Читать книгу Ночная смена (Эван Роук) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Ночная смена
Ночная смена
Оценить:

3

Полная версия:

Ночная смена

3. Принял

В анкете было ещё одно поле: «Какую запись вы боитесь потерять?» Илья не сразу понял, что достаточно привести пример. Евгения, сидевшая напротив, постучала по своему планшету.

— Это для настройки хранения. Можете попробовать на голосовом сообщении самому себе. Если отметите запись, при смене телефона мы сначала предложим проверить копию.

У Ильи на телефоне хранилось сообщение Веры, присланное за год до больницы. Оно начиналось словами «Там слева в ящике» и длилось одиннадцать секунд. Слева в ящике тогда лежала деталь для скрипучей кровати. Он заменил её в тот же вечер. Вера часто присылала такие сообщения. В конце записи она попросила не включать свет в комнате, если он придёт поздно, и тихо рассмеялась, будто прикрыла микрофон ладонью. Лида в тот вечер ждала его на кухне, в пижаме. Илья так и не понял, кто, по расчёту Веры, должен был к тому времени спать. Однажды он включил запись Лиде. Услышав про ящик, она сказала Вере, что шкаф у них теперь другой.

— Личные сообщения я вообще не переношу, — сказал Илья.

— Их у вас и не спрашивают для работы.

Евгения закрыла страницу. Илья ещё раз посмотрел на пустую полоску. Если её заполнить, придётся вспомнить, через сколько месяцев после смерти Веры он впервые включил эту запись нарочно. Рабочие файлы он уже передал: переписку, десять разговоров, которые водители разрешили использовать, и ведомости без фамилий пассажиров. В двух местах попросил при нём удалить личный номер Димы. С водителем двойник мог связаться через рабочий шлюз. Напрямую с личного телефона, как это делали диспетчеры, звонить он не мог.

Илью посадили в соседней комнате за полупрозрачным стеклом. На столе лежали три листа. Надо было читать вслух, решать, как поступить в каждом случае, и объяснять свои решения. Оператор предложил воды. Илья отказался. Микрофон записал и щелчок сухого языка, и невольную отрыжку.

— Объясните пассажиру, что место посадки изменилось, — попросила Евгения через динамик.

— Если вы дойдёте до вывески, вам там будет удобнее, — прочёл Илья.

— Это диспетчерская памятка. Скажите так, как сами скажете.

— Вы сейчас куда смотрите?

— Я вас не понимаю.

— Вы на остановке сидите? Хорошо, посмотрите прямо перед собой. Видите белое и жёлтое?

В учебном сценарии посадку перенесли на шесть метров: на площадке перекладывали плитку. По инструкции Илья должен был сказать пассажиру, сколько идти. Он предложил водителю встать в кармане у железного ограждения: с лавки будет видно машину. Его спросили, что делать, если водителю запрещено там ждать. Илья, не подумав, сказал: «Попросить постоять ещё чуть-чуть». Евгения помолчала.

— А как вы просите? — сказала она.

— Дим, пять минут. Ну.

На стекле появился рисунок автобуса, перегородившего велодорожку. Илья сказал, что возле больницы в том месте дорожки нет. Евгения открыла карту и попросила показать, где будет ждать машина. Он ткнул пальцем в нужный карман у дороги. Красная метка возникла в сорока метрах, за корпусом. На экране два места почти совпадали. Между ними стояло целое здание.

К концу часа Илья сверял снимки с сигналами водительского терминала, рассматривал фотографии тормозов подъёмников и объяснял, откуда так хорошо знает район. Никто не спрашивал, когда он впервые привёз Лиду к реке, сколько зубов у неё сменилось и почему ему неприятно есть овсянку, пока она стучит ложкой о край миски. Он ушёл с ощущением, что сдал на склад инструменты и забыл сказать, какие нельзя оставлять сырыми.

• • •

Первые сорок минут решили отработать в четверг при Тамаре. Илья подошёл без десяти шесть. В диспетчерской пахло прогретой пылью. Тамара держала на коленях журнал. Над длинным печатным списком она вписала фамилию Рогов, провела черту и проставила часы.

— Сначала примешь у меня. Смотри открытое.

В очереди было четыре коротких заказных рейса и один длинный. Место посадки по-прежнему было отмечено у ворот больницы. Пожилой водитель согласился ждать ещё пятнадцать минут, но у него оставалось топлива на один круг. Тамара перетащила запись в соседнее окно и развернула экран к Илье. Он увидел три возможных маршрута, контактный номер и отметку: пассажир с ходунками. У края окна серел флажок. Илья щёлкнул по нему, принимая рейс. Тамара сняла с журнала металлический зажим и положила перед ним.

— Через сорок минут передашь обратно, — сказала она. — Скажешь «принял», когда увидишь рейс у себя.

