Микстура от попаданки

Из приемной вели несколько дверей. Одна – собственно, в лекарский кабинет, который был тут в единственном экземпляре. Вместо привычных приборов здесь были стул для лекаря, ширма для болеющего и нечто вроде кушетки для осмотра. И никаких средств диагностики. Для меня осталось загадкой, как они определяли болезни внутренних органов.

Вторая дверь вела в настоящую вотчину зельевара. Здесь располагались какие-то сушеные травы, ведьмины котлы, хотя на ведьм девицы Лафер были не похожи, а еще баночки с порошками и бутылочки с неизвестным содержимым.

А за третьей дверью в небольшой кладовке пряталась я. Помимо вышеупомянутого зеркала, здесь имелась старая кушетка, такая же, как в смотровой. А еще платяной шкаф со скрипучими дверцами, в котором висели ужасающе грязные тряпки.

– Аннабель! – раздался зычный голос одной из трех девиц. – Где эта лентяйка?!

Да, сегодня я трудоголизмом похвастаться не могла, но у меня была уважительная причина. Я вообще не Аннабель. И мое отсутствие – это не повод так орать, между прочим. Начальников-самодуров я терпеть не собиралась ни здесь, ни в своем… прошлом.

Поправив платье и взбив прическу, я с гордо поднятым подбородком отправилась на зов.

– Мы закрываемся на ночь, а ты где-то прячешься, – укоризненно покачала головой девушка.

– Она какая-то странная сегодня, Гризельда, оставь ее, – мягко сказала ее сестра.

Гризельда. Странное имя прекрасно подходило орущей лессе Лафер.

– Вот и разбирайся с ней сама, Фанни, – фыркнула Гризельда той, которую я посчитала «хорошим полицейским». – А мы с Беллой пойдем.

– Я тоже пойду, – пожала я плечами, радуясь неожиданной перекличке. Теперь я хотя бы знала, что единственную из сестер, с которой хотя бы парой слов перекинуться можно, зовут Фанни. – Ну, раз мой рабочий день закончен…

– Не забудь, утром у нас леди Ланор, – сквозь зубы процедила Гризельда. – Она явится к полудню, так что, будь любезна, не опаздывай хотя бы раз и приведи здесь все в порядок.

Ага, выходит, я здесь кто-то вроде санитарки? Принеси, подай, помой. Ну, это лучше, чем внезапно стать оперирующим хирургом. Я согласно кивнула и выскользнула за дверь, оказавшись на узкой улочке. И куда теперь?

– Анна, наконец-то! – раздался веселый женский голос за спиной, а потом кто-то подхватил меня под руку и потащил.

Глава 7

Пока я лихорадочно соображала, стоит ли мне начать отбиваться от активной девицы, стремительно утягивающей меня с оживленной вечерней улочки на одну из узеньких и темных, или это все-таки подарок судьбы, моя внезапная спутница принялась тараторить со скоростью попугая, пару лет молчавшего, а теперь решившего выговориться.

– Ты не представляешь, что я тебе сейчас расскажу! – щебетала она. Я и правда не представляла. Но меня слегка успокоило то, что голос ее звучал дружелюбно и мягко, так обычно говорят с близкими друзьями. – Такое случилось, я ненароком услышала! Но лучше на улице не болтать, сейчас домой придем, я тихонечко… А пока про другое: представляешь, леди Ниаро застукала своего супруга в объятиях лессы Пирс, вот шуму-то было! А молодой лорд Гессен…

Потеряла нить разговора я уже на второй фамилии, а девушка, которую я наконец смогла рассмотреть, насколько позволяли сумерки в темном проулке, все перечисляла каких-то незнакомых мне людей. Судя по всему, моя подруга была отчаянной сплетницей, но как-то пробралась в элитное общество.

Надо сказать, внешность у нее была забавная. Тащила меня с цепкостью крокодила, но на вид была хрупкая, рыжеволосая и отчаянно кудрявая. Настолько, что непокорные волосы, собранные в две тугих косы, пробирались из них с той же ловкостью, с какой прорастает трава в трещинах между тротуарной плиткой. На носу – россыпь веснушек, ни единой морщинки на лице. Впрочем, Аннабель тоже выглядела юной. Лет на пять младше меня, наверное. Обеим девушкам было не больше двадцати.

Одета моя новая знакомая была в коричневое платье с длинной, до щиколоток, юбкой. Рукава и ворот были оторочены белым кружевом, на ногах – строгие, почти учительские туфли. Все это до безумия ей не подходило: такая она была живая, стремительная, что хотелось нацепить на нее кроссовки и спортивный костюм и выпустить на волю.

Не прошли мы и трех улочек, а я уже узнала, что зовут ее Эмили. Естественно, об этом мне сказала не она сама, я изо всех сил старалась поддерживать разговор и притворяться, что знаю, куда мы идем. Имя ее назвал один из многочисленных горожан, поздоровавшихся с нами по пути. Судя по всему, в определенных кругах мы были достаточно известными личностями. Это в тех, которые торгуют мясом и молоком, подбивают каблуки сапогам, держат всяческие лавки. То ли мы с Эмили были отчаянными шопоголиками, то ли просто любили поболтать со всеми, кого видели.

В конце концов мы добрались до ничем не примечательного двухэтажного дома. Деревянный, видно, что ухоженный. На окнах красивые резные белые декоративные ободки – как я ни пыталась, не смогла вспомнить названия. Фасад выкрашен в небесно-голубой цвет, а черепичная крыша – темно-синяя, отчего дом был похож на колокольчик с шапочкой.