Высота преступления

Даниэль ответил животным, утробным воем. Его тело выгнулось дугой под Лукой. Инстинкт требовал вдохнуть как можно больше кислорода. Фильтр противогаза гудел от перегрузки клапанов.

Лука знал, что сейчас происходит с напарником. Барабанные перепонки Даниэля либо порвались, либо находятся на грани разрыва. Высокочастотный звон уже выжигает его слух изнутри. Мозжечок потерял ориентацию в пространстве: вестибулярный аппарат отключен центростремительной силой взрыва. Если Даниэль попытается встать сейчас, его ноги подкосятся, и он разобьет голову об угол стальной стойки.

Три секунды. Стандартная слепота длится от пяти до десяти. Но в полумраке серверной каждая секунда вечна.

Лука перекатился, стаскивая оглушенного парня глубже в «мертвую зону» за массивным блоком распределения питания. Здесь звуковая волна прошла выше.

Раздался тяжелый топот. Штурмовики вошли внутрь. Их движения были плавными, профессиональными. Они переступали через порог, водя стволами винтовок по секторам. Благодаря активным наушникам и отсутствию эффекта внезапности, они видели всё. А вот Лука слышал только монотонный высокочастотный свист и свой пульс. Он знал, что будет штурм. Знал, что противник будет хорошо вооружён. Но он не просчитал использование нелетального средства подавления. И теперь их с Даниелем жизни, как и жизнь детектива Джейн Картер, зависели от одного человека. Лука надеялся на Саймона.

А тем временем шаги становились всё ближе. Штурмовики шли к ним. Ослепшим, глухим, лишённым связи. В стеклянном гробу на сороковом этаже.

Глава 19

Капитан поднялся во весь рост пряча девочку себе за спину.

— Что ты сказал? — переспросил он, хотя прекрасно расслышал каждое слово. Это была инстинктивная попытка выиграть секунду, дать мозгу обработать невозможное.

Кевин сделал шаг вперед. Движения его больше не были дергаными или неуверенными, как у новичка, боящегося задеть тумблер. Теперь он двигался экономно, хищно, заполняя собой узкий проход. Свет от диодной ленты падал на его лицо, стирая последние следы юношеской растерянности. Перед Райаном стоял профессионал.

— Я говорю, что вы останетесь здесь, капитан, — повторил второй пилот. — И девочка тоже.

О'Конел почувствовал, как Эмили вжалась ему в спину. Капитан плавно, миллиметр за миллиметром, отвел руку назад, прикрывая ребенка своим телом.

— И что ты будешь делать? Убьешь меня? — спросил Райан. Он старался держать голос ровным, командирским, но адреналин уже начал жечь вены. — Это огромный лайнер, и один пилот здесь не справится с управлением, не говоря уж о том, как ты объяснишь членам экипажа и пассажирам пропажу пилота.

— Я не заглядываю так далеко — Кевин остановился в трех шагах. На его губах появилась улыбка, но она не затронула глаз. Это была маска сожаления, натянутая на череп мертвеца. — Почему вам всем обязательно нужно играть в героев? Зачем было спускаться вниз? Сидели бы в своем кресле, держали штурвал и ждали посадки.

Он покачал головой, словно разочарованный учитель.

— Если вам станет легче, то знайте: я не планировал этого. Я даже девочку хотел оставить в живых. Ну, если, конечно, она выжила бы. Но, вы не оставляете мне другого выбора. Теперь я должен вас убить. Ну и её разумеется.

— Это ты… Ты убил парня там наверху. Тебя ищет детектив — догадался Райан. — И никакой ты к чертям не брат Энди.

— Браво — Кевин хлопнул в ладоши и сделал ещё шаг. Капитан инстинктивно отступил — Вы меня раскусили.

Решение пришло быстрее, чем Кевин успел договорить. Накопившаяся злость и адреналин сделали своё дело. Райан О Конел кинулся на второго пилота вцепившись ему в горло двумя руками и одновременно крикнув девочке:

— Беги.

Кевин рухнул на спину. Капитан повалился на него, не ослабляя хватки. Второй пилот хрипнул от неожиданности. Его руки метнулись к запястьям О Конела, пытаясь разжать хватку, но капитан давил всем весом, впечатывая противника спиной в холодный лист металла на полу.

