Хранители Врат - Том 2

Феликс Ардэн

Хранители Врат - Том 2

ГЛАВА 21. КОЛЕСО

Элиан Арк ответил на вызов через восемь минут.

Не из кабинета.

Не из медицинского центра.

Он стоял у обзорного окна.

За его спиной медленно проходил Юпитер.

Даже через экран масштаб сбивал восприятие.

Полосы атмосферы занимали почти весь фон, и только тонкий край внутренней конструкции станции напоминал, что Элиан находится не в открытом пространстве.

Леон смотрел на него молча.

Фотография из медицинского файла оказалась точной.

Чуть старше тридцати.

Темные волосы.

Спокойное лицо.

Слишком спокойное для человека, который три ночи подряд видел во сне незнакомца у шести дверей.

Элиан тоже изучал Леона.

Потом сказал:

- Вы действительно существуете.

- Обычно да.

Элиан улыбнулся.

- Хорошо.

Мира сидела сбоку от камеры.

Рея подключилась с рабочего терминала.

Кай был рядом с Леоном, хотя формально никакой причины для его присутствия не существовало.

После последних событий формальные причины вообще постепенно потеряли значение.

Мира начала:

- Доктор Арк, прежде чем мы…

- Элиан.

- Хорошо. Элиан. Прежде чем мы расскажем вам что-либо, нам нужно зафиксировать, что именно известно вам сейчас.

Он кивнул.

- Разумно.

- Вы знакомы с Леоном Вельским?

- Нет.

- Раньше слышали имя?

- Нет.

- С проектом А-12?

- Нет.

- Термин “Садовники”?

Элиан задумался.

- В обычном смысле?

- В любом другом.

- Нет.

- Араван?

Никакой реакции.

- Нет.

- Натхор?

Вот здесь что-то произошло.

Очень мало.

Элиан не вздрогнул.

Не изменился в лице.

Просто вдохнул чуть глубже.

Мира заметила.

- Знакомо?

- Нет.

- Но реакция была.

- Да.

- Какая?

Элиан посмотрел в сторону Юпитера.

- Как когда слышишь слово на языке, которого не знаешь, но почему-то уверен, что раньше понимал.

Леон почувствовал холод.

Мира записала.

- Сириус?

На этот раз ничего.

- Нет.

- Та Нетер?

Ничего.

- Нет.

- Шесть миров?

Элиан снова посмотрел на нее.

- Нет.

- Шесть дверей?

Он медленно кивнул.

- Это уже мое.

- Расскажите сон полностью.

Элиан отошел от окна и сел.

- Он не одинаковый.

- Начните с первого.

- Я нахожусь в большом круглом помещении. Стен почти нет. Скорее пространство с границей. Передо мной шесть проходов.

- Дверей?

- Я назвал их дверями, потому что нужен был термин.

- Они расположены рядом?

- Нет.

Элиан задумался.

- Вот это как раз трудно объяснить. Я вижу их одновременно, но они не стоят в одной плоскости. Каждая как будто ведет в другое направление, которое нельзя показать пальцем.

Леон почувствовал узнавание.

Глубинное имя ощущалось почти так же.

Направление, которое не было физическим.

- Что за дверями?

- В первый раз ничего не видел. Во второй появились ощущения.

Мира спросила:

- Какие?

- Первая тяжелая.

- В смысле?

- Давление. Нехватка. Боль. Но там есть движение.

- Вторая?

- Голод.

- Физический?

- Не уверен. Скорее невозможность насытиться.

Леон и Мира переглянулись.

Элиан заметил.

- Вы это знаете.

Мира не ответила.

- Продолжайте.

- Третья очень телесная. Запахи. Тепло. Страх. Желание бежать, есть, спариваться, защищать.

Кай нахмурился.

- Животные.

Элиан посмотрел на него.

- Я тоже так подумал.

- Четвертая?

Элиан помолчал.

- Наша.

- Земля?

- Не планета.

Он посмотрел на Леона.

- Состояние.

Рея спросила:

- Как вы понимаете разницу?

- Не знаю.

- Опишите.

- В четвертой двери одновременно хочется остаться и уйти.

В комнате стало тихо.

Леон вспомнил карту Натхора.

