Алёнка в Расчудесии

— На телефон. Хотя… — Алёнка задумчиво постучала себя пальцем по подбородку. — Глаза у вас и правда кошачьи. Да и ушки тоже. Рот тоже, с натяжкой, можно назвать кошачьим.

— Вот видишь, — довольно мурлыкнул кот-телефон. — Я же говорил, что я кот в пальто. Значит, я и есть кот в пальто.

— Простите, а где же тогда ваше пальто, если вы кот в пальто?

— Где-где, — недовольно ответил он. — Дома оставил.

На несколько долгих секунд в помещении повисло неловкое молчание.

— Извините, — наконец подала голос Алёнка, — а вы не подскажете, где я нахожусь?

— Конечно, подскажу, — ответил кот. — Вы, милочка, находитесь ТУТ.

— А где это — тут?

— Ну, ТУТ — это примерно ЗДЕСЬ.

Алёнка недовольно надула губки.

«Ну почему здесь никто не может прямо ответить на простой вопрос? — сердито подумала она. — И почему все продолжают называть меня „милочка“? Это так надоедает».

— А может, вы просто не умеете правильно задавать вопросы? — предположил кот. — А «милочкой» вас называют из вежливости.

Алёнка с удивлением посмотрела на огромный телефон, считающий себя котом в пальто.

— Вы что, умеете читать мои мысли? — спросила она, удивлённо хлопая глазами.

— А что же тут уметь, раз они летают прямо над вашей головой?

Алёнка посмотрела вверх. И правда — её мыслям опять каким-то образом удалось сбежать из её головы, и теперь они парили в нескольких сантиметрах над макушкой, словно мыльные пузыри. Алёнка рассердилась и замахала руками. Мысли ещё немного покружили вокруг неё — так, чтобы до них никак нельзя было дотянуться, — а потом разлетелись в разные стороны.

— И как же мне научиться задавать правильные вопросы? — спросила Алёнка, рассеянно глядя им вслед.

— Ну, для начала, — сказал кот, — думаю, стоит решить не то, где ты находишься, а куда ты хочешь попасть.

— Но я совсем не знаю, куда я хочу попасть, — покачала головой Алёнка. — Я просто случайно оказалась здесь и теперь гуляю и всё разглядываю. Совсем как турист на отдыхе.

— Ну, если ты не знаешь, куда хочешь попасть, и тебе всё равно, куда идти, — задумчиво сказал кот, — то тебе, наверное, должно быть всё равно, где ты сейчас находишься.

— Вовсе нет! — Алёнка начала сердиться. — Почему это мне должно быть всё равно, где я нахожусь, даже если я не знаю, куда хочу попасть?

— Ладно, — соблаговолил кот. — Давайте пойдём на компромисс.

Алёнка не знала, что такое «компромисс» и зачем на него нужно было идти, но это звучало лучше, чем просто стоять на месте, поэтому она энергично кивнула.

— Правила простые, — продолжил кот. — Я задам вам загадку. Если вы на неё ответите, я отвечу на любой ваш вопрос. Даже на самый глупый. А если появятся новые вопросы — придётся отгадывать новые загадки.

Алёнка, всегда любившая загадки, тут же согласилась.

— Что всегда идёт, а с места не сойдёт? — загадал он первую загадку. — У вас ровно одна минута, чтобы ответить.

Минутная стрелка на его циферблате начала громко отсчитывать секунды.

«Что всегда идёт, а с места не сойдёт? — повторила про себя Алёнка. — Может, это поезд? Он же всегда ходит, но при этом не может сойти с рельсов. Хотя можно ли считать рельсы местом? Они же всё же длинные-предлинные. Эх, а время поджимает!»

— Время! И это правильный ответ! — громко анонсировал кот.

Алёнка, не успевшая даже открыть рот, опять удивлённо посмотрела вверх. Прямо над её головой витали два слова: «время поджимает». Сложившись вместе, словно крылья ласточки, «время поджимает» запорхало по помещению и быстро улетело прочь.

— Ну, задавай свой вопрос, — сказал кот, несколько раз зачем-то повращав глазами.

Алёнка было хотела спросить, почему её мысли продолжают убегать из её головы, но вовремя опомнилась и задала гораздо более важный вопрос:

— Так где же всё-таки я сейчас нахожусь?

Кот ещё немного повращал глазами, будто выбирая самое подходящее объяснение, а потом сказал:

— Ну, можно сказать, что мы сейчас стоим на перекрёстке сразу нескольких земель. На севере раскинулась Расчудесия, на юге лежит Вообразилия, на западе прячется Удивляндия, а на востоке начинается Чепухания.

