Землянка для стражей Авалора

Я попала в далекое будущее, и я – единственная выжившая землянка.

Алчный работорговец хочет меня продать, страшные космические пираты охотятся за мной, а незнакомка советует мне не попадать в руки к безжалостным валькийцам. Мне надо найти способ вернуться домой.

Кто меня спасет? И что делать, если я не захочу возвращаться?

Читать здесь: https://litnet.com/shrt/Vt9a

Все книги фантастически горячего литмоба "Спасти землянку":https://litnet.com/shrt/Vtya

Глава 17. Обед

Кас молча развернулся и направился в коридор, не оглядываясь. Я поспешила за его широкой спиной, скрытой теперь чёрным кителем, но, едва шагнув за порог комнаты, замедлила шаг.

Коридор выглядел внушительно: высокие стены, плавно переходящие в сводчатый потолок, подсвечивались мягким белым светом. Везде царила стерильная чистота. На гладких поверхностях не было видно ни единого шва, будто весь корабль вырезали из цельного куска какого-то непонятного материала.

Пол слегка пружинил под ногами, издавая приглушённые звуки при каждом шаге. Я почувствовала себя маленькой в этой огромной, чуждой среде.

И тут мой взгляд зацепился за что-то совершенно неожиданное. Слева от меня, прямо в стене, был большой овальный иллюминатор. Я застыла, заворожённо уставившись в бесконечную глубину космоса.

Тьма, пронизанная серебряными нитями звёзд, окружала корабль со всех сторон. Вдалеке светилась какая-то яркая туманность, переливаясь всеми оттенками синего и пурпурного.

Каждая звезда казалась живой, пульсирующей, готовой рассказать свою историю. Мой взгляд скользил от одного светила к другому, пока грудь не наполнилось странным трепетом.

— Ещё скажи, никогда космоса не видела, — раздался за спиной голос Каса. — Хорошая актриса, — добавил он холодно.

Я обернулась, поражённая его тоном, но всё-таки ответила:

— И правда не видела.

Кас нахмурился, его взгляд стал внимательнее.

— Никогда? — спросил он с усмешкой.

— В этой шлюпке, на которой я убежала с корабля Лорда, но там было как-то не до вида из окошка.

Он молчал. Я тоже. Так мы и стояли, молча смотря в темноту.

— А это что? — я указала на светящийся газовый вихрь вдалеке, стараясь скрыть неловкость.

— Туманность Селики, — ответил он неохотно, будто объяснять мне что-либо было ниже его достоинства.

— А эти звёзды? — я прищурилась, указывая на странную цепочку светил, которая будто складывалась в фигуру.

— Это не звёзды. Это пояс астероидов. — Он замолчал на мгновение, но, увидев мой заинтересованный взгляд, нехотя продолжил: — Здесь полно обломков. Осторожнее, если вдруг окажешься за пределами корабля.

Я невольно вздрогнула.

— Как это “за пределами”?

— Ну знаешь, — он пожал плечами, — всякое бывает. Иногда люди оказываются за бортом.

Вот это тёплый приём…

— А что здесь делают люди? Ну, в смысле... не вы. Другие.

— Одни живут, другие выживают, — сухо ответил он, наконец отворачиваясь. — Хватит любоваться, пошли.

Но теперь я не тащилась за ним как испуганный щенок. Мы шли бок о бок.

Всё бы ничего, но я чувствовала странное волнение, когда находилась рядом с ним...

Столовая оказалась просторной, светлой, но не слишком уютной. Вместо столов и стульев стояли длинные скамьи, закреплённые к полу, и панели с непонятными кнопками вдоль одной из стен.

Я не знала, чего ожидать, но точно знала, что этот ужин с Касом не пройдёт спокойно.

Глава 18. Острые слова

Кас подошёл к одному из аппаратов, которые напоминали гибрид микроволновки и кофемашины, и, оглянувшись через плечо, спросил:

— Что будешь?

Я растерялась, разглядывая странные панели.

— А что тут вообще есть?

Кас закатил глаза и провёл пальцем по сенсорному экрану. На нём появились картинки, которые я едва могла опознать: какие-то разноцветные супы, сероватые лепёшки, напитки с непонятными пузырьками.

— Всё это... еда? — осторожно уточнила я.

— Еда. Какая-никакая, — пробурчал он.

Я усмехнулась.

— Знаете, на Земле у меня было любимое блюдо. Холодец.

