Леди Босс

Ева Ос

Леди Босс

Глава 1

Звонок телефона разрезал тишину кабинета, резкий и настойчивый. Я даже не взглянула на экран — просто сняла трубку, прижимая прохладный пластик к уху.

— Слушаю.

— Как ты могла! — голос матери ворвался в мою голову, и я сразу пожалела, что не проверила, кто звонит.

— Здравствуй, мама. Как у тебя дела? — я откинулась на спинку кресла, прикрыла глаза. Кожаное кресло привычно скрипнуло под моим весом.

— О нет, дорогая! Мне не до шуток!

— Это не шутки, мама. Это вежливость. Ты сама меня этому учила.

— Евгения! Прекрати паясничать!

— Я не паясничаю, мама.

— Мне не нравится твой тон!

— Это взаимно, мама. — Я открыла глаза и уставилась в потолок, где играли тени от вечернего солнца. На губах сама собой появилась улыбка — ироничная, усталая.

— Боже! За что мне такая дочь?

— Я думаю, это карма, мама.

— О боже! Хватит! Тебе тридцать один! Не веди себя как ребёнок!

— Стоит ли мне напомнить, сколько тебе лет, мама?

— Прекрати! Я не собираюсь это терпеть! Просто объясни мне! И хватит говорить со мной таким тоном! Я всегда могу прилететь к тебе первым рейсом, не вынуждай меня!

Я медленно выдохнула. Глубоко. Так, чтобы грудная клетка расширилась, а потом опала. Провела ладонью по лицу, чувствуя, как под пальцами пульсирует начинающаяся мигрень.

— Тут нечего объяснять, мама. Я подала на развод. Наши адвокаты ведут переговоры. У нас брачный договор. Я не вижу проблем.

— Как ты можешь быть такой спокойной? Мне звонила Кларисса! Она в ярости!

При имени Клариссы в висках запульсировало с новой силой. Я прикрыла глаза и надавила пальцами на переносицу.

— Мама, прошу тебя, остановись. Если ты хотела породниться с Клариссой, тебе следовало на ней жениться.

Повисла секунда тишины. Такая тягучая, что я почти слышала, как мать переваривает мои слова.

— Ты! Ты неблагодарная дочь! Твой отец...

Клик.

Я положила трубку на рычаг, не дослушав. Звук удара пластика о пластик прозвучал в тишине кабинета как выстрел.

Я опустила голову и посмотрела на свои руки. Длинные пальцы, аккуратный маникюр, кольцо на безымянном пальце. Сегодня я его сниму. Точно сниму.

Я — генеральный директор «Арт-Код». Моя компания по дизайну и разработке платформ. Моё дитя, которое я создала в восемнадцать. Тринадцать лет жизни — каждый день, каждый час я отдавала этому делу. В бизнесе за мной тянется шлейф безжалостной акулы. Но сейчас, в пустом кабинете, когда вечернее солнце заливало офис янтарным светом, я чувствовала себя просто уставшей женщиной.

Отца я не знала никогда. Моя мать всегда жила легко, порхала по жизни, как мотылёк, не помня имён и не оглядываясь назад. Мне пришлось стать главой семьи слишком рано. Я заботилась о ней, решала её проблемы, тащила на себе, пока она улыбалась и требовала внимания.

Два года назад моя мать познакомилась с Клариссой на теннисном корте. Размахнулась ракеткой с такой силой, что зарядила мячиком прямо в лоб одной из самых известных светских дам страны. Ответственность за этот удар, как всегда, легла на меня. Через год я стала женой молодого успешного бизнесмена. Свадьба была фарсом — обе матери плакали от счастья и планировали каждую мелочь. Я шла под венец, как на деловые переговоры.

Развод предложил он. Я согласилась, даже не моргнув.

Причины? Их было много. Но главная... мы сталкивались лбами в бизнесе — и никогда — в постели. Я не чувствовала его прикосновений. Он не заставлял моё сердце биться быстрее. Наш брак был сделкой, и сделка закончилась.

