скачать книгу бесплатно
– Ты пришел с кем-то из Викиных друзей? – продолжила задавать вопросы Катька.
– Да, с кем-то пришел, – лениво ответил парень. – С Настей.
– Что читаешь? Я зашла, ты что-то читал и смеялся.
– Пелевина, «iPhuck 10». Забавная книжица, хотя местами многовато Пелевинской зауми, но есть просто потрясающие места. Не читала?
– Эту книгу – нет, не читала, я читала более ранние его вещи. «Жизнь насекомых» больше всего понравилась.
– А тебя как зовут-то? Не могу же я разговаривать с девушкой о литературе, не зная даже, как к ней обратиться? – подмигнув, задал вопрос незнакомец.
– Катя.
– Так вот, Екатерина Батьковна…
– Катарина Александровна, – машинально поправила его собеседница.
– Эм-м… А не ведет ли многоуважаемая барышня свое происхождение из династии Гогенцоллернов? – напыщенно спросил парень.
– Нет, – засмеялась Катька, – не ведет. А почему именно из Гогенцоллернов?
– Ну, потому что маловероятно, чтобы со мной на кухне в провинциальном сибирском городе запросто сидела представительница династии Габсбургов.
– Все гораздо проще, я даже не немка, – рассмеялась девушка. – Просто моя мама была в детстве и юности страстной поклонницей фигурного катания.
– А что, любовь к фигурному катанию является поводом давать детям необычные имена? – хмыкнул странный молодой человек.
– Да нет же, ты не дослушал. Так вот, у моей мамы была любимая фигуристка из Германии – Катарина Витт. И она, очевидно, так фанатела от нее, что назвала меня в ее честь, вот и все.
– Угу, значит, по закону жанра ты уже тоже должна выиграть как минимум пару чемпионатов мира?
– А вот и нет, мама, конечно, пыталась реализовать через меня свои личные амбиции, и когда мне исполнилось четыре года, отдала меня в секцию фигурного катания. Но ее мечтам вырастить вторую Катарину Витт не суждено было сбыться – через две недели меня отчислили за профнепригодность.
– Ого, что, лед слишком скользкий оказался?
– Еще круче. До льда я даже не дошла. Сначала мы делали упражнения в зале, развивали общую физическую подготовку. Ну вот. Знаешь, скамеечки раньше везде в школах были и в спортзалах? Низенькие и длинные. Так вот, тренер дала нам команду прыгать через такую скамеечку, а я разревелась, села на пол и сказала, что я прыгать не буду, потому что боюсь.
– Надо полагать, что на этом твое славное спортивное прошлое благополучно закончилось? – посмеиваясь, спросил парень.
– В общем, да. Потом я на каток ходила, даже научилась кататься немного, но это так, для себя. А тебя как зовут? Не могу же я разговаривать о фигурном катании с незнакомым человеком, даже не зная как к нему обратиться.
– Кондрат, – с улыбкой представился парень.
– Как? – вытаращила глаза Катька.
– И это спрашивает девушка, которую назвали Катариной в честь немецкой фигуристки? – расхохотался ночной собеседник.
– Это полное имя?
– Полное имя – Кондратий, но Кондрат мне нравится больше.
– Еще лохмаче… А могу теперь я полюбопытствовать, где раздают такие экзотические имена? – поинтересовалась Катарина.
– Ну, после всего, что я узнал о твоем темном прошлом, теперь как честный человек в свою очередь я просто обязан быть предельно откровенным с тобой. Видишь ли, мои родители во времена их бурной юности исповедовали принципы молодежного нонконформизма и были последователями субкультуры рокеров и панков. И одной из любимых музыкальных групп моих предков была группа «Крематорий», ты, наверное, и не слышала про такую. Ну, сейчас это уже классика. Так вот, а одной из самых культовых песен, которую хором орала вся честная компания за очередной бутылкой, была песня «Кондратий». Вот оттуда, собственно, и произошло мое имя. Не очень романтично, зато отражает дух эпохи 90-х. Сейчас включу тебе, послушаешь.
