Предатель. Ты сам виноват!

Где-то на середине фильма нас отвлекает настойчивый звонок в дверь. Мы с мужем молча переглядываемся, и я поднимаюсь и иду открывать.

На пороге встречаю взволнованную Люсю. Она осматривает меня с ног до головы.

- Всё в порядке? Ну слава Богу! - выдыхает она с явным облегчением; её дыхание сбивчивое, словно она поднималась на наш этаж пешком.

Я не сразу понимаю, что послужило причиной такого волнения. Она проходит в прихожую, бессильно откидывается спиной на стену и, кажется, пытается привести мысли в порядок, прежде чем объяснить причину своего внезапного визита.

- Кто там? - интересуется Алексей из комнаты.

- Привет, Лёш, - откликается Люся, переводя на меня взгляд, а потом неожиданно улыбается, как будто ничего серьёзного не произошло. - Я вас потеряла. Весь вечер пытаюсь вам дозвониться, но оба телефона молчат. Я и подумала, а вдруг, начались роды.

- Всё хорошо, - улыбаюсь я. - Просто решили немного отдохнуть и отключились от всего и всех. А ты что хотела?

В этот момент появляется Алексей. Я замечаю, как их взгляды на мгновение пересекаются, и мне кажется, что Люся слегка тушуется, прежде чем произнести:

- Просто хотела убедиться, что все живы. Ты же помнишь, что у меня день рождения послезавтра? Так вот, я решила пригласить вас лично. Будет домашний ужин в стиле 90-х. Сейчас это модно. Знаешь, салаты всякие в хрустале, бутерброды с чесноком и сыром... В общем, ностальгия по тем временам. Хочу, чтобы вы оба пришли, без вас никак!

Слова подруги вызывают у меня улыбку.

- Мы ни за что не пропустим это, правда, Лёш?

Однако вместо ожидаемого ответного энтузиазма Алексей лишь сухо кивает. Мне кажется, или он меняется в лице?

Пока Люся оживлённо тараторит без умолку, я внимательно смотрю на мужа, пытаясь понять, что скрывается за этой, казалось бы, безэмоциональной реакцией. То ли он просто устал после долгого рабочего дня, то ли его что-то беспокоит в самом событии? Возможно, вообще, это спонтанное появление Люси и ему не нравится?

Глава 6

Следующие несколько дней не проходят - пролетают. К выходным Алексей вспоминает о том, что у нас ещё не всё готово к появлению ребёнка. Уже несколько раз я просила его найти время, чтобы свозить меня в ТЦ, и, наконец, он предлагает мне прошвырнуться по магазинам за вещами для малышки.

- Нам ещё так много нужно купить, - говорю я, обдумывая список необходимого. - Кроватку, пеленальный столик, качели для новорожденных с вибрацией...

Пока я с воодушевлением хожу между рядами и полками, заваленными детскими вещами и аксессуарами, Алексей следует за мной с отстранённым видом. Я выбираю детское одеяльце с милым принтом и протягиваю ему.

- Смотри, как тебе эти очаровательные тыковки? - спрашиваю, ожидая восторженную реакцию.

Он смотрит и отвечает рассеянно:

- Да, неплохо... - говорит он, но по его тону видно, что мыслями он где-то далеко, за пределами этого отдела.

Ощущая лёгкую неуверенность, я пытаюсь поймать его взгляд, чтобы понять, что происходит, ведь мы здесь, чтобы вместе выбрать то, что нам обоим понравится. Однако выражение его лица остаётся отстранённым.

Я замечаю на стенде несколько прелестных подвесных мобилей и начинаю их с интересом рассматривать. Они такие разные.

- Звёзды, овцы или зайцы? - спрашиваю у него.

- Бери любой...

Непонятное и оттого немного неприятное ощущение поселяется внутри.

- Пинается? - тут же с беспокойством спрашивает Алексей, заметив, что я хмурюсь, и кладёт руку на мой живот. Улыбается уголком губ, и я вижу в его глазах сочувствие и поддержку.

- Немного, - обиженно бурчу я. - Наверное, как и ты, Тыковка по магазинам ходить не любит.

Вздохнув, решаю больше не лезть к нему с вопросами. После долгих поисков мы наконец заполняем багажник необходимыми покупками и уже садимся в машину, когда он неожиданно хмыкает:

- Люсе подарок не купили.

- Точно! - восклицаю я, вспомнив, что сама поручила ему напомнить об этом. - Придётся вернуться. Ты как? Потерпишь?

Этот разговор словно возвращает моего мужа в реальность, оживляя его.

- Идём, - произносит на выдохе с преувеличенным недовольством в голосе.

По дороге назад он с интересом спрашивает:

- Что ты думаешь ей подарить?

- Даже не знаю, - признаюсь я, раздумывая. - Может, что-нибудь для дома?

- Да ну! - фыркает Алексей, показывая своё отношение к моему предложению, но ничего не говорит.

- Пробегусь по отделам женского белья. Сами покупать не будем, ограничимся подарочным сертификатом. Это точно ей понравится, - улыбаюсь я. Однако, от сарказма не удерживаюсь: - Но набор кастрюль конечно остаётся под вопросом.

***

К вечеру я неожиданно чувствую себя плохо. Это ещё мягко сказать. Сначала приходит лёгкая усталость, а затем накатывает тяжесть, которая давит на всё тело. Может, это из-за эмоционального перенапряжения за всю прошедшую неделю, или же сказывается утомлённость после нескольких часов на ногах, проведённых среди магазинных полок.

Кажется, что Тыковка очень недовольна текущим состоянием моей активности. Протестует.

Мысль о походе на день рождения к Люсе становится всё менее и менее привлекательной. В душе просыпается капризное желание отменить все планы и остаться дома. Но после нескольких настойчивых звонков подруги с её радостными напоминаниями, что всё готово, мне ничего не остаётся, как начать собираться.

Я долго выбираю, в чём пойти, потому что сегодня как-то особенно чувствую себя во всём неуютно: то комбинезон кажется слишком облегающим, то брюки сдавливают живот, то цвет блузки слишком подчёркивает усталость и бледность моего лица. Перемерив несколько вариантов, я всё же останавливаюсь на самом простом: бежевом трикотажном платье, которое не стесняет движения и позволяет чувствовать себя немного свободнее.

Потом долго стою напротив зеркала, разглядывая своё отражение. Покачав головой, собираю волосы в низкий элегантный пучок и наношу тонкий слой косметики. Несмотря на все старания, чувствую себя чужой в собственном теле.

- Готова? - спрашивает меня Алексей из прихожей.

- Иду, - отвечаю я.

Реакция мужа на моё появление мгновенно рассеивает все мои сомнения: на его лице появляется знакомая тёплая улыбка.

- Ты прекрасно выглядишь, - говорит он мягко. Его комплимент заставляет меня вымученно, но довольно улыбнуться в ответ.

