скачать книгу бесплатно
– Четвёртый курс университета. Через год получу диплом бакалавра, – ответила Милана.
– Не хотела бы продолжить обучение, скажем, в Англии или в Москве? – поинтересовался собеседник.
– Я об этом не думала. Наш университет нехуже столичного, а пройти стажировку и узнать, как в других местах, было бы очень интересно, – говорила она, понимая, что неприятные разговоры закончились.
– А как дела на личном фронте? Извини, что я тебе допрос устроил, – улыбнулся собеседник. – Дело молодое.
– На личном фронте, кажется, терпим поражение. Я оказалась проблемной барышней. Кавалер меня либо не понимает, либо не хочет понять. Возможно, устал поддерживать меня в моей такой непростой ситуации, а, возможно, я сама стала смотреть на неё по-другому. Не знаю. Мы больше двух лет дружим и планировали провести с ним часть лета на море, когда он получит диплом. Скажите, при данных обстоятельствах я могла поехать к морю, а не полететь сюда? Егору двадцать три и он не может не понимать всей серьезности момента, – с грустью спросила Милана. – Знаете, что он мне сказал? «Зачем ты взваливаешь на себя чужой чемодан, да еще без ручки?» Даже не будь Руслан моим братом, я попыталась бы помочь парню. Это ревность Егора или эгоизм? Где гарантия, что ему самому или его близким не понадобится чья-либо помощь? Простите, я Вас совсем заговорила. Как Вы себя чувствуете?
– Спасибо. Мне уже хорошо. Тебе что-нибудь нужно?
– Не беспокойтесь. Алексей Александрович обещал обо всем позаботиться. Я останусь здесь столько, сколько нужно. Доктора сами не могут определиться, что будет эффективнее и как по полной программе использовать такого «идеального» донора. В любом случае, неделя в московской клинике мне обеспечена, – шутила Милана.
– Боишься? – спросил сосед по скамейке.
– Боюсь, но не самой процедуры, а её последствий. Реакция моего организма может быть предсказуема, а вот примет ли мои клетки организм Руслана – большой вопрос. Очень хочется надеяться на хорошее. Мы с ним успели подружиться, но он не знает кто я. Вас проводить? – спросила Милана, видя, что мужчина встаёт.
– У меня машина на стоянке с водителем.
– Тогда я провожу Вас до машины. Мне так будет спокойнее. С Вашим внуком будет всё хорошо. Нужна надежда и вера.
– Спасибо. Тебя, красавица, как зовут? – садясь в салон авто спросил мужчина.
– Милана Тихонова, – ответила она.
– А меня Александр Степанович. Мы с тобой еще увидимся. «Надо же, судьба преподнесла мне дорогой подарок. Я приеду сюда завтра и расскажу этой замечательной девчушке всю правду о себе. Будет сложнее признаться позже, – думал Тихомиров А.А. старший, сидя в машине. – У меня есть такая взрослая, добрая, просто замечательная внучка».
Тридцатого июня Милане позволили вернуться домой. Внизу её ожидал Тихомиров Алексей Александрович.
– Милана, ты очень торопишься или мы можем выходные пробыть в Москве? Мать Руслана прилетает завтра. Ты давно была в Москве?
– Я бывала только в московских аэропортах, а в самом городе только в далёком детстве, – смущенно ответила она. – Вы хотите мне устроить экскурсию по городу?
– Я хочу тебя познакомить с отцом и оставить тебя на его попечение, а сам улечу. Есть экскурсовод, ему четырнадцать лет и он знает гораздо больше, чем я.
– Я остаюсь. Позвоню только папе, пусть он меня встречает второго, – ответила Милана. Она уже догадалась о ком идёт речь. Александр Степанович навещал её в клинике, не сказав, кто он. Она поинтересовалась, кто он такой и доктор ей объяснил. В самые первые минуты она расстроилась, что была слишком откровенна с третьим дедом, но почти сразу успокоилась. «Я ничего не сказала лишнего и не солгала. Он был тоже со мной откровенным. Видимо, ему еще труднее, чем мне признаться», – думала она по дороге к деду.
– Чем займёшься, вернувшись из Москвы? – спросил Тихомиров младший.