И Кондрат, пролистав плей-лист в своем телефоне, включил песню, из первого куплета которой Катька узнала, что молодой человек по имени Кондратий, одетый весьма вызывающе в черный кафтан и розовые джинсы, куда-то пропал, да еще и имея в кармане белый кайф. Что случилось с Кондратием дальше, ей выяснить не удалось. Телефон бздынькнул, печально моргнул экраном и выключился.
– Ну вот, блин, разрядился, – огорченно сообщил парень. – И зарядника нет… А, ладно, ну и фиг с ним. А песню, если захочешь, потом сама послушаешь.
– А как тебя близкие называют? Ну, родители там, девушка? Есть у твоего имени уменьшительное? Ну не Конь же, в конце концов? – поинтересовалась Катарина.
– Пальто не ношу, так что по поводу коня – это не ко мне, – рассмеялся Кондрат. Но если тебе так хочется, можешь сократить мое имя до трех букв: Ко-т, или просто Кот.
– Приятно познакомиться, ваше мурлычество, – хихикнула девушка. – А ты с Викой учишься?
– Нет, с чего ты взяла?
– А где ты учишься? – наседала с вопросами Катька.
– А что, все непременно должны быть студентами?
– Ну… В основном все стремятся получить высшее образование…
– А зачем? Разве у нас в стране столько интересной и хорошо оплачиваемой работы, чтобы обеспечить ею в полном объеме многочисленных выпускников высших учебных заведений? И разве в 18 лет каждый школьник уже ясно представляет, кем он видит себя в будущем? Ведь в 70 % случаев люди поступают куда-нибудь по принципу «лишь бы куда-нибудь воткнуться». А я не хочу так. Поступил вот на физфак после школы и бросил после первой же сессии – не мое вообще. Просто понял, что я до отвращения не хочу быть физиком, а какой смысл учиться просто ради корочек? Жизнь одна, второй нам никто не даст, не хочу попусту тратить время. Когда придет осознание своего жизненного пути, вот тогда и можно будет поступать, скорее всего, даже на заочку. А пока поработаю. Вот ты, например, где учишься? Тоже будущий дизайнер?
– Нет, я будущий филолог.
– Филолог… А кем ты будешь работать, когда закончишь? В школу пойдешь работать, трудновоспитуемых подростков обучать? Или двинешь в науку, аспирантура, то-сё?
– О, нет, только не в школу! Аспирантура – ну, не знаю, не думала пока. Наука меня тоже не сильно привлекает. Есть еще время определиться.
– Ха, вот о чем я и говорил. Человек в 18 лет идет учиться на филолога и даже не представляет, куда вообще применить полученные знания и диплом. Ладно, ты девушка, тебе можно позволить себе еще годик расслабленно размышлять о своем предназначении.
– А мне вот предлагают на стажировку в Китай поехать, точнее что-то вроде практики, попреподавать китайским студентам русский язык.
– Ух ты, круть! – восхищенно присвистнул Кондрат. – Когда едешь? В какой город?
– А почему ты решил, что я куда-то еду? Мне предложили, но я еще думаю. Я в принципе и не собиралась ехать в Китай, – с сомнением протянула Катька.
– Потому что от возможности посмотреть мир, попробовать себя в чем-то новом отказываются или особи недалекого ума, или неизлечимые инфантилы. А поскольку тебя я среди двух этих категорий людей не вижу, то авансом желаю тебе удачно съездить.
Кондрат потянулся по-кошачьи, обнажив на шее с правой стороны татуировку – черный квадрат, затем подошел к холодильнику и достал из него еще одну бутылку пива.
– Ого, черный квадрат! А ты что, поклонник Малевича что ли? – не удержалась от вопроса Катька.
– Ну, я не поклонник его творчества, но эта идея мне близка, потому что черный квадрат символизирует победу активного творчества человека над пассивной формой существования. Слушай, Кать, а ты что, китайский язык знаешь, раз тебя в Китай зовут? – заинтересованно спросил он.
– Ну, не то чтобы знаю, – неуверенно начала девушка, – но немного, да. Я два года ходила на курсы китайского. Пишу не очень, иероглифы трудно запоминать, но немного говорю, на таком простом, бытовом уровне.
