Индекс совместимости

Серый потолок восстановительной палаты. Тот же самый, что и вчера. Но сейчас он казался не холодным и стерильным, а мягким и уютным, как облачное небо перед дождём. Где-то тихо гудел кондиционер, и этот гул воспринимался не как раздражающий шум, а как колыбельная, которую напевает сама вселенная.

Она осторожно повернулась — настолько медленно, чтобы не разбудить человека за спиной, — и увидела Кая.

Он спал на боку, лицом к ней, и во сне выглядел совсем иначе, чем наяву. Исчезла та лёгкая печальная складка между бровей, исчезла настороженность во взгляде. Его лицо разгладилось, стало почти мальчишеским, с пушистыми ресницами, которые отбрасывали тени на скулы. Чёрные волосы разметались по серой подушке, и одна прядь упала на лоб, делая его невероятно уязвимым.

Лиана смотрела на него и не могла отвести взгляд.

Она знала, что это неправильно. Что она должна была встать, найти телефон, позвонить в лабораторию, где работала раньше, и попросить старых коллег помочь ей извлечь чип. Она должна была бежать, прятаться, спасать его от того, что ждало их через три месяца.

Но вместо этого она просто лежала и смотрела, как спит Кай, и чувствовала, как внутри неё разрастается что-то огромное и тёплое, что не имело названия.

Наверное, это всё-таки был чип. Наверное, это была именно та химия, которую она так ненавидела. Но Лиана вдруг поняла, что ей всё равно. Она устала бороться. Устала быть сильной. Устала доказывать себе, что любовь — это просто набор нейронных связей и гормональных всплесков.

Она просто хотела быть с ним.

Кай пошевелился во сне, его рука на её талии чуть сжалась, и Лиана замерла, боясь дышать. Он что-то пробормотал во сне — неразборчиво, тихо, — и его губы тронула лёгкая улыбка.

«Что тебе снится?» — подумала она, и в груди кольнуло от нежности.

Она осторожно протянула руку и коснулась его щеки. Кожа была тёплой и гладкой, и под её пальцами Кай вздохнул глубже, приоткрыл глаза и посмотрел на неё. В его взгляде была такая растерянность, такая детская беззащитность, что Лиана почувствовала, как у неё сжимается сердце.

— Привет, — прошептала она.

Кай моргнул, и растерянность на его лице сменилась осознанием. Он улыбнулся — широко, тепло, так, что в уголках его серых глаз собрались морщинки.

— Привет, — ответил он, и голос у него был низким и сонным. — Я боялся, что ты мне приснилась.

— Приснилась?

Он приподнялся на локте и оглядел комнату.

— Ну, знаешь, всё это... Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я думал, что проснусь и окажется, что это был просто сон. Что никакой Лианы нет, а есть только я и эта серая комната.

Она усмехнулась и провела пальцами по его лбу, убирая упавшую прядь.

— Нет, я настоящая. И мы оба здесь. И, кажется, нам нужно пройти «тест-драйв» сегодня.

Кай нахмурился, но не отстранился от её руки.

— Тест-драйв?

Лиана кивнула и показала на голографический экран, который засветился на стене, стоило ей только подумать о протоколе. Чип считывал её намерения быстрее, чем она успевала их осознать.

«Доброе утро, Лиана и Кай, — написала система, и слова возникли в воздухе изящными серебряными буквами. — Ваш период адаптации успешно завершён. Сегодня вас ждёт 24-часовой тест-драйв отношений. За это время вы должны посетить следующие локации: Парк Влюблённых, Ресторан «Эдем», Смотровая площадка «Горизонт». По завершении программы система проведёт финальную оценку совместимости и выдаст рекомендации для совместного проживания. Приятного дня!»

— Ого, — выдохнул Кай, читая надпись. — У них тут целый маршрут расписан. Как в туристическом бюро.

