Как стать продюсером 3

– Доброе утро, – я кивнул женщине, замечая, как Саракэ нервно дёргает ворот рубашки. Её взгляд скользнул по нему – и, кажется, чуть задержался.

– Рада встрече, Таката-сан, – произнесла она. – Спасибо, что приходите к детям, для них это важно.

– Всегда рад помочь, – ответил я, ловя на себе её внимательный взгляд. В этот момент Саракэ чуть покраснел и начал что-то бормотать о новых методах воспитания и культурных программах.

– Саракэ, – усмехнулся я, – не забудь, главное – искренность. Ваши идеи уже тут ценят.

– Эм… да, конечно, – пробормотал он и, кажется, стал ещё ниже ростом.

– Ну что ж, Асано-сан, не буду отвлекать вас, – я галантно отступил, – а меня уже ждёт Ай. Маленькая художница, великий критик и, если верить слухам, – тот самый двигатель прогресса.

– Она в игровой комнате, – сразу ответила Асано-сан, – кстати, её новые рисунки… стоит увидеть.

Я улыбнулся – вот уж точно, в этом городе каждый день преподносит сюрпризы. Ловко попрощавшись с заведующей и подмигнув Саракэ, я поспешил к Ай, предвкушая встречу с тем, кто умеет видеть больше, чем взрослые.

* * *

– Кацу-сан! – раздалось из-за угла, и прежде чем я успел среагировать, на меня налетела Ай, обхватив за шею с такой энергией, будто я был не демоном, а плюшевым медведем из её коллекции.

– Ого, ты сегодня в ударе, – рассмеялся я, поднимая её, чтобы не свалиться с ног. – Смотри, не сломай старого продюсера!

Ай фыркнула, но не отпустила:

– Ты не старый. Ты… как будто сияешь. И пахнешь… водой и чем-то хорошим.

– Это секрет фирмы, – подмигнул я. – Может, когда-нибудь расскажу в мемуарах.

Ай наконец отпустила и, сделав два круговых пируэта, загорелась:

– Будем работать? Я придумала новую сцену! Там есть ты, Йоко, и… большой-пребольшой пирог, который взрывается от смеха.

– Во! Вот это уровень! – похвалил я. – Настоящий сценарист ценит каждую минуту. Предлагаю: идём в игровую и сразу за дело, пока вдохновение не сбежало к соседям.

– Я уже всё нарисовала! – Ай вытянула лист, испещрённый цветными каракулями, где я, судя по подписи, был в короне и с гигантским пирогом в руках.

– Корона мне идёт, согласен, – ухмыльнулся я, – А пирог… это намёк, что пора перейти от сценариев к гастрономии?

Ай серьёзно кивнула:

– Если сценарист не умеет печь пироги – он не сценарист. А ещё ты должен уметь смеяться, даже если все вокруг грустят.

– Это я могу, – пообещал я. – Если ты рядом, грустить невозможно.

– Тогда за работу! – скомандовала Ай, и я послушно последовал за ней, зная, что настоящие чудеса города начинаются с таких вот минут.

* * *

– Вот тут у нас штаб-квартира, – сообщила Ай, когда мы устроились в уголке библиотеки. Вокруг сновали дети: кто-то строил башню из книг, кто-то пытался заполучить фломастеры, а один особенно находчивый – объявил себя «главным по пирогам».

– Ай, не сердись, – шепнул я, когда она грозно посмотрела на любителя пирогов, – пусть все помогают. Настоящий сценарий – это когда каждый герой на месте. Но главная ты, спору нет.

– Тогда я – режиссёр и сценарист! – заявила она, гордо расправляя плечи.

– А я, выходит, твой ассистент, – ухмыльнулся я, – но учти, ассистенты иногда делают революцию.

– Ну-ну, – фыркнула Ай, – революцию будут делать только если пирог получится смешным!

– Значит, ставим задачу: сделать пирог таким, чтобы даже Йоко рассмеялась. А она, знаешь, не из лёгких.