Достаточно боли, чтобы искать выход.

Достаточно радости, чтобы не желать исчезновения.

Мира не подсказала.

- Пятая?

Элиан не ответил сразу.

Впервые его спокойствие исчезло.

Совсем немного.

Пальцы сомкнулись.

- Пятая кажется знакомой.

- Именно она?

- Да.

- Что там?

- Высокие города.

Он закрыл глаза.

- Нет. Не города.

- Не торопитесь.

- Пространства. Очень красивые. Слишком большие. Люди… не люди. Похожи на нас больше, чем должны.

Леон почувствовал, как печать внутри него отозвалась слабым теплом.

Не активировалась.

Просто присутствовала.

Элиан продолжил:

- Они очень многое умеют.

- Технологии?

- И это тоже.

- Что еще?

- Менять материю быстрее, чем мы.

- Насколько быстрее?

- Мысль и действие почти рядом.

Он открыл глаза.

- Но там все сравнивают себя друг с другом.

Кай спросил:

- Все?

- Это ощущение сна. Я не могу утверждать.

Мира кивнула.

- Правильно.

- Сила там не дает покоя. Если можешь больше, сразу появляется кто-то, кто может еще больше.

Леон посмотрел на обозначение пятого диапазона, которое они оставили на соседнем экране.

ВЫСОКАЯ СПОСОБНОСТЬ / ВЫСОКАЯ КОНКУРЕНЦИЯ

Он не показал Элиану.

Пока.

- Шестая? - спросила Мира.

Элиан улыбнулся странно.

- Туда вообще не хочется задавать вопросы.

- Почему?

- Потому что все хорошо.

- Именно поэтому?

- Да.

Он медленно сказал:

- Там нет почти никакой боли. По крайней мере, я ее не чувствую. Все очень долго живут. Пространство слушается. Красиво так, что после этого просыпаться неприятно.

- И что не так?

- Ничего.

- Тогда почему вас это беспокоит?

Элиан посмотрел на Леона.

- Потому что никто там никуда не идет.

Тишина.

Вот.

Шесть.

Без подсказок.

Без карты.

Без слов Аравана.

Элиан описал все шесть диапазонов почти теми же характеристиками.

Мира первой нарушила молчание.

- Почему вы отправили медицинский файл?

- Потому что сон начался после сбоя синхронизационной системы анабиоза.

Рея сразу подняла голову.

- Какого именно?

- Наш локальный модуль Сада.

Все замерли.

Элиан заметил.

- Вот теперь вы точно знаете больше.

Леон спросил:

- Как он называется полностью?

- Якорь Сада.

Кай тихо выругался.

Элиан посмотрел.

- Мне тоже не нравится это название.

- Почему?

- Потому что я работаю с ним четыре года и до прошлой недели считал, что Сад означает внутренний инженерный код.

- А теперь?

- Теперь он показывает мне двери во сне.

* * *

Элиан работал на Ганимеде в медицинском комплексе дальнего анабиоза.

Не на “Ковчеге”.

Но на родственном оборудовании.

Та же технологическая линия.

Меньше масштаб.

Другие задачи.

Пациентов держали в глубоком сне месяцами, иногда годами, во время тяжелых операций, длительных восстановлений и межпланетных перевозок.

Якорь Сада использовался как резервный стабилизатор личности.

- В документации написано, что он поддерживает когнитивную целостность во время длительной сенсорной депривации, - сказал Элиан.

Рея кивнула.

- Мы читали те же формулировки.

- Тогда вы знаете, что никто не понимает, как он это делает.

- Да.

- Большинство врачей не интересуется. Он работает.

Кай сказал:

- Великая основа цивилизации.

Элиан улыбнулся.

- Вы удивитесь, сколько медицины держится на принципе “работает, не трогай”.

- Не удивлюсь.

- Три ночи назад модуль получил неизвестный запрос.

Рея мгновенно стала серьезной.

- Время?

Элиан назвал.

Она открыла журнал.

Леон уже понял.

Это произошло почти одновременно с подтверждением его глубинного идентификатора.

- Что запросил модуль? - спросила она.

- Сначала статус.

- Потом?

- класс резонанса.

