
Полная версия:
Тайна проекта «Зенит»
— Эта кружка — подарок от моей бабушки, я тебе доверяю самое ценное в этой комнате! — с ноткой гордости заявила Настя, смотря на Майкла. — Специально для тебя достала.
— Обещаю обращаться осторожно. Так, дамы. — прервал всех Майкл. — Анастасия. Сегодня мы собрались здесь… — Майкл на момент сделал паузу, ожидая, что кто-то из девушек его прервут. Но Катя подперла кулаком подбородок, Настя, по своей и его любимой привычке, хмурилась. А темные глаза Елены Орловой приобрели необычный холод. — В честь Анастасии, её дня рождения.
Майкл обвел взглядом девушек. Настя села напротив, так же узкой стороны стола. Подруги по ее сторонам.
Елена Орлова. 21 год, дочь Индивидуального предпринимателя, имеющего плотные связи с бизнесменами из столицы. Сдержана, но открыта. Подружилась с «Весной» в колледже, но была на другом направлении.
Екатерина Громова. 19 лет. Живет одна, снимает квартирку на окраине и обеспечивает себя самостоятельно, связь с родителями и родственниками разорвана. В контактах с «Весной» около двух лет, с первого курса университета.
— По традиции именно хозяйка вечера может разлить чай. — Майкл подвинул дымящийся легким паром чайник к имениннице. — Я должен предложить вам молоко, но у нас его нет, так что… — он замялся. — сегодня у нас зеленый с жасмином.
— Мой любимый! — Катя захлопала в ладоши, но радуясь только для разрядки напряжения.
Девочки и Майкл подвинули кружки к Насте, а та, почти до краев, разлила ароматный чай.
— Прежде чем мы начнем наш ужин, — заявила Елена. — Мы должны сделать подарок!
Катя достала из цветного большого пакета коробку.
— Я не знала, что тебе подарить, потому что подумала, что кружка с персонажем из гача-игры уже «было». Так что это «супер-бокс»! Там может быть все что угодно. Держи! Лучше тебе разобрать его потом. А то вечность сидеть будем. — Катя отвела взгляд, и, в глубине души ей было неловко, что взяла такой подарок.
— А здесь… — Лена вручила ей увесистый пакет поменьше.
Настя заглянула: на дне лежала строгая упаковка, и бутылка вина.
— Помню ты говорила что хочешь попробовать красить глаза, а те старые тени закончились. Там цвета: матовые, темные, пастельные. Тебе подойдет!
— Ой, спасибо! — Настя в очередной раз поняла, что от подружек ей ничего не скрыть. — А вино-то зачем?!
— Ну, это так, чтобы… — Лена едва заметно смутилась. — Чтобы тебе было не так скучно.
— Удивительно. — Майкл в легком недоумении потер лоб ладонью. Он смягчился — Настя? Не желаешь посмотреть мой подарок?
Она кивнула и взяла с подоконника сверток, который лежал там с прихода Майкла. Настя аккуратно сняла скотч, а ее глаза на момент замерли.
— Красивый. — она открыла книгу, но та оказалась пуста. — Бумага, как слоновая кость. — Спасибо. Майкл. Всем вам большое спасибо. Я благодарна, что вы нашли время, не поленились помочь. И… — Настя задержала взгляд на Майкле. Поймав его глаза, всмотрелась в них, но не могла их разгадать. Это было то-ли ясное небо, то ли вода цвета океана в самом глубоком и отдаленном месте от земли. Но, когда морок этой тихоокеанской бездны уставился на нее, она отвернулась. — Буду рада, если ужин понравится.
Катя, пытаясь совладать с палочками для роллов, то ли дело роняла их в тарелку. Сдавшись, использовала вилку и тут же заедала салатом. Лена и Майкл действовали как самые настоящие профессионалы и едоки азиатской кухни, будто палочки — это продолжение их пальцев. Ну, а Настя тоже смирилась: какие-то ролы падали в рот, а какие-то проще, как делала и Катя, наткнуть вилкой.