– Буду брать у Светланы уроки «мастерства». Папа хочет, чтобы я поработала с ним, когда Светлана уйдёт в декретный отпуск. Через год, когда получу диплом, возможно, буду уже при должности, – улыбнулась Милана. – Компания небольшая, у меня четвёртый курс, будем пробовать, чему я научилась.
– У нас в компании не хочешь проверить свои силы? – глядя на дочь, предложил Тихомиров.
– Зачем Вам человек с незаконченным образованием? – не отводя взгляда, спросила Милана. – Мне нужна практика, но там, где я буду чувствовать себя не лишней.
Познакомившись с Тихомировым старшим во второй раз, Милана, глядя на него, спросила:
– Почему Вы не сказали мне всего сразу?
– Тогда бы разговор был не столь откровенным, а через день тебе уже было не до разговоров и задушевных бесед. Знакомься, это Влад, – ответил он, «подталкивая» к ней подростка.
– Здравствуйте, – сказал парнишка, протянув ей руку. – Ты Милана? Руслан поправится?
– Он обязан это сделать ради нас всех. У тебя со свободным временем как обстоят дела? Ты сможешь мне показать свою Москву? Те места, которые тебе самому нравятся? Красную площадь я могу посмотреть и сама. У вас в Москве только слепой может заблудиться. Что скажешь? – задавала она вопросы.
– Без проблем. Ты по жизни кто? – с интересом спросил Влад.
– Крутой я себя не считаю, но кое-что умею. Ты предлагаешь – я выбираю. Экстрим мне недели две-три не осилить, как и средние физические нагрузки, а вот карт, байк, байк на воде мне подойдут. Там нагрузок не так много, – оправдывалась Милана, видя, как загорелись глаза у мальчишки.
– Ты точно потянешь водный транспорт? – недоверчиво спросил подросток.
– Я то потяну, а ты не струсишь? – улыбаясь, спросила она. – У тебя свой интерес к этому виду транспорта?
– Сегодня я тебя отвезу в офис, посмотришь, где я тружусь, потом погуляешь по городу, а завтра с утра мы поедем втроём на водохранилище и отдохнём на лоне природы. Будет вам и катание, и костёр и шашлык, – говорил за завтраком Тихомиров старший.
– А я? – задал вопрос Влад.
– Хочешь со мной? У меня одно условие – не ныть, пока я буду выбирать подарки домашним. Будешь хорошо себя вести, я куплю тебе мороженое, – предупредила Милана.
– Ты берёшь меня с собой? А денег у тебя достаточно? Я очень прожорливый, – улыбнулся Влад.
– Я тоже люблю сладкое, но рисковать твоим горлом не буду. Максимум две порции в течение двух часов. Идёт?
Они разговаривали так, как будто находились за столом одни. Отец и сын Тихомировы слушали этот диалог, переглядывались, слегка улыбаясь. Влад не был трудным ребенком, но после развода, он стал несколько замкнутым, плохо шёл на контакт, старался бывать меньше дома. Он боялся того, что Тихомиров старший, который, как оказалось, не приходится ему отцом, передумает и передаст его матери. Этой своей проблемой он поделился с Миланой.
– Послушай меня внимательно, Влад, – говорила Милана подростку, – меня двадцать лет воспитывал неродной отец. Он любит меня, а я люблю его. Он все эти годы был рядом. Моему отцу сорок, а твоему шестьдесят. Разницу улавливаешь? Вы с ним прожили почти пятнадцать лет, и как бы ты к нему не относился, ты должен его беречь, больше доверять. Дети родителей не выбирают. Мы, брат, с тобой почти на равных. Разница лишь в том, что тебя воспитывает кровный родственник, а меня чужой дядя. Не замыкайся в себе, не бойся перемен в жизни. Трагедии в вашей семье нет, а все проблемы решаемы. Поговори с ним откровенно о том, что тебя беспокоит. Тебе станет проще, когда ты эти слова услышишь не от меня, а от него. Как не крути, вы с ним родные люди. Доводится он тебе отцом или дедом не так и важно. Главное вы любите друг друга. Я не пытаюсь тебя успокоить или утешить. Ты принял эту новость? Принял. Перестань себя жалеть, обвинять мать и береги отца и деда в одном лице. Кто знает, как повернётся твоя жизнь через десять лет. Забудь о плохом прошлом и будь собой. Ты – это ты. Хорошим или плохим ты не сможешь быть для всех. Главное, не будь эгоистом в своей большой семье.