– Я всё продумала, – Ай разложила листы с рисунками: на одном Йоко в облаке смеха, на другом – Чоу с оранжевым пламенем, а я – в короне, как положено. – Дети могут быть актёрами. А ты будешь… главным пирогом!

– Вот это перспектива, – вздохнул я. – И всё же, если кто-то будет спорить – пусть спорят. Главное, чтобы сценарий был живым.

– Он будет! – уверенно сказала Ай, а дети вокруг подхватили: – Пирог! Пирог! Пирог!

Я усмехнулся, чувствуя, что даже самый могущественный дьявол иногда превращается в ингредиент для хорошей шутки. Но в этом городе – иначе и быть не может.

– Ай, почему ты нарисовала меня с рогами и хвостом? – спросил я, когда она выложила очередной лист с изображением меня в короне и с явно демоническими признаками.

Девочка пожала плечами, как будто это самый обычный вопрос:

– Потому что ты такой и есть. Только рога у тебя не настоящие, а смешные – они, знаешь, светятся, когда ты смеёшься или злишься. Я всегда вижу у людей второе лицо. Вот у Саракэ – он вообще, как медведь, просто прячется хорошо. А в тебе… есть что-то большое и доброе. Немного страшное, но не опасное.

– А в Кохаги, бывшей директрисе, ты видела… – я замялся.

– У неё была длинная шея. Мне никто не верил, но я всегда знала, что она – монстр. Она была злая. Ты – не такой.

– Значит, ты чувствуешь, кто хороший, а кто не очень? – уточнил я.

Ай кивнула:

– Иногда да. Бывает сложно, если человек прячется. Но у духов – всё видно. Они светятся, как лампочки, только разными цветами. А у тебя – тёмно-красный, но не злой, а какой-то… смешной. И добрый.

Я усмехнулся, хотя внутри что-то кольнуло – вот уж кто умеет видеть насквозь.

– Ай, а кто кроме меня… ну, необычный? – осторожно спросил я.

Девочка задумалась:

– Саракэ – медведь, а Асано-сан – сильная, но добрая. Йоко и Чоу – они блестят, как костёр ночью. А Юко… она как лиса, но сейчас её нет.

– И все они… – начал я, но Ай перебила:

– Они хорошие. Просто прячутся. Потому что люди боятся тех, кто не похож на них.

Я кивнул, размышляя. Вот уж кто умеет объяснить суть мира за пару минут. Взрослые придумывают легенды, а дети просто видят.

– Спасибо, Ай, – тихо сказал я, – ты – мой лучший советник.

– А ты – самый смешной дьявол, – улыбнулась она. – Пойдём, пирог ждёт.

Я последовал за ней, зная, что ответы иногда приходят не от мудрецов, а от тех, кто умеет смеяться и видеть искренне.

Глава 6

– Вот ты где, – Рио встретил меня у входа в офис, демонстративно постукивая по кипе сценариев. – Кацу, не забывай, у нас сроки не резиновые. Йоко велела ввести нового героя, и желательно – не очередного клоуна. Хотя, если ты будешь его играть, может и выйдет.

– Считай это моим фирменным стилем, – усмехнулся я, забирая бумаги. – Клоун с интеллектом – редкая зверушка, его ещё не приручили.

Банко, не отрываясь от ноутбука, буркнула:

– Нам бы не зверушку, а спасателя. Сценарий трещит по швам, а ты всё шутишь.

– Банко, сценарий крепче, чем кажется, – подмигнул я. – Главное – ввести персонажа так, чтобы зрители сами захотели ему аплодировать.

– А ты, значит, будешь его играть? – Рио с интересом поднял бровь.

– Ну, если уж никто не берётся, – пожал плечами я. – Меня ведь уже планируют сделать пирогом на детском спектакле, почему бы не сыграть героя на поле битвы?

Кохаку фыркнула:

– Вот ещё, сам себя в сценарий вписываешь. Может, и премию сразу себе назначишь?