— И так, Майкл, расскажите о себе. — поинтересовалась Екатерина, когда Анастасия отошла за тортом в другую часть комнаты — Вы, ну, или если позволишь, ты. Так мало о себе рассказываешь.
— Я? — Майкл поднял взгляд от тарелки. Протер салфеткой уголок губ, продолжил. — Вроде, я рассказывал Анастасии… Насте. Что мои родители переехали в Лондон. Я рос там и учился тоже.
— Так почему-то ты «Артурович»? Ты прям с детства Артурович?
— О, нет, вовсе нет. В документах я Майкл Джордан. А Артурович — это, так скажем, мое второе имя, но от дедушки. Знаете, без отечества у вас, как без руки. — ухмыльнулся он.
— А как зовут вашего отца? Может, мы придумаем что-то новенькое?! — вспылила Катя, не заметив, как уже Настя ставит на середину торт.
Майкл нахмурился, но, не стал задерживать ответ.
— Льюис… Льюис Джордан Блэк. Он то-ли немец, и, кажется имеет корни из разных европейских стран.
— А мама?
— Мама? — От такого наплыва даже у Насти заострились уголки губ. — Мария.
Мария. Да, Мария. Самое нейтральное имя для женщины живущей почти в любой стране.
— Это допрос?
— Ой, нет, просто она как гром, бьёт куда не попадя. — Лена махнула рукой.
— Эй, ну все, вы спугнете гостя! — возразила Анастасия. — улеглась еда? А вот и тортик уже подходит.
Настя поставила тортик на стол, но, Лена взяла его в руки, а Катя, поднявшись из-за стола, потянула Майкла за плечо.
— Насть, посиди здесь! — говорит Катя, с силой таща окаменевшего Майкла за собой.
Лена вырубила свет в комнате, и Настя осталась в темноте комнатки совершенно одна. За дверью послышался смех и шепот.
Что за фигня? О нет, только не свечки!
Через минуту дверь снова распахнулась и, вперед вышел Майкл. Двумя руками он держал торт, в его глазах отражался маленький огонек.
— С днем рождения… — Пели девушки синхронно, подходя ближе. — тебя!
— Happy birthday… — Заканчивал майкл, но, его пение звучало скорее нелепо с хрипотцой в голосе. На его лице сияла легкая неуверенность и отстраненность «Меня заставили», но он пытался улыбнуться. — to you. Make your wish.
— Ну что вы так… — Настя едва не проронила слезу. Она сделала легкий вдох и ее губы замерли на полуслове.
Что бы я хотела? Я не знаю? Легендарку в игре выбить с первой попытки? Ну, а в перспективе что? Сдать сессию? Ну не сдам не умру же я? Так, ну… Наверное, я бы хотела… Больше времени для себя и меньше вороха тайн, чтобы… Я была менее наивной? Ну и что это за фигня? Желание стать отличницей на Новый год во втором классе тоже не сбылось!
Настя закрыла глаза и подула на свечи. Первая с цифрой «два» потухла сразу, а вторая «один» не поддавалась. Катя и Лена захлопали, а Майкл поставив, торт на стол, так же поаплодировал. Свет вернули обратно и у Насти от таких перепадов света прищурились глаза.
— Ладно, садитесь! — Настя поднялась со стула и взяв нож в руки, принялась резать торт. Тесто и глазурь не сразу поддавались и она надавливала усилия весом руки.
— Тебе помочь?
— Ну нет, Майкл, я сама. Давай сюда свою тарелку. Тебе самый большой кусочек, или ты на диете?
Майкл заморгал. Катя подвинула тарелку к Насте, ожидая свой кусочек.
— Любой кусочек будет хорошим. Спасибо.
Чаепитие продолжалось своим чередом. Катя рассказывала истории с работы, Лена жаловалась на перегруженное расписание в университете.