Эмили стояла не в силах пошевелиться. Её глаза, расширенные от ужаса, метались от лица Кевина, наливающегося кровью, к побелевшим костяшкам пальцев капитана. На секунду она замерла, парализованная страхом.

Тем временем Кевин, сумел просунуть свое руки, между руками капитана, сдавливающего горло, нащупал лицо и надавил на глаза. Раздался крик. Пальцы, сжимающие горло разжались. Кевин упёрся согнутой ногой капитану в живот и оттолкнул О Конела. Райан ударился спиной о ребристую стенку фюзеляжа и тут же почувствовал как становится нечем дышать. Второй пилот взял бывшего коллегу на удушающий. Они поменялись местами: теперь Кевин душил О Конела. Капитан попытался ударить его локтем, но в тесном проходе движение вышло слабым и неловким. Перед глазами поплыли тёмные пятна.

— Беги… — повторил он, почти беззвучно.

Эмили не двинулась.

Она смотрела на Кевина, на его напряжённую спину, на руки, сжимающие горло капитана. Вокруг гудел самолёт. За стенками вибрировали системы, где-то в глубине технического отсека мерно щёлкали реле.

Ей хотелось спрятаться. Хотелось закрыть глаза и снова оказаться в кресле, рядом с тётей, подальше от этого кошмара.

Но Райан велел ей бежать.

И он не бежал сам. Он остался между ней и опасностью.

Эмили сжала кулаки.

Когда-то в мультфильме она видела, как маленькая героиня бросилась на огромного злодея, хотя прекрасно понимала, что не сможет победить его силой. Она была меньше, слабее и ужасно боялась. Но всё равно прыгнула потому что за её спиной кто-то нуждался в защите.

«Я тоже могу быть такой», — подумала Эмили.

Кевин чуть изменил хватку, стараясь удобнее перехватить капитана. Райан закашлялся, его пальцы беспомощно скользнули по запястьям второго пилота. Эмили разогналась с двух шагов и бросилась вперёд. Она вцепилась Кевину в спину обеими руками, обхватив его за шею, и изо всех сил потянула назад.

— Отпусти его!

Кевин дёрнулся от неожиданности. Для взрослого мужчины вес девочки не представлял серьёзной угрозы, но внезапная атака сбила ему равновесие. Он отступил на шаг, пытаясь стряхнуть Эмили, и на мгновение ослабил хватку.

Райан воспользовался этим. Рванувшись вперёд, он ударил Кевина затылком в лицо.

Раздался глухой хруст. Второй пилот отшатнулся и инстинктивно прикрыл нос ладонью. Капитан рухнул на одно колено, жадно хватая воздух.

Кевин без труда разжал детские ручки, и отпихнул Эмили к лестнице ведущей наверх.

— Маленькая дрянь… — рявкнул он и посмотрел на девочку взглядом полным ненависти и злобы.

Эмили стало страшно. Она вовсе не храбрая как в мультиках.

Капитан в это время развернулся и снова кинулся всем весом на Кевина крикнув.

— Эмили, уходи! ЖИВО!

Девочка увидела, как Кевин вместо того, чтобы сопротивляться, инерцию движения капитана. Он крутанулся на месте, перехватывая ворот форменного кителя Райана. В момент падения противника, он направил движение вниз и чуть вбок.

Затылок капитана с омерзительным хрустом врезался в острый металлический кронштейн трубопровода, выступающий из стены.

Звук был сухой, костяной. Ноги О'Конела подкосились. Он осел на рифленый пол техотсека, словно марионетка, которой обрезали нити. Из-под волос на макушке моментально начала проступать темная венозная кровь, впитываясь в рукав формы.

Тело Райана конвульсивно дернулось, пальцы судорожно сжались на полу, скребя по металлу, а затем медленно расслабились. Грудь больше не поднималась.

— Беги, — прошептал голос откуда-то снизу. Голос был чужим, булькающим. Кровь заполняла горло капитана изнутри.

Эмили сорвалась с места. Она бросилась вверх по лестнице, цепляясь ладонями за поручни. Ступеньки задрожали под ногами, когда где-то рядом сработал очередной механизм. За спиной раздались тяжёлые шаги.