— Ох, моя голова... — прошептала я, откидываясь на спинку кресла и закрывая глаза.

В кабинете было тихо. Только тикали настенные часы, отсчитывая секунды моей свободы, да где-то внизу гудел город.

Тук. Тук.

— Войдите, — сказала я, выпрямляясь и поправляя воротник белой рубашки.

Дверь приоткрылась, и на пороге появился Лиам. Моему помощнику было всего двадцать три, но он всегда выглядел безупречно: тёмный костюм, идеально завязанный галстук, свежий парфюм. Сейчас он мялся на пороге, переступал с ноги на ногу, и его ладонь нервно теребила узел галстука.

— Прошу прощения, босс, но уже поздно... ну... я... — Он сглотнул, и я заметила, как дёрнулся его кадык.

— Лиам, ты можешь быть свободен, — сказала я, поднимаясь из-за стола. Но он не уходил.

— Ой... нет... я... ну...

— Говори, — я остановилась у края стола и скрестила руки на груди.

— Может... вам что-то нужно?

Его голос дрогнул. Он опустил глаза, закусил нижнюю губу. Пальцы сжались на ткани пиджака. Он нервничал. Краснел. Это было видно даже при тусклом вечернем свете.

Я медленно склонила голову набок. На моих губах появилась хитрая улыбка.

— Нужно.

Я сделала шаг вперёд. Лиам попятился. Он вжался спиной в дверь, и я услышала, как дерево глухо стукнуло о стену. Я подходила медленно, чувствуя, как под каблуками мягко гудит ковёр, слыша его частое дыхание.

Я подошла вплотную. Моя грудь почти касалась его груди. Его зрачки расширились. Он облизнул пересохшие губы и судорожно сглотнул. Мои пальцы скользнули по его плечу, по вороту рубашки. Под тканью я чувствовала, как бешено бьётся его пульс.

Я наклонилась к его уху. Моё дыхание коснулось его кожи, и он вздрогнул.

Щелчок.

Одной рукой я открыла дверь.

— Увидимся в понедельник, Лиам, — прошептала я почти в его губы, а второй ладонью легко подтолкнула его за порог.

— Но Ева... то есть босс... — выдохнул он.

— Хороших выходных.

Дверь закрылась. Щелчок замка прозвучал окончательно.

Я вернулась за стол и устало опустилась в кресло. Провела ладонью по лбу. Пульс в висках отдавался тупой болью.

Зазвонил мобильный телефон. Я вздохнула, взяла его со стола и провела пальцем по экрану.

— Слушаю.

— Девочка моя! Скучала?! Я вернулась!

Голос Нэсси ударил в уши, как звон колоколов. Я невольно улыбнулась.

— Женщина, я вас не знаю.

— Ева! Не смей бросать трубку! Иначе я притащу свой роскошный зад к тебе в офис!

— Мне пора звонить в полицию? — я откинулась на спинку кресла и улыбнулась в потолок, представляя её возмущённое лицо.

— Так! Отбрось свою броню! Ты идёшь со мной сегодня... в новый. Модный. Клуб! И я не хочу слышать «нет»!

— Нэс, я устала, — я потёрла переносицу. — Это был трудный день. Я хочу домой и спать.

— Бла-бла-бла...

— Очень по-взрослому.

— Да пофиг! Ты молода, богата и красива! Самое время тусить! Любая девушка мечтает об этом!

— Сомневаюсь.

— Нуууу Ева! Я так редко прилетаю!

— Женщина, ты прилетаешь слишком часто. Ты модель или бортпроводник?

— Ииии! Обожаю их форму! Эти юбочки, брючки, эти изгибы, их фирменная улыбочка... Ах...

— Я кладу трубку.

— О да! Ты кладёшь трубку и бежишь собираться! Я буду через два часа! Чмоки!

Клац.

Я вздохнула, набрала водителя.

— Машина через пять минут.

Через пять минут я уже сидела в машине. Город проплывал за стеклом — огни, люди, чужая жизнь. У меня была только моя жизнь. Моя компания. Мой дом. Моя собака.