— Холодец? — переспросил Кас с явным недоверием, поворачиваясь ко мне. — Холодный?

— Нет. То есть да. Это… мм… желе! Только не какой-нибудь там ягодный десерт, а из мяса. Это сытное блюдо из охлаждённого мясного бульона с кусочками мяса. Мама сначала варила его весь вечер, а потом остужала, а мы… — я замолчала, потому что Кас смотрел на меня как на душевнобольную.

— И на следующий день мы ели его с майонезом и хлебом... — я вдруг почувствовала себя полным дикарём.

И почему я решила, что это хорошая идея — рассказывать о холодце?

— Холодное желе из животного?

Я похлопала глазами.

— Ну, да, — ответила я. — Очень вкусно, между прочим.

Он фыркнул и нажал пару кнопок на аппарате. Машинка зажужжала, а через несколько секунд издала короткий писк. Кас поставил передо мной поднос.

На нём было что-то отдалённо напоминающее рагу: тушёные овощи с кусочками мяса, плавающие в густом соусе. А ещё что-то, напоминающее пирожок.

— Это не холодец, — пробормотала я.

— Будешь есть или продолжишь жаловаться? — спросил он, садясь напротив.

Я взяла приборы — не вилка и нож, а что-то вроде палочек, только соединённых внизу. После нескольких неуклюжих попыток я всё же поднесла кусочек еды ко рту, но ощущение чужого взгляда остановило меня.

— Ты так и будешь всю дорогу смотреть? — не выдержала я.

— Какую дорогу?

— У нас на Земле так говорят: “всю дорогу”. Это значит — всё время.

— А что мне остаётся? — он усмехнулся.

— Поешь тоже, — предложила я, поднимаясь.

Кас скривился, но не возражал.

— Что ты любишь больше всего? — спросила я,

А ведь и правда интересно!

— Сурманы с Эритреи, — неохотно ответил он.

Я подошла к тому ящику, из которого Кас взял еду для меня. Дааа… На такой кухне сложно будет почувствовать себя хозяйкой.

— И почему тебе нравится это блюдо? — добродушно спросила я.

— Это не блюдо, а фрукт.

— А, наверное у вас напряжёнка с реальной едой. Не вот с этим из пакетов, — хмыкнула я.

— Это единственная еда, которая мне нравилась, пока мы учились.

Я отвлеклась от пакетов и посмотрела на него.

— Долгое обучение?

— Да, — холодно ответил он.

И прежде чем я успела сдаться и прекратить поиски, он стремительно подошёл ко мне и вытащил нужный пакет из ящика.

Я замерла, потому что оказалась практически в его объятиях

Его грудь была в опасной близости от моей спины. Тепло его тела обжигало, а запах... Боже, он пах свежестью и чем-то терпким, вызывающим дрожь. Я замерла. Но когда он случайно коснулся моей спины своей могучей грудью, меня всю прошибло таким диким желанием, что я резко обернулась, будто меня ошпарили!

Подняла голову и поняла, что сделала только хуже!

Теперь мы оказались нос к носу, и в комнате стало странно тихо.

Я чувствовала его дыхание у себя на губах. Безумно хотелось, чтобы он наплевал на то, что считает меня преступницей, и поцеловал!

Мне!

— Простите, — резко выдохнула я.

Он нахмурился и прищурился. Напряжение между нами возросло во сто крат!

Дзынь! Я аж подпрыгнула от страха.

Звук приготовившегося блюда вывел нас из этого странного оцепенения.

— Садись, — коротко бросил Кас, отстранившись.

Я повернулась к нему спиной, пытаясь отдышаться. Мне стало легче, когда между нами оказался стол.

Почему этот мужчина так действует на меня?

Что вообще это было?

Он сел напротив, снова приняв свою обычную холодную и чуть отстранённую позу.

— Так кто вы? — спросила я наконец, нарушая тишину.

Кас поднял взгляд. Его глаза были как лёд — равнодушные и проницательные одновременно.

— Мы те, кто спас твою жизнь, — ответил он сухо, будто это объясняло всё.

— И вы думаете, что я преступница? — я подняла одну бровь, не сводя с него взгляда.

Кас прищурился, уголки его губ чуть дрогнули.

— А ты меня переубедишь?

— А это возможно? — я пожала плечами, продолжая с вызовом смотреть ему в лицо.

— Маловероятно, — усмехнулся он, снова беря в руки свои странные столовые приборы, оказывается я держала их неправильно.