– Премию – потом, – хмыкнул я. – Сейчас – работа. Йоко ждёт чуда, а у меня в запасе как минимум три.

– Тогда покажи хотя бы одну, – Рио кинул мне ручку. – У тебя час, потом идёшь к ней на ковёр самолично.

– Сценарий – это магия, – философски заметил я, садясь за стол. – А магию, между прочим, никто не отменял. Особенно если ты – не совсем человек.

Коллеги переглянулись, но никто не стал спорить вслух. В этом офисе даже самые ярые скептики знают: если Кацу берётся за дело, скучно не будет.

– Ладно, – резюмировал Рио, – фокусник, покажи класс.

– Только если мне принесут кофе с двойной порцией вдохновения, – ухмыльнулся я, принимаясь за правки.

В конце концов, новый герой – это всегда шанс начать всё заново. А у меня, как известно, с перерождениями – богатый опыт.

* * *

– Кофе не принесли, но я ведь не зря демоном работал, – пробормотал я себе под нос, разглядывая кипу бумаг так, будто в них вот-вот проявится тайный портал. Коллеги, к счастью, не обращали внимания: каждый был занят чем-то своим, кто-то спорил о бюджете, кто-то притворялся, что погружён в «креатив».

Я краем глаза отметил: ауры у всех ярче, чем раньше. Чоу мелькнула у входа – темно-оранжевая, как всегда, но теперь будто бы искрится. Йоко, в кабинете, отбрасывала тёмно-синий свет, словно прожектор, и почему-то видно сквозь стены. Остаётся надеяться, что между нами нет чего-то серьёзного. Банко – золотистая, Рио – серебристая. Ни у одного не человеческая, хоть тресни.

Но спрашивать напрямую – значит насторожить. Старый Кацу мог бы ляпнуть, но я теперь не рискну. В этом мире лишняя откровенность – не признак ума, а билет в один конец.

– Сценарий готов? – Чоу подсела ко мне, чуть наклонившись, и я почувствовал лёгкий запах апельсина. Магия или духи, неважно – главное, что работает на атмосферу.

– Почти, – отозвался я. – Нового героя ввёл, дал ему пару фраз для поднятия рейтинга. Осталось сыграть убедительно.

– Ты всегда был хорош в роли интригана, – усмехнулась она. – Но не забывай: здесь все играют свою игру.

– Да уж, – я взглянул на неё с хитрой улыбкой. – Я просто стараюсь не проиграть.

– Ты не проиграешь, – сказала Чоу тихо, – если будешь держать язык за зубами.

На миг между нами повисло напряжение, но я лишь кивнул. В этом мире даже демону приходится учиться осторожности.

Я погрузился в работу, пытаясь впихнуть своего нового персонажа в сценарий восточного фэнтези. Йоко, конечно, задала задачку: драконы, принцессы, и «что-то», что должно всё исправить. А это «что-то» – я. Как бы так изящно вписать демона-продюсера в мир шелковых халатов и летающих ящеров?

– И что, наш дракон будет хранить принцессу в башне, пока рыцарь в сияющих доспехах не прискачет на пони? – фыркнула Банко, постукивая ручкой по столу так, что я почти ощутил, как её «золотистая аура» вибрирует от скуки. – Это же классика, Кацу. Слишком классика.

– А что ты предлагаешь? – Рио, серебристо мерцающий, оторвался от своего ноутбука. – Чтобы дракон был веганом, а принцесса – феминисткой, которая сама себя спасает и заодно ещё и дракона учит вязать крючком?

– Неплохо, кстати! – подмигнул я, делая пометку в блокноте. – Дракон-рукодельник – это прорыв! Йоко оценит. Она любит, когда есть, над чем посмеяться.

– Йоко любит, когда ей приносят сценарий, который не заставит её выглядеть идиоткой, – пробурчала Кохаку, не поднимая головы, но её ручка, кажется, на мгновение зависла в воздухе, прежде чем упасть на стол с лёгким стуком. Или мне показалось? – И принцесса… она должна быть сильной, но не настолько, чтобы отпугивать потенциальных принцев. Ей же замуж надо, а не на турнире по борьбе побеждать.