— А ты, Майкл, как у тебя дела? — передала слово Настя.
— Хорошо. У меня не так много лекций. — Майкл сделал легкий глоток из кружки. — Готовлюсь к семинару, иногда готовлю план. Мне нужно самому провести еще несколько лекций. О. да. Если у вас нет других важных дел или пар, можете прийти ко мне.
Майкл снова растянул губы в хитрой улыбке, а его глаза прищурились прямо на Настю. От такой наглости она едва не подавилась тортом.
Задохнуться в день рождения от куска торта! Кхе-кхе! Он смерти моей хочет!
— К сожалению, у нас свободный день только в пятницу раз в две недели. — заявила Анастасия, постукивая себя по спине.
— Да, кстати. Я вспомнил. У нас с вашим потоком снова семинар по философии. И я задал тебе тему. Не забыла?
— Чего? Какая тема? — нахмурилась Настя.
— Ну все, все, Майкл, ну не надо давить на нее! У нее праздник, а ты душишь философией! — Катя скрестила руки на груди. — Я не буду приносить ее рисунок тебе!
— ААА! — она захлопала руками по столешнице и ложки в кружках и тарелках зазвенели. Настя надула губы, стараясь не заплакать. — Какие вы жестокие!
Лена обняла подругу за плечо, поддерживающе похлопала её по спине.
— Ну все, ну все.
— ЛАДНО! Все хорошо. Вообще-то, у меня еще есть почти несколько дней и ночь! — Нахмурилась Настя.
Майкл виновато развел руками. Чай в кружках и чайнике закончился быстрее, чем того желала Анастасия.
Желая как-то успокоится и вернуться в строй, Анастасия достала коробку — подарок от Кати. Декоративный скотч оторвался легко, почти не оставляя след от клея на коробке. На поверхности она увидела большой лист с яркими наклейками. Она сразу узнала персонажей из любимой игры. Персонажи с цветными волосами и большими глазами застыли в динамичных позах. В углу коробки закатился силиконовый брелок с грустной мордочкой кота. Самым большим оказалась термокружка темно-синего цвета с матовым покрытием. А рядом странный, но увесистый фонарик с несколькими кнопками. Удивившись, Настя взяла его.
— Это что-то типа лазерной указки… Там, просто был термос и фонарик… Но я добавила тебе то, что ты любишь! — прокомментировала Катя.
— Спасибо! — мягко сказала Настя, пробуя нажать пару кнопок. Сначала высветилась красная точка в углу на потолке. Потом: не слабый, но чуть хуже, чем вспышка в телефоне, обычный фонарик. И ультрафиолет. — Ого?
Настя отложила все подарки на подоконник.
— Уже поздно, наверное. — вздыхает она. — Мы же не пропустили тусовку в универе в честь хэллоуина?
Она посмотрела на часы в телефоне. Время приблизилось к восьми вечера, а за окном заметно потемнело.
— О, нет, мы успеем. Но, знаешь, я все равно не придумала никакой костюм. — Катя пожимает плечами. — Слушай, мы же хотели прогуляться.
— Ага! — подтверждает Елена — Но мы можем сделать макияж.
— О, Майкл, ты с нами! — Настя потерла ладоши. — Ты станешь графом-Дракулой в современном оформлении! У меня остался холодный тон тоналки, синяки под глазами сделать!
— Я не имею право отказаться? — Неловко Майкл оглядел девушек взглядом. — Хорошо. Я доверяю вашему вкусу.
Вооружившись пудрой и кисточками, и без того светлую кожу Майкла превратили в белый лист. Катя нарисовала паутины под глазами и стрелки. Елена стала «черепком». А Настя открыла подаренные тени: материал был ярким и плотным, и удобно ложился на кожу.
