
Полная версия:
Ледяная ловушка для пионеров
Неужели и так бывает?
Людмила Леонидовна задумалась, вспоминая, что же такое произошло этим летом.
Да поначалу точно ничего особенного. Тем более для ее ребят не в новинку поездка в ЛТО. Проходили уже – годом ранее, после шестого класса.
Совсем уж ровно и гладко, конечно, не обошлось: были и проступки, и шалости, и дурацкие выходки. Но это, можно считать, в пределах нормы, особенно по сравнению с тем, что творилось два года назад в пионерском лагере «Спутник»[2].
От воспоминаний того лета тоже хотелось поежиться. В мистику, волшебство, конспирологию и прочее сверхъестественное Людмила Леонидовна не верила, а все эти долетавшие до нее слухи и обрывки разговоров о месте силы, о проклятии, о воздействии красной луны и туманов на психику людей считала сущим бредом. Но и отрицать не могла, что два года назад в последнюю августовскую смену в «Спутнике» происходило что-то чересчур странное, которое не впишешь в привычные, даже довольно широкие рамки.
В лагерях всякое случалось, но тут и правда было что-то запредельное. Смерть медички и начальницы Авии Аркадьевны, несколько серьезных несчастных случаев, включая жуткий поступок Олега Матвеева. И в завершение – массовый погром, который устроила толпа словно обезумевших в один момент детей.
Хорошо, что Юрика не коснулось это помешательство. Хотя он никогда не был идеальным ребенком, примерным паинькой, но тут проявил себя дисциплинированно и стойко. Совсем по-мужски.
Людмила Леонидовна не удержалась, улыбнулась, подумав о сыне. Но тут же вздохнула, опять вспомнив про неумолимо приближавшийся переходный период, способный в корне все поменять.
– Можно? – в класс вошла Дина Кушнер.
Она, пожалуй, одна из тех немногих, кто после лета остались прежними.
Кушнер и раньше была не слишком простой и открытой, немного себе на уме, но и чрезмерно никого не сторонилась. Вполне общительная, приветливая и активная, а вот остальные…
Был же дружный класс. А теперь даже давно сложившимися компаниями редко собирались, только по двое, максимум по трое, и без необходимости тоже почти не разговаривали друг с другом.
– Чего тебе, Дина?
– Так я же дежурная. Пришла в классе прибрать.
– Да, да, конечно, – закивала Людмила Леонидовна. Похоже, она настолько глубоко увязла в невеселых размышлениях, что прослушала звонок с шестого урока, но уже через секунду вернулась к привычному рабочему ритму. Еще и осознала до конца, что не так, а подходящие ситуации вопросы уже сами вырвались: – А почему одна? Кто с тобой еще должен быть?
Обычно же ученики дежурили по двое, чаще мальчик с девочкой, чтобы распределить обязанности соответственно возможностям. На первом – что потяжелее, например ведро с водой принести, стулья поднять, парты подвинуть. На второй – старательность и аккуратность.
Дина отвечать не торопилась, видимо, не хотела сдавать одноклассника. В таком возрасте с этим их подростковым максимализмом ребята даже подобную чепуху запросто могли возвести в разряд стукачества и предательства. Но потом поняла, что классному руководителю достаточно свериться со списком, лежащим в журнале, и нехотя проговорила:
– Халиков.
– Ну и где он?
– Наверное, у него дела какие-то, – довольно безучастно выдала Дина. Собрала волосы – не короткие, не длинные, пониже плеч – в хвостик, затянула резинкой. Затем направилась к хозяйственному шкафу, в котором хранились ведра, швабры и тряпки, но, дойдя до него, обернулась и пояснила: – Просто я спросить не успела. Он как-то быстро пропал сразу после звонка.
Людмила Леонидовна неосознанно напряглась. Уж очень не понравилось ей слово «пропал», неприятно корябнуло, будто кто-то провел по стеклу пенопластом.
Опять последствия той августовской смены в «Спутнике». Тогда Людмиле Леонидовне за глаза и за уши хватило необъяснимых и неожиданных пропаж. Но сказать она ничего не успела, потому что Кушнер продолжила почти без паузы.
– А можно я лучше с кем-нибудь другим отдежурю? – попросила вежливо и сама же предложила: – С Мариной Новожиловой. Мы и без мальчиков справимся.
– А чем тебя Камиль не устраивает? – поинтересовалась Людмила Леонидовна.
– Почему не устраивает? – увильнула от прямого ответа Дина. – Просто мне лучше с Мариной.
Значит, здесь действительно что-то нечисто и Людмила Леонидовна близка к истине.
– Так мне что, уйти? – внезапно прилетело от входной двери.
Халиков с опозданием, но все-таки объявился и теперь стоял на пороге, сумрачно смотрел из-под свисавших до самых глаз густых черных вихров.
Дина коротко глянула на него, равнодушно дернула плечами.
– Да как хочешь. Мне все равно.
Камиль недобро сощурился, а Людмила Леонидовна буквально ощутила, как воздух в кабинете раскалился, опасно завибрировал, и встревоженно подобралась.
Вот оно, вот! То самое, что ее беспокоило в последнее время.
Ведь вроде и причины нет, а эти двое уже готовы повздорить, сцепиться на пустом месте. Ладно Халиков. Он всегда выделялся самоуверенностью, дерзостью и горячностью. Но ведь и Кушнер туда же. Похоже, и ее задело.