— Стой! — крикнул Кевин. — Я сказал, стой!

Она уже добежала до последней ступени когда, чуть приоткрытая, дверь распахнулась и мир вокруг озарился лучами солнца. От долгого пребывания в полумраке, ей сначала показалось, что она ослепла. Вдруг из самого центра света раздались слова, обращённые к тому, кто был за спиной Эмили:

— Замри на месте, ублюдок!

***

Дверь в комнату отдыха персонала была тонкой. Джефри слышал, как за ней стюардессы пытаются успокоить пассажиров эконом-класса, но их голоса звучали фальшиво натянуто.

Дениел Харт выглядел пугающе спокойным. Он не пытался проверить прочность пластиковых стяжек, сковывающих его запястья, и даже не смотрел на Робсона. Его взгляд был устремлен в одну точку на сером ковролине.

— Ну? — нарушил тишину Лео Джонсон. Он сидел на откидной кровати напротив Харта, закинув ногу на ногу.

Фэбээровец уже слабо напоминал того уверенного в себе папенькиного сынка, с которым познакомился Робсон. Теперь агент был больше похож на школьника, которого вызвали к доске, а он не понимает о чём его спрашивают. Вся его самоуверенность испарилась, оставив после себя только раздражение и страх перед неизвестностью.

— Я знаю не больше вашего — Харт наконец моргнул и поднял глаза на агента.

Малоун сохранял хладнокровный вид, но внутри всё бушевало. Это же надо было так вляпаться? Его легенда выглядела убедительной здесь, над облаками. Но, на земле, ничто не помешает им быстро установить что нет никакого Дениела Харта. И будет не важно убивал ли он человека в самолёте или нет – ложь федералам сделает своё дело: убийство повесят на него. А может и ещё обвинять бог знает в чём.

— Да, мы уже слышали — продолжал агент — Ты просто бизнесмен, севший не на тот рейс.

— Но это так. Я…

— Хватит! — прервал их Робсон — Там за стенкой — он указал на перегородку за спиной — Борется за жизнь федеральный маршал. И стрелял в него ты. Можешь сколько угодно твердить про самооборону и прочую хрень, но, если он умрёт – это будет уже убийство первой степени. Убийство федерала; улавливаешь о чём я? Это уже не тюрьма. Тебе вышка парень. Думаю, никакой адвокат тебя уже не вытащит из этого дерьма.

— Ладно — Малоун решил что полуправда – единственное, что сейчас поможет. Как говориться: «Если ты хочешь, чтоб собака от тебя отстала – брось ей кость». — В аэропорту меня пытались убить…

— Ну началось — перебил фэбээровец, вскинув руки.

Робсон понимал нетерпение Джонсона. Когда у тебя под носом убивают человека, ничто не остаётся как найти виновного, иначе обвинят тебя. Тем более, что более подходящей кандидатуры чем Харт, у них сейчас не было.

— Агент Джонсон, давайте дадим ему выговориться. Продолжайте.

— Мне удалось уйти живым — продолжал Харт-Малоун — Но пострадал случайный прохожий. Мне очень жаль. — он посмотрел на Робсона — Поэтому камеры и зафиксировали меня. А вы бы что сделали? Стали ждать пока киллер пристрелит вас?

«Две жертвы, связанные с одним рейсом. Один при посадке, другой уже через несколько часов в самолёте; совпадение?» — подумал Джеф а вслух сказал:

— И кто же вас пытался убить? Как думаете?

«Что, если свидетеля убили по ошибке? Спутали с этим бизнесменом? Звучит бредово, но всё же вероятно. Или сейчас перед нами настоящий убийца? Но для профессионала – попасть в объектив не скрытой камеры, очень глупо, если только он не хочет, чтобы его поймали».

— У меня много врагов — продолжал Харт — Партнёры, рвущиеся к власти, конкуренты — Он пожал плечами с видом человека, уставшего объяснять прописные истины глупым полицейским. — В моем бизнесе это норма.

— И что же у тебя за бизнес? — спросил Джонсон. — Ты не похож на торговца поддержанными машинами.

— Очень смешно — огрызнулся Харт, переводя взгляд на агента ФБР. На его губах появилась снисходительная улыбка, но в глазах по-прежнему был холодный расчёт. — Я консультант по системам безопасности. Частный подрядчик. Помогаю крупным фондам решать некоторые вопросы по сохранению особо ценных активов.