– А мой персонаж, – я постучал по своему листу, – будет тем, кто… научит дракона, как правильно держать спицы. Или, например, как вести переговоры с принцессой о повышении зарплаты за охрану. Он ведь продюсер, в конце концов. Или был им когда-то. Забывший свои корни, но не навыки.

Банко закатила глаза.

– Кацу, это фэнтези, а не корпоративная драма. Твой персонаж должен быть… ну, хотя бы чуть-чуть волшебным. А не бухгалтером для чешуйчатых.

– Он будет волшебным! – я хлопнул ладонью по столу, и несколько листов бумаги рядом с Рио внезапно подскочили, словно от сквозняка. Рио лишь прищурился, но ничего не сказал. – Он будет… советником дракона! Или, ещё лучше, его терапевтом. Представьте: огромный, огнедышащий ящер лежит на кушетке и жалуется на экзистенциальный кризис, а мой герой, такой весь из себя спокойный, с умным видом кивает и предлагает ему поработать над самооценкой.

Кохаку подавилась смешком.

– Это… это гениально. Йоко, конечно, нас уволит, но это будет эпично.

– А что, если принцесса влюбится в дракона-терапевта? – предложил Рио, уже входя во вкус. – Или в самого терапевта? Такой любовный треугольник: принцесса, дракон, и… ты.

Я ухмыльнулся:

– Отличная идея. Принцесса будет видеть во мне не просто человека, а… что-то большее. Непонятное, притягательное. Эдакий тёмный психолог с доброй душой.

– Тёмный, но добрый, – повторила Банко, и её золотистая аура, как мне показалось, на секунду вспыхнула ярче. – Это про тебя, Кацу.

Я откинулся на спинку стула, довольный произведённым эффектом. Они смеялись, или по крайней мере перестали фыркать. А главное – начали генерировать идеи, пусть и абсурдные. В этом и была вся прелесть: на грани безумия рождаются лучшие сценарии. И самые интересные духи.

Я уже чувствовал, как энергия в офисе изменилась. Это не просто работа, это игра. И в этой игре, кажется, у каждого есть свой набор скрытых карт. И я, как демон, который умеет притворяться человеком, был готов играть по их правилам. Или же установить свои. Главное, чтобы пирог в итоге получился достаточно смешным, чтобы даже Йоко не смогла устоять.

В этот момент дверь кабинета распахнулась, и на пороге, словно призрак оперы, возникла Чоу. Её тёмно-оранжевая аура, обычно такая спокойная, сейчас полыхала, как закатное солнце. Она окинула нас строгим взглядом, и даже Рио, обычно непробиваемый, как скала, слегка сжался. Банко поспешно закрыла ноутбук, а Кохаку сделала вид, что очень увлечена проверкой карандашей.

– Надеюсь, всё, что я сейчас услышала, останется только в этих стенах, – произнесла Чоу голосом, от которого в жилах стыла кровь. – Иначе я лично позабочусь о том, чтобы ваши сценарии стали основой для документальных фильмов о психиатрических клиниках. Рио, это касается и тебя.

Рио лишь молча кивнул, его серебристая аура померкла. Я закатил глаза. Вот уж кто умеет испортить веселье.

Чоу повернулась ко мне, и её взгляд стал ещё более пронзительным.

– Кацу, – начала она, её тон не предвещал ничего хорошего, – тебе назначено обследование у корпоративного психолога. После инцидента с Нисияма Кимура-сама настоял. И я тоже настаиваю.

Я открыл рот, чтобы возразить. Я? К психологу? Да я сам могу целую армию психологов отправить на кушетку! Но тут Чоу сделала шаг вперёд, и её глаза, обычно такие проницательные, сейчас буквально давили. Я ощутил лёгкое покалывание в висках – не магия, но что-то очень близкое. Взгляд Высшего духа, который не терпит возражений.