Я тоже начала есть. Терпимо. Даже вкусно.

— Знаете, вы слишком уверены в своей правоте для человека, который даже не в курсе, кем я была на Земле, — сказала, прожевав первую порцию еды.

— Мне достаточно видеть, кем ты стала здесь, — огрызнулся он, отодвигая тарелку.

Я резко положила приборы на стол и посмотрела на него.

— И кем же, по-вашему? — мой голос прозвучал как-то слишком громко.

Он откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, и с какой-то ледяной усмешкой произнёс:

— Просто шлюха, которая пытается продать себя подороже.

Эти слова ударили, как пощёчина. Я резко вскочила, опираясь руками о стол, чтобы подавить дрожь в теле.

Грудь сжалась от злости и унижения, щеки залились краской.

Я хотела что-то сказать, но слова застряли в горле. Вдохнула глубже, чтобы сдержать слёзы.

Нет, он не получит такого удовольствия!

— Наглый, самоуверенный… самец! — выдохнула я, наклонившись вперёд, чтобы оказаться ближе к его бесстыдно спокойному лицу.

Его глаза блеснули опасно, будто я только что бросила вызов, который он с радостью принял. В комнате повисло напряжение, будто воздух стал плотным и тяжёлым.

— Ничего ты не понимаешь! И даже не желаешь понять!

Кас тоже встал со стула и перегнулся через стол, чтобы заглянуть мне прямо в глаза.

— Потому что нечего здесь понимать! — прорычал он мне прямо в лицо.

И тут дверь в столовую открылась, впуская яркий свет из коридора, вместе с которым вошёл и Дар.

Оглядев нас, наклонившихся друг к другу, он с широкой улыбкой на лице заявил:

— Вот это я понимаю — романтика! А мне место за столом найдётся?

Глава 19. Дар

Когда Дар вошёл в комнату и застал нас с Касом в этой странной позе посередине ссоры, я резко отстранилась, едва не перевернув контейнер с едой.

Он, казалось, вовсе не заметил напряжения, пропитавшего воздух. С лёгкой улыбкой Дар прошёл мимо молча кипящего Каса и устроился рядом со мной за столом.

— Ну надо же, сероглазка! — начал он, театрально складывая руки на груди. — Я ещё не видел, чтобы Кас так волновался из-за девушки.

Дар, казалось, был в восторге от увиденного. В его голосе сквозила насмешка, но она не казалась злой.

Кас тут же выпрямился, откидываясь обратно на стул. Его лицо вернуло прежнюю маску равнодушия, как будто ничего не произошло.

— Я не волнуюсь, — процедил Кас, берясь за приборы.

Дар, ничуть не смущаясь, рассмеялся:

— Так не волнуешься, что аж желваки на лице ходят.

Я села обратно, стараясь не встречаться взглядом ни с одним из них.

— Ну, как обед? — спросил Дар уже у меня, зацепив взглядом мою почти нетронутую порцию, и едва заметно наклонился ближе.

Я вздохнула и отодвинула от себя еду.

— Ешьте сами, если хотите.

Дар усмехнулся и взглянул на Каса, тот молча сжал губы, выражая явное недовольство.

— Куда мы летим? — спросила я нервно, чтобы сразу расставить точки над и.

Дар легко принял брошенную тему:

— Сначала — снять артефакт.

— А потом? — требовательно спросила я.

От его ответа стало ещё тревожнее. Я прикусила губу.

— Мы с братом поможем тебе обосноваться в Империи.

— Вы — братья? — мой взгляд метнулся к одного к другому.

— Не кровные, — пояснил Дар. — Мы…

— Братья по клятве, — резко перебил Кас. — Так что не вздумай пытаться запудрить мозги одному из нас. Мозги или… другие части тела, — добавил он почти с отвращением.

Тон его слов хлестнул, как удар плетью. Я вскочила с места, отчаянно пытаясь скрыть пылающий гнев.

— Приятного аппетита, — холодно бросила я, вставая из-за стола.

Могут везти меня куда хотят, но оскорблять себя я не позволю.

Это была основная причина, почему у меня не случилось серьёзных отношений дома, на Земле. У меня высокие требования к окружающим меня людям. И оскорбления в число допустимого точного не входят.

Дар удивлённо присвистнул:

— Я что-то пропустил?

— Ничего важного, — огрызнулся Кас, но я уже была у выхода.

