Я – талисман

Вечером восьмого января человек усадил меня на подоконник, а на утро, подорванный по будильнику, наспех почистил зубы, проглотил бутерброд, выпил кофе, даже не потрепал меня по кривоватой мордочке со своим привычным «Привет, Джефф» и умчался на работу. И хоть с высоты пятого этажа видно плохо, да и глаза у меня вышитые, и человек шёл очень быстро, спеша к автобусной остановке, я видел, как ему тоскливо. Тоскливо оттого, что ещё две недели назад в воздухе витала та самая волшебная атмосфера наступающего нового года, а теперь снова – работа.

Вечером того же дня он вернулся домой, взял меня с полки, обнял (за три года я научился отличать оттенки его настроения, это объятие словно просило разделить неприятное) и прошептал: «Ох, Джефф. Первый рабочий день после праздников – самый ужасный день в году». И он прав. Ведь магазины и улицы всё ещё пестрят мишурой и гирляндами, а по городу ездят автобусы с надписями «С Новым годом!». Всё это – уже напоминание о празднике, которого все так долго ждали, но он в очередной раз предательски пролетел, как фанера над Парижем. Мозг у людей устроен так, что будни длятся бесконечной, тянущейся, как сыр на пицце, рутинной чередой, а праздники – как одно мгновение. Уж мы-то, игрушки, праздники во плоти, знаем это как свои, ну в моем случае ноль пальцев.

Я же, плюшевый кролик по имени Джефф, три года назад с удовольствием побывал символом года. Общаюсь я с плюшевым конём по имени Энцо, он боялся стать символом этого года для своего человека, а я убедил его, что в этом нет ничего страшного. А что касается тоски моего человека по ушедшим праздникам, она рассеялась уже через пару дней. И правильно. Вечный праздник – это тоже вредно. Иначе никакой магии. Праздники – на то они и праздники. Хорошего по чуть-чуть. А если человек просто устанет от работы, я всегда готов его понять.