— Ой, как интересно! — Алёнка радостно хлопнула в ладоши. — А как мне туда попасть?

— Куда именно — туда?

Алёнка задумалась. И правда — куда? Каждая из волшебных стран звучала одна заманчивее другой. Но ведь не разорваться же ей на четыре части! Немного поразмыслив, она всё-таки выбрала Расчудесию — просто потому, что название у неё было самым красивым.

— Так куда ты хочешь попасть? — нетерпеливо повторил кот-телефон.

— В Расчудесию, — уверенно ответила Алёнка.

— Тогда тебе придётся отгадать ещё одну загадку.

— Но ведь я уже отгадала вторую загадку, — лукаво сказала она.

— Это как так? — искренне удивился кот.

— Ну как же, — ответила девочка. — Вы же сами спросили: «Так куда ты хочешь попасть?» Разве это не загадка? И я правильно ответила, что хочу попасть в Расчудесию.

Кот-телефон подумал несколько секунд, затем вдруг зажмурился и громко расхохотался.

— Ладно, твоя взяла, — сказал он, закончив смеяться. — Я всегда любил хорошую хитрость ничуть не меньше хорошей загадки. Как я уже упоминал, Расчудесия находится на севере, а значит, тебе нужно идти прямо сюда.

С этими словами циферблат на его носу раскрылся, словно дверь сейфа, и внутри Алёнка увидела тропинку, идущую через самый чудесный лес, который она когда-либо видела в жизни.

— До встречи, Алёнка, — сказал ей кот на прощание, прежде чем она зашла внутрь него.

— До встречи, господин кот в пальто, — попрощалась она.

Глава 4

«апус юром оп теавалп акнёлА йороток В»

Стоило ей переступить через порог волшебной двери, как её проём тут же исчез за её спиной. Уже перестав удивляться таким мелочам, Алёнка, весело подпрыгивая, пошла вдоль тропинки.

Тропинка змеилась сквозь чудесный лес, делая целую кучу ненужных поворотов и петель. Если бы она сошла с неё и просто пошла напрямую, то пришла бы к месту назначения гораздо быстрее, но она была абсолютно не против растянуть свой поход.

Лес и правда был просто расчудесным. Большинство деревьев были низкими и пушистыми елями, от которых приятно пахло хвоей. Тут и там по сторонам тропинки росли большие красивые цветы всех возможных цветов и соцветий. Причём почти из каждого цветка выглядывала рожица, с любопытством провожающая её взглядом. Алёнка не знала, были ли это личики самих цветов или же внутри них жили маленькие человечки.

Когда она попыталась подойти к одному из цветков, похожему на большой бутон розы, чтобы спросить об этом, бутон тут же закрылся, пряча личико в своих лепестках. Такое же случалось и с другими цветами. Наконец Алёнка решила оставить цветы в покое и продолжила свой путь.

Тропинка неожиданно закончилась у берега большого озера. Даже не озера, а целого моря, так как у него не было видно даже края. И это тоже было самое странное море, которое Алёнка когда-либо видела. Во-первых, его воды были не тёмно-синими и даже не зеленоватыми, как у обычных озёр и морей, а жёлтого цвета. И пахло от него вовсе не морем, а… супом! Запах был таким вкусным, что у неё тут же заурчало в животе от голода.

Она встала на четвереньки у самой кромки «воды» и осторожно понюхала её. «Вода» действительно пахла и выглядела как суп. Берег моря тоже был очень странным: мягко продавливался под её руками, но при этом это был не песок и не мелкая галька. Присмотревшись получше, Алёнка с удивлением увидела, что весь берег был сделан из ржаного хлеба. Вдобавок ко всему этому мимо неё проплыл целый зажаренный гусь. Несмотря на то, что у гуся не было головы и он был зажарен до хрустящей корочки, он довольно живо перебирал своими окорочками, маневрируя между проплывающими кусками варёной картошки и капусты. За ним чинно следовал целый выводок очищенных варёных яиц. Алёнка хотела было поймать одно из них, но пожалела и передумала. Однако голод не переставал постоянно напоминать о себе.

«Эх, как жаль, что у меня нет ложки…» — подумала она и тут же увидела куст, на котором росли большие деревянные ложки.

Сорвав одну из них, она тут же начала есть суп, отрывая от берега куски хлеба и закусывая им. Суп был невероятно вкусным и по вкусу почти ничем не отличался от куриного супа с овощами, который ей готовила бабушка.

