скачать книгу бесплатно
– Ничего. – Я убрал папку обратно в тумбочку. – Скоро тебя настигнет справедливая кара!
И, глянув на потолок, словно мог увидеть сквозь него Небеса, прошептал:
– Спасибо, Господи, что даешь мне этот шанс!
Правда, с карой пришлось повременить. Ведь наступил понедельник, а значит, нужно было идти на работу.
Я вошел в офис в восемь утра – гладко выбритый, причесанный и стриженный по моде, в белой рубашке и выглаженных черных брюках. Лишь маленький серебряный крестик на цепочке. Никто и не подумает, глядя на меня, что перед ним беспощадный истребитель ереси. Днем я простой служащий. Днем я – как все. Это чем-то сродни оборотничеству. С восходом солнца я примерная овца, послушно бредущая в общем стаде, после заката – свирепый пес, уничтожающий волков. Да только стадо понятия не имеет, благодаря кому к рассвету хищников стало меньше.
– Опять подрался вчера? – Катя, моя соседка по рабочему месту, кивает на мои руки.
– Сами напросились! – Я медленно сжимаю и разжимаю правый кулак с татуировкой «1034», демонстрируя разбитые костяшки.
Катя восторженно улыбается, смотрит на меня масляным взглядом, стреляет глазками. Для нее, когда один человек избивает другого, это проявление мужественности. Она принимает мою ответную улыбку за взаимную симпатию, не понимая, что ее стрельба – в молоко. Если б она только знала, что мой флирт – часть дневного маскарада. Ведь я пожертвовал тем, что большинство называет нормальной жизнью, ради веры. Став воином Света, я принял обет безбрачия.
Привычным до автоматизма движением включаю компьютер, пальцы машинально выбивают дробь на клавиатуре – логин, пароль. Ладонь ложится на мышку, и стрелка скользит по рабочему столу к файлу с клиентской базой. В ухо впивается телефонная трубка. Офисный автомат готов к работе…
Правда, в тот день я с трудом поддерживал дневной маскарад. Занимаясь этой глупой работой, мысленно возвращался к своей главной задаче. Почему я здесь? Ведь должен быть там! Как же мне хотелось вскочить с места, ударом ноги выключить ненавистный компьютер, сказать в лицо этой дуре Кате все, что я думаю о ее развратном поведении, и уйти, хлопнув дверью, послав в адское пекло офис вместе с его начальством. Но нельзя. Нужно быть терпеливым, смиренным, целеустремленным. Я должен и дальше вести эту игру в примерного гражданина, чтобы днем не вызывать подозрений у овечьего стада, а ночью вновь стать волкодавом.
С трудом дождавшись конца рабочего дня, я выбежал из офиса. Заскочив домой и сменив униформу менеджера на более удобную и привычную – бойца (черные джинсы, куртка-бомбер и армейские высокие ботинки), я поспешил к газетному комплексу, в котором располагались почти все областные СМИ. И примерно через час распахнул дверь с табличкой «Погорские кошмары».
Признаться, я несколько иначе представлял себе редакцию газеты. Воображение рисовало мне гигантский кабинет, по которому под непрерывный стрекот печатных машинок и рокот голосов носятся люди, потрясая исписанными листками, а в дальнем углу в маленьком прокуренном кабинете за дубовым столом восседает седовласый дядечка в костюме – главный редактор – и, покуривая сигару, что-то кричит в телефонную трубку. А за одной из приоткрытых дверей обязательно должны виднеться огромные грохочущие машины, по которым ползут бесконечные ленты пахнущих типографской краской печатающихся газет…
Редакция газеты «Погорские кошмары» занимала всего один кабинет размером пять на пять. Вдоль стен стояли три заваленные бумагами офисных стола с компьютерами. За одним восседал парень на вид лет двадцати пяти и пялился в экран, на котором я разглядел столбцы текста и фото человека с перекошенной рожей и огромным кухонным ножом в руке. За компьютером по соседству, тряся головой, сидела татуированная и пирсингованная девица. С ее черной футболки скалился жуткий монстр. На голове с малиновыми волосами громоздились огромные наушники. У окна стоял журнальный столик с электрическим чайником, сахарницей и вскрытой коробкой печенья. В кресле слева от него сидела еще одна девушка. В одной руке она держала чашечку кофе, другой прижимала к уху мобильник, по которому без умолку тараторила. В кресле по другую сторону стола расположился седовласый господин с усталыми глазами в черном заметно поношенном костюме. Моему появлению никто не придал значения.