В коридоре я задыхалась от гнева. Это был предел! Кто он такой, чтобы так со мной говорить? Считает меня девушкой лёгкого поведения? За то, что я оказалась на аукционе? Ну так меня спросить забыли, хочу я быть проданной с молотка или нет!

Я обхватила себя за плечи, пытаясь успокоиться. В груди всё кипело. Нет, так просто я это не оставлю.

Только бы разобраться, куда идти… Коридор был одинаков в обе стороны.

Шум шагов за спиной заставил меня замереть. Дар вышел за мной.

Он, конечно, выглядел более дружелюбно, чем его ледяной напарник, но всё равно был частью этой странной компании, так что я относилась к нему с долей недоверия.

— Что случилось? — спросил он, склонив голову. — Ты выглядишь так, будто готова кого-то убить.

— Может, и готова, — призналась я, поджимая губы.

— Послушай, у Каса свои причины… Он не доверяет людям, особенно чужакам. И да, у него своеобразное отношение к аукционам и девушкам, которые выставляют себя на продажу.

Я резко повернулась к Дару.

Хотела, чтобы получилось эффектно, но в итоге практически уткнулась носом в его грудь.

Дару хватило доли секунды, чтобы поймать меня за локоть, удерживая от падения.

От прикосновения этого мужчины, по всему телу пробежалась приятная дрожь, и я удивлённо приоткрыла рот.

Его взгляд был тёплым, но я ощущала под этим слоем стальную уверенность.

— Я не пытаюсь его оправдать, — мягко сказал он, глядя мне в глаза. — Просто хочу, чтобы ты знала: это не из-за тебя. Просто дай ему немного времени и позволь узнать себя.

На миг я замерла, не находя, что ответить. Дар, воспользовавшись заминкой, сделал шаг назад, оставляя мне пространство, но его взгляд всё ещё был прикован ко мне.

Он был выше и мощнее меня, а гневно высказывать что либо, задирая голову вверх, было как-то не сподручно.

Дар хмыкнул, смотря в моё лицо.

— Ну говори, раз уж собралась, — подначил он.

— Не буду! — упрямо заявила я.

Вот ещё! Оправдываться перед этим нелюдем!

И пошла по коридору сама не знаю куда.

Дар спокойно последовал за мной с лёгкой усмешкой на губах.

Когда я поняла, что ни в жизни не найду дорогу в ту комнату с кроватью, то попыталась открыть просто первую попавшуюся, но сенсор отреагировал красным цветом.

Я гневно прикусила губу и пошла к следующей двери. Она тоже не открылась. А вот следующая открылась!

И я с радостью вошла в просторную каюту, где у левой стены располагалась кровать, а справа какой-то странный стол… А! Да это же бильярд!

Дар вошёл за мной, и дверь закрылась.

— Добро пожаловать в мой жилой блок, — сказал он.

Я удивлённо обернулась.

— Я пришла в твою комнату?

Дар усмехнулся.

— Меня тоже порадовал твой выбор двери.

Глава 20. Напряжение

Я стала рассматривать всё, что было в комнате.

Сразу захотелось заглянуть в магазин с уютной мелочёвкой и текстилем, так пусто было.

— Это твоё? — спросила я, глядя на стол для бильярда.

Он не был зелёным, как я привыкла, но по углам четыре лунки, а сбоку прикреплён кий, правда какой-то короткий.

— Моё, — подтвердил Дар, с лёгкой улыбкой наблюдая за моей реакцией.

Я изучала обстановку, пока он подошёл к стене.

— Садись, — сказал он, жестом приглашая меня к кровати. — Ты ведь так и не поела.

— Я не голодна, — пробормотала я, но всё же опустилась на краешек кровати.

Дар подошёл к казалось бы глухой стене, прикоснулся к невидимым мне кнопкам и достал откуда-то контейнер с едой, активировал устройство для подогрева пищи, а потом подошёл ко мне, протягивая контейнер.

— Ешь. Мне не нравится видеть тебя в таком состоянии, — его голос стал почти нежным.

— Спасибо, — пробормотала я, разглядывая содержимое. Овощи, какой-то горячий напиток. Всё выглядело лучше, чем то, что предлагал Кас.

Я подняла глаза, встретив его взгляд. В нём было что-то, что заставляло моё сердце ускориться.

— В каком? — спросила я.