Наевшись от пуза, она улеглась на берегу и стала думать, куда ей идти дальше. Тропинка закончилась, значит, оставалось только идти вдоль берега. Но ведь чтобы обойти целое море, пришлось бы потратить просто уйму времени! Если бы только тут был мост… ну или паром.

Как и в случае с ложками, стоило ей об этом подумать, как она тут же увидела качающуюся на водах супового моря большую фарфоровую супницу в форме лодки. По бокам от неё, словно вёсла, располагались две большие поварёшки.

Взяв с собой побольше кусков хлеба с берега, а также сорвав ещё несколько ложек — на случай, если одна потеряется, — она села в лодку-супницу и начала грести вёслами-поварёшками.

«Интересно, кто наварил столько супа? — думала она. — Ну ладно, можно было наварить целую ванну, ну или даже небольшой бассейн… но чтобы целое море?»

Пока она плыла сквозь спокойные воды супа, мимо неё проплыло ещё одно судно — в виде большой чайной чашки. В ней сидела большая крыса, размерами и формой похожая на высокого худого человека, одетая в старинный сюртук и высокую шляпу.

Крыса проплыла мимо Алёнки, мерно гребя веслом в виде огромной чайной ложки, не обратив на девочку ни малейшего внимания. Впрочем, Алёнка была совсем не против, так как она всегда до жути боялась крыс, мышей и даже, совсем немного, — хомяков.

Через некоторое время показалось ещё одно судно, на этот раз в виде открытой консервной банки, сбоку которой на этикетке было написано большими буквами: «МОРСКОЙ ДЕЛИКАТЕС».

В банке сидело существо с панцирем черепахи, головой рыбы, клешнёй краба вместо одной руки и лягушачьей лапкой вместо другой. В качестве весла существо использовало большую вилку. Несмотря на свой вид, в отличие от крысы, существо не вызывало у Алёнки совсем никаких страхов или неприязни.

— Извините, барышня, — обратилось к ней существо, когда их «лодки» поравнялись. — Не подскажете, далеко ли до острова соревнований?

«Ну хорошо, хоть он меня „милочкой“ не назвал», — подумала Алёнка и тут же испуганно схватилась за макушку и посмотрела вверх, опасаясь, что её мысли опять сбегут из её головы и странная рыба-черепаха посчитает её грубиянкой. Но на этот раз ничего не произошло, и её мысли оставались там, где им и стоило быть.

Выдохнув с облегчением, она ответила:

— Я тут совсем новенькая, поэтому, увы, не знаю.

Существо тяжело вздохнуло.

— Ладно, будем искать. Как знал, что надо было брать с собой карту.

— Ой, а можно я поплыву с вами? Я всегда хотела увидеть остров соревнований.

Алёнка, конечно же, понятия не имела, что это был за «остров соревнований», но звучало всё это страшно интересно.

Рыба-черепаха с обновлённым интересом посмотрела на девочку своими выпученными глазами, прежде чем ответить:

— Ну почему бы и нет? В компании всегда веселее. Только вот как нам его найти, если мы оба потерялись? Кстати, а может, вы ещё видели кого-нибудь здесь?

— Да, — подтвердила она. — Тут мимо проплывала очень большая крыса в чайной чашке.

— Вот и отлично, — существо довольно потёрло свои «руки». — Он наверняка направлялся на остров соревнований. А куда именно он плыл?

Алёнка показала направление пальцем. Рыба-черепаха скомандовала: «Полный вперёд!» — и они поплыли в сторону таинственного острова соревнований.

— Я только сейчас вспомнила, что мы не представились друг другу, — сказала Алёнка после того, как они проплыли несколько минут в полном молчании. — Меня зовут Алёна. А вас?

— Приятно познакомиться, Алёна Авас, — существо учтиво кивнуло ей. — Какая у вас необычная и красивая фамилия — Авас.

— Да нет же, — поправила она его, — моя фамилия вовсе не «Авас». Это был вопрос — а… — она сделала небольшую паузу, прежде чем закончить, — вас? В смысле, как вас зовут?

«Пожалуйста, только не говорите „куда зовут?“» — подумала она. Ей совсем не хотелось опять заводить тот же сумасшедший разговор, который у неё приключился с двумя мухами.

К счастью, рыба-черепаха оказался не таким глупым, как мухи.

— А, понял-понял, — рассмеялся он. — Моё полное имя вы можете прочитать прямо тут, — он постучал вилкой-веслом по этикетке на своей консервной банке.