— Это стандартная процедура, — ответила Лиана, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Сначала проверяют, не убиваем ли мы друг друга при первой ссоре. Потом смотрят, насколько хорошо мы умеем флиртовать в ресторане. И только потом решают, можно ли нам доверить квартиру.

Кай повернулся к ней, и на его лице появилась та самая озорная улыбка, которая делала его похожим на мальчишку.

— Ну что ж, — сказал он, сел на кушетке и потянулся. Его руки потянулись вверх, и Лиана увидела, как напряглись мышцы на его плечах. У него было тело спортсмена — не слишком массивное, но поджарое, с чёткими линиями мускулов под светлой кожей. — Если сегодня у нас идеальное свидание, то давай сделаем его идеальным.

Лиана почувствовала, как в груди что-то сжалось от его слов. Не от их содержания — от того, как он их произнёс. В его голосе не было фальши, не было актёрской игры. Он действительно хотел провести этот день с ней. И не потому, что чип говорил ему так. Просто потому что хотел.

— Тогда вставай, — сказала она, пытаясь скрыть смущение за шутливым тоном. — Нас ждёт парк, фонтаны и обязательная программа.

---

Через двадцать минут они вышли из медицинского центра.

Впервые за долгое время Лиана оказалась на улице — не как инженер, который бежит из офиса на станцию метро, а как свободный человек, у которого есть целый день и человек рядом. И город встретил её совсем иначе, чем она привыкла.

Нью-Токио всегда казался ей слишком шумным, слишком ярким, слишком искусственным. Стеклянные небоскрёбы, рекламные голограммы, толпы людей, которые смотрели в свои планшеты и никогда друг на друга. Но сегодня всё изменилось.

Рекламные вывески не раздражали — они казались забавными. Шум машин не давил — он был похож на ритм танца. Даже воздух, который всегда пах бензином и озоном, сегодня отдавал сладковатым ароматом цветущих деревьев, хотя на улице была глубокая осень.

Кай шёл рядом с ней, и их руки случайно соприкасались при каждом шаге. Лиана чувствовала тепло его кожи, даже когда они не касались друг друга. Оно шло от него волнами — странное, притягательное, необъяснимое.

— Ты знаешь, что мы сейчас идём по протоколу? — спросила она, когда они подошли к воротам парка. — Система предлагает нам посетить именно это место. Она говорит, что здесь уровень серотонина повышается на 30%.

Кай усмехнулся и повернулся к ней. Солнце стояло у него за спиной, и чёрные волосы обрамляла золотая кайма.

— И что? — спросил он. — Мне всё равно, почему я счастлив. Я просто счастлив. Это так сложно понять?

Лиана открыла рот, чтобы ответить, и закрыла его. Потому что он был прав. Что-то в его простоте, в его нежелании всё анализировать, было невероятно притягательным. Она привыкла искать подвох во всём. А он просто жил. Просто любил. Просто делал её счастливой, и, чёрт возьми, у него это отлично получалось.

Парк Влюблённых был похож на ожившую открытку.

Искусственные водопады низвергались с каменных уступов, и их шум сливался с музыкой, доносившейся из скрытых колонок. Аллеи были посыпаны цветным песком, который переливался всеми оттенками радуги. Вдоль дорожек стояли скамейки, каждая из которых имела свою форму — сердечка, цветка, облака. И везде, куда ни глянь, были пары. Они сидели на траве, обнимались у фонтанов, целовались в беседках, и никто не обращал внимания ни на кого, потому что все были заняты своим счастьем.

Лиана остановилась у фонтана в центре парка. Вода взлетала вверх и падала вниз, создавая радугу в воздухе, и Кай подошёл к ней, встал рядом и обнял за плечи.

— Здесь красиво, — сказал он. — Я никогда не был в таких местах.

— Ты никогда не был в парке? — удивилась она.

Он усмехнулся, но в его глазах промелькнула тень грусти.

— Был. Но я всегда ходил туда один. Или с друзьями, которые говорили о работе. Никто не держал меня за руку и не смотрел на облака.

