Мэйр. Борьба за жизнь. Убежище

Мы дошли до третьего этажа.

– Где твоя комната?

– Пятая, – коротко говорю я.

Мы останавливаемся у моей спальни.

– В следующий раз, когда идёшь шататься ночью по чужим спальням, постарайся не попадаться.

Он наклонился ко мне так близко, что я подумала, уж не коснуться ли он меня собрался. Сердце застучало с бешеной скоростью. Но генерал лишь открыл дверь моей комнаты и снова отстранился.

– Спокойной ночи.

Он выжидающе смотрел, пока я зайду в спальню. Хотел убедиться, что не побегу снова к Нику? Чушь какая!

Я скрылась за дверями. Услышала тяжёлые шаги генерала.

Шататься по чужим спальням? О чём он думает вообще! Какое к черту шатание. Всего-то-навсего сходила проведать друга. Я лишь усмехаюсь и готовлюсь ко сну. Но не могу выкинуть из головы выражение лица генерала, когда он говорил о хождении по ночам. Оно было недовольным и, боюсь даже предположить… Кажется по нему пробежала тень ревности. Как всё это глупо. Я дура. Генерал холодный, неприступный человек, а не мальчишка с пылким сердцем и эмоциями через край.

Вот лучше не думать ни о чём, а спать. Завтра попробую разобраться в найденных страницах. Я хорошо их почистила и теперь можно в них заглянуть.

Глава 8 Свёрток сушёных бананов

Потянулись долгие дни. Я безвылазно сидела в библиотеке и каждый вечер заходил генерал, мягко осведомляясь о том, как продвигается моя работа. Я видела его заинтересованность, но он лишь молча кивал на односложные реплики, останавливал на мне долгий, внимательный взгляд, от которого я боялась упасть со стула, и уходил. Я не могла понять по непроницаемому выражению его лица эмоции, и уж тем более мысли, что населяли его мозг. День ото дня я мучилась по вечерам в его присутствии, а ему, кажется, было всё равно, что я рядом с ним не в своей тарелке. Он оказывает на меня странное влияние. Я будто забываю всё, о чём думаю, когда он садится на стул рядом и складывает руки на своей широкой груди. Ох, генерал Аарон, если бы вы знали о моих мыслях и чувствах, то сочли бы маленькой глупой девчонкой. Это в двадцать-то пять!

Когда я, как мне казалось, наконец-то расшифровала маленькую часть текста, в кое-то веки, за окном пошёл снег. Я отложила работу и подошла посмотреть на белые хлопья. Зима не за горами. Зимой ничего не меняется, лишь сильнее холодает в замке. Я знаю, что монстрам зима ни по чём. Они пришли из преисподней, не иначе, и жар их тела не реагирует на холод. Так однажды мне сказал Ник. Но я не знаю на самом деле, откуда они взялись. Всё, что мы знаем, они появились однажды двадцать пять лет назад из-под земли. Из портала. Сначала был лишь один сгусток энергии, позже их стало много. Кто открыл эти порталы и как, неизвестно. Ходят слухи, что несколько учёных совместно с военными нашли или сделали какое-то оружие, которое и привело к катастрофам и открытию порталов.

Двадцать пять лет назад я только родилась и не могу ничего знать о случившемся. Проект свой военные засекретили. Но я подозреваю, что у них всё пошло не по плану. Вряд ли они хотели устроить хаос на земле. И уж тем более они не могли знать, кого выпустит портал. Монстров, существ огромных и мелких, страшных, злых и падких на людскую плоть.

Я росла и со временем понимала, что в мире творится хаос. Как бы отец не пытался меня оградить, вечерами закрывая в ту мизерную комнатку за книги, я прекрасно знала, что мы живём в опасном мире. Я изучала карты, но слишком быстро они стали не актуальны. Названия городов уже не соответствовали действительности, они менялись. Люди давали им новые имена, в соответствии с использованием и обстоятельствами. Правда самые большие города, такие как Лондон или Нью-йорк, например, названия сохранили.

Когда три года назад на наш дом в Лондоне напал монстр, я чуть не умерла. Он убил родителей. Я уже говорила как мне было страшно.

Обвожу взглядом замок Девон. Наше убежище. Тут безопасно. По крайней мере пока. Вздыхаю.