Раскрашенные, пусть и не в полном параде, компания выбралась на освещенную фонарями улицу. По дороге прохожие то мило оглядывались, а кто-то вовсе не обращал внимания. Редко кто вздыхал на «дьявольский» облик, но, встречались и более яркие образы: полноценные костюмы с париками и аксессуарами у молодых людей, идущих на праздник в клубы или в творческие пространства.
Миновали подсвеченный мягким, желтым светом Мариинский театр и свернули, для полного погружение в «день всех святых» к Морскому собору.
— Окей, тогда идем до Сенной. — Катя поправила сумочку на плече, повернулась к подругам и Майклу.
— Майкл, а когда ты в последний раз праздновал хэллоуин, какой у тебя был костюм? — поинтересовалась Настя.
Майкл, который шел за спинами у девушек, и молчавший всю дорогу, на момент остановился.
— Я плохо помню. Наверное, это был костюм супергероя.
— Кого? Человек-паук? Бэтмен? Капитан-Америка? — продолжила Катя.
— Ну, у меня были разные костюмы. Но последний, вроде, был Бэтмен? А потом я просто вырос. Из костюма и возраста.
— Да, знаете, что меня приколяет? — Продолжила Настя, стараясь разрядить грустную и жизненную историю Майкла. — У меня день рождения в Хэллоуин. А когда я просила на праздник не розовое платье а костюм, ну, хотя-бы ржачной тыквы, мне говорили: «Фу, это же праздник дьявола, и вообще не наш!». А потом я рассказала, что вообще-то, это чуть ли не самый религиозный праздник, когда люди надевали страшные костюмы, чтобы отпугнуть злых духов!
— Верно, Анастасия. — Майкл щелкнул пальцами. — А корни у праздника идут от древних кельтских легенд. Самайн праздновали еще до распространения христианства на британских островах.
— Ага. — кивнула Настя. — Когда я пыталась это им объяснить, они махнули на это рукой.
— Я вот тоже ничего страшного не вижу! — продолжила Катя. — Тем более, это просто костюмы. В детстве на рождественские колядки я тоже клянчила конфеты. Жаль только иногда мне доставалась роль козы…
От этих слов губы Лены расплылись в улыбке.
Майкл уже будто хотел расслабиться и продолжить разговор, смарт-часы на руке плавно завибрировали. И поняв, что расслабляться нельзя, сильнее выпрямил спину. Компания не спеша уже подобралась к площади из трех станций. Настя обняла подруг, и те, помахав рукой, скрылись в одной из.
— А ты? Не поедешь?
— Мне тут недалеко. Доберусь. — сказал он, оглядываясь по сторонам. Возможно, в глазах других он мог выглядеть обеспокоенно, но, глубоко внутри Майкл не чувствовал тревоги. Только если за свой внешний вид.
— Мне проводить тебя?
— Нет. Спасибо за вечер. Я… — Майкл запнулся на полуслове. — Благодарен за приглашение. Мне нужно идти.
— Встретимся на следующей неделе? Архив, бумаги, как всегда?
— Да, да.
Майклу и хотелось проводить ее обратно. Но, кивнув ей на прощание, развернулся. Если задержится еще немного, он не сможет отпустить одну, и в душе росло непривычное беспокойство. Настя помахала ему в след, сомневаясь, что он заметил. И сама отправилась домой.
Комната встретила особым настроением: приглушенный свет, оставленные пустые тарелки и кружки, забытый на столе кусочек торта. Потратив немного времени, чтобы помыть посуду и прибраться, она поставила вазу подальше от окна, решив, что лучше цветам стоять в стороне от солнца. Рукой она потянулась к стеблям букета, желая повернуть их в красивый строй, но зацепилась за шип. Легкий уколом боль пронзила палец.
— Да блин! — она машинально поднесла палец в рот. — Кто вообще не убирает шипы с роз! Аргх, супергерой чертов.
Бинт на руке напоминал о первом ранении сегодня. Включать верхний свет совершенно не хотелось, а света от одной настольной лампы не хватало. Настя достала с подарочной коробки подаренный Катей фонарик.