Милана понимала, что её «пламенная» речь может быть не услышана и не понята, что парень, с которым она познакомилась всего пару часов назад, может вообще не воспринимать её слова. Она должна была, как-то прореагировать на его несуществующую проблему.
– Ты ждёшь ребёнка? – спросил Влад, следуя за Миланой по торговому залу магазина «Детский мир».
– Малыша ждёт мой отец со своею женой, – ответила она, выбирая комплект для новорожденного.
– Ты позволила ему жениться? – удивился Влад.
– Влад, папа заслуживает счастья. Это его жизнь. Он может и должен воспитывать своего сына, – убеждала Милана брата.
– Я бы так не смог. Если бы отец женился, я ушёл бы из дому.
– Да ты, брат, уже эгоист. И кому бы от этого стало хуже? Ушёл ты, а уверенность есть, что тебя станут искать, и ты кому-то нужен? Ушёл и ушёл. Александр Степанович вряд ли женится, а вот вернуться в первую семью может. Что в этом плохого, объясни?
– Раиса Степановна добрая. Она мне теперь как бабушка, Руслан – брат, а ты – сестра?
– Получается, что так. Видишь, как всё хорошо складывается, а ты собрался из дому убегать, дурила. Пойдём, братишка, в кафе за обещанной порцией мороженого.
Два дня Влад не отходил от Миланы. Они чудесно провели втроём время на водохранилище. Влад был в восторге от своей такой разносторонней сестры. Дед только изредка напоминал ему, что Милана еще не восстановила форму и ей бы себя поберечь. Это он принимал. В аэропорту, проводив Милану на посадку, он задал Тихомирову вопрос: «Когда поправится Руслан, мы сможем все вместе поехать в город, где живёт Милана? Или переехать и жить всем вместе?» «Окончишь девятый класс, и мы займёмся этим вопросом», – ответил Тихомиров, обнимая внука.
В аэропорту родного города в воскресенье её встречал отец.
– Как у вас всех дела? Как Светлана? – обнимая отца, спрашивала Милана. – Я вам подарки привезла. Мы сразу домой?
– Поедем через рынок. Как дела у нас – сама увидишь, а от тебя я жду объяснений. Ты почему задержалась на целых двое суток? Тебе денег хватило или жила за чужой счёт?
– Вы, Леонид Михайлович на меня сердитесь? За что? Пап, ты меня ревнуешь к Тихомировым? Это даже не смешно. Я тебе позвонила, прежде чем задержаться. Знай, я о такой реакции – прилетела бы сразу. Деньги у меня ещё остались, а жила я на полном пансионе, который предоставила клиника.
– Прости. Я два дня сам не свой. Да, я ревную, – признался отец. – Ничего не могу поделать с собой.
– Глупо! Мне было любопытно посмотреть, как живут в Москве, познакомиться с Тихомировым старшим и Владом. Знаешь, как здорово мы провели выходные за городом. А ещё я познакомилась с матерью Руслана, – сказала Милана и вспомнила минутный разговор.
– Вот значит, ты какая внебрачная дочь Алексея Тихомирова, – сказала незнакомая женщина с каштановыми волосами Милане, которая только закончила свой разговор с врачом.
– Вы мама Руслана? Меня зовут Милана, – представилась она, внимательно разглядывая женщину. – Я дочь однокурсников Алексея Александровича.
– Это не помешает тебе претендовать на наследство. Передо мной не нужно изображать своё бескорыстие, – сказала язвительно дама. – Меня зовут Людмила. Сколько тебя заплатили и сколько ты ещё хочешь?
– Это хорошо, что Вы с мужем в разводе и мне не придётся выслушивать ваши глупые вопросы. А теперь послушайте меня очень внимательно и запомните хорошо одно условие – если по Вашей вине Руслану станет хуже, Вам, простое отлучение от дома, покажется детской шалостью. Вы полностью лишитесь своего содержания, если я расскажу, как Вы двадцать лет назад отказались от новорождённой дочери. Молитесь, чтобы Ваш сын поправился, Людмила Журавлёва. Прощайте.
– И как знакомство?
– Да ни как. В ближайшее время её к Руслану не пустят. Он сейчас в стерильном боксе, а она не будет там сидеть круглые сутки, ни та натура. Потом его отец вернётся, да и дед рядом, – сказала равнодушно Милана. – Она обвинила меня в корысти, но я не рассказала о ней Тихомировым.