Итак, уже неделю я изучаю новые найденные в подземелье страницы и продолжаю исследовать те, что были. Каждый день докладываю о своей работе генералу. Он недоволен, но что я могу ещё? Я стараюсь. Вечно сижу в этой полутьме. Даже с Ником почти не вижусь. Если только за завтраком. Он ничего так и не сказал мне про бинт и чёрную кровь. Но организовал три дня назад сбор крови. Я тоже сдала. Ник выглядел измученным, он много работает, чтобы спасти Лин. Пока без результатов. Она до сих пор в коме.

Я скучаю по Нику и нашим беседам, но не лезу к нему. Он слишком занят.

Возвращаюсь к моим тараканам. Стук в дверь. На пороге генерал. Я испытываю неопределённые чувства, когда вижу или слышу его. Смесь страха и удовольствия. Я вздрагиваю. То ли от холода, то ли от его сурового взгляда.

– Мэйр, – генерал проходит по комнате и садится напротив меня. – Ну как успехи?

Это уже тысячный, наверняка, подобный вопрос за неделю. Я неуверенно киваю. Он надеется на меня. Так же как надеялся Гарет. Вот только при виде Гарета я не теряла самообладания.

– Мне кажется, что я что-то нащупала, но пока не думаю, что стоит говорить. Я не уверена, что это имеет смысл. Генерал, я стараюсь. Правда, – обречённый взгляд и взгляд словно ледяная стужа. Вот так мы смотрим друг на друга.

– Я понимаю, Мэйр, вижу, что стараешься, – задумчиво проговорил генерал. – Однажды тебя ждёт успех.

Его задумчивая фигура и тёмные карие глаза не позволяют мне сосредоточиться. Он так смотрит на мои записи, что мне кажется, я занимаюсь чушью. Недоверие? Нет, он ведь рассуждает, исходя из моих слов. Он хочет поддержать меня?

Я пожимаю плечами.

– Генерал, может это работа не по мне и стоит найти другого человека, который справится с ней лучше?

Его взгляд внезапно теплеет. В глазах пляшут искорки, отражаемые лампой. Мужчина кладёт руку на тыльную сторону моей ладони и смотрит на меня. От прикосновения всё внутри меня замирает. Чёрт! Да что со мной. Это же генерал! Он суров, и вряд ли я ему нравлюсь.

– Мэйр, у тебя получится. Я верю, так и ты поверь в себя, – а затем уже холоднее. – А сейчас сделай перерыв. Я тут расспрашивал здешних о замке, но мало кто знает что-то. Ты ведь была более близка с Гаретом. Он может быть рассказывал о том, как нашёл это место?

Генералу просто любопытно? Или есть иная причина этих расспросов?

– Я тоже знаю немного. Только, что когда Гарет нашёл замок, он был брошен. В прямом смысле. Будто его бросили быстро, оставили вещи, военную форму, даже оружие и многое другое. Словно испугались и сбежали, ничего не забрав. Из той формы, кстати, Сара, шьёт одежду. И для отряда много чего нашлось. Тут было много вещей в шкафах и в разных комнатах. Нам они пригодились, – голос мой ровный, волнение я не выдаю, но всё же очень интересно, почему генерал ведёт этот маленький допрос. Во время моего ответа он крутил в пальцах какую-то вещь, но как только я бросила на неё взгляд, спрятал в карман. Кажется это кольцо. Так, Мэйр, это не твоё дело.

– Ясно. Спасибо за информацию. Кстати, Эн просила тебя зайти на кухню. Говорит срочно. Да и на ужин сходи. Без еды нет сил.

Он снова дотронулся до моей руки, но тут же убрал и совсем обычно посмотрел на меня. Словно не было его минутной поддержки. Генерал встал и направился к выходу.

– Да, а после вновь вернёшься к работе. Ну то есть завтра, – уголки его губ приподнимаются.

Он выходит из библиотеки. Я сижу с открытым ртом. Он такой неоднозначный! Убираю записи в стол, а несколько переведённых слов во внутренний карман куртки.

Погасила лампу и направилась к Эн. Что такого срочного у неё интересно.

Сейчас время ужина и Эн вовсю хлопочет по кухне вместе с остальными. Когда я появляюсь на кухне она кивает мне. Подходит и протягивает какой-то свёрток.