– Ты ведь не хочешь, чтобы у Кимура-сама возникли вопросы, верно? – прошептала она, и в её голосе проскользнула едва уловимая нотка, которая могла бы принадлежать только той, с кем ты недавно делил постель.

– Конечно, нет, – я улыбнулся, стараясь выглядеть максимально невозмутимым. – Забота о ментальном здоровье сотрудников – это приоритет. Я полностью согласен. Когда мне быть?

– Сейчас же, – отрезала Чоу, едва заметно усмехнувшись. – Твой приём через пять минут. Не задерживайся.

Я встал, поправил пиджак.

– Что ж, коллеги, – я обвёл взглядом притихших сценаристов, – похоже, сегодня я буду вдохновляться не драконами, а человеческими… «тараканами». Держитесь тут без меня. И не забывайте про пирог!

– Рио, – услышал я её голос, когда дверь уже почти закрылась, – режиссёрский сценарий нужен в ближайшее время. И он должен быть качественным. Конкуренты не дремлют. Оигава Ёсико уже наступает нам на пятки.

Я усмехнулся. Психолог, значит? Что ж, посмотрим, кто кого будет анализировать. В конце концов, Дьявол всегда найдёт, чем себя развлечь, даже если это очередная проверка на вшивость. А корпоративные интриги, смешанные с магией, это всегда забавно.

* * *

Я вышел из кабинета, чувствуя на себе взгляды коллег, которые, очевидно, были рады избавиться от меня хоть на время. Чоу ждала у лифта, прислонившись к стене. Её тёмно-оранжевая аура пульсировала, словно она предвкушала что-то интересное.

– Ну что, Великий Сценарист, – усмехнулась Чоу, когда двери лифта закрылись, отрезая нас от любопытных глаз. – Готов к сеансу правды? Или психолог сам будет подвержен сеансу?

– Могу только предполагать, – хмыкнул я. – Но сначала давай обсудим более насущные вопросы. Ты ведь не зря меня туда тащишь, верно?

– Я всего лишь выполняю приказ Кимура-сама, – невинно ответила она, но её глаза игриво блеснули. – Хотя, если ты хочешь обсудить что-то личное… Я слышала, ты расстался с Мотидзуки-сан. Все говорят.

– Все всё знают, – вздохнул я, притворяясь удручённым. – Только я до сих пор ничего понять не могу.

– Всё знать – моя работа, Кацу, – Чоу подалась ближе, и её апельсиновый аромат наполнил тесное пространство лифта. – И я готова поделиться своими секретами. Только… наедине. В более приятной обстановке.

– О, Чоу, ты прямо фонтан загадок, – протянул я, стараясь выглядеть заинтригованным, а не так, будто уже раскусил все её карты. – Но учти, я не из тех, кто легко поддаётся на провокации.

– А я не из тех, кто сдаётся, – прошептала она, и я почувствовал, как её тёплая рука скользнула по моей спине, едва касаясь.

Двери лифта распахнулись, и мы вышли в коридор. И тут же замерли. Прямо перед нами, словно из ниоткуда, возникла Юко. Её рыжие волосы, её скромная фигура, её взгляд, полный растерянности. Она увидела нас, и её аура, обычно такая яркая, как пламя, померкла, превратившись в робкий огонёк.

– Кацу-сан… Чоу-сан… – пробормотала она, покраснев до кончиков ушей, и тут же, не дожидаясь ответа, развернулась и стрелой исчезла за углом, как будто её преследовали все демоны Дзигоку. Или я.

– Ну вот, – я усмехнулся, глядя ей вслед. – Кажется, я не только ничего не понимаю, но ещё и пугаю людей своим присутствием. Или это эффект от твоих секретов, Чоу?

– Не отвлекайся, – раздался за моей спиной голос Чоу, и я почувствовал лёгкий, но ощутимый шлепок по заднице. – Шагом марш. Я не отступлю от тебя ни на шаг, пока ты не окажешься в кабинете психолога. А потом… потом посмотрим, Кацу. У меня ещё много нерассказанных историй.