— Допустим — Джефри скрестил руки на груди — Зачем ты летишь в Лондон?

— Да брось, детектив — сказал фэбээровец, багровея от злости — Разве ты не видишь, что он врёт?

Робсон видел. Конечно видел. Современный мир – мир бюрократии. Даже будучи уверенным в виновности подозреваемого, ты ничего не можешь сделать без доказательств. Но доказательства будут, надо только не спускать глаз с этого бизнесмена. А уж когда самолёт приземлится, тут уж и будут тебе и доказательства, и ордер, и конвой. Сейчас остаётся лишь ждать.

— Джентльмены! — голос Марка Рейнолдса ударил по барабанным перепонкам громче рева двигателей.

Джеф поднял глаза. Доктор стоял в белой рубашке, залитой кровью. Манжеты были закатаны небрежно, обнажая предплечья, покрытые тёмными пятнами. Лицо было бледным, землистым, а под глазами залегли тени.

Робсон напрягся, готовясь к худшему. Он много раз сталкивался со смертью. Однажды даже был на краю. Перестрелка в Бруклине, для него закончилась ранением, и теперь он всегда носил бронежилет под пиджаком. Но, каждый раз ему становилось не по себе от осознания того, что совсем недавно ты стоял с человеком рядом, общался с ним, пожимал руку, быть может даже, шутил, и вот через несколько минут тебе сообщают о его смерти…

— Он очнулся.

Робсон почувствовал как невидимая рука, сжимавшая его изнутри, разжалась.

— Очнулся — повторил Джефри. — Он может говорить?

— Едва. Пока очень слаб, но думаю его жизнь в неопасности.

— Спасибо док — детектив поднялся с места и обратился к Джонсону. — Присмотришь за нашим «другом»? — Джеф кивнул на Харта и направился к выходу.

Джонсон недовольно поджал губы, но спорить не стал.

В узком проходе Робсон протиснулся мимо Рейнолдса и шум двигателей навалился с новой силой. Самолёт слегка качнуло и детектив ухватился за спинку ближайшего кресла. Он снова ощутил приступ аэрофобии, почувствовав, как вспотели ладони. Попытавшись отвлечь себя, он поднял голову и оглядел салон: кто-то спал, кто-то требовал объяснений, а стюардессы срывающимися голосами повторяли, что ситуация находится под контролем.

Робсон двинулся вперёд. Каждый шаг давался тяжелее чем должен был. Марк Рейнолдс шёл следом. Они подошли к небольшому помещению, которое на борту называли комнатой отдыха старшего бортпроводника. Обычно здесь хранились запасные пледы и личные вещи экипажа. Сейчас здесь на единственной кровати лежал федеральный маршал.

Робсон собирался войти внутрь когда рука доктора легла на его плечо.

— Я подожду здесь — сказал Марк — Он потерял много крови, поэтому ему нужен отдых. Постарайтесь побыстрее. Я остановил кровотечение и сделал всё, что мог в таких условиях. Но если начнётся повторное кровотечение…

— Не волнуйтесь док. Я быстро.

Джеф вошёл в помещение. Комната была тесной даже для одного человека. Желтый свет лампы под потолком дрожал в такт вибрации двигателей, бросая на переборки рваные тени. Чарльз Браун лежал на спине поперек узкой койки, его рубашка была вся в крови, а брюки срезаны по швам.

Маршал дышал часто, с присвистом, словно каждый вдох давался ему через невидимый барьер. Его лицо приобрело цвет воска, а губы посинели. На лбу выступили крупные капли пота. Когда Джефри вошел, Браун открыл глаза. Взгляд был мутным, расфокусированным, но цепким.

— Его взяли? — вместо приветствия прохрипел маршал. Его голос был похож на шелест сухой бумаги. Он попытался приподняться на локтях, но тут же рухнул обратно, закашлявшись от боли.

— Лежи, не дергайся, — Джефри шагнул к койке, стараясь не смотреть на багровую лужу, натекшую на пол. — Его взяли. Сидит под охраной ФБР в соседнем помещении. — он попытался сменить тему — А ты не плохо выглядишь, для человека с дырой в ноге.