Смотреть знакомую старую книгу уже как ритуал успокоения, когда жизнь несется в неизвестной куда гонке. Нажала на фонарик, и тот засветился ультрафиолетом. Совсем не обращая на это внимание, она открыла альбом. И в этот момент дыхание замерло. Как будто слон в соседней комнате пробил стену, или при капитальном ремонте за шкафом обнаружилась тайная дверь.
***
Осознав, что потратил оставшиеся влажные салфетки на дезинфекцию раны и перед приемом пищи, Майкл пытался стереть с лица «грим». Неизвестный мужчина за баром и люди вокруг не обращали внимания. За стол подсела высокая женщина в шляпе с широкими полями. Если бы не ее строгое, но приталенное широким поясом пальто, она бы идеально вписалась в атмосферу праздничного вечера.
— Хорошая маскировка. — сказала она, не оглядываясь по сторонам. — Sunset? What’s going on?
— Все под контролем. У нее своя книга. Связанная с тайной.
— Ты ходишь с ней на свидания? В гости?
— Почему ты спрашиваешь, Midnight?
— Ты задержал отчет.
— Для этого ты позвала меня сюда? Если…Она. Нет ну или кто-то увидит меня здесь. — Майкл сдерживал тон голоса, чтобы его заглушала музыка — С тобой. Что она подумает? Как она мне будет доверять семейную тайну?
— Тут нет знакомых ей людей, я постаралась. Просто, Майкл. Не теряй голову. — Женщина потянулась рукой к сумочке — Возьми салфетку. Не знаю, получится ли у тебя оттереть сейчас.
— Спасибо. Но мне, после твоих слов, нравится «маскировка».
Уголок губ женщины дрогнул, а строгий взгляд смягчился. В отражении бокалов и неоновых софитов Майкл смог разглядеть себя, а строгий силуэт женщины вытянулся. Посидев еще так без разговоров несколько минут, она поднялась.
— Доброй ночи, Майкл.
— И тебе счастливого хэллоуина, Аманда.
Глава 14 «Зима близко»
Промозглый воздух ноября прокалывал ноги иглами. Холодный ветер сдувал багровые листья по набережным и аллеям. В районе семимостья Настя чувстовала себя каждый раз особенно:
Если бы в мире существовала магия, я бы использовала это как место силы или портал.
В честь праздников выходные затянулись, внутри она искренне радовалась выпавшим мини-каникулам, стараясь собрать силы на последний рывок в конце года. Она оперлась на ограждение моста, вглядываясь в черную, почти бездонную воду канала. Где-то там, внизу, мелькнуло ее размытое отражение. Сырой асфальт и гранит не успел просохнуть от нахлынувшего на город утром ливня.
Ночь после дня рождения Настя не могла заснуть. Обмотала уколотый палец салфеткой. И, убедившись, что укол застыл, а пальцы сухие, вновь открыла альбом. Подарок, который она бы вероятно использовала, чтобы играть лазерной указкой с кошкой соседки, когда та забегает на кухню на запах еды, оказался новым ключом.
Белые чернила проявились. Потертые, размытые, но видимые.
12.05.19/5. Рассвет.
… Моим удивлением стало то, что мой дорогой друг - ученый Константин С. получил одобрение со стороны партии на выезд. Я обеспокоен и чувствую, будто еду не на научную конференцию, а в отпуск в Кисловодск…
… Справочник-путеводитель сообщает, что в Будапеште в августе еще тепло, а так же можно совершить водные прогулки по Дунаю…
Настя вглядывалась в читаемые записи каллиграфическим почерком. Таким точно писали в Союзе, и, она вспоминала, как в детстве пыталась скопировать каллиграфический почерк матери. Но авторучки сейчас - вовсе не те, и выиграть конкурс по чистописанию в начальной школе не получилось. Взяв в руки фото с тремя людьми, она посветила на заднюю сторону.