– Я хотел о деде и поговорить. Мне Алексей звонил и сказал, что дед на твоё имя сделал перевод в полтора миллиона. Узнал сколько стоит поиск донора, перевёл сумму в рубли и переслал.
– Пап, речи о деньгах не было. Он возил меня в офис своей компании, разговаривали об учёбе и стажировке за границей, но это были просто разговоры. Деньги надо вернуть.
– Лана, у меня другое предложение. Дождись результатов лечения Руслана. Если ему понадобиться ещё твоя помощь, можно будет не ждать Тихомировых.
– Пап, ты считаешь, что я могла продаться за большие деньги? Ты еще Светлане скажи об этом. Я рада, что вы с ней вместе. Я бы приняла и другую мачеху, но не сразу и, ни так радушно. Младший Тихомиров предлагал мне работу, но я отказалась. Знаешь почему? Я соврала ему. Сказала, что ты, проводив жену в декретный отпуск, доверишь её место мне.
– Нет в этом ни капельки лжи. Мы так и поступим. Будешь
работать по свободному графику, а получишь диплом – полный
день. Ты позвони старикам – они переживают, – предложил отец.
– Пап, я съезжу к ним прямо сегодня. Отмечусь дома, возьму машину и поеду. Ты не знаешь, кто у кого сегодня обедает? – спросила Милана. «До болезни мамы родители родителей каждый выходной собирались в нашем доме. Теперь они встречаются по очереди в своих квартирах на воскресный обед», – вспомнила она.– Они же через неделю летят к морю.
– А ты? Вы с Егором собирались ехать отдыхать. Передумали?
– Если Ланской не передумал, обязательно поедем. Я даже за ним скучала. На мне овощи, фрукты и другие продукты? – смеясь, спросила дочь.
– На мне – мясо, рыба, колбаса, – улыбнулся отец. – Выбери хорошую местную клубнику с учётом стариков. Они вечно денег жалеют. Держи деньги.
Отец и дочь разошлись своими «маршрутами». Уже давно поездка на рынок и распределения покупок было для них делом привычным. Милана купила практически всё. Дело оставалось за ягодой. Она придирчиво осматривала наполненные лукошки и никак не могла определиться, какую ягоду лучше взять.
– Продайте мне на выбор четыре контейнера, а я заплачу вам на тридцать процентов больше, – шутя, предложила она женщине. – Обещаю не копаться, а брать ягоду сверху.
– Давай сорок процентов и выбирай сама, – согласилась та.
Милана сложила контейнера с ягодой в пакет, рассчиталась и собиралась покинуть рынок. Вот уж кого она не ожидала встретить здесь, так это Егора. В первые минуты она засомневалась, но парочка шла ей навстречу и сомнения исчезли. Егор шёл, держа под руку беременную спутницу. Милана узнала в молодой женщине девушку из клуба, с которой видела Егора на дне рождения Павла Антонова.
– Привет, – сказала она, поравнявшись с парочкой. – Тебя можно поздравить? Ты долго собирался скрывать этот факт? – спросила она с улыбкой. Вместо гримасы растерянности от такой неожиданной встречи, на её лице отразилась именно улыбка.
– Ты когда вернулась? Позвонила и я бы встретил, – растеряно говорил Егор. – Познакомься – это Вика.
– Извини, но у меня нет желания знакомиться с твоими подружками, – ответила Милана. – Меня встретил папа. Мы прямо из аэропорта заехали на рынок. Извини, меня отец ждёт, – добавила она, ещё не до конца «переварив» увиденное, поэтому глаза были сухими, и пошла к выходу.
– Милана, постой, выслушай меня, – догнал её Егор.
– Ребёнок твой? – спросила Милана на ходу, не сбавляя шага и не останавливаясь.
– Не знаю, но может оказаться моим, – ответил виновато Егор.
– Значит, на дне рождения Павла она не была случайной знакомой? Что ты в таком случае можешь мне сказать? Отдых на море отменяется? – спросила Милана.
– Мы можем поехать отдыхать в любое время. Я не могу отказаться от ребёнка, если он мой, но я не собираюсь связывать свою жизнь с Викой. Она родит, и я сделаю тест, а пока я ей просто помогаю, – пытался оправдаться Егор, не готовый к этой встрече.
