тягу, которую сложно объяснить и которой невозможно противостоять. Хотя страсть бывает и не с истинными партнёрами, Луноликая не настолько жестока, чтобы лишать удовольствия от близости.

Я покраснела, вспомнив, до какого уровня близости уже успела дойти с Керином. Да, страсть этому оборотню явно не чужда.

– И что за связь у истинных пар? Получается, это как идеальный партнёр для потомства?

– Не только, они связаны в жизни. Когда связь закрепится, то в паре могут даже чувствовать страх партнёра, когда он оказывается в опасности, или боль – в принципе все сильные всплески ярких эмоций.

– А если истинная пара умрёт, то…

Взгляд Марфы сделался отстраненным и полным застарелой тоски и печали.

– Раньше бы второй умер следом. Сейчас есть шанс вытащить. Да только не жизнь это уже будет.

– Так эти успокаивающие травы – для вас? – спросила я, но тут же отругала себя за то, что так некрасиво полезла в душу.

– Кажется, я чувствую приближение твоего волка, – вдруг сказала Марфа, поднявшись и так не ответив на вопрос.

– Моего волка?

– Вожак рядом. – сказала волчица, коротко указав на дверь. – Ступай. Провожать уже не буду. Явишься ко мне через три дня.

– Спасибо, – поспешно сказала я и виновато опустила глаза.

Хотелось извиниться за свой бестактный вопрос, но в дверь требовательно постучали.

– Марфа, я за Мирой. Ждать буду на улице.

– Ступай, милая. Не томи.

Я кивнула и торопливо двинулась к двери. Замерла на миг и обернулась, слегка поклонившись. Марфа кивнула в ответ, а я заметила, как она спрятала подрагивающие руки за спину.

Если эта волчица и правда потеряла своего Истинного, а теперь платит за их любовь такую цену, таким ли уж даром была их встреча? Словно навязанная и лишающая выбора связь. А в случае трагедии лишающая и жизни. И зачем тогда такая связь, если она приносит столько боли? Лучше уж договор, как у меня с Керином. Чёткий, ясный, с конечной датой. Без этой слепой и всепоглощающей зависимости. Ведь да?

Глава 11 Осколки хрупкого

Когда тебя окружают надёжные стены, а каждый спокойный день дарит обманчивое ощущение мира, у врага всегда будет преимущество – шанс разбить то хрупкое, что он же намеренно дал отстроить.

Бывалый воин клана Серых волков

Керин

Я сидел у площади после тренировки и непростого разговора с Герром и наблюдал, как мирно течёт жизнь в Логове. Если забыть о постоянно висевшей над всеми нами угрозе, то клан Серых волков сейчас казался именно таким, каким был при вожде Велимире. Все были заняты делом, но вокруг не ощущалось напряжения, потому что целью было общее благополучие.

Руки приятно холодили бинты с незабудками, которые я решил отдать Мире сегодня же, не дожидаясь первой тренировки. Мои губы тронула улыбка. Брат уже похвастался её очередными успехами: Мира смогла заручиться поддержкой старой волчицы Марфы и сама найти, куда себя пристроить. Когда в клане узнают, никто уже не сможет отрицать, что княжна перестаёт быть чужачкой.

А вот советник последними новостями не порадовал. Я снова воспроизвёл перед глазами нашу какую-то смазанную и тревожную встречу.

– Вожак.

Герр словно вырос из-под земли. Я как раз смыл с себя пот после тренировки и затягивал шнуры на лёгких доспехах. Волосы уже были собраны в хвост, сталь меча приятно холодила разгорячённое тело. Сегодня я решил сам выйти в дозор, потому что покой в ночи рядом с Мирой мне всё равно только снился.

– Надеюсь, не очередные очень плохие новости?

Советник красноречиво промолчал и подошёл ближе, склонившись к самому уху.

– В рядах Сверга снова какие-то волнения. Его волки вчера собрались в таверне и, даже не скрываясь, обсуждали, что скоро состоится ваш бой.

Я напряжённо стиснул зубы. Связь с волком до сих пор не восстановилась, хотя я всё чаще ощущал в своём поведении что-то ближе к моему зверю, чем к человеку. Но даже при лучшем раскладе я едва ли смогу обратиться в ближайшие дни.

– Думаешь, он как-то узнал?

– Все в клане верят, что вы не оборачиваетесь намеренно. Как бы показываете Свергу, что и без волка можете его одолеть.

– Но если не приму бой, то дам основания думать, что со зверем правда что-то не так.

Герр снова напряжённо замолчал.

– Какие есть варианты?

– Возможно, стоит попросить Марфу ускорить процесс.

– От меня будет за версту нести усиливающим отваром, никто не признает такую победу.

– Едва ли во время очередной стычки будут обращать внимание на то, чем и от кого несёт.

– Действие в любой момент может закончиться, – я устало потёр переносицу, – и вообще не факт, что поможет.

– Стоит хотя бы быть готовым на всякий случай, – Герр пытливо заглянул в глаза. – Я могу сам обо всём договориться, вы просто будете носить усилитель с собой. Поговорю с Марфой, что можно придумать, а пока пусть будет хотя бы это.

Советник вложил в руку мешочек, кивнул каким-то своим мыслям и ушёл. Он успел хорошо меня узнать: если я не отвечал отказом сразу, можно было считать это моим негласным согласием.

Волчий корень обжёг руку даже сквозь ткань. Это было редкое растение и запретное. Когда-то им пользовались воины, которые знали, что идут на последний бой, где целью могла быть только победа. Или смерть, но с возможностью остаться в памяти героем.

Кроваво-красный цветок напоминал языки пламени – тот самый огонь, что разгоняет кровь, сжигая человеческий контроль и выпуская наружу зверя.

Опасность Волчьего корня крылась в том, что после усиления всегда следовал откат – жар, что выжигал яд цветка. И, конечно же, потеря связи со зверем, которому было нужно восстановиться после боя, который воспринимался им как последний.

Герр вложил мне в руку опасное оружие, но я понимал, что это единственный способ дать бой, ведь в случае отказа Сверг просто займёт место вожака, а мне едва ли светит остаться в клане. Найдут способ, за что изгнать и заклеймить.