Он наклонился, убрав с моего лица прядь волос. Это движение было таким естественным, что я даже не успела запротестовать. Его пальцы задержались на мгновение, а потом скользнули вниз, оставляя за собой едва ощутимый жар.

— Когда ты нервничаешь и пугаешься любой тени.

Мои щёки вспыхнули, я отвела взгляд, но его слова продолжали звучать в ушах.

Однако обида никуда не ушла.

— А ты значит, к чужакам и… — я помедлила, не желая говорить это слово, но сказала, — шлюхам… относишься положительно?

Он поднялся, отступая на шаг.

— Ты не выглядишь, как шлюха, — сказал он.

Я резко повела подбородком. Тоже мне комплимент.

— Ты не могла добровольно продаться.

Я моргнула, смутившись.

Дар сел в кресло у кровати и расслабился.

— Ешь. Я не хочу, чтобы ты свалилась от голода.

Я наблюдала за ним, пытаясь понять, что он за человек. Точнее не человек... В его лёгкой улыбке и уверенных движениях чувствовалось что-то, что притягивало, заставляло хотеть узнать его лучше.

— А вы кто такие? Не пираты, но и на полицию не похожи, — прищурила глаза я.

Дар сидел в кресле, расслабленно откинувшись, словно был хозяином не только этого пространства, но и всего мира.

Его поза казалась небрежной, но я чувствовала в ней силу — это был тот случай, когда даже неподвижность могла сводить с ума.

— Спецотряд космофлота, — просто ответил он.

— Из двух человек? — недоверчиво спросила я.

— А больше и не надо.

Он перекинул одну ногу через другую, кончиками пальцев постукивая по подлокотнику.

Я сидела на его мягкой кровати и подняла голову, встречаясь с его взглядом. Он был прикован ко мне, изучающий и глубокий, как будто Дар читал меня, слой за слоем, и находил в этом удовольствие.

— А ты всегда такой? — спросила я, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

— Какой?

— О-очаровательный, — выдохнула я, и опустила глаза, тут же пожалев о своей откровенности.

Дар тихо рассмеялся, но это был не насмешливый смех, а скорее довольный.

— Только с теми, кто этого заслуживает.

Мои щеки снова вспыхнули, но я не могла отвернуться.

Казалось, этот человек видел меня всю, до последней мысли, до последних капель страха и… желания. Неакдекватная реакция моего собственного тела на этих мужчин пугала.

— Почему ты помогаешь мне? — спросила я.

Он усмехнулся, словно я задала наивный вопрос.

— Ты слишком красивая, чтобы быть злодейкой, а добрых девушек надо спасать. Особенно сероглазых,

Его взгляд — глубокий, тёмный, словно затянутый тайной, — скользил по мне, будто физически прикасаясь. Я закусила губу, и его глаза сразу опустились на мой рот.

— Ты ничего не съела. А есть надо, — сказал Дар.

Мягкий свет мерцал на его лице, очерчивая скулы и сильную линию подбородка. Его губы едва заметно приподнялись в уголках, будто он знал обо мне что-то порочное, что-то о чём я сама не догадывалась.

Моя грудь вздымалась тяжелее, чем ей следовало, и я отставила контейнер.

— Ты вся горишь, — неожиданно произнёс он, и его голос, низкий и тёплый, как растопленный шоколад, пробрался ко мне под кожу.

Да. Мне действительно было жарко.

Дар продолжал смотреть, и я почувствовала, как тепло поднимается к шее. Ещё немного — и я готова была потерять контроль.

— Я как-то странно себя чувствую, — призналась я, оттягивая ворот платья.

Дар молча смотрел на меня, вцепившись теперь в подлокотники кресла.

Его молчание заполняло комнату, делая каждую секунду мучительно томной. Я чувствовала, как воздух между нами становится густым, тяжёлым от напряжения.

Дар ни слова не сказал, но его взгляд говорил за него: он видел, что я хочу его. А я судорожно пыталась включить мозг, почему мой организм так реагирует на них?! На этих сумасшедше красивых инопланетян.

Словно под гипнозом, я не могла остановить себя от того, чтобы скользнуть взглядом по его телу.

Рубашка подчеркивала ширину плеч, ткань слегка натягивалась, намекая на силу, скрытую под ней.

Его длинные пальцы... Я представила, каково было бы почувствовать их на своей коже, провести ими по своим волосам, по коже…

Дар резко приблизился.

Я даже не поняла, в какой момент оказалась в положении лёжа.