– Вот, держи, это тебе. Я знаю, как ты любишь сушёные бананы. Надеюсь, я тебя не отвлекла.

– Откуда они у тебя? – удивлённо вскидываю брови. Сушёные бананы я и правда обожаю, но где она их достала, ума не приложу. Это тот ещё деликатес! Эн подмигнула.

– Тайна за семью печатями. Держи и не думай, всё законно.

Она засмеялась, но мне было не до смеха. Эн настолько выделяет меня среди других, что решила поделиться редкой в нашей жизни вкусностью. Это поразительно, если честно. Да, у нас хорошие отношения, но мы не лучшие подруги. Наш рацион довольно скудный и продукты доставать сложнее с каждым разом. А чтобы фрукты, не выращенные у нас в саду! Тем более. Кто же их дал?

Я принимаю подарок, впрочем, подозрительно смотрю на Эн.

– О, Алекс, не смотри на меня так, будто я их украла! – вдруг смеётся она. И уже заговорщическим шёпотом. – В конце концов, я повариха, и у меня есть свои маленькие запасы.

– Они могли достаться всем, – возражаю я, сжимая в руках свёрток.

– Это мои бананы и я могу их дать, кому захочу. Я хочу их дать тебе. Что в этом плохого? – я вижу как розовощёкое лицо толстушки чуть темнеет, в нем появляются признаки обиды.

Да что я в самом деле! Человек решил поделиться со мной, а я её подозреваю в чём-то?!

Я смягчаю взгляд и обнимаю Эн.

– Прости меня. Просто не думала, что ты так хорошо ко мне относишься. Спасибо. Мне очень приятно. Я с удовольствием их съем.

– Вот это другое дело. Конечно я отношусь к тебе хорошо, глупышка, – в глазах Эн появляются слёзы. – Дорогой Гарет относился к тебе с отеческой любовью, и я тебя люблю. Ты была дорога ему, а значит и мне.

Вот где собака зарыта! Всё дело в Гарете. Эн призналась, что любила генерала, хоть он и не догадывался о её чувствах. Хотела сделать мне приятное в память о нём? Кто я такая, чтобы возражать?

– Давай я помогу накрыть столы в зале, – предлагаю Эн.

– Помощь никогда не помешает, – с благодарностью посмотрела на меня кудряшка и снова принялась хлопотать над очагом.

***

Поздно вечером, я заглянула в спальню к Нику, желая разделить с ним угощение кудряшки, но его не оказалось на месте. Комната выглядела так, будто здесь уже несколько дней не появлялись. Он что живёт в лаборатории внизу? Бедный Ник. Он не спит толком, не ест. Подозреваю, что он на пределе. Я оставляю на его кровати несколько сушёных бананов, завёрнутых в полиэтилен. Всё равно он придёт. Помыться и переодеться. Ему будет приятно, если найдёт угощение.

Выхожу из его комнаты и направляюсь к себе. Сегодня был тяжёлый день. Я провела его почти весь за книгами и расшифровкой. Глаза слипаются. И болят. Надо отдохнуть.

Глава 9 Боевые принцессы

Помню как только прибыла в замок, Гарет хлопотал обо мне так, как никто другой. Я была не одна, ещё несколько человек привели в убежище. Но лишь мне генерал Гарет помогал не только обустройством, но и разговорами. Он утешал меня словно родной человек. Он всегда повторял:

– Твоя жизнь бесценна, моя милая, ты единственная, кто может помочь нам. Я буду беречь тебя.

А потом он дал мне книги. Дневники. Сказал, что нашёл их в подземелье, когда спускался проверить генератор и заправить его топливом. Его привлекли два слова: небесный меч.

Из наших с ним разговоров он знал, что я изучала языки. Поэтому и отдал мне записи. Но, в конце концов, не я одна на земле разбираюсь в языках. Искать другого не было возможности. И я стала работать над книгами.

В замке Гарет всё устроил так, что каждый занимался своим делом. Старинный замок был брошен, когда Гарет нашёл его. Он пришёл сюда с людьми, которых спасал от монстров. Молва быстро долетела и до других. Приходили ещё люди. Гарет, как мог, обеспечил в замке условия для жизни. Но, конечно, они далеко от идеальных. Разве раньше у меня были идеальные? Мы с родителями жили в Лондоне, в вечном страхе, как и все остальные. Как везде. Я говорила, отец не смог скрыть от меня того, что скрыть невозможно.