Я лишь покачал головой, улыбаясь. Этот город, эти женщины… они явно не дадут мне заскучать. И это меня, признаться, чертовски радовало.

Глава 7

Я вошёл в кабинет, который оказался на удивление уютным, не в пример стандартным офисным клетушкам. Мягкий свет, приглушённые тона, и даже небольшой искусственный водопад в углу, создающий расслабляющий шум.

– Таката-сан, добро пожаловать, – произнёс приятный женский голос.

Навстречу мне вышла невысокая, изящная женщина лет тридцати пяти, с длинными тёмными волосами, собранными в аккуратный пучок, и проницательными, тёмными глазами. Её улыбка была искренней, но в ней читалось что-то… слишком многое.

Я тут же активировал своё демоническое зрение. И, конечно же, не ошибся. Её аура… глубокий, спокойный изумрудный зелёный, пульсирующий с такой силой, что мне стало ясно: передо мной не просто психолог. Высший дух. Ещё один. Этот город скоро начнёт напоминать Дзигоку, только с кондиционерами и вайфаем.

– Акира Танака, – представилась она, протягивая руку. – Ваш корпоративный психолог. Прошу, присаживайтесь. Или, если желаете, можете прилечь на кушетку. Многие предпочитают именно так.

– Кацу, – я пожал её руку. Прикосновение было тёплым и уверенным. – Прилечь? Хм, не уверен, что смогу расслабиться настолько, чтобы не заснуть. А спать на работе, знаете ли, не приветствуется.

– Уверяю вас, здесь можно всё, что способствует вашему душевному равновесию, – Акира-сан жестом указала на кушетку, а затем на кресло напротив себя. – Но начнём с простого. Как вы себя чувствуете после инцидента? Насколько я знаю, вы получили довольно серьёзное ранение.

Я ухмыльнулся, устраиваясь в кресле.

– О, это? Ерунда. На мне всё заживает, как на собаке. Или, скорее, как на демоне. Только шерсть не растёт, к сожалению. А то можно было бы открыть свой салон груминга для особо волосатых личностей.

Акира-сан лишь слегка склонила голову, её изумрудная аура мерцала, словно она что-то анализировала, но без осуждения.

– Понимаю. Ваша жизнестойкость впечатляет. А что насчёт… личных переживаний? Мне передали, что вы недавно расстались с госпожой Мотидзуки Юко. Это наверняка оставило след.

Я нахмурился. Вот уж что точно не входило в мои планы.

– Мои личные отношения, Акира-сан, – протянул я, – это, как бы вам сказать, сугубо моё дело. И уж точно не повод для корпоративного расследования. Или вы считаете, что моя эффективность падает из-за разбитого сердца? Тогда вы недооцениваете демонов. Мы только злее становимся. И продуктивнее.

– Вовсе нет, – она улыбнулась, и её взгляд стал ещё более пристальным. – Я лишь пытаюсь понять, как вы ощущаете себя сейчас. После всего, что произошло. Вы ведь прошли через многое, Кацу-сан. Стремительный карьерный взлёт, опасные ситуации, личные драмы… Что вы думаете обо всём этом? О вашей жизни?

Я откинулся на спинку кресла, прищурившись. Вот он, момент истины. Она, как и Чоу, что-то подозревает, или, по крайней мере, чувствует. Что ж, почему бы не сыграть с ней?

– Что я думаю? – я театрально вздохнул. – Ну, представьте себе. Вот жил себе такой… знаете, крупный, могущественный, очень влиятельный… демон. Правил целым Дзигоку, ел души, наводил ужас на грешников. А потом, бац! И он просыпается в теле… – я обвёл взглядом себя, – …этого вот, офисного планктона. Таката Кацу. С его квартплатой, его занудной работой, его… ну, вы видели, его гардеробом.

Акира-сан внимательно слушала, её аура слегка пульсировала.