— Принял.

Двойнику выдали доступ к тем же четырём коротким рейсам. Длинный Илья оставил себе. Евгения из офиса «Меры» сидела на техническом канале. В одном наушнике Илья слышал всё, что говорил двойник. На экране рядом с каждым действием стоял номер исполнителя. В квадратной рамке без фотографии высвечивалось «Рогов И. С. · Вторая смена».

Первый звонок приняла Вторая смена. Илья прижал наушник пальцем.

— Да, это Илья. Вы со стороны аптеки?

Он узнал себя с первого слова. Даже маленькая заминка между «да» и «это» была его. Так он говорил на смене, когда знал, что дома за него сварят ужин. Из десяти записей двойник выбрал голос, которым Илье самому хотелось отвечать на звонки. Он повторил фразу вполголоса и услышал, как устал.

Вторая смена приняла отмену второго рейса. Третья заявка пришла от Димы. Он стоял на конечной с пустым салоном и опущенным пандусом. Машина после рейса должна была оставаться на дежурстве до восьми. Пандус перекрывал дверь, насос быстро сажал аккумулятор.

— Мне бы двадцать минут, — сказал Дима. — Мне в кабинет надо отметиться, я ещё перчатку там оставил. Потом ставь на что хочешь.

Илья поднял палец, привлекая Тамарино внимание. На эти двадцать минут Димин сектор останется без автобуса, и до дальней больницы придётся гнать машину с другого берега. Он подвинулся к клавиатуре. Двойник уже открыл график и нашёл обязательный перерыв: у Димы он начинался сразу после прибытия в больничный квартал. Последние три таких перерыва он провёл за рулём.

— На самом деле у тебя двадцать восемь, — произнёс голос в наушнике. — Только ты мне скажи, можно оставить пандус опущенным, пока проверяют насос?

— Можно. А чего?

— Я найду, кто возьмёт стеклянную остановку. С опущенным пандусом никуда не трогайся. Поставь ограждение и сходи. Когда вернёшься, скажу, куда ехать.

Рука Ильи замерла над клавиатурой. На другом берегу освободилась машина: пассажир отменил поездку. Водительница могла забрать Димину остановку, но опоздала бы на семь минут. Двойник согласовал задержку и передал ей рейс. Водительница ответила: «Слышу, беру». Димин значок на карте погас на двадцать восемь минут. Если бы позвонили из дальней больницы, Илье пришлось бы отвечать самому. Все двадцать восемь минут он ждал звонка. Больница не позвонила.

Когда пробное окно кончилось, Тамара забрала назад последний короткий рейс. Она считала секунды вслух, пока у неё подгружалась строка.

— Приняла. Вот и Дима спокойно сходил на перерыв. А раньше мы хоть раз ставили кого-нибудь на его место на эти полчаса?

— Мы всегда знали, где у него перерыв, — сказал Илья.

— Значит, теперь ещё будем знать, кто ждёт вместо него.

Тамара придвинула журнал. Оба имени поместились в одной строке: сначала его, потом через косую — имя двойника.

В общий чат Дима прислал фотографию пустой перчатки на скамейке в больничном кабинете. Один палец загнулся внутрь. Под фотографией стояло «нашёл». Потом пришло личное сообщение: «Ты правда все заявки на полчаса с меня снял? Что с тобой?» Илья начал набирать объяснение и стёр. Пассажирам просили ничего не говорить до конца испытания, а водителям сказали, что в зале сидит помощник. Он отправил Диме значок с поднятым большим пальцем.

• • •

Вечером Лида ходила у окна в шерстяных носках Таси. На пятках ещё держались белые резиновые пятнышки, чуть выше уже проступала сетка. Оксана усадила Лиду за стол, оставила ей клеевой карандаш и передала Илье бумажку, на которой записала, до скольких обещала остаться. У Оксаны действительно вышло полчаса. Она взяла с него обещание отметить в календаре, что в следующую среду всё по-старому. За это время Лида свернула из картона два футляра для мелков и прищепками прикрепила к ним бумажки с именами. «Иля» она написала без мягкого знака, заметила и решила оставить.

Перед сном они отыскали парк на старой бумажной карте. Синяя линия переправы пересекала изгиб реки. Северный вход скрывался под названием длинной улицы, которой на карте в телефоне уже не было. Илья показал, где, по его памяти, была рыба. Лида приложила к карте ладонь и прищурилась, прикидывая расстояние.

— Если плыть по синей линии, я не успею дочитать, — сказала она.

— А если пешком?

— Тогда успею. Но я хочу ещё катер.