— Что он сказал? — не унимался маршал. Видно было, что каждое слово даётся ему с трудом. — Он убил свидетеля?

— Пока молчит. Но будь уверен – заговорит. Никуда не денется.

— Хорошо... — прошептал маршал.

— Ты поправляйся тут. Док говорит, крови потерял много, но жить будешь.

— Да уж… Чтобы от меня избавиться нужно нечто большее чем выстрел из моего же оружия — попытался пошутить Браун.

Голова маршала запрокинулась набок, дыхание выровнялось, перейдя в глубокий, медикаментозный ритм. Он словно потерял интерес ко всему происходящему.

Робсон несколько секунд смотрел на федерала, затем тихо вышел из каморки, аккуратно прикрыв за собой тонкую дверь. В коридоре его ждал Марк Рейнолдс. Врач выглядел еще хуже, чем раньше: белая рубашка напоминала сюртук мясника, руки были вымыты лишь частично, оставив темные разводы вокруг ногтей.

— Я ввел ему максимальную дозу анальгетика из аптечки, — без предисловий начал Марк. — И добавил диазепам, чтобы снять спазм сосудов. Кровотечение я остановил, артерия цела, раздроблена только кость. Но если мы начнем снижаться или попадет в сильную турбулентность, давление изменится, и швы могут лопнуть. Это я ещё молчу про возможное заражение крови. Ему нужен госпиталь. И чем быстрее, тем лучше.

— Спасибо, док, — кивнул Робсон. — Вы сделали больше, чем должны.

В кармане пиджака завибрировал телефон. Сначала коротко, потом настойчиво. Джефри достал аппарат. Черная полоска в углу экрана наконец сменилась значком антенны — они вошли в зону покрытия над восточным побережьем Ирландии. Потоки данных хлынули на устройство разом.

Экран вспыхнул уведомлением о новых сообщениях. Пропущенные звонки. Одно новое сообщение. Голосовая почта. От Джейн Картер.

Пальцы Робсона слегка дрогнули, когда он нажал на кнопку воспроизведения. Гудок. Тишина. А затем сквозь треск статики пробился голос напарницы:

«Джеф я не знаю, что происходит. Установили личность парня со сломанной шеей на Пацифик. Это второй пилот рейса, на котором ты сейчас летишь. У нас тут взрывы в городе. В общем еду в участок. Шеф всех собирает. Как прослушаешь это позвони. Я волнуюсь»

Мир вокруг Робсона сузился до размеров экрана мобильного телефона. Рев двигателей исчез. Исчез запах озона и блевотины из хвостового санузла. Остался только холодный ужас, медленно поднимающийся от желудка к горлу.

В ушах звенела одна фраза: «Это второй пилот рейса, на котором ты летишь».

Мысли метались в голове хаотично, сталкиваясь друг с другом, как осколки разбитого стекла: я идиот. Полный, законченный болван. Пока я носился по салону, высматривая подозрительных типов среди пассажиров, пока гонялся за этим чертовым Хартом, настоящий волк сидел впереди. За бронированной дверью. Я так увлекся поиском стрелка внизу, что забыл проверить тех, кто управляет небом.

Робсон метнулся в салон эконом-класса. Марк Рейнолдс так и остался стоять в проходе, глядя в растерянности на свои окровавленные ладони.

Детектив направлялся к кабине пилотов, не имея ни одного плана. Что делать если кабина закрыта?

Робсон выскочил в бизнес-класс. Он миновал кухонный блок. Паника ледяной волной ударила в грудь. Аэрофобия вернулась с утроенной силой. Сердце колотилось о ребра так, что стало больно дышать.

Он достал оружие и передёрнул затвор.

Джефри вылетел на финальную прямую перед кабиной экипажа. Массивная дверь была плотно закрыта, горел красный индикатор замка.

И тут взгляд зацепился за деталь справа, где, почти сливаясь с декоративной панелью переборки, находилась техническая дверца. Она была приоткрыта.

Он рванул ручку технической двери на себя.

По узкой лестнице ведущей в низ поднималась девочка, а за ней бежал второй пилот. Джефри обхватил оружие двумя руками и направил на пилота со словами:

— Замри на месте, ублюдок!