– Значит, моя помощь Тихомировым была тобой не понята, а ты хочешь, чтобы я поняла твою помощь женщине в положении, которая носит, возможно, твоего ребёнка и о котором я ничего не знала, – остановившись, говорила Милана. – Ты сделаешь тест. И что это даст? Как он оправдает сам факт измены? Как он оправдает тебя в моих глазах? Я соглашусь с тобой, что я далеко не подарок, но зачем ты пытался возобновить наши отношения при таких вот обстоятельствах? Ты рассчитывал на то, что я не узнаю об этом? Это Егор даже не цинично, это подло с твоей стороны. Глядя на её живот, ты врал мне, по меньшей мере, полгода. Зачем ты это делал? Как ты вообще мог так со мной поступить? Да мы не клялись с тобой в любви до гроба, но обещали не лгать и доверять друг другу. Ты понимаешь, как я себя сейчас чувствую?
– Прости меня. Я очень виноват перед тобой. Я струсил, не хотел потерять тебя, потому и молчал. Мне нужно многое тебе объяснить, – говорил Егор, глядя ей прямо в глаза. – Милана, давай мы с тобой встретимся и спокойно поговорим.
– О чём, Егор? Чтобы ты мне не сказал, я знаю, каким образом получаются дети, и беременность подруги не исчезнет от твоих оправданий до срока. Тебе просто нужно было сказать мне правду. Возможно, я и не простила бы, но отнеслась с пониманием, сейчас я тебя ненавижу, и встречаться нам больше не стоит. Не звони мне больше. Прощай, – сказала она, направляясь к выходу и не оглядываясь назад.
– Лана, ты, что такая бледная? – спросил отец, укладывая покупки в багажник авто. – Садись в машину. С тобой всё в порядке?
– Я клубнику возьму в салон. Ты воды купил? Достань одну бутылку из упаковки. Знаешь, кого я встретила на рынке? Егора с беременной спутницей, – сказала Милана, сделав пару глотков воды из бутылки. – Ты представляешь эту картину?
– Ты не ошиблась? – удивлённо спросил отец.
– Пап, я разговаривала с ним, как с тобой, а ей месяца через два рожать. Он даже не отрицает возможности отцовства. Поехали домой, – попросила Милана.
– Расстроилась? – глядя на дочь, спросил Тихонов. – Лана, а что, если всё это выдумки?
– Есть немного. Я была готова к разрыву, но не по этой причине. Чтобы так искусно лгать полгода, нужна веская причина. Не из-за большой же и светлой любви ко мне он водил меня за нос?
– Может и не говорил потому, что боялся твоей реакции. Вас больше двух лет связывает. А если это всё же любовь? Тебе с ним поговорить нужно спокойно, – советовал отец.
– Пап, и ты туда же, – сердилась Милана. – Он мне тоже предложил поговорить. О чём, пап? У него не хватило смелости сказать мне обо всём в своё время, а что он может сказать мне сейчас. Может мне стать наложницей в его гареме? Антонов мог постараться рассорить нас, ему это было выгодно, но не думаю, что Пашка уложил его в постель насильно.
– Пашка не мог так с тобой поступить, вы же выросли вместе, – предположил отец. – Мы все очень надеялись, что ваша дружба перерастёт во что-то большее.
– Ошибаешься. Пашка очень изменился в худшую сторону. Я не удивлюсь, если он принимает наркотик. От алкоголя у него крышу уже сносило. Это трудно не заметить. Я пыталась с Полиной поговорить, но разговора не получилось. Попробуй поговорить с отцом Пашки, а о Егоре больше не говори ни слова. Договорились?
Вручив отцу и Светлане подарки из Москвы за поздним завтраком, Милана собрала купленные старикам продукты, положа сверху презенты из столицы. Выгнала из гаража машину марки «Мазда», раньше принадлежавшую её матери, и поехала к Тихоновым старшим. Именно у них сегодня обедали Илюхины. Обе семьи были рады приезду Миланы, она была единственной внучкой. Около часа она рассказывала дедушкам и бабушкам о своей поездке, отвечала на их вопросы.
– Вы с Егоркой, когда собираетесь отдыхать? – спросил дед Николай.
– Никогда, дедуля. Я дала ему полную свободу. Больше между нами, мои дорогие, не будет разговоров о нём. Договорились? Я предстала перед вами живая и здоровая, а теперь откланиваюсь.