Рея показала Леону.

Тот самый параметр.

V

- Вы знали, что он существует? - спросил Леон.

- Нет.

- До этого поле было пустым?

- Вообще отсутствовало.

- Что произошло после?

- Модуль попытался синхронизироваться со мной.

Мира нахмурилась.

- Как?

- Не через интерфейс.

Элиан коснулся виска.

- Через сон.

- Вы уверены, что это было именно устройство?

- Нет.

Хороший ответ.

Леон почувствовал симпатию.

Не уверенность.

Не “я знаю”.

Честное “нет”.

- Что вы сделали? - спросила Рея.

- Отключил модуль.

Леон замер.

- Полностью?

- Физически.

- И?

- Сон повторился.

Мира посмотрела на него.

- Значит, связь не зависела от включенного устройства.

- Или уже успела установить что-то в моем мозге.

- Вы проверились?

- Полностью.

- Результат?

- Физиологически ничего.

Кай тихо сказал:

- Добро пожаловать.

Элиан посмотрел на него.

- Полагаю, у вас тоже ничего.

- У нас всегда ничего.

Леон спросил:

- Почему написали именно мне?

- Потому что в третьем сне появилось ваше имя.

- Просто имя?

- Нет.

Элиан снова закрыл глаза, вспоминая.

- Я стоял перед пятой дверью.

- За ней ваш мир?

- Я не знаю.

- Хорошо. Что дальше?

- Дверь открылась. Там стоял человек.

- Я?

- Нет.

Леон напрягся.

- Кто?

- Не знаю.

- Как выглядел?

- Высокий. Светлая кожа. Не человеческая. На шее металлическая структура или украшение.

Леон посмотрел на Аравана, которого не было в канале.

Описание ни на кого знакомого не походило.

- Что сказал?

Элиан открыл глаза.

- “Найди Леона Вельского. Он уже увидел Колесо снаружи. Ты помнишь его изнутри.”

Никто не говорил.

Мира записала дословно.

- Еще что-нибудь?

- Да.

- Что?

- “Не позволяй ему считать верх свободой.”

Леон почувствовал холод.

Шестой мир.

Красивый вид из клетки.

- И вы просто нашли меня?

- Я врач. У меня есть доступ к межпланетной профессиональной сети.

- Там тысячи Леонов Вельских.

- Один.

- Что?

- В медицинских регистрах дальнего анабиоза один Леон Вельский подходящего возраста связан с закрытыми исследованиями “Ковчега”.

Кай посмотрел на Леона.

- Секретность работает прекрасно.

- Замолчи.

Элиан продолжил:

- Я не знал, что вы делаете. Отправил медицинский запрос по официальному каналу. Если бы не ответили, на этом все.

- Почему?

- Потому что голос во сне не является основанием ломать чужую жизнь.

Мира впервые едва заметно улыбнулась.

Леон понял, что Элиан ей понравился.

Очень опасный признак.

* * *

Они показали ему карту.

Не сразу.

Сначала Мира заставила зафиксировать рисунок сна.

Элиан сам нарисовал шесть областей.

Не идеально.

Но четвертая находилась почти точно там же, где интерфейс Якоря Сада отмечал Землю.

Пятая была связана с четвертой множеством линий.

Шестая имела меньше выходов наружу.

Первая и вторая были плотнее соединены между собой.

Когда закончил, Рея вывела системную карту рядом.

Элиан смотрел долго.

- Я это видел.

Не восторг.

Не страх.

Усталость.

- Насколько точно? - спросила Мира.

- Структура та же.

- Детали?

- Не все.

- Вы могли видеть похожую схему раньше в документации?

- Нет.

- Уверены?

- На сто процентов нет. Но я никогда сознательно не видел.

- Хорошо.

Элиан посмотрел на пятый диапазон.

- Почему здесь V?

Рея показала его собственный медицинский журнал.

КЛАСС РЕЗОНАНСА: V

Он молчал.

Потом спросил:

- Вы считаете, что я оттуда?

Леон ответил первым:

- Мы ничего пока не считаем.

Мира посмотрела на него с одобрением.

Элиан тоже заметил.

- Вы долго учились так отвечать?

- Очень.