Лида забрала в кровать книгу о городских фонарях. Когда Илья пришёл за книгой, она уже спала, уткнувшись лицом в одеяло. Палец лежал между страницами с проводами. Илья высвободил книгу и положил её на табурет. На планшете у кровати было открыто школьное приложение с кнопкой «Папа». Он свернул его и проверил график. С полуночи до четырёх двойник будет брать оплачиваемые заявки, а в четыре передаст незаконченные Тамаре. При аварии позвонят самому Илье. Он завёл будильник и положил телефон экраном вниз.

За час он проснулся три раза. В два одиннадцать проверил, не было ли вызовов. В два сорок нащупал пустой стакан и сходил за водой. В три ноль семь собрался сесть и дочитать инструкцию. Отодвинул подушку к стене, где она не сваливалась, и сразу уснул.

Утром Лида стояла босиком на коврике в прихожей и совсем тихо говорила правой ноге «вставляйся». Нога скользнула в ботинок. Илья снял телефон с зарядки. Ночью ему не звонили. Смена приняла три заявки, две закрыла и одну передала по списку. Впервые за много месяцев он сел на табурет и завязал шнурок на Лидином ботинке с первого раза. Телефон остался лежать рядом.

Когда он отвёл Лиду в школу, на счёт пришли две тысячи семьсот шестьдесят рублей. Двойник вывел всю сумму сразу, как обычно делал сам Илья. Под выплатой появилось напоминание: «Отложить 460 на Димин перерыв, если его опять не оплатят». Илья никогда не давал Диме деньги просто так. Да тот бы и не взял. Илья попробовал представить, с каких слов он начал бы такой разговор.

Внизу окна была кнопка «Удалить». Илья нажал её и ещё немного смотрел на пустую строку. До обеда он перевёл за квартиру две тысячи триста. Оставшиеся четыреста шестьдесят лежали на карте.

4. До девяти

В субботу Илья обнаружил, что до десяти утра на кухню падает солнце. Край стола у окна прогревался, и если сесть спиной к мойке, можно было завтракать, опираясь на него голыми локтями. Наверное, так было каждую ясную субботу. Илья не помнил, когда в последний раз сидел здесь в это время. В прошлую субботу он в школьном туалете вытаскивал из Лидиной молнии нитку от подкладки. В позапрошлую они стояли в очереди за мешком соли, в помещении без окон.

Лида взяла у него стакан молока, поднесла к полосе света и посмотрела снизу.

— Снимай, — сказала она.

— Куда?

— На мой.

Он сфотографировал стакан на её планшет. На снимке молоко оказалось синее. Лида вернула ему стакан и предложила выпить, пока синее. Илья выпил половину. Они нажарили блинов с дырками и вовремя отдёрнули от конфорки задымившееся полотенце. Илья застелил стол старой клеёнкой и дал Лиде самой наливать тесто половником.

— Оксана говорит, первый надо выкинуть.

— Дай ей первый, когда придёт. Посмотрим, что сделает.

Лида перевернула блин на тарелке. К неровному краю прилипло крошечное белое пятно.

— Я ей сделаю совсем новый.

По субботам воду отключали на полтора часа. Они сложили посуду набок в тазу, чтобы потом одного ведра хватило на всё. Илья распечатал с планшета расписание катера. На листе пропечаталась только нижняя половина. Он уже хотел найти чистую бумагу, но Лида вырезала часы и подложила их под карту, прямо к пристани.

С работы пришёл отчёт за вторую пробную ночь. Сумма менялась от смены к смене. На этот раз вышло тысяча шестьсот с мелочью за рейс для городского центра и две отмены. В строке по центру стояло: «Задержка на входе 11 минут». Двойник предупредил о ней заранее. Илья знал охранницу на том входе и обычно велел звонить ей до выезда. Он открыл журнал. Двойник сам позвонил охраннице и договорился, что водитель заберёт пассажира после пересменки, когда ворота и так будут открыты. Водителю не пришлось жечь топливо в ожидании.

В центре нашлось два маленьких магазина, которые раньше были закрыты всякий раз, когда Илья шёл домой. Они с Лидой ходили между прилавками с редисом и ведёрками сметаны. Пока продавщица резала сыр, Лиде разрешили взвесить три мелка. Мелки весили восемьдесят два грамма, хотя один стёрся наполовину. Лида попросила самую маленькую бумажку, где напечатан вес, чтобы вклеить в альбом. Продавщица нашла чек без цены: принтер барахлил и напечатал одни нули.

Они дошли пешком до пристани, чтобы посмотреть, как садятся на катер. Катер один раз показался из-за зданий, белый борт накрыло брызгами. На корме стояла собака в жилете. Лида опустила карту.

— Я хочу на ту скамейку. Которую снизу видно.