— Вас правда зовут Морской Деликатес? — удивилась она.

— Ну конечно же. Разве я выгляжу как нечто иное?

Он развёл свои «руки», как бы демонстрируя ей всего себя. Действительно, это имя подходило ему просто идеально.

— Приятно познакомиться, — сказала она и почему-то сделала реверанс, как это делали благородные дамы в 19-м веке. — У вас очень… вкусное имя.

— Ой, и не говорите, — Деликатес махнул на неё своей лягушачьей лапкой. — Быть вкусным — это такое проклятие. Я даже сам иногда еле могу остановиться, чтобы не съесть самого себя без остатка. Один раз даже дошёл до того, что почти полностью съел все свои конечности. Ох, но это того стоило. Я был особенно вкусным в тот день.

По его щеке скатилась слеза. Он в задумчивости поднял свою клешню и откусил от неё большой кусок.

— Не желаете ли попробовать? — предложил он, протягивая ей клешню.

— Нет, спасибо, — вежливо отказалась она.

«Наверное, он обладает регенерацией? Иначе откуда у него тогда были бы сейчас его руки и ноги, если он их все съел в прошлый раз?» — подумала она, вспомнив сложное научное слово, которое ей однажды объяснил папа. По его словам, «регенерация» была способностью некоторых животных отращивать потерянные конечности. Например, ящерица могла отрастить отвалившийся хвост, а раки и крабы — потерянные клешни.

Пока она размышляла на эту тему, Деликатес достал откуда-то большую солонку, посыпал солью свою клешню, полил сверху топлёным маслом и откусил ещё один приличный кусок.

— Ой, немедленно остановитесь! — потребовала она. — Иначе вы опять съедите все свои конечности, и вам будет нечем грести.

— Что верно, то верно, — согласился он. С великим усилием воли он прекратил свою ужасную трапезу и продолжил усиленно грести, так что Алёнка еле поспевала за ним.

Действительно, через некоторое время девочка заметила, что обглоданная клешня Деликатеса полностью вернулась в прежнюю форму, так что на ней не осталось ни одной царапины или шрама.

Глава 5

«йинавонверос евортсО ан автстёлпохитс есрукнок в теувтсачу акнёлА йороток В»

Вскоре на горизонте показался остров соревнований, который выглядел как большая широкополая шляпа. Её верхняя часть была сделана в виде арены с сиденьями, совсем как римский Колизей. Подплыв поближе, Алёнка увидела, что у полей острова-шляпы было пришвартовано множество лодок различных форм и конфигураций.

На самом острове столпилась толпа весьма необычных существ, ни одно из которых не было похоже на другое. Например, тут был невысокий мужчина, одетый как английский джентльмен, с большими крылышками бабочки за спиной. Тут же была большая гусеница с человеческой головой в берете; сова размером с десятилетнего ребёнка, у которой из макушки торчали восемь щупалец, как у осьминога; человечек, у которого вместо тела была игральная карта; один сатир с рожками и копытцами; один грифон; русалка, у которой почему-то из рыбьего хвоста также росли две птичьи ножки, на которых она передвигалась по суше. Пожалуй, самыми обычными из всех собравшихся были несколько говорящих животных, ведущих между собой какую-то беседу. Среди всей этой толпы Алёнка даже увидела несколько знакомых лиц — того самого бледного человечка, похожего на шахматную ладью, из-за которого она вообще попала в эту страну, а также дядю и тётю Мух, которых она встретила в Бездонном колодце, и господина Крыса в сюртуке, который проплыл мимо неё в чайной кружке.

— Кто все эти такие? — спросила она у Деликатеса.

— Как кто? Конечно же, зрители и участники. Зрители пришли посмотреть, а участники пришли, чтобы посмотрели на них. Всё как и должно быть.

— А в чём эти участники будут соревноваться на этом острове соревнований? — опять поинтересовалась она.

— Ну конечно же, в стихоплётстве. Разве можно соревноваться в чём-то ещё?

Алёнка хотела сказать, что, конечно же, можно. Была же целая куча разных видов спорта: например, футбол, баскетбол, хоккей. Ну или, на худой конец, гольф, бейсбол или крокет. Но в конце концов она решила просто промолчать, опасаясь, что Деликатес начнёт расспрашивать её про эти виды спорта, и они пропустят всё самое интересное.