Ещё маленькой девочкой я мечтала о замке. Этот дом я купила после свадьбы. Только сейчас я поняла, что не буду по нему скучать.

Я переступила порог особняка, и тут же ко мне бросилась Синтия — мой ротвейлер, тёмно-палевый, с умными карими глазами. Она виляла хвостом, тыкалась носом в мою ладонь, подпрыгивала на месте.

— Привет, дорогая, — я присела на корточки, обняла её за шею, чувствуя под пальцами тёплую, гладкую шерсть. — Скучала?

Синтия лизнула меня в щёку, и я засмеялась — впервые за весь день.

— Мисс, с возвращением, — раздался голос из гостиной.

В холле появился Саймон. Ему было всего двадцать, он был невысоким, смуглым, с открытой улыбкой и тёмными глазами. Саймон приехал из Мексики год назад и стал моей правой рукой в доме.

— Саймон, я ухожу, — сказала я, поднимаясь. — Буду поздно... или завтра.

— Хорошо, мисс. Принести вам что-нибудь перед выходом?

— Нет, спасибо.

Я поднялась в спальню. Сняла строгий костюм, расстегнула рубашку, и она скользнула с плеч на пол.

Я остановилась перед зеркалом. На меня смотрела женщина, которую я знала, но не всегда узнавала. Чёрные волосы, густые и тяжёлые, рассыпались по обнажённым плечам, касаясь ключиц. Карие глаза с длинными, пушистыми ресницами смотрели устало, но в них всё ещё тлел огонь — тот самый, который помогал мне выживать в мире, где слабость не прощают. Высокие скулы придавали лицу аристократичную остроту, а пухлые губы, чуть приоткрытые, словно просили поцелуя. Тело — соблазнительные изгибы, тонкая талия, округлые бёдра, высокая грудь — всё это было моим оружием, которым я почти не пользовалась.

Красивая. Да, я знала это. Но внутри, под этой оболочкой, жила уставшая женщина, которая мечтала о том, чтобы кто-то однажды сказал ей: «Ты не обязана быть сильной. Просто будь собой».

Я надела любимое чёрное шёлковое платье. Оно облегало каждую линию, подчёркивая изгибы, струилось по бёдрам, открывало плечи и спину почти до поясницы. Я поправила волосы, позволяя им свободно падать на спину, и нанесла на запястья каплю духов — с нотами ириса и сандала. Тёплый, обволакивающий аромат окутал меня, добавляя уверенности.

Спустилась вниз. Синтия уже ждала у двери.

— Прости, дорогая, я тороплюсь, — прошептала я, погладив её по голове.

— Уууу... — она положила голову мне на колено.

— Обещаю, я поглажу твой живот, как только вернусь.

Зазвонил мобильный телефон. Я вздохнула и поднесла трубку к уху.

— Эй! Я тут! Спускайся или я поднимусь сама!

— Нет. У Синтии будет стресс. Подожди в машине, я выхожу.

— Ты сейчас серьёзно? Она же собака!

— Я выхожу.

Я поцеловала Синтию в макушку и вышла за дверь.

Вечерний воздух обжёг открытые плечи. Свежий, с запахом асфальта и городской пыли. Небо было тёмно-синим, почти фиолетовым.

И в этом небе, прямо у моего дома, стоял лимузин.

Белоснежный. Длинный. Кричаще роскошный.

Я замерла на крыльце. Внутри всё сжалось от неловкости. Нэсси вылетела из машины, вся сияющая, в коротком золотом платье.

— Куколка!

Я посмотрела на неё с укоризной, хотя уголки губ предательски дрожали от сдерживаемого смеха.

— Я иду домой.

— А ну стоять!

Она схватила меня за руку и втолкнула в салон. Я упала на мягкое розовое сиденье. Всё внутри лимузина было розовым — обивка, подушки, даже подсветка. Это было нелепо, по-детски, по-нэссински.

— Мы едем тусить! — Нэсси захлопнула дверцу.

— Ты его не угнала?