– Это же очень кстати, – обрадовался парень. – Я просто хотел себе татуху новую замутить, иероглифическую, есть одна задумка. Но боюсь, что в тату-салоне мне вместо того, что я хочу, набьют какой-нибудь желтый огурец. Не, я пока не готов быть желтым огурцом, поэтому хочу точно проверить и быть уверенным, что на моем теле будет написано то, что я хочу. Можешь помочь?
– Ну, могу, наверное. Только не сейчас, потому что я с иероглифами не очень дружу. Надо будет загуглить и со словарями свериться.
– Да понятно, я и сам еще на сто процентов не определился. Дай телефон, я позвоню, как созрею окончательно. Ах, блин, у меня же разрядился… Напиши на какой-нибудь бумажке, я потом забью в память на симку.
– Ну… не знаю… Давай, ты мне лучше в ВК скинешь? Я тебе сейчас напишу, как меня найти, – смущенно ответила Катарина.
– А, боишься, что этот твой, нововер приревнует? – хмыкнул Кондрат. – Без проблем, напишу в ВК.
– Почему нововер? – не поняла Катька.
– Да забавный он у тебя, я видел вечером, как он с ноутом возился, такой важный, так торжественно с шеи снял флешку на шнурке, что я вспомнил Задорнова. Он таких ребят называл нововерами из церкви интернетобрядцев. Я конкретно ожидал, что твой чувак прямо там начнет зачитывать что-то вроде: «Во имя харда, винды и святого модератора – админ[8 - Михаил Задорнов «Умом Россию не поДнять!».]».
– Да нет, он просто очень правильный, любит, чтобы во всем был порядок. У него, можно сказать, нет недостатков! И вообще, – запальчиво воскликнула Катька, – я не спрашивала твое мнение насчет моего парня.
– Не спрашивала, но хотела услышать, – со смехом парировал Кондрат. – Значит, весь такой правильный, без изъянов, ну-ну… Ладно, найди какой-нибудь листок, черкни, как тебя найти.
Катька поискала глазами какой-нибудь обрывок бумаги на кухне, но ничего не нашла. Буркнув, что поищет что-нибудь в сумочке, пошлепала в комнату. Не включая свет, она пыталась нащупать что-нибудь подходящее для письма, потом выудила косметический карандаш и какой-то листок. И только при свете кухонной лампы она поняла, что в руках у нее тот самый кленовый лист, который она подобрала несколько дней назад в парке и машинально сунула в сумку.
– Ну вот, что нашла, на том и напишу, – улыбнулась девушка. – Кэт Павловская. Телефон я тебе тут тоже написала на всякий пожарный, но лучше пиши в ВК. Держи.
Кондрат на некоторое время застыл, не прикасаясь к листу. Потом как будто стряхнул с себя ступор, смешливые искорки снова загорелись в его глазах.
– Значит, Кэт Павловская? – в раздумье сказал он. – Не, не катит. Ты же Катарина, а китайцы «р» не выговаривают, значит, будешь ты у них Каталина! Каталина едет, нет, Каталина гоуз нах… Как по-китайски «Китай»?
– Джонгуо, – растерянно ответила Катька. – А почему нах?
– Потому что «nach» в немецком языке обозначает направление движения. Значит, Каталина гоуз нах Джонгуо[9 - Katalina goes nach Zhongguо – Катарина едет в Китай (пер. с англ., нем., кит. (пининь)).]! – торжественно провозгласил весельчак.
Катька рассмеялась. Странный парень ей определенно нравился.
– Ладно, я пойду досыпать, – поежилась на холодном полу босоногая девушка. – Ноги замерзли.
– Угу, до связи, – ответил Кот, с удовольствием потягивая пиво.
Катька уже почти вышла в коридор, как парень тихо окликнул ее: «Катана!»
– Как ты меня назвал? – повернулась Катька.
– Катана, – улыбнулся Кондрат. – Я твое имя тоже сократил.
– Это что-то японское? – удивленно спросила девушка.
– Да, это оружие самурая, длинный японский меч. Тебе подходит это имя. И вот еще что я хотел спросить. Как по-твоему, что в твоем понимании самое ровное, прямое, без изъянов? Не беря во внимание твоего адепта движения флешкофилов, конечно.