… Моим друзьям посвящается: Константин и Уильям…
Это альбом… Моего дедушки? Уильям. Уильям. Это ты! да, красавец? Окей, мистер-Y разгадан…
Далее первые страницы были заполнены обычными заметками и списком подготовлений. Дмитриев описывал погоду в Ленинграде и записывал температуру воздуха. Все бы ничего.
Но какой смысл писать простые вещи невидимыми чернилами? Чтобы никто ее увидел? А потом вклеил фотографии, чтобы скрыть?
Голова шла кругом. У нее чесались руки открыть подаренную Леной бутылку вина и выпить прямо сейчас. Помянуть 21 прошедших лет и попытаться хоть на миг забыть ворох тайн, от которых так пожелала избавиться. Но пересилила себя, тряхнула головой, и убрала солидную бутылку подальше.
Холодный воздух заставлял ее дышать быстрее, застегивать куртки и заматывать шарфы. Теплый стаканчик кофе согревал руки и дарил ощущение спокойствия. Музыка в наушниках набивала ритм, а яростная и динамичная мелодия переворачивала мысли, помогая успокоиться. Ей показалось, что кто-то зовет ее по имени, и она сочла это просто ремиксом песни. Но краем глаза заметила темную фигуру, которая уже тянет руку к плечу…
Она развернулась резко, но фигура не дрогнула.
— Майкл! Сдурел со спины подкрадываться!
Майкл выпрямился.
— О, ты в наушниках. Я звал тебя.
Настя достала один наушник и поставила песню на паузу, пробежавшись по нему глазами сверху вниз. Она задержалась на его тёмно-синем двубортном пиджаке в тонкую строчку и такого же цвета галстук. Она уже была готова вести учёт его костюмов и галстуков. От непогоды дорогую ткань спасал плотный и прозрачный дождевик.
— Извини, не услышала. — хмыкнула она. — И… дождевик, серьезно? Тебе не хватает музыкального плеера и топора.
— Что? — Майкла передернуло на мгновение, но шок быстро перерос в напутствующий интерес. Он поднял ладонь в перчатке на уровне плеча, ловя капли дождя — А, да. Ты шутишь. Сегодня же дождь, а стирать костюм… Дело трудное.
— А, забей — она махнула рукой и спрятала второй наушник. — А ты… куда собрался? Мимо проходил?
— Хотел заехать за тобой и направиться в университет.
— Вот прям так? Но сегодня выходной. Праздник.
— Верно, ты права, но Владимир Александрович дал нам доступ. Мы могли бы поехать сейчас.
— Ну нет! — скрестила она руки на груди, прижимая к себе стаканчик с кофе — Пусть это будет допуск в архив Ватикана, сегодня — выходной.
— Тогда может просто погуляем? — он оглядел стороны с любознательной улыбкой. — Ты проведешь мне небольшую экскурсию? Зайдем за кофе и вижу, что твой уже на исходе. Пенка осела, стакан наполовину пуст.
— Наполовину заполнен! — Настя улыбнулась ему — Ладно, идем. Все равно хотелось пройтись. Ты на машине?
— Сегодня нет — Майкл поправил лацкан на пиджаке — Боюсь, что не найду свободной парковки. Ну, и пешком в разы интереснее смотреть город.
— Ооо, это что-то новое. Ты наверное и в метро у нас ни разу не был.
— Еще нет. Но у меня теперь есть надежный проводник - это ты.
Майкл пожал плечами. Настя, стараясь скрыть смущение огляделась по сторонам.
По правую руку от Насти за оголенными деревьями зазвенели колокола Никольского собора. Ветер с канала дунул в спину, от чего волосы закрыли лицо. Она спешно попыталась убрать их с лица, а Майкл лишь с вежливым интересом наблюдал, как она пытается привести себя в порядок.