Здесь, в убежище, люди хоть в какой-то безопасности. Сейчас новые люди почти не прибывают. Слишком опасно пробираться до замка. Повсюду разрушения, монстры и надо быть очень смелым и удачливым, чтобы добраться до нас. Люди сидят в норах, прячутся и только некоторые добираются до убежища.

С отрядом генерала Аарона тоже пришло несколько новичков. Не знаю откуда они, я с ними не говорила. Но слышала как-то в коридоре разговор двух девушек. Новоприбывшие вроде из Лондона. Живы они лишь благодаря генералу Аарону. Он привёл их сюда. Даже так далеко о нас знают. Какое бы ни было время, а слухи никуда не деваются.

Да, нас тут человек двести. Но, возможно, будет больше. Некоторые, живущие здесь, создали семьи. Две женщины ждут пополнения. Не знаю, стоит ли обзаводиться детьми, когда вокруг столько опасностей и жизнь может оборваться в любой день. Но это не моё дело. Моё дело – книги.

Сегодня с утра я не иду на кухню, а сразу спускаюсь к завтраку. Чувствую себя так себе. Голову мыть пришлось мылом, так как шампунь кончился. Зубная паста тоже на исходе. И я знаю, что многие жалуются на недостаток средств гигиены. Но я расстроена не из-за этого. Мне опять снились кошмары. Монстр почти убил меня.

Что касается шампуня и остального, нам нужна очередная вылазка и пополнение припасов. Хотя бы самых основных. За территорией замка есть много деревень, но я не уверена, что там ещё осталось что брать. Чуть дальше города. Там дела обстоят лучше. Что там, я не знаю точно. Мне так хочется в отряд! Стоит ли попроситься снова? Теперь уже у нового генерала. Может он сжалится и возьмёт меня с собой?

В общем зале какой-то спор. Рейна из отряда генерала и Кая из наших стоят друг напротив друга, раздувая ноздри и бросая одна на другую огненные взгляды. Они выглядят примечательно. Обе сильные, довольно высокие и черноволосые. Вокруг них собралась толпа.

Когда я прохожу мимо них, Кая бросает на меня гневный взгляд. До сих пор не простила удар. Я молчу. Занимаю место за столом и без особого желания ем завтрак. Сегодня овсянка и стакан чая, кусок хлеба. Довольно сытно, если учесть, что овсянки я положила две порции. Нужно есть, я совсем перестала обращать внимание на приём пищи. Нет, не хочется падать в голодный обморок, поэтому заставляю себя есть.

– Ты взяла моё оружие, так что отвечать будешь за это головой, – недовольно прокричала Рейна, а Кая лишь хмыкнула.

– Я взяла то, что мне предложили, идиотка.

– Оно было моё и я не собираюсь тебе его оставлять. Верни. Иначе начищу морду похлеще монстров.

Кругом послышались неодобрительные шепотки. Рейна была чужачкой, как и близнецы, что встали на её защиту. А Кая своей в доску, её поддерживают люди. Да, генерал тоже чужак, но он тут командует, его по этой причине уважают. Тем более Гарет сам назвал его имя. А вот солдат генерала недолюбливают. Считают, что они слишком вольно ведут себя и к тому же высокомерные. Можно подумать Кая не высокомерная. Но она, повторюсь, своя.

– Давай решим на поединке, тогда и посмотрим, кто прав, – Рейна высоко задрала голову и её взгляд упал на меня. Она прищурилась и скривила губы. Не знаю, что я ей сделала, я даже не знаю её. Под этим взглядом я покраснела.

– Я согласна, – кивнула Кая. Рейна оставила меня в покое и перевела взгляд на соперницу.

– Говорят Стоун по уши в генерала, – шепнул мне Крис, сидящий рядом. – И наша Кая положила на него глаз. Она стащила у Рейны лук и стрелы назло.

Я глянула на Криса. Он совсем окреп от болезни и выглядел задорно и даже озорно. Его забавляла вся эта ситуация ревности. В глазах так и плясали чёртики. А светлая шевелюра залихватски взъерошена, будто в унисон с настроением хозяина.

– Но генерал ни на одну из них внимания ноль, – Крис подмигнул.