– Ну… стекло, зеркало, взлетно-посадочная полоса… К чему это?
– Взлетно-посадочная полоса, говоришь? Пожалуй, да. Ей, конечно, положено быть ровной, иначе самолеты будут биться. Есть только одно «но» – на ней не растут цветы. И не вырастут никогда, потому что она для этого не предназначена. Ты любишь цветы, Катана?
– Я спать пойду, – каким-то охрипшим голосом сказала Катька и вышла в коридор, плотно закрыв дверь кухни.
Кот молча допил пиво и неслышными шагами прошел в ванную комнату. Лицо горело. Он включил холодную воду и с наслаждением умылся. Потом стянул с себя футболку, включил душ и, наклонившись над ванной, залез по пояс под струи ледяной воды. Отфыркиваясь, он распрямился и внимательно посмотрел на себя в зеркало – все тот же худощавый парень с резко очерченными скулами, черным квадратом на шее и ярко-оранжевым кленовым листом, вытатуированным на груди с левой стороны.
– Рад был познакомиться, Катана, – беззвучно прошептал он.
Глава 4
Немного о тюленях, кентаврах и экзотической африканской кухне
В понедельник после занятий Катька отправилась в международный отдел. В принципе она уже точно знала о том, что поедет в Китай, еще стоя босиком на холодном полу полутемной кухни. Но нужно было дать официальный ответ Никосу и уточнить некоторые детали, в частности выяснить, кто же второй счастливчик. Заглянув в офис, Катька увидела все ту же суету, что и в прошлый раз, за исключением того, что вместо лохматых китайцев за столом напротив Шарабашкина сидел полноватый парень в очках вполне себе русско-сибирской наружности и еще какой-то мужчина в годах, кажется кто-то из преподавателей. Никос радостно сделал девушке приглашающий жест и указал на свободный стул.
– А вот и наша Катюша, Катарина Павловская! – Николай Сергеевич потер руки. – А мы как раз только что о тебе говорили. Знакомься, это Виталик, – кивнул Шарабашкин в сторону более молодого субъекта. – Точнее, Виталий Пименов, и он тоже хочет ехать на стажировку в Китай, не так ли? – последние слова начальник международников адресовал молодому человеку и произнес их несколько угрожающе. – Так что если ты приняла правильное решение, а я не сомневаюсь, что оно правильное, то это твой спутник и партнер по путешествию.
Парень сделал какое-то невразумительное движение головой. Лицо его при этом почему-то совсем не выражало энтузиазма.
– Ну, посмотри, как тебе Николай Сергеевич все подробно рассказал, – стипендия 3000 юаней в месяц, дорогу нам университет компенсирует из фонда материальной поддержки, будешь изучать передовые IT-технологии в современных лабораториях, это же так интересно! И экскурсии вам там организуют! И девушка с тобой какая поедет замечательная, не поездка – мечта! – подключился к разговору незнакомый преподаватель. – Познакомишься с китайской кухней, попробуешь экзотические блюда! – продолжал с воодушевлением рассказывать Никос. – Попробуешь выход в Интернет через 5G! Соглашайся!
– Ну что же ты молчишь, Виталик? Ведь это же такая возможность для творческого роста, для приобретения новых знаний, – пытался вызвать хоть какие-то положительные эмоции на лице парня немолодой мужчина.
– Ну, пап, так-то в Интернет я могу и из своей комнаты выходить, для этого не обязательно куда-то ехать, – уныло пробурчал парень, не поднимая головы. – Я не знаю. Что там делать?
– Как, что делать? Учиться! А кроме того, ты познакомишься с иностранными сверстниками, пообщаешься! Другие люди, другая культура, другая страна! Посмотришь новые города, увидишь технический прогресс в действии! – не унимался Шарабашкин.
Но кислый чувак как-то безынициативно шмыгал носом, не проявляя ни малейшего интереса к пламенным речам. Катьке почему-то показалось, что где-то она что-то такое уже слышала или видела. Ну, конечно! Тихонько хмыкнув своим мыслям, она вспомнила, как у Ильфа и Петрова ксендзы Морошек и Кушаковский охмуряли нерадивого католика Адама Козлевича. Но в этот раз она однозначно была на стороне ксендзов, ибо объектом охмурения был весьма малосимпатичный персонаж.