Кай сказал:

- Неделю.

Леон не отреагировал.

- У нас есть гипотеза, - продолжил он. - Система маркирует не происхождение тела. Возможно, связанный маршрут сознания.

- Реинкарнация.

- Возможно.

Элиан посмотрел.

- Вы уже говорите это спокойно.

- Привыкание быстрое.

- А вы?

- Что я?

- Откуда?

Леон почувствовал напряжение.

Мира не вмешалась.

Это был его выбор.

- Последнее подтверждение указывает на Сириус.

Элиан не удивился.

Это почему-то удивило Леона.

- Вы знали?

- Нет.

- Тогда почему такое лицо?

- Потому что после шести дверей Сириус уже не самая странная вещь в разговоре.

Кай тихо сказал:

- Нравится.

* * *

Разговор продолжался почти два часа.

Элиан оказался удобным собеседником именно потому, что не пытался понять все сразу.

Он задавал медицинские вопросы.

Какие физиологические изменения у Леона во время перехода?

Что происходило с памятью?

Можно ли остановить процесс?

Есть ли риск диссоциации?

Были ли случаи нарушения текущей идентичности?

Что делал дом?

Как отличить настоящую память от адаптивной среды?

Мира отвечала на методологию.

Рея на измерения.

Леон на субъективный опыт.

Кай иногда говорил то, что остальные слишком долго формулировали.

Когда дошли до печати, Элиан замолчал.

- Покажите структуру еще раз.

Рея вывела черный круг с трещиной.

Он смотрел.

- Я видел этот знак.

Леон почувствовал холод.

- Где?

- Не в сне.

- Тогда?

- В детстве.

Все замерли.

- Сколько лет? - спросила Мира.

- Семь или восемь.

- Где?

- На Ганимеде я тогда еще не жил. Мы были на Ио.

- Родители?

- Отец инженер. Мать биолог.

- Что именно произошло?

Элиан задумался.

- У меня была высокая температура. Очень высокая. Я помню комнату. Мать рядом. Потом я словно вышел куда-то.

- Клиническая смерть?

- Нет. По медицинским данным нет.

- Потеря сознания?

- Несколько часов.

- И знак?

- Стоял передо мной.

- Черный круг?

- Да.

- Трещина?

Элиан покачал головой.

- Нет.

Леон почувствовал, как внутри все напряглось.

Целый круг.

Как печать до активации аварийного условия.

- Еще что-то?

- Кто-то сказал: “Не твой.”

- Что значит?

- Не знаю.

- Голос?

- Женский.

- Вы кому-нибудь рассказывали?

- Матери.

- Она что сказала?

- Что это температура.

- А вы?

- Поверил.

- До сейчас?

Элиан посмотрел на знак.

- До сейчас.

Мира сказала:

- Это может быть обычное воспоминание, которое теперь перестроилось под увиденное.

- Да.

- Или вы действительно видели похожий символ.

- Да.

Элиан не пытался спорить.

Еще один плюс.

Леон спросил:

- Почему “не твой”?

- Не знаю.

- Может, печать была рядом, но принадлежала другому.

- Возможно.

- Кому?

Элиан посмотрел на него.

- Возможно, тому, кого я сейчас ищу.

Леон почувствовал неприятное ощущение.

Слишком красиво.

Мира тоже.

- Не соединяем пока.

- Согласен, - сказал Элиан.

* * *

После разговора Элиан попросил одну вещь.

- Я хочу увидеть Якорь Сада вместе с вами.

Рея сразу сказала:

- Нет.

Он не обиделся.

- Почему?

- Потому что ваш локальный модуль уже отметил класс резонанса V. Мы не знаем, что произойдет при прямом соединении с тем узлом, который реагирует на Леона.

- Справедливо.

- И вам нужно пройти отдельную проверку.

- Какую?

Мира ответила:

- Независимую.

- На что?

- На все.

Элиан улыбнулся.

- Конкретнее.

- Медицинские данные, биография, возможные контакты с проектами Якоря Сада, любые старые исследования сознания, семейные связи.

- Вы думаете, меня могли направить.

- Мы не знаем.

- Хорошо.

Леон посмотрел на него.

- Не раздражает?

- Что?

