Разборы на живых. Правдивые истории психолога о жизни, отношениях и принятии

Ты уже не тот ребёнок, который убежал

Я обвёл собравшихся в комнате подростков взглядом и спросил:

– Знаете, что я сделал?

Конечно, они не знали и даже не пытались предположить, не накидывали вариантов. Тогда я сам ответил на заданный вопрос. А потом пояснил, зачем привёл этот пример из собственной жизни:

– Часто в работе психолога я сталкиваюсь с тем, что клиенты не придают значения тому, как выросли, изменились с годами. В моменты, которые наш мозг воспринимает как опасность, многие скатываются в беспомощность своих детских лет и забывают о приобретённых полезных навыках. Вот вы, как считаете, пару лет назад были точно такими же, как сейчас?

– Нет, я точно изменился, – ответил один из пришедших парней: тринадцать лет, на голову выше меня.

Затем ответили и другие подростки, после чего мы перешли непосредственно к психологической игре: я объяснил правила, раздал карточки, распределив роли…

Хотите, я и вам расскажу ту историю из моего прошлого? Знаете, что я сделал?

Это случилось летом. Мне было, кажется, двенадцать. В составе клуба юных археологов «Резерв» я выехал на раскопки. Мы жили в палатках посреди леса неподалёку от ручья, а в километре раскинулась и неспешно несла свои воды широкая река. Часть дня проходила на раскопе, другая – в праздности. Если была моя очередь дежурить на кухне, я занимался розжигом огня, готовкой еды на весь лагерь…

В один из дней на стоянку приехал автомобиль, из которого вышли незнакомые люди. Они прошли к руководителям. Я читал, лёжа у себя в палатке. Кажется, «Чарли и шоколадная фабрика». Не помню точно. Но внезапно ко мне прибежал один из друзей и сообщил, что приехали журналисты с телевидения. «Они хотят взять интервью у кого-нибудь из нас, – сказал товарищ. – Прикинь! Саша предложил тебя. Ты же раньше всех вступил в археологи!»

Меня током прошибло. Это был страх.

Я закрыл книгу, вылез наружу из брезентового «дома» и, ничего не объясняя другу, поспешил по тропинке к реке: вниз, вниз, вниз с сопки. По пути свернул влево, за зелёную изгородь лещины, и дальше – вверх по нехоженой земле в лес. Я ушёл недалеко, но достаточно. До меня долетали обрывки фраз из лагеря. «Где Петя?!» Меня колотило. Я очень боялся, представляя, как мне суют под нос микрофон, нацеливают объектив камеры. «Бррр!»

В конце концов журналисты укатили, записав других ребят и интервью с руководителями. Я вернулся, слегка покусанный комарами…

Прошли годы. Я стал по работе сниматься в репортажах для телевидения. Сначала волновался. Но с каждым дублем становилось проще, и проще, и проще. Останови меня сейчас журналисты посреди улицы – я не растеряюсь и отвечу на их вопросы.