– Ладно, Николай Сергеевич, мы с Виталиком к вам завтра подойдем. Обсудим еще дома детали. Спасибо вам! До свидания, до завтра! – нервно раскланивался с Шарабашкиным Пименов старший. – И с вами, юная леди, надеюсь, мы тоже не прощаемся, как-никак вам вместе путешествовать. А пока до свидания!
Молодой очкарик тоже пробубнил что-то себе под нос, очевидно, это означало вежливое прощание, затем оба Пименова вышли из кабинета.
– Это что это, мне вот с этим чудом ехать что ли? – ошарашенно выпалила Катька. – Да он, по-моему, вообще не горит желанием куда-либо выдвигаться дальше своей комнаты. Николай Сергеич, вы где откопали такой редкий экземпляр, извините за бестактный вопрос? А что, никого более подходящего для стажировки в Китае не нашлось?
– Видишь ли, Катарина, – поморщился Никос, – Виталик – младший сын нашего уважаемого профессора Андрея Витальевича Пименова, очень известного физика. Он же выпустил кучу монографий и учебных пособий, его статьи публикуют в престижнейших зарубежных научных журналах, а сам он тоже активно участвует в различных проектах и конференциях за рубежом. Да и вообще, у Пименовых – целая династия, дед Виталика Виталий Андреевич Пименов тоже был известным ученым-физиком, работал в нашем университете с первого дня его основания, заведовал кафедрой. Хотя тебе, как гуманитарию, это очевидно ни о чем не говорит. В общем, если коротко, весьма уважаемый человек очень хочет отправить своего сына за границу ума-разума набираться. А наша задача – ему помочь.
– Наша? – Катька возмущенно фыркнула. – Я вроде бы семейству Пименовых, будь они хоть трижды уважаемые, ничего не должна. И чувствую, что совместная поездка с этим лоховатым тюленем мне никакого удовольствия не доставит. Я и сама-то не очень была уверена, ехать не ехать, а сейчас… Нет, Николай Сергеич, что я вам плохого сделала, что вы мне в попутчики вот это вот определили? Да и вообще, если он не хочет, то как его папа отправит, багажом что ли?
– Катя, успокойся, Виталик в принципе неплохой парень, добрый, родителей очень любит, умный… по-своему. В программировании очень силен, игры какие-то пишет, еще там что-то. Ну да, немного своеобразный, но у вас там вообще программы разные будут, только долететь вместе. Ну, может быть, еще на какие-то экскурсии вместе попадете. А Андрей Витальевич его уговорит. Катарина, тебе поездка и стажировка не будет стоить ни копейки, все за счет принимающей стороны, а билеты за счет нашего университета. Язык подтянешь, попрактикуешься. Ты же вроде бы ходила на курсы китайского? Сколько платила в месяц, если не секрет?
– Дорого, Николай Сергеич, пять тыщ в месяц, – со вздохом сказала Катька. – Родители, конечно, выделяют деньги, но тоже говорят, что для нашего города – это роскошь.
– Вот видишь, – довольно потирая руки, заблеял Шарабашкин, – а там этих китайцев полтора миллиарда, и все общение абсолютно бесплатно! Еще и 3000 юаней заплатят в качестве стипендии. А Виталик – что, ну не доставит он тебе неудобств, он, как видишь, не слишком общителен.
– Да уж, я заметила. Немногословность – похоже, его жизненное кредо.
– Все, Катарина. Завтра приходишь с паспортом, две фотографии на визу. Пойдете в туристическую фирму «Мотай-тур», они специализируются на оформлении виз в Китай, вот тебе визитка.
– Ладно, я-то завтра приду с паспортом. Но вот насчет Виталика я как-то совсем не уверена. У вас в резерве есть еще кандидатуры на тот случай, если он откажется? – со вздохом сказала Катька, машинально крутя в пальцах визитку.
– Разберемся, Катя, это уже не твоя головная боль. И вот еще, ну-ка, Катарина, как специалист в области китайского языка, скажи что-нибудь по-китайски!