– Крис, мне кажется сплетни не самое лучшее занятие для мужчины, – не знаю, но по моему тон прозвучал поучительно. Хотя я никого тут учить не хочу. Я взяла кружку с чаем и выпила залпом. Поставила на место. Спор разгорался вовсю.

– Да ладно тебе, Мэйр, сама небось втюрилась в генерала. Ты с ним проводишь много времени, когда докладываешь о расшифровке. Чем вы там вдвоём занимаетесь, за закрытыми дверями, а?

Он задорно хихикнул, а я лишь пожала плечами, скрывая чувства. С чего он вообще взял, что генерал и я… Боже, нет уж. Он слишком суров и всегда собран. У меня ощущение, что эмоции не для него. Только раз он проявил участие. И то быстро вернулся в своё обычное состояние подозрительности и суровости.

– Или ты хранишь верность заучке учёному?

– Иди ты! Ник мой друг, не больше, – я шибанула его по плечу.

Ссора Рейны и Каи набирала обороты. Обе уже приняли боевую стойку. Столы в центре зала раздвинули, давая им место для боя.

– Ладно, извини. Не принимай близко к сердцу мои слова, – вдруг стал серьёзным Крис. В глазах появилась тревога. – Как оно продвигается? Хоть что-то перевела?

Я вздыхаю:

– Лишь пару строк. Это непросто, особенно когда часть текста на языке, которого в природе не существует.

– Как так?

– А вот так. Я не знаю такого языка. Его просто нет.

– Но он написан, значит есть, – брови Криса сдвинулись к переносице.

Кая и Рейна начали поединок. Да, они обе хороши в бою. Ловко двигаются, наносят быстрые, точные удары.

– Мэйр, в Вольном есть большая библиотека. Завтра рано утром идём поближе, но я уверен, что скоро и туда отправимся снова.

Я тоже думала об этой библиотеке. Но меня не берут в отряд. Я хотела попросить генерала, но так до сих пор и не решилась об этом с ним заговорить.

– Попроси генерала взять тебя в отряд. Мы тебя проведём и ты сможешь осмотреть залы. Вдруг найдёшь свой неизвестный язык.

– Гарет не брал меня…

– Гарета больше нет в великому сожалению всех, – возразил Крис, убирая светлую чёлку со лба и поправляя хвостик.

– Теперь командует генерал Аарон, – кивнула я.

– Который сейчас устроит взбучку нашим боевым принцессам.

Я поворачиваю голову и вижу как генерал стремительно врезался в толпу и громогласно приказал всем разойтись. Рейну и Каю разняли. Жаль, что я не увидела, кто из них сильнее. Хотя драки это последнее дело здесь.

– Обе в кабинет, – тихо, но очень весомо и вкрадчиво произнёс генерал. Он глянул в нашу с Крисом сторону, прежде чем удалиться. Я сжалась, так не хотелось, чтобы он меня увидел. Не могу быть спокойной рядом с ним. Страх и смущение всякий раз сражают меня наповал при его появлении. Даже когда докладываю ему о расшифровке всегда напряжена. Уф, что со мной, не знаю.

– Я пойду.

Крис кивнул. Столы вновь сдвинули и все уселись завтракать как ни в чём не бывало.

Я вышла из зала.

Глава 10 Рука монстра

Следующим утром на завтраке я не увидела Ника. Наверняка он спозаранку отправился в лабораторию. Постоянно проводит там время. Ставит какие-то опыты, проводит эксперименты. В лабораторию простым смертным, как я, нельзя, нет хода, но не могу же я оставить Ника без завтрака. Я беру банку консервы, пару ломтиков хлеба и закрытый стаканчик чая. Убираю всё в рюкзак. Пока никто не видит и все заняты своими разговорами, я ускользаю из столовой и направляюсь вниз. Коридор тут тёмный, но на стене в специальных ложбинах вставлены два факела, так что дорогу нахожу, хоть и не знаю толком, куда иду. Я уже была в этой части замка, когда ходила в подземелье. Тогда факелы горели слабее. Холод пробирает здесь до костей: недалеко спуск в подземелье, и мой тёмный зелёный свитер и кожаные брюки совсем не спасают. Это место будто забирает из тебя тепло, оставляя лишь рваный, слабый след его подобия.

Позади слышу шаги и вздрагиваю от жуткого страха. Кто это там у меня за спиной? Долго не думая, резко оборачиваюсь и Ник налетает на меня.