Лида показывала на место для коляски. За стеклом вместо сиденья был широкий фиксатор. Илья уже открыл рот, чтобы объяснить, что их туда не посадят, но тут открылись двери катера. Из борта выехала рампа, её край лёг на площадку. За собачьим хвостом показалась рука с поводком. Парень у трапа дважды попросил пассажиров сначала дать людям выйти. Лида подождала, пока двое сойдут, и наклонилась посмотреть, как следующая пара ног ступает по поперечным полосам. Илья смотрел вместе с ней. Впервые за долгое время ему не нужно было подсказывать, куда поставить ногу.

Они не сели на катер. Во второй половине дня обещали дождь, да и собрались только до пристани. Дома Лида отметила карандашом точку, до которой дошли. У Ильи колонка с рабочими вызовами оставалась серой. Он проверил дважды. Потом вынул ложку из кармана и вымыл сам. Лида собралась в мастерскую после обеда, Оксана обещала проводить её домой к ужину.

Он вернулся к пристани после обеда один. Утром хотелось показать Лиде, что он теперь может никуда не спешить. К обеду захотелось просто прокатиться самому. В кассе стояла жена одного из водителей. Она дала ему посмотреть дежурный лист и сказала, что ближайшая посадка через сорок три минуты. Он прежде на такие вещи всегда отвечал, что зайдёт в следующий раз.

— А места на двоих есть? — спросил он.

— Есть. За сорок минут может ещё человек десять прийти. Вы за ней сходите, если недалеко.

Лида теперь складывала у Оксаны новую коробку и просила не забирать до вечера. Илья взял билет на одного. Пока кассирша выбивала чек, он уже приготовился писать дочери, что нашёл хороший маршрут для них. Остановился на слове «нашёл» и убрал телефон. До отправления он сходил к дальним перилам, где вынимали из воды лодочные ступеньки. Мужчина в оранжевых штанах показал на железо за своей спиной. Третий болт с краю почти выпал. Если отпустить ступеньку, она уйдёт под настил. Илья придержал её, пока мужчина доставал инструмент.

Катер пришёл другой, без собаки. При подходе к причалу матрос вышел на нос и отодвинул ногой бухту мокрого троса. Илья увидел парк слева, раньше чем успел сообразить, в какой стороне теперь его дом. Он пересел с кормы вперёд. У правого окна сели трое с одинаковыми кружками. Можно было сойти, найти рыбу и засечь, сколько идти от причала. Тогда с Лидой было бы легче договориться о времени. На пристани он постоял пять минут, пока собирались пассажиры на обратный рейс. До ворот он в первый раз дойдёт с ней.

На обратном пути возле него поставили пустую корзину с большой ручкой. Она занимала столько же места, сколько полная. Мужчина, принёсший её, спросил, не тесно ли. Илья сказал, что ему хорошо. Мужчина кивнул и переставил корзину только к концу пути, когда надо было встать. За пристанью зажигались окна, и в тёмной воде дрожали их отражения. Впервые за столько месяцев Илья съездил куда-то просто потому, что захотел. Дома он положил билет к Лидиному расписанию. Вечером она спросила, где лучше сидеть: впереди, где красиво, или за стеклом, где удобно. Он сказал, что надо попробовать и так и так. Больше про парк в этот день ничего не решали.

• • •

В воскресенье Тамара предложила Илье два дневных выезда. Нужен был второй человек для крепления колясок. Илья согласился на утро, пока Оксана была с Лидой и Тасей в мастерской, и записал в телефоне, к какому часу нужно быть дома. Оксана ещё раз позвонила из автобуса.

— Я обеих заберу и обеих отведу обратно, — сказала она. — В три они разойдутся по домам. В три десять я ухожу на работу. Если опоздаешь, я на улице ждать не буду.

— Я дома с двух.

— Ты себе тоже скажи.

Дима был на второй машине. Он махнул Илье рукой с лестницы, а потом долго не давал поднять боковую створку, потому что проверял ремень. Илья влез с другой стороны.

— Что ты ему ночью обещал? — спросил Дима.

— Кому?

— Мужику с ящиком. Как там, Геннадию с рынка. Он мне утром позвонил, благодарит. Я говорю, какой ящик в субботу, я дома был. Он говорит, вы со своим Ильёй договорились, что ящик сначала поедет, потом он. Мол, Илья слово дал. Откуда у тебя ночь, если Лида одна?

Илья сообразил, о ком речь. В журнале двойника был человек, который хотел забрать со станции старую дачную батарею в фанерном ящике. Ящик в автобус помещался, только тогда в салоне не оставалось места для ходунков. Городскому центру пришлось бы платить за простой. Двойник договорился с водителем попутного фургона. В отчёте Илья нашёл только плату за погрузку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Вы ознакомились с фрагментом книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста.

Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:


Полная версия книги

Всего 10 форматов

bannerbanner