Лиана повернулась к нему и посмотрела в глаза.

— А сейчас?

Кай улыбнулся — мягко, чуть застенчиво, и от этой улыбки у неё перехватило дыхание.

— Сейчас я понимаю, что я ждал этого всю жизнь. Просто не знал, что именно жду.

Она почувствовала, как щёки заливает румянец. Хотела сказать что-то остроумное, отшутиться, свести всё к шутке, но слова застряли в горле.

«Это чип, — напомнила она себе. — Это просто чип».

Но когда Кай взял её лицо в ладони и поцеловал — легко, почти невесомо, как порыв ветра, — Лиана забыла о чипе. Она забыла о том, где находится и как её зовут. Она забыла всё, кроме ощущения его губ на своих губах и запаха его кожи, который напоминал летний дождь.

Они целовались долго. Так долго, что мимо них прошли несколько пар, кто-то засвистел, кто-то засмеялся. Но им было всё равно.

Когда они отстранились, Лиана увидела голографическое уведомление в углу глаза: «Уровень дофамина: 98%. Поздравляем! Ваша совместимость подтверждается».

Она моргнула, и уведомление исчезло.

«Оставьте меня в покое, — подумала она, обращаясь к системе. — Дайте мне просто быть с ним».

И система, странное дело, послушалась.

---

Ресторан «Эдем» находился на крыше пятидесятиэтажного небоскрёба.

Лифт поднимался так быстро, что у Лианы заложило уши, но когда двери открылись и она увидела открывающуюся панораму города, она забыла обо всех неудобствах.

Весь Нью-Токио лежал перед ними как на ладони. Огни, улицы, небоскрёбы и бесконечные реки автомобильных потоков. Город жил своей жизнью, пульсировал и дышал, и Лиана чувствовала себя крошечной, но почему-то не потерянной. Рядом с Каем она не чувствовала себя маленькой. Она чувствовала себя частью чего-то большего.

Официант провёл их к столику у окна. Золотые приборы, хрустальные бокалы, белоснежная скатерть — всё дышало роскошью. Кай отодвинул ей стул, и Лиана улыбнулась, садясь.

— Ты умеешь быть джентльменом, — сказала она.

— Я раньше был военным, — ответил он, усаживаясь напротив. — Нас учили быть вежливыми с дамами. А то в армии шлёпнут по затылку, если не поможешь девушке сесть.

Лиана рассмеялась — искренне, громко, так, что на неё обернулись соседние столики. Ей было всё равно.

Они заказали ужин. Кай взял стейк с кровью, Лиана — ризотто с грибами. Разговор шёл легко, без напряжения. Они говорили о музыке, о книгах, о путешествиях. Кай рассказывал, как служил в пустыне, как видел закаты, которые нельзя описать словами. Лиана говорила о лаборатории, о звёздах, о том, что всегда хотела быть космонавтом, но стала инженером.

— Ты можешь стать космонавтом сейчас, — сказал Кай, когда официант убрал тарелки. — У тебя есть деньги, есть способности.

Лиана покачала головой.

— Это иллюзия. В космос летают только люди с идеальным здоровьем и стабильной психикой. А у меня... — она запнулась, понимая, что говорит лишнего. — У меня есть некоторые проблемы.

Кай наклонился к ней через стол. Его серые глаза смотрели внимательно, серьёзно.

— Какие проблемы?

Она хотела уйти от ответа. Но что-то в его голосе, в его взгляде — а может быть, снова этот проклятый чип — заставляло её быть честной.

— Я боюсь привязываться, — сказала она тихо. — Боюсь, что люди, которые мне дороги, уходят. Всегда. По-разному. Но уходят.

Кай помолчал, а потом медленно взял её руку в свою. Его пальцы переплелись с её пальцами, и Лиана почувствовала, как по телу пробежал электрический разряд.

— Я не уйду, — сказал он просто. — По крайней мере, пока ты меня не прогонишь.