— Боже, Ева! Нам тогда было по двадцать пять, и это ТЫ была за рулём!

— Да, — я прищурилась. — Ты была сильно пьяна и не помнила, откуда его угнала.

Нэсси залилась смехом — громким, искренним.

— Это была незабываемая ночь!

— То есть ты всё помнишь?

— Ну, местами. Вот утро в полицейском участке — помню.

— А я хочу забыть.

— Фу, Ева! Не будь занудой! — она открыла холодильник и достала бутылку шампанского. — У нас есть немного времени, пока мы едем. Устраивайся поудобнее.

Хлопок.

Пробка вылетела с громким звуком, и Нэсси ловко разлила золотистую жидкость по бокалам.

— Да! Я всё ещё профи! — она протянула мне бокал. — За нас, детка!

Я взяла бокал и сделала глоток. Прохладная жидкость обожгла горло.

Мы выпили почти всю бутылку, когда лимузин остановился.

Клуб. Огромное здание из стекла и бетона, подсвеченное неоновыми огнями. Очередь у входа. Повсюду постеры, баннеры, неоновые вывески в стиле девяностых. Люди в ярких костюмах, платформы, кислотные цвета.

Я повернулась к Нэсси.

— Это шутка?

— Неееа...

— Ты сказала, это открытие модного клуба.

— Да. Сейчас ночь, и он открылся!

— Это не реально, — я покачала головой. — Я, должно быть, ударилась головой о лимузин, и теперь мне это мерещится.

— Мерещитсяяя! Моя большая то-ли малаяяя! Медведицааа!

— Я вызываю неотложку.

— Да успокойся, — она взяла меня за руку. — Клуб и правда модный, открылся пару недель назад. По пятницам они проводят тематические вечеринки. К тому же говорят, что хозяин клуба — молодой и горячий парень. Пошли, тебе понравится.

Нэсси подмигнула и, вильнув бедром, направилась к входу. Охранник при виде неё сразу расплылся в улыбке, распахнул дверь, даже не взглянув на список. Я тоже расплылась в улыбке. Это же Нэсси. Я давно к этому привыкла: перед Нэсси не устоит ни один мужчина. Темнокожая, высокая, с идеальной фигурой и такой улыбкой, что любой готов открыть перед ней двери.

Она взяла меня за руку и потащила за собой, ловко лавируя между людьми, как будто здесь была сотню раз.

— Ну что, детка? Я же говорила — всё устроено. Без очереди!

Я хохотнула, а она уже потащила меня внутрь.

Музыка ударила в грудь, как вторая пульсация. Интерьер был стильным — чёрный мрамор, неон, золото. В воздухе витал запах дорогих духов и сладкого дыма.

Нэсси сразу унеслась к бару. Я пошла за ней, села на высокий барный стул. Мы сделали заказ, и через пару минут бармен поставил передо мной коктейль, украшенный долькой апельсина. Я сделала глоток — сладкий, с кислинкой и с лёгкой горечью.

Мы заказали и выпили ещё по несколько шотов, болтая о всякой ерунде. Нэсси успела рассказать последние сплетни и пару раз рассмешить до слёз не только меня, но и бармена. Он уже перестал скрывать улыбку и то и дело поглядывал на неё, забывая про свои обязанности. А я... я наконец расслабилась. Тепло разлилось по телу, привычная жёсткость отступила.

Нэсси повернулась ко мне, её глаза блестели.

— Так, а теперь рассказывай, с кем ты спишь?

Я поперхнулась.

— В смысле?

— Я тебя давно знаю, — она подалась вперёд. — Пусть ты окружила себя молодыми мальчиками, которые мечтают, чтобы ты заметила их, но ты хочешь настоящего мужчину.

Я снова поперхнулась.

— Да ладно, дорогая, — она улыбнулась. — Ты согласилась на развод, потому что он тебя не любил. По-настоящему. Как мужчина женщину.

Я поставила бокал.

— Допустим, суть ты угадала. Но я держу мальчиков рядом, потому что они не пытаются отобрать у меня власть, как все мужики.