– А вот мне не все равно, – со значением заявила Людмила Леонидовна. – Раз положено, надо отдежурить. Обоим.
Хотя, если откровенно, захотелось побыстрее от них избавиться, а не наблюдать лишний раз, как рассыпается на осколки отстроенный за четыре года дружественный и сбалансированный мир.
– Протрите как следует доску, подметите, – распорядилась она с легким раздражением, – и можете быть свободны.
А в голове по-прежнему безостановочно крутилось: в чем же все-таки дело? Почему ребят в новом учебном году будто подменили? Что такое особенное случилось в ЛТО прошедшим летом? Возможно, Людмилу Леонидовну не зря обеспокоила произнесенная ученицей фраза про пропажу? И виной тому не только события в «Спутнике».
Глава 4
Лето
В летний лагерь труда и отдыха – сокращенно ЛТО, а по-простому «колхоз» – в их школе обязательно ездили после шестого и седьмого класса. И отбрыкаться от этой «почетной» обязанности не удавалось почти никому.
Единственная возможность – по состоянию здоровья, если у тебя имелся медотвод из-за серьезной болезни или ты своевременно сумел подцепить какую-нибудь жуткую заразу. Но у них в бывшем седьмом «Б» все были катастрофически здоровы и полны сил.
Поэтому хочешь не хочешь, а пришлось паковать вещи и ранним июльским утром вопреки здравому смыслу и каникулярному распорядку тащиться в школу. Или, скорее, к школе. Чтобы собраться на площадке перед высоким крыльцом, на которой обычно проводились первосентябрьские линейки, пересчитаться, загрузить багаж в специально отведенную для этого машину, а потом самим загрузиться в автобусы.
Те заранее поджидали, выстроившись колонной вдоль ближайшей к школе дороги, – оранжево-желтые, видавшие виды, на время снятые с городских маршрутов «Икарусы», на лобовых стеклах которых вместо номеров красовались таблички с надписью «Дети». Ровно шесть штук. По количеству отрядов, равному количеству жилых домиков в лагере.
Хотя шестых и седьмых классов всех вместе в школе насчитывалось девять. Из-за чего какие-то из них попадали в отряд целиком, а оставшиеся начальственным решением делились на части и распределялись по свободным местам. Например, седьмому «Б» добавили ребят из седьмого «Г». А еще русичку Галину Ивановну.
Расселись, в очередной раз пересчитались, дождались сигнала – и вперед. Навстречу насыщенному совместному отдыху, но главное, трудовым свершениям и подвигам. Чуть больше часа езды, от которого реальность незаметно и неумолимо отщипывала минуту за минутой.
Автобусы стремительно катили по серой, казавшейся бесконечной ленте шоссе, за окнами мелькали обычные загородные пейзажи: поля, луга, леса, деревни. Взгляду зацепиться не за что.
В салоне было душно, несмотря на приоткрытые форточки, а врывавшийся в них ветерок не освежал, а приносил запах пыли и новые порции густого, раскаленного жарким летним солнцем воздуха. Всё как и в прошлом году. Даже направление то же, хотя пункт назначения другой.
Раньше школа ездила в лагерь, располагавшийся рядом с деревней с довольно экзотическим и непривычным для их местности названием – Львы. Но, как сказали, весной там что-то случилось, вроде бы пожар, и пара жилых корпусов сгорела.
Восстановить до лета их не успели или не посчитали нужным, поэтому сейчас ребят везли в новый лагерь, совершенно незнакомый. А находился он возле села Студилин Погост.
Услышав название, Гоша Товстигов громко вздохнул, положил ладонь на грудь и, качая головой, мелодраматично изрек:
– Куда мы едем? Куда мы едем?
– Товстигов! – обратилась к нему Людмила Леонидовна. – Ну что опять не так?
– Как что? – С прежними театральными интонациями возопил Гоша. – Вот сами посудите, Людмила Леонидовна. Хорошее место погостом не назовут. – А в ответ на вопросительные взгляды, сообщил: – Это же кладбище по-другому.
– Георгий, – вмешалась Галина Ивановна. – Конечно, крайне похвально, что ты разбираешься в значении слов. Но… твои познания весьма ограниченны и однобоки. – И, словно автоматом переключившись на привычный рабочий режим, принялась объяснять, как на уроке: – Слово «погост» образовано от древнерусского глагола «гостити». То есть быть в гостях. Изначально так называли место, где останавливались купцы. В нем торговали, обменивались новостями, заключали сделки. Это такой торговый узел, вокруг которого постепенно вырастало поселение. Естественно, со временем в таких поселениях строили церкви. А хоронили обычно с ними рядом. И такое место становилось не только торговым центром, но и духовным. Это в наше время погост стал синонимом кладбища. Так что не переживай. Ничего страшного с тобой не произойдет. Считай, что едешь в гости к радушным хозяевам, – заключила она с чуть снисходительной улыбкой, – которые тебя и накормят, и напоят, и спать уложат.
– И пахать на поле заставят, – без всякого энтузиазма продолжил Гоша, критично выпятил и без того полные губы.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Сноски
1
Небольшой плоский чемодан для деловых целей. Изготавливался из мягких или жестких пластиков, металла, искусственной или натуральной кожи. Дипломаты были очень популярны у советских старшеклассников в 80-е годы XX века.
2
Подробнее об этих событиях рассказывается в книге «Пионерская клятва на крови».
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