— Ладно, тогда начну свою экскурсию прямо отсюда. Мы в самом загадочном и мистическом месте города. Семимостье. Пойдем.
Настя схватила его за плечо и потянула вслед за собой. Перебежав соседний мост, она подвела его на другой - напротив того, на котором только что стояли.
— Считай мосты.
Майкл посмотрел слева за спину. Там, перед церковью с зелёными куполами он нашел первый. Яркий лазурный автобус пересек дальний мост и остановился у перекрестка.
— Раз. — Он перевел взгляд дальше, направо — Два.
— Смотри, ты видишь то красивое зелёное здание и тот мост с рекламой? Это Мариинский театр, мы проходили там, помнишь? А это переход между старой и новой сценой.
Взгляд Майкла тут же направился к колокольне и золотым куполам собора, а цвет стен напоминал яркое небо. Золото мерцало и отражало редкие лучи солнца.
— Три, четыре, — Майкл посмотрел вдаль. — Там, следующий. Пять. Перед этим желтым зданием с арками. Шесть. На нем мы стоим.
— Это называется Никольские ряды! — Настя развернула его направо, и он вгляделся вдаль.
— Семь.
— Ты молодец! — похлопала она в ладоши. — Итак, мы находимся на пересечении Крюкова и Грибоедова калала. Здесь, на Пикаловом мосту люди любят загадывать желания. А так же существует легенда, что в этом месте люди находят своих двойников. — Настя продолжала болтать, что слышала сама то на парах, то в коротких видео из интернета — А теперь посмотри на то черное здание! Если мы подойдем ближе, то точно сможем разглядеть барельефы и скульптуры атлантов. Была бы я экскурсоводом, потянула бы тебя по церквям. Но у меня свои планы. Идем. Ты обещал кофе.
Начал капать дождь, и Настя протянула свой наполовину заполненный и остывший стаканчик Майклу, достала из рюкзака зонтик. Раскрыв его, поняла, что привыкла всегда прижимать его к себе и не вытягивать его высоко. И так, что теперь край зонта утыкался Майклу почти в голову и создавалась дистанция.
— Я могу подержать зонт, если ты не возражаешь.
— Спасибо. — Настя отвела взгляд в сторону.
О нет, ну и как мы выглядим? Точнее, он странный. В своем дождевике и зонтом. Хотя, да, дождь не будет капать ему на плечо, которые выглядывает из под зонта.
Майкл уже привык к неторопливому и мелкому шагу Насти, старался подстраиваться под ее темп. Идти на полшага назад, чтобы зонт практически полностью накрывал не и не сдвигал ее с тротуара.
— О, Майкл. Я знаю, тут где-то рядом есть книжный антикварный магазин! Это тебе не сетевик и не маркетплейс.
— Расскажи.
Настя отпила последний глоток кофе. Она бросила стаканчик в урну, и, развернувшись, направилась в другую сторону. Майкл строго последовал за ней, приятно удивляясь ее хаотичности.
— В общем, я там была не так много раз… Но я читала статью, узнала, что здесь можно найти старые хорошие книги. Может быть, ты сможешь найти что-то по своей теме? Искусстве древнего востока? Я хочу просто тебе показать это место, сама я пока не думала ничего покупать. Моя полочка и подоконник и так завалены.
Настя толкнула тяжёлую дверь, и они оказались в теплом помещении, освещенным теплым светом. Здесь пахло легкой древесиной. Насте этот магазин доставал воспоминания из далёкого детства. Небольшой канцелярский магазинчик с богатым ассортиментом. В августе она с мамой закупалась всем необходимым: ручками, тетрадями, бумагой, новым пеналом, если старый уже не отстирывался от рисунков-каракулей синей пастой. А дальше, осенью, она бегала туда с накопленной сдачей с обедов и покупала новые наклейки с феечками или кошками с блестками. Если могла потерпеть, можно было купить и объемные.