— Детка, не нужно отдавать власть, — Нэсси взяла меня за руку. — Просто поддайся пару раз.

— Поддаться и проявить слабость? — я усмехнулась. — В бизнесе это значит проиграть и потерять всё.

— Уууу... — она покачала головой. — Но это не бизнес, Ева. Это секс. А что насчёт любви?

— Физическое влечение, переходящее в зависимость, — сказала я медленно. — Оно причиняет боль и дискомфорт.

Нэсси вздохнула.

— Ох, детка... я знаю, у тебя не было достойного примера перед глазами. Твоя мама... тебе пришлось о ней заботиться. Но любовь есть, Ева. И ты её найдёшь.

— Ваша подруга права.

Голос раздался так близко, что я вздрогнула.

Я резко обернулась.

Передо мной стоял мужчина. Я даже не заметила, как он подошёл. Он был высоким — выше меня на целую голову. Светлые волосы, чуть растрёпанные, падали на лоб. Голубые глаза смотрели на меня с лёгкой усмешкой. Широкие плечи обтягивала простая чёрная рубашка, расстёгнутая на две верхние пуговицы. Я видела, как ткань повторяет каждый изгиб его мышц — рельефную грудь, сильные руки, узкую талию.

Он смотрел на меня, и я чувствовала, как этот взгляд проникает под кожу, касается чего-то глубокого, спрятанного.

— Вы достойны любви, — сказал он тихо. В его голосе звучал бархат. Глубокий, тягучий.

Я не могла сказать ни слова. Только смотрела в его голубые глаза и чувствовала, как что-то в груди сжимается, а внизу живота разливается тёплая волна.

Нэсси рядом со мной заулыбалась во все тридцать два зуба.

— Я не собирался вам мешать, — добавил он.

— О, милый, ты не мешаешь! — Нэсси подалась вперёд. — Я Нэсси, а это Ева. Мы говорили о том, что Еве нужна любовь. Или хороший секс.

Арон ничуть не смутился. Он чуть склонил голову, и лёгкая улыбка тронула его губы.

— Я Арон, — сказал он, глядя мне прямо в глаза. — Рад знакомству, дамы.

Арон. Красивое имя. Оно звучало мягко и твёрдо одновременно.

Он не сводил с меня глаз. Я чувствовала, как его взгляд скользит по моему лицу, по шее, задерживается на ключицах. Потом его глаза опустились к моим губам. Я видела, как он медленно облизнул свои, и в глубине его зрачков вспыхнул огонь.

Тело отреагировало мгновенно. По спине пробежали мурашки. Сердце забилось чаще. Внизу живота — пульсирующее, горячее томление.

Он сделал шаг ко мне. Ближе. Ещё ближе. Его запах — древесный, с нотами цитруса и морской соли — ударил в голову, пьянящий, сильный.

Он наклонился к моему уху. Я слышала его дыхание — тёплое, ровное. Оно коснулось моей кожи, и я почувствовала, как по телу прошла дрожь.

Его губы почти касались моего уха, когда он прошептал, так тихо, что слышала только я:

— Ева.

Пауза. Одна секунда. Две. Три удара сердца.

— Позволь мне помочь тебе.

Глава 2

Арон нависает надо мной. Одной рукой он опирается на спинку стула, другой касается моей шеи. Кончиками пальцев медленно поднимается к уху. Дрожь пробегает по телу от его прикосновений. Он наклоняется ближе, вдыхает мой аромат, и тихий стон срывается с губ. Пальцами проводит от завитка уха к мочке и останавливается около серьги.

Клац.

Застёжка на серьге щёлкнула.

С изумлением касаюсь уха.

— Твоя серьга могла упасть, — говорит он.

Его пальцы, всё ещё касающиеся моего уха, оставляют на коже горячий след. Воздух между нами становится плотным, вязким. Вдыхаю его запах — терпкий, дымный, с нотами мускуса и кожи. Такой соблазнительный, что голова идёт кругом.