– Могу я поговорить с главным редактором? – сдержанно-почтенно осведомился я у седовласого господина, решив, что он единственный в кабинете, кто внешне соответствует этой должности.
– Да я тут это… – Гражданин робко заерзал в кресле.
– Вам чего? – Сидящая на другом конце столика девушка оторвалась от мобильника и подняла на меня вопросительный взгляд.
Я повторил вопрос. Она окинула меня оценивающим взглядом (причем таким, словно прикидывала, гожусь ли я ей в бойфренды) и, видимо, осталась довольна.
– Погоди, – бросила в трубку девушка и позвала: – Вика!
Она ткнула в спину пирсингованную девицу. Та стащила с головы наушники, из которых тут же хлынули раскаты тяжелого рока. Мне даже удалось разобрать кое-какие слова: «Дьявол здесь, дьявол там! Жизнь, как сон – сплошной обман…» Я с трудом подавил в себе желание схватить ее за малиновые патлы и хорошенько треснуть утыканной железками башкой о стол. К своему счастью, пирсингованная барышня выключила свою бесовскую музыку и вопросительно оглянулась. Девушка у столика кивнула на меня и тут же снова затараторила в телефон.
– Вы что-то хотели? – спросила пирсингованная тоном, выдававшим, что ей чаще приходится общаться с сумасшедшими, нежели с адекватными читателями.
– Хочу переговорить с главным редактором.
– Ну я редактор. Чего вам?
Я несколько опешил. Признаться, не так представлял себе главреда газеты.
– Вы автор? – спросила она.
– Чего? – Я растерялся еще больше.
– Если вы принесли статью, так давайте. Надеюсь, в электронном виде? Знаете, что мы принимаем тексты объемом не более…
– Я не автор, – перебил я. – Мне нужно… В общем, вот.
Вынув из кармана мятую газету, я бросил ее на стол:
– Кто такой Женя Р.? Кто это написал?
– Редакция за содержание материалов ответственности не несет, – тут же выпалила редактор, приняв воинственную позу и даже не взглянув на статью. – Внимательнее читайте выходные данные: там все написано.
Похоже, ей не раз приходилось сталкиваться с юристами и разъяренными читателями.
– Я ни в чем вас не обвиняю. По крайней мере, пока… – жестко сказал я. – Мне нужен автор этих статей. Срочно!
– Ну, вообще-то мы не даем координаты наших авторов… – заюлила редактор, откинувшись на спинку стула.
– Значит так. – Я грохнул кулаком по столу. – Либо вы мне сейчас же даете координаты этого автора, либо…
– Либо что? – Пирсингованная барышня вскочила и, уперев кулаки в стол, уставилась на меня взглядом волчицы. Я сразу понял, почему именно она рулит газетой. Глядя мне в глаза, редактор прошипела: – Теперь вы меня послушайте. Если сейчас же не покинете кабинет, я вызову охрану, а вместе с ней милицию и нашего юриста. И впредь, если вздумаете являться в подобные учреждения, подбирайте тон и выражения. А теперь – всего хорошего!
Редактор снова включила музыку, и, прежде чем наушники очутились у нее на голове, до меня донеслась гремящая из них песня: «Дьявол здесь, дьявол там…» Как же мне хотелось разнести все в этом кабинете к чертям собачьим. Однако я прикинул, чем это может обернуться. Если бы дело касалось только меня… Но ведь своими действиями я подставлю весь наш Орден! Магистр не одобрит таких мер, будь это хоть контора по вербовке в Преисподнюю. В наш век безверия священные войны ведутся лишь со скрытыми лицами и под покровом тьмы. «Ничего, придет и наше время!» – подумал я и, выйдя в коридор, зло захлопнул за собой дверь.
Я вышел на крыльцо издательского комплекса. Прохладный ветер слегка охладил кипящую внутри ярость. Невыносимо захотелось пить. Увидев неподалеку ларек, я нервно выдернул из внутреннего кармана бумажник. И вдруг что-то выпало мне под ноги. Наклонившись, я встретился взглядом… с тобой, Рита! Подняв фотографию, я долго вглядывался в твои родные черты. И, как всегда в такие моменты, вдруг представил пламя. Как огонь рвется вверх, пожирает твою одежду, поджаривает тело, по лесу разносится твой дикий крик, а перед тобой – ухмыляющаяся физиономия Артура Велина… Я стиснул фотографию и какое-то время стоял, прижав кулак к груди. Потом убрал бумажник и снова вошел в издательский комплекс.