– И вот, этот, значит, демон, – продолжил я, входя во вкус, – должен не просто выживать, а ещё и стать лучшим! Пробиться наверх, плевать на головы конкурентам, соблазнять красивых женщин, жонглировать контрактами, писать сценарии про драконов-терапевтов… А главное – делать вид, что он понимает человеческие эмоции. Эти ваши смех, слёзы, любовь… У меня в Дзигоку всё было проще: боль, страх, отчаяние. Чётко и понятно.

Я наклонился вперёд, понизив голос до заговорщицкого шёпота.

– А тут… попробуй разберись, почему женщина плачет, если ей подарили не тот букет. Или почему коллега завидует, когда ты просто делаешь свою работу лучше. Это же сущий ад, Акира-сан! Хуже, чем Дзигоку! Там хоть правила были, а здесь… сплошная импровизация.

Психолог улыбнулась, но в её глазах мелькнуло что-то, что мне показалось… пониманием. Или, по крайней мере, глубокой, едва уловимой усмешкой.

– Так что, – я развёл руками, – я чувствую себя… неким демоном, что попал в тело «офисного планктона» и теперь должен стать успешным. А ещё, кажется, я начинаю получать от этого удовольствие. Это нормально, Акира-сан? Или мне пора выписывать себе успокоительное и смирительную рубашку?

Она рассмеялась. Настоящим, чистым смехом, от которого её аура вспыхнула ещё ярче.

– Таката-сан, – произнесла она, вытирая уголки глаз. – Вы… уникальный случай. И нет, это абсолютно нормально. В конце концов, адаптация к новым условиям – это признак силы. А получать удовольствие от вызовов… это, пожалуй, самое здоровое, что может быть в этом безумном мире.

Я усмехнулся. Она явно не поняла всего, но уловила суть. Или же… она поняла всё, но мастерски притворялась. Что ж, игра становится интереснее.

– Таката-сан, – Акира вновь взяла себя в руки, и её голос стал более деловым, но я всё равно чувствовал едва уловимую симпатию в её изумрудной ауре. – Ваш случай, как я уже говорила, уникален. Но давайте перейдём к более структурированным вопросам. Что вы видите в своём будущем? Какие цели ставите перед собой?

– Будущее? Хм. В моём прошлом мире, Акира-сан, будущее было предсказуемым: вечные муки, стоны грешников, иногда приятное чаепитие с особо отъявленными негодяями, – я театрально вздохнул. – Здесь же… здесь каждый день – это квест. Моя цель? Ну, стать лучшим. Очевидно же. Чтобы все эти ваши… человеческие драконы и принцессы танцевали под мою дудку.

– И вы верите, что сможете этого достичь, будучи… «офисным планктоном», как вы выразились? – в её голосе прозвучал лёгкий вызов, но глаза при этом лукаво блестели.

– О, Акира-сан, вы недооцениваете планктон. Он маленький, но его много. И, если правильно им управлять, он может стать цунами, – я снова подался вперёд, заговорщически понизив голос. – К тому же, я не просто планктон. Я – планктон с опытом. С многовековым, между прочим. Представь, сколько интриг я повидал. Корпоративные войны в этом мире – просто детские забавы по сравнению с тем, что творилось в Дзигоку. Там за проваленный проект можно было не просто потерять бонус, а лишиться… ну, скажем, части тела. Или души.

Она улыбнулась, и её взгляд стал ещё более понимающим.

– Это очень… вдохновляющий подход к карьере. Вы не боитесь, что ваша… «демоническая» натура может помешать вам в достижении «человеческих» целей?

– Наоборот! Она помогает! – я хлопнул ладонью по подлокотнику. – Знаете, когда ты привык видеть души насквозь, читать их страхи и желания, то понять, почему начальник хочет новый отчёт, или почему коллега подставляет, становится… элементарно. Это как игра в детском саду после шахматного турнира с самим Вельзевулом. К тому же, кто сказал, что человеческие цели не могут быть… демонически амбициозными? Я вот хочу, чтобы Йоко-сан стала звездой всех звёзд. А для этого нужно, чтобы все вокруг работали, как проклятые. Разве это не благородно?