Прижатой к кровати сильным мужским телом.

Глава 21. Опасные прикосновения

Я почувствовала его запах — терпкий, с нотками чего-то глубокого и мужественного. В нём перемешивались солоноватый аромат его кожи, лёгкий намёк на что-то древесное, напоминающее раскалённое дерево, и что-то совсем неуловимое, что пробуждало в груди сладкую истому. Этот запах будто заполнял всё вокруг, проникая в сознание, вызывая дрожь.

И как приятно было ощущать на себе тяжесть его тела!..

Боже, у меня никогда не было мужчины, я хранила себя для полноценных серьёзных отношений, но здесь и сейчас я неконтролируемо выгнула спину, потеревшись грудью с проступившими через ткань платья сосками о его накачанные мышцы!

С губ сорвался рваный выдох.

Дар опустился чуть ниже, но смотрел прямо в мои глаза, сдерживаясь из последних сил, и в его взгляде была какая-то дикая, необузданная энергия, от которой хотелось как сбежать, так и остаться рядом с ним навсегда.

— Что происходит? — прошептала я, стараясь не дрожать, чувствуя, что мне в бедро упирается его внушительный пах.

Дар замер, его лицо было так близко, что я чувствовала его дыхание на своих губах.

Я могла ощущать силу его тела, силу, которая могла бы раздавить, но вместо этого она притягивала, заставляла забыть обо всём, кроме него.

— Ты дрожишь, — прошептал он, опускаясь так близко, что его губы почти касались моих.

Его голос звучал, как бархат, глубокий и низкий, заставляющий мою кожу покрываться мурашками. И единственное, о чём я могла сейчас думать — как он снимет эту дурацкую одежду и… мои мысли утонули во внезапном поцелуе.

Его губы оказались горячими, жадными, но при этом нежными, словно он пробовал что-то запретное, но невероятно желанное.

Я почувствовала, как его пальцы зарылись в мои волосы, слегка потянув их, что только усилило головокружительное ощущение.

Стон сорвался с моих губ, и я не могла поверить, что этот томный звук издала я. Впрочем он всё равно погас где-то внутри Дара.

Дар поцеловал меня так, будто мы были одни во Вселенной, будто вокруг не существовало ни времени, ни пространства. Он целовал, углубляя поцелуй, его язык скользнул по моим губам, властно проникая внутрь рта.

Я не могла сдержаться, мне казалось, что я растворяюсь в этом мгновении, в его прикосновениях, в его запахе.

Его рука скользнула вдоль моей спины, притягивая меня ближе, и теперь наши тела соприкасались полностью.

Я чувствовала, как его дыхание становилось тяжелее, а поцелуй — глубже, более настойчивым. Он словно хотел оставить на мне след, забрать с собой мою душу, запомнить каждое мгновение этого безумия.

Я не помнила, как дышать.

Все мысли исчезли, оставляя лишь его — его вкус, его силу, его горячее прикосновение. Мои пальцы сами по себе скользнули по его груди, ощущая твёрдость мышц, но в следующую секунду его рука мягко, но властно, перехватила их, прижимая к кровати.

— Какая же ты вкусная, — прошептал он, слегка проведя большим пальцем по моей нижней губе.

Хотелось обхватить его палец губами, хотелось, чтобы он не останавливался, чтобы продолжил целовать, чтобы избавил нас от одежды и показал мне, что такое единение тел и душ. Тепло его тела окутывало меня. Сердце билось так громко, что, казалось, его можно было услышать в соседних каютах.

Но…

— Остановись, — сказала я сквозь всё это притяжение. — Это неправильно.

— Что? — спросил он, нахмурившись.

— Что-то не так! — сказала я из последних сил.

Он отстранился, медленно, с заметным усилием, словно разрывал невидимую связь, которая тянулась между нами.

Мои губы всё ещё горели от его прикосновения, а в груди остался острый, тянущий голод.

Он смотрел на меня так, будто я была его. Словно уже давно принадлежала только ему.

И я знала, что ещё немного — и я не смогу остановиться тоже.

— Прости, — произнёс он тихо, словно против воли. Его голос стал ниже, хриплым от сдерживаемой эмоции. — Ты просто... сводишь меня с ума.

— Ты меня тоже… — выдохнула я, осознав, что сжала простыню так сильно, что руки начали ныть.

Дар встал, повернулся к двери, но задержался, как будто боролся с чем-то внутри себя.