До меня доходит значение слова «помочь». Вспыхиваю, заливаясь румянцем до кончиков ушей. Хорошо, что в клубе темно и Арон не видит этого.

— Спасибо, — выдавливаю из себя.

Арон подмигивает. В его глазах пляшут бесята, на лице — хитрая ухмылка.

— Ещё не за что, красавица.

Он отстраняется, а я краснею ещё сильнее.

— Вини!!! О боже! Я не сплю! — визг Нэсси врезается в моё ухо. — Ущипни меня, Ева! У кого-то сегодня будет секс!

— Кажется, тебя пора отшлёпать, Нэсси, — с укоризной смотрю на подругу.

— О да, детка! Шлёпай меня хоть всю ночь! — хохочет она.

Закатываю глаза. Арон смеётся — низко, раскатисто.

— Могу я составить вам компанию, леди? — спрашивает он.

— Нет, — отвечаю я.

— Да!!! — перебивает Нэсси. — Не слушай её, она забыла, как общаться с мужчинами!

— Нэс, я каждый день общаюсь с мужчинами, — возражаю. — Сегодня просто не в настроении.

— Нууу нет! Неааа! Это другое! — она машет руками. — Выключай этот свой режим начальника и расслабься! Этот котик остаётся с нами, и точка! И не смотри на меня так! Твои ягнятки славные, но у них нет того, что есть у настоящего мужчины!

— Нэсси! Остановись.

Она хитро улыбается и театрально проводит рукой у рта, изображая замок.

— Ягнята? — Арон приподнимает бровь. — У тебя своя ферма?

Нэсси не выдерживает и сгибается пополам от смеха, вытирая слёзы.

— Оооо дааа! Она разводит миленьких маленьких ягнят!

— Не обращай внимание на всю ту чушь, что говорит её маленький ротик, — ухмыляюсь и смотрю на Нэсси.

Она улыбается в ответ. Нэсси любит эту игру. Она принимает вызов, и становится понятно, что я проиграла.

— Ооо, если бы ты знала, дорогая моя, какой у меня ротик! — Нэсси подаётся вперёд. — Ты бы слышала, как стонал тот стюард сегодня в самолёте. Зубами сняла с него брюки, закрылась носом у него в паху, и ласкала языком его...

— Нэс, хватит. Мы поняли, — обрываю я.

Арон стоит слегка ошарашенный, но быстро приходит в себя и посылает свою обезоруживающую улыбку.

— Тааак вот, красавчик Арон, — Нэсси поворачивается к нему. — Её ягнятки не могут её удовлетворить, поэтому сегодня я возлагаю эту обязанность на тебя! А теперь кыш с моего пути! Лет двадцать не слышала этой песни и хочу танцевааааать! Не ищите меня! Не тратьте своё время! Займитесь сексом! Целую!

Нэсси с визгом умчалась на танцпол, словно ураган, послав нам воздушные поцелуи. Арон с улыбкой проводил её взглядом и посмотрел на меня.

— Твоя подруга всегда без тормозов?

— Она классная, но чокнутая. С такой подругой враги не нужны.

Арон смеётся.

— Я могу сесть? — он указывает на свободный стул.

— Да. Думаю, после такого я должна тебе выпивку.

Он снова смеётся.

— Ты всегда берёшь ответственность на себя, да? — спрашивает Арон.

— Она сделала это ради меня. Мне нужно взять ответственность.

— Похвально. Думаешь, это не опасно?

— Ты о себе? — приподнимаю бровь.

Арон смеётся — низко, хрипло.

— Я не опасен для тебя, Ева.

— Так сказал бы любой маньяк.

Он смотрит мне в глаза. В его взгляде появляется огонёк, и я тону в омуте его голубых глаз.

— Верь мне, Ева.

— Заезженная фраза, Арон, — закатываю глаза.

Он хохочет. Придвигается ближе и обворожительно улыбается.

— Мне нравится, как ты произносишь моё имя, Ева.

Подмигивает, и сердце делает кульбит.

— Я говорил о твоей подруге и её поведении, — поясняет он.

— Это просто способ защитить себя, — пожимаю плечами.