Пирсингованная редактор встретила меня все тем же волчьим взглядом.
– Извините, что я так ворвался, – как можно спокойнее сказал я. – Просто мне действительно очень нужно поговорить с автором. Помогите мне. Пожалуйста!
– Еще раз повторяю, – теперь уже без агрессии ответила редактор. – Мы не даем…
Я подошел к редакторскому столу и положил перед ней твою фотографию.
– Это – моя сестра, – сказал я. – Она погибла. Причем погибла именно так, как… как описано в этой статье.
Я расправил на столе смятую газету, на обложке которой была изображена заживо сгорающая на костре ведьма.
– Да ну! – Редактор подалась вперед и потянулась за ручкой и блокнотом. – А ну-ка, отсюда поподробнее…
– Вы что, собираетесь записывать? – удивился я.
– Отличный отклик на материал…
– Издеваетесь? – У меня внутри снова начало вскипать. – Вообще-то, мы говорим о судьбе родного мне человека. Если б речь шла, скажем, о вашем брате или сестре, вы бы тоже с восторгом сочиняли статью?
Редактор пожала плечами. Я понял, что именно так она бы и поступила.
– Извините. – Она все же отложила блокнот. – Профессиональный инстинкт. Да вы присядьте. Может, кофе?
Я сел в кресло. Девушка у столика снова оторвалась от телефона, налила кофе и протянула мне горячую кружку.
– Итак, что произошло с вашей сестрой? – спросила редактор.
– Ее убили, жестоко. Привязали к дереву, облили бензином и сожгли, живьем. – Мне с трудом удавалось говорить спокойно. – А монстр, который это сделал, до сих пор разгуливает на свободе! Если бы это произошло с вашим близким, разве вам не хотелось бы справедливости?
– И вы надеетесь, что автор этой статьи поможет вам восстановить эту самую справедливость. А потому хотите знать, откуда у него такие сведения. Так? – Редактор бросила ручку на стол и, откинувшись на спинку кресла, задумалась. – Скажите, вы читали нашу газету?
– Так, кое-что… – пожал я плечами.
– Наши авторы постоянно пишут жуткие истории про маньяков, людоедов, привидения и зеленых человечков. Как по-вашему, насколько правдивы все эти истории?
– Вы хотите сказать…
– Именно. Все это – выдумки! Понимаю, что, как редактор этого издания, я не должна говорить читателям такие вещи. Но учитывая ваш случай… – Она вздохнула. – Судите сами. Какова главная задача средств массовой информации? Я сейчас, конечно же, говорю о нормальных СМИ… Они существуют, чтобы передавать информацию. Так? А в любой новости должны быть ответы на три основных вопроса: что, где и когда произошло. Теперь еще раз взгляните на эту статью. Вы найдете там эти ответы? Только на вопрос «что?». Да, событие есть – убийство. Но где оно произошло? Когда? Кто убийца? Кто жертва? Неизвестно! Где-то когда-то кто-то кого-то убил… Событие вроде описано, а информации – ноль! К такому материалу ни один юрист не подкопается. Если начнутся разборки, всегда можно сослаться на больную фантазию нашего автора. Так что все наши статьи – пустышки. У нас, по сути, средство не массовой информации, а скорее массовой дезинформации. Ее прервал телефонный звонок.
– Извините… – Редактор сняла трубку с трезвонящего на столе аппарата. – Да? Вы автор? О чем ваша статья? Нет, такое нас не интересует. Попробуйте обратиться в «Загадочное и невероятное». Нет, телефон не подскажу. Всего хорошего!
Она повесила трубку.
– Чего хотел? – поинтересовалась у редактора ее коллега, оторвавшись от мобильника.
– Говорит, мол, хорощий статья написаль. Свои измышленья по поводу грядущего, как он выразился, акопалипсиса.
– Ну да. О чем еще можно написать, сидя в трениках на кухне? Только о том, как устроена Вселенная, раскрыть всемирный заговор да причины неминуемого конца света, – усмехнулась коллега и вернулась к своему мобильнику со словами: – Да, очередной псих звонил. Надоели эти пророки доморощенные…
– Итак, на чем мы остановились? – Взгляд редакторши вернулся ко мне. – Ах да, о материалах. Если говорить начистоту, наша газета по сути своей – сборник баек, написанных так, словно это произошло на самом деле. Да только все это – выдумки. Вы же не станете, к примеру, выяснять правдивые источники у писателя-фантаста. Но читателям правдивость и не нужна. Им просто нравится читать про чужие страхи, страдания и кровь. А было это на самом деле или нет, никто не задумывается. Недавно одна тетка рассказала нам, будто бы в Погорье обитает целая тусовка вампиров. Так что ж, этому верить? Но для газеты годится! Вы когда-нибудь в детстве рассказывали друг другу перед сном страшные истории? Так вот, мы – страшилки для взрослых. Читатели рады – нам же нравится, что тиражи растут, а вместе с ними и прибыли. «Погорские кошмары» даже стали выходить два раза в неделю! Спрос, как говорится, рождает предложение.