– Это ты?! Чего пугаешь? – недовольно ворчу я. Замечаю в руках друга какую-то пробирку с тёмной жидкостью внутри.

– Ник, что это такое?

– Тшшш, идём со мной, – шепчет он. Возбуждён ни на шутку. – Я тебе расскажу, но чур никому ни слова. Я искал тебя.

– Я тебе завтрак несу, и между прочим, с опаской для жизни. Меня ведь здесь явно не ждут и по головке не погладят, если застанут в этом коридоре. Но голодным тебя не оставлю.

– Спасибо, Алекс. И за бананы тоже, – он подмигнул мне. Значит нашёл угощение. Ну хорошо.

Он потянул меня за собой, схватив за руку. Раскрыл дверь в лабораторию и подбежал к столу. Я закрыла дверь на замок. Если Ник так возбуждён и осторожен, значит то, что у него в этой пробирке, вряд ли для чужих глаз.

– Это сыворотка, иди сюда, Алекс, – позвал меня Ник. В его глазах я заметила лихорадочный блеск, смешанный с чувством превосходства. Такой блеск я видела в глазах моего дяди Фреда, безумного учёного, брата отца, когда он создавал что-то из ряда вон. Не знаю, где он сейчас и что с ним. Я подошла к Нику и только сейчас заметила, что его белый халат испачкан в чём-то красном.

– Смотри, – он убрал белую ткань и мой завтрак чуть не вырвался наружу. На металлическом столе лежала рука. Оторванная рука монстра. Держу пари она из недавней битвы. В вылазке десять дней назад участвовал Ник. Тогда он сказал, что они столкнулись с парочкой монстров.

– Кто принёс её сюда? – спросила, смотря на огромные чёрные когти, торчащие из безжизненных пальцев.

– Я принёс. Та вылазка, помнишь?

– Да, конечно.

Тогда мне показалось, что Ник от меня утаил нечто важное. И похоже это лежит сейчас на металлическом столе передо мной. Он не сказал мне тогда, но показывает сейчас. Почему?

– Я её заморозил, а потом разморозил, – он щёлкнул языком.

Я постаралась сдержать отвращение и снова взглянула на руку. Она местами была синяя, местами чёрная, а в общем зрелище тот ещё отврат. Зачем Нику безжизненная рука монстра?

– Смотри!

В этот момент Ник берёт шприц, открывает пробирку и набирает чёрно-красное содержимое с помощью иглы. Я с недоверием гляжу на его действия. Потом Ник отходит от меня на другую сторону металлического стола, где покоится рука, берёт жгут, повязывает его себе выше локтя и вводит содержимое шприца в вену. Я открываю в ужасе рот, не в силах произнести и звука. Что он творит?! Хочу вырвать из руки Ника шприц, наклонившись через стол, но друг отходит ещё дальше, а я отпрыгиваю от стола, осознав, что задела руку монстра.

– Какого хрена ты делаешь?! – возмущённо, но тихо восклицаю я. – В пробирке была кровь монстра, так?

– Гляди, что сейчас будет, – торжественно произносит Ник. Я смотрю на его руку. Она покрывается чёрными венами, становится толще, сильнее. Ник отходит к стене и с размаху ударяет по ней. От стены отваливается кусок камня и с грохотом падает на пол.

– Чёрт! – и закрываю рот рукой. Я в полнейшем недоумении.

– Видишь какая сильная? – Ник хохочет. – Кровь монстра делает нас сильнее. Это же преимущество! Прорыв. Ты представляешь, Алекс?! Лин тоже сможет так, если очнётся. Кровь монстра у неё в крови, я проверил. Я десять дней изучал и кровь, и ткани, и пришёл к выводу, что их кровь способна на многое. Они сильные, можем стать сильными и мы. Легче будет одолеть их.

Господи, он несёт бред. Как его отговорить?

– Ник, если хоть кто-нибудь узнает об этом…

Он с немыслимо быстрой скоростью оказывается рядом, нависает надо мной и хватает меня за запястье своей изменённой ручищей. Я замираю в страхе. Совершенно не узнаю его глаза. Они превратились из светлых зелёных в совсем чёрные, даже радужку не различишь. Как у монстров. Я знаю. Я видела. В руке пульсирует боль.