— В этом вы похожи, — замечает он.

— Поясни, — приподнимаю бровь и слегка хмурюсь.

— Ты тоже стараешься защитить себя, — говорит он тихо. — Выстраиваешь ледяную стену между собой и другими. Боишься боли.

— Ты психолог? — усмехаюсь я. — Сколько с меня за сеанс? С собой только кредитка, чеки принимаете?

— Эй... эй, спокойно, — он поднимает руки. — Закрыли тему. Теперь выпивка с меня. Выбирай.

Он аккуратно берёт меня за руку, заглядывает в глаза и дарит мягкую, извиняющуюся улыбку. По телу разливается тепло.

— Чивас и кубик льда, — говорю я.

— Будет исполнено, моя леди.

Он подзывает бармена и заказывает два напитка. Бармен быстро разливает виски по стаканам, добавляет лёд и протягивает.

Делаю большой глоток и довольно киваю.

— Мир? — спрашивает Арон.

Киваю.

— Как тебе клуб?

Оглядываюсь вокруг. Танцпол утопает в неоновом свете, струящемся по чёрному мрамору, как жидкое золото. В глубине бара светится бархатная подсветка, над головой нависают хрустальные люстры, преломляющие свет в тысячи искр. В воздухе смешиваются запахи дорогих духов, терпкого виски и сладкого дыма.

— Клубы — это не моё, — признаюсь я. — Если бы не Нэсси, спала бы дома.

— Я рад, что ты здесь, — говорит он.

Смотрит с нежностью, и время останавливается. Сердце бьётся чаще. Невозможно отвести взгляд.

Озорная улыбка снова появляется на его лице.

— Интересно твоё мнение об этом клубе, красавица.

— Что ж... — я делаю паузу. — Не видя всего клуба, объективную оценку дать нельзя. Тематика скучная, интерьер интересный, но дизайн мог быть лучше. Выпивка хорошая, кухню не пробовала. Оценку танцпола скоро даст Нэсси.

Арон смеётся.

— Ты из тех, кто составляет таблицы и графики?

— Это плохо? — уточняю я.

— Нет. Очень мило, — качает он головой. — Но я не прошу тебя проводить анализ и составлять таблицы. Просто скажи, что ты чувствуешь, красавица.

Смотрит с хитрой улыбкой.

— Эм... Тут хорошо, — говорю я.

— Только хорошо?

— Не знаю.

— Так не пойдёт, — качает он головой.

Жестом подзывает бармена, показывает на пустые стаканы. Тот кивает и наливает ещё.

— Пей и пойдём.

— Куда?

— На танцпол.

— О нет, я не танцую.

— Не обсуждается, — улыбается он.

Одним глотком опустошает бокал и протягивает мой.

— Что ты задумал? — спрашиваю я.

— Оценим танцпол и составим таблицу.

Подмигивает.

— Ну же, красотка.

— Хорошо, — вздыхаю я.

Выпиваю залпом, встаю и иду на танцпол. Арон спешит следом.

Протискиваемся в центр, где музыка пульсирует так сильно, что вибрация проникает в каждую клетку. Басы отдаются в груди, в животе, между ног. Поворачиваюсь к нему спиной и покачиваю бёдрами в такт.

Он кладёт руки на мои бёдра и слегка притягивает к себе. От его прикосновения по телу пробегает электрическая волна. Извиваясь в его руках, трусь о его мускулистое тело, чувствуя жар. Сердце готово выскочить из груди.

— Ты чертовски сексуальна, Ева, — шепчет он на ухо.

Волна возбуждения разливается по телу, стекаясь в центр желаний. Выгибаюсь в спине и трусь о его бёдра. Он хочет, я чувствую.

— Боже, крошка! — выдыхает он.

Прижимаюсь ближе. Он скользит руками с бёдер к груди, пальцы ласкают через тонкую ткань платья. Охаю и теряю связь с реальностью, погружаясь в туман. Его лоб прижимается к моей шее, дыхание обжигает кожу. Стон вырывается из груди.