– Но ведь автор статьи в точности описал похожую ситуацию!
– Скажите, об убийстве вашей сестры сообщали в СМИ? – спросила редактор.
– Да, много было шума девять лет назад…
– Тогда все просто. Автор поднял старые материалы, начитался, а потом состряпал похожую историю.
Какое-то время я молчал. А ведь она права! Надежда все больше угасала. И тут я вспомнил:
– Да, но ваш автор приводит в статье такие подробности, которых раньше не было ни по телевидению, ни в газетах, ни в милицейских документах при расследовании. Даже если он ничего и не знает об убийце, наверняка пользовался при написании какими-то не известными ранее материалами.
Редактор задумчиво потерла бровь, на которой сверкало штук пять серебряных колечек.
– Поймите, я всего лишь хочу поговорить, и все, – заверил я. – Ему ничего не угрожает.
«По крайней мере, если выложит все начистоту», – подумал я, сжав под столом кулаки, при этом не переставая располагающе улыбаться.
– А вдруг вы маньяк, который хочет убить одного из наших лучших авторов, а? – осведомилась редактор, правда, теперь уже с улыбкой.
– Тогда у вас появится еще одна отличная новость, достойная обложки, – также с улыбкой ответил я. – Причем на этот раз абсолютно правдивая.
Редактор хлопнула ладонью по столу и повернулась к девушке с мобильником:
– Катюш, есть какие-нибудь контакты Жени? Телефон или электронка?
– Не-а. Всегда материалы лично приносит, – ответила названная Катюшей, на секунду оторвавшись от телефона.
Редактор снова потерла бровь.
– Давайте поступим так, – наконец сказала она. – Вы оставите свой контакт. Мы передадим его автору. И, если он посчитает нужным, поговорит с вами. Идет?
– А если не посчитает?
Редактор развела руками.
Я достал блокнот, написал номер телефона и протянул вырванную страничку.
– Когда ждать звонка?
– Женя к нам обычно по понедельникам и четвергам забегает.
– Сегодня – понедельник!
– Значит, наверное, сегодня и заглянет. Как придет, передадим ваш номер. А там уж как у вас сложится.
Я встал.
– Вик, ты освободилась? – спросил редактора сидящий у другого компьютера парень. – Тогда глянь новую обложку.
Он повернул к ней монитор, на котором красовалась обнаженная барышня, прикованная к трубе наручниками. Под ней стилизованными под кровь буквами было написано: «Маньяк изнасиловал убийцу». Редактор какое-то время изучала сей шедевр скептическим взглядом, а потом сказала:
– Давай лучше наемного. Маньяк изнасиловал наемного убийцу!
– Ага, и съел, – пошутил я.
– Точно! – обрадовалась редактор. – Да! Маньяк-каннибал изнасиловал наемного убийцу! Витек, влезет еще строчка?
– Сейчас посмотрим, – ответил парень, отвернувшись к монитору, и застучал пальцами по клавиатуре.
– И еще, глянь в интернете барышню с бюстом побольше, – бросила редактор ему в спину. – Какая-то уж она у тебя совсем тощая.
– Зато в кровище! – не оборачиваясь, ответил парень.
– Простите, но ведь у меня в статье маньяк не ел убийцу, – робко отозвался седовласый господин в костюме, все это время так тихо просидевший у журнального столика, что я успел позабыть о его существовании.
– Федор Михалыч, ну перепишите чуток. Допишите, что съел, – улыбнулась ему редактор. – Знаю, у вас получится. Вы же у нас талантище! Просто гений!
– Ну что вы… – Господин смущенно махнул рукой, надувшись от гордости. – Ладно. Если завтра принесу новый текст, пойдет?
– Вы просто умница! Что б мы без вас делали!
Я направился к двери. Но, едва коснулся ручки, как вдруг дверь передо мной распахнулась – и я едва не столкнулся с невысокой белокурой девушкой.