Пришвартовавшись к берегу, они прошли внутрь Колизея, где все уже расселись по своим местам. Они тоже сели вместе на самом верхнем ярусе. Первые несколько минут ничего не происходило, и Алёнка уже было начала зевать от скуки. Затем на круглую арену вышла большая птица, по виду похожая на вымерших маврикийских дронтов, более известных как додо (папа показывал ей таких в книжке про животных). Только у этого экземпляра опущенные крылья волочились по земле, как полы халата, а из-под них торчали две человеческие руки. Доковыляв до середины арены, Додо объявил первого участника, коим оказался Ладья.

Выйдя на арену, человечек в виде шахматной фигуры внимательно и чинно осмотрел всех присутствующих, прокашлялся и произнёс с тяжёлым вздохом:

— И тут её нет.

Ещё раз тяжело вздохнув, он развернулся и удалился из Колизея.

Все тут же разразились рукоплесканиями.

— Какая рифма! Какой замечательный слог! — с восхищением воскликнул Деликатес, вытирая проступившие слёзы платком. — Совсем не представляю, как с этим соревноваться!

— А какая глубина! — также восхитился сидящий справа от Алёнки Крыс в сюртуке.

Алёнка хотела возразить, что тут не было ни рифмы, ни слога и вообще это было совсем не похоже на стихотворение, но она опять решила промолчать, решив, что в этой стране должны быть совсем другие правила чтения стихов.

Когда бурные аплодисменты закончились, Додо объявил следующего участника. На этот раз выбор пал на Деликатеса.

Тот неуклюже выкатился на арену, пятясь боком на своих крабьих ножках, затем поправил на шее несуществующий галстук, надел на нос маленькие очки, которые совсем не попадали в поле зрения его больших рыбьих глаз, достал откуда-то сложенную в несколько раз помятую бумажку, развернул её, прочистил горло и начал чинно зачитывать своё стихотворение:

Жил-был король — большой-пребольшой, С короной, манишкой и важной душой. А рядом с ним шут — колпак набекрень, Смеялся и прыгал с утра целый день. Однажды за обедом, средь тишины, Поставили суп — ароматный, как сны. Король потянулся: «Мой суп, господа!» А шут подмигнул: «Нет, он мой, ха-ха!» Ложки звенели, кипел разговор, Король нахмурился: «Это вздор!» «Ну что вы, мой король, не сердитесь!» — Смеялся шут: «Лучше со мной поделитесь!» Король вдруг рассмеялся: «Ты прав, мой дружок, Один суп на двоих — самый вкусный горшок!» И с тех самых пор за любым обедом Они ели суп… и дружили при этом.

Закончив читать, Деликатес опять прослезился и промокнул глаза листом со своим стихотворением. Толпа зарукоплескала — правда, овации были уже не такими бурными, как после «выступления» Ладьи. Отвесив несколько особенно благодарных поклонов (один даже лишний), Деликатес важно вернулся на своё место.

— У вас было просто отличное стихотворение, — похвалила его Алёнка.

— Ох, вы мне льстите, — отмахнулся Деликатес. Впрочем, по его виду сразу было понятно: похвалы он очень любил.

На сцену опять вышел Додо, сверился со своим списком и объявил:

— Следующий участник — Алёнка!

Девочка ахнула от удивления.

— Я? Как я? Я же даже не подавала заявку на участие!

— Тут никто не подаёт заявки, — объяснил Деликатес. — Ну что же вы сидите? Идите уже на сцену!

— Но я ведь даже не готовилась, — запротестовала она. — Как же я буду выступать?

— Просто доверьтесь своему вдохновению, — посоветовал ей Деликатес. — Оно всё сделает за вас.

Алёнка решительно скрестила руки на груди и наотрез отказалась выходить на сцену. Но тут сидевшая в нижнем ряду огромная жаба — в костюме с воротником-горгерой и парике-аллонже Примечание — Горгера — огромный круглый воротник, похожий на пышное кружевное колесо вокруг шеи. Парик-аллонж — огромный старинный парик с длинными кудрями до самых плеч] — бесцеремонно схватила её своими лапами и передала существу, сидящему на ряд ниже. Так, передавая Алёнку из рук в руки, зрители быстро доставили её на сцену. Ошарашенная такой бесцеремонностью девочке оставалось только стоять и удивлённо хлопать ресницами.

— Что будем зачитывать? — тихо спросил Додо, наклонившись к её уху.

«Просто доверься своему вдохновению», — вспомнила она слова своего нового друга.

— «Полиглот и охотник», — ответила она, назвав первые два слова, которые пришли ей на ум.