- Что после всего, что вы рассказали, мы вам не доверяем.

- Нет.

- Почему?

Элиан пожал плечами.

- Я вам тоже не доверяю.

Кай засмеялся.

- Все. Берем.

- Куда?

- Не знаю. Но берем.

* * *

Связь закончилась ближе к ночи.

Элиан передал разрешение на доступ к медицинскому архиву.

Мира сразу начала проверку.

Леон остался у карты.

Шесть диапазонов.

Теперь рядом с пятым стояло имя.

ЭЛИАН АРК

Он убрал.

Слишком рано.

Но через секунду интерфейс сам вернул отметку.

КЛАСС РЕЗОНАНСА V

- Не нравится? - спросила Рея.

- Не нравится, когда система делает вывод раньше меня.

- Технически это классификация.

- Именно.

Она села рядом.

- Что думаешь?

- Если Элиан действительно связан с пятым миром, он может быть первым живым человеком, у которого есть доступ к памяти другого диапазона без смерти.

- Ты тоже живой.

- У меня связь с Сириусом. Это вне земного цикла или рядом с ним.

- Мы не знаем.

- Да.

Рея посмотрела на карту.

- Что вообще значит “мир”?

- Не знаю.

- Планета не подходит.

- Нет.

- Измерение?

- Опасное слово.

- Уже разговариваешь как Араван.

- Убей меня.

- Позже.

Леон улыбнулся.

- Скорее режим существования.

- Как разные физические условия?

- И сознательные.

- То есть можно родиться на одной и той же планете, но относиться к разным мирам?

Леон задумался.

- Не знаю.

Рея увеличила карту.

- Тогда нужно перестать представлять их как места.

- Да.

- Что тогда вращается в Колесе?

- Не планеты.

- Сознание?

Леон посмотрел.

Вот.

Колесо.

До сих пор слово появлялось только как удобная метафора.

Но если шесть диапазонов были связаны маршрутами, а сознание переходило между ними, то Колесо было не картой пространства.

Картой возможных состояний воплощения.

- Возможно, - сказал он.

Рея смотрела на схему.

- Тогда Земля не четвертый этаж.

- Нет.

- Просто один тип условий.

- Да.

- И “выше” не значит лучше.

- Араван именно это говорил.

Рея задержалась на шестом.

- Тогда почему туда все хотят?

- Не знаем, хотят ли.

- Элиан сказал, что там все хорошо.

- Именно поэтому из него сложнее захотеть выйти.

Рея посмотрела.

- Значит, боль может помогать.

- Осторожно.

- Я не говорю, что боль хорошая.

- Знаю.

- Но отсутствие боли тоже может стать ограничением.

Леон кивнул.

Вот почему Натхор выбрал Землю.

Не потому что она была худшей.

Не потому что лучшей.

Потому что здесь система не могла полностью усыпить ни страданием, ни удовольствием.

Человек слишком часто чувствовал, что что-то не сходится.

* * *

На следующий день Мира нашла первое серьезное несовпадение в биографии Элиана.

Он не родился на Ганимеде.

И даже не на Ио.

Родился на орбитальной станции у Юпитера.

Но в возрасте четырех месяцев семья провела почти год на Земле.

Обычная медицинская командировка матери.

Леон смотрел.

- И?

- Их жилье находилось в Праге.

- Совпадение.

- Возможно.

- Почему важно?

Мира открыла архив.

Иосиф Марек.

Тот самый пациент из пражской программы Миры.

Мира продолжила:

- Семья Элиана жила в трех кварталах от клиники, где Иосиф много лет спустя участвовал в нашей программе.

- Это вообще не связь.

- Согласна.

- Тогда зачем показываете?

- Потому что мать Элиана работала не только биологом.

Она открыла старую биографию.

ЛИАНА АРК

Ксенобиология.

Нейроадаптация.

Программа долгого анабиоза.

И в самом низу:

ARV Systems - консультант, 2310-2314

Леон перестал двигаться.

- ARV.

- Да.

- Компания, поставившая Якорь Сада на “Ковчег”.

- Ее поздний правопреемник.

- Мать Элиана работала с ними.

- Четыре года.

- Элиан знал?

- Проверим.

Они вызвали его.

Он ответил почти сразу.

Когда увидел документ, молчал секунд десять.

- Я не знал.

Мира спросила:

- Никогда?

- Знал, что мать занималась анабиозом. Название компании ничего не говорит.

- Она жива?

- Да.

- Где?

- Европа. Земля.

- Можно связаться?

Элиан напрягся.

Первый раз за все время.

- Зачем?

- Узнать, что она делала в ARV.

- Я сам спрошу.

Мира покачала головой.

- Лучше мы.

- Почему?

- Потому что если есть связь, вы можете случайно подсказать ей, что именно нас интересует.

Элиан смотрел.

- Это моя мать.

- Да.

- Вы предлагаете чужим людям задавать ей вопросы, которые я не должен слышать.

- Да.

Долгая пауза.

Леон ожидал отказ.

Элиан спросил:

- Она будет знать, кто спрашивает?

- Конечно.

- Может отказаться?

- Да.

- Тогда хорошо.

Кай тихо сказал:

- Еще один странно нормальный человек.

Леон кивнул.

* * *

Лиана Арк согласилась на разговор через час.

Ей было шестьдесят восемь.

Она выглядела моложе.

Спокойное лицо Элиана оказалось явно от нее.

Когда Мира назвала ARV Systems, женщина нахмурилась.

- Это было давно.

- Чем вы занимались?

- Биологической адаптацией нейросистем к длительному анабиозу.

- Якорь Сада?

Лиана замерла.

Этого оказалось достаточно.

- Да.

- Что именно?

- Не инженерная часть.

- Тогда?

- Подбор параметров совместимости.

- С чем?

- С человеком.

Мира ждала.

Лиана вздохнула.

- Я подписывала закрытое соглашение.

- Оно еще действует?

- Компания не существует.

- Но условия?

- Формально часть действует.

- Вы можете сказать, почему Якоря Сада использует параметр «класс резонанса»?

Лиана посмотрела на экран.

- Откуда у вас этот термин?

Мира не ответила.

- Сначала вы.

Женщина замолчала.

Потом сказала:

- Мы считали его техническим коэффициентом.

- Чего?

- Совместимости личности с различными режимами глубокой стабилизации.

- Сколько классов?

Лиана закрыла глаза.

- Шесть.

Леон почувствовал холод.

Мира не изменилась.

- Что означал пятый?

- Высокая когнитивная мощность при повышенной конкурентной реактивности.

Точно.

Слово в слово почти с интерфейсом.

- Откуда классификация?

- Не знаю.

- Кто дал?

- Уже существовала в исходном модуле.

- ARV?

- Да.

- Вы когда-нибудь спрашивали?

- Конечно.

- Ответ?

- “Историческая нейропсихологическая модель.”

- Вы поверили?

Лиана усмехнулась.

- Мне было тридцать. Я работала с системой, которая снижала смертность после долгого анабиоза почти в четыре раза. Меня больше интересовало, работает ли она.

Кай тихо сказал:

- Вот.

Мира продолжила:

- Ваш сын имеет пятый класс.

Лиана изменилась в лице.

- Что?

- Вы знали?

- Нет.

- Его тестировали в детстве?

- Нет.

- Уверены?

- Да.

Потом она остановилась.

- Подождите.

- Что?

- Была одна процедура.

Элиан, слушавший с отдельного канала, выпрямился.

- Какая?

Лиана посмотрела на сына.

- Ты болел.

- Я помню.

- На Ио.

- Да.

- Температура.

- Да.

- Когда стандартная нейростабилизация не помогла, врач подключил старый модуль Сада.

В комнате стало тихо.

Элиан почти не двигался.

- Ты никогда не рассказывала.

- Потому что это была обычная процедура.

- После нее я видел знак.

Лиана побледнела.

- Какой знак?

Элиан показал черный круг.

Целый.

Без трещины.

Женщина замолчала.

Мира спросила:

- Вы его узнаете?

- Да.

Леон почувствовал холод.

- Откуда?

Лиана смотрела на знак.

- Он был в старой документации.

- Как назывался?

- Печать.

Элиан закрыл глаза.

Леон почувствовал, как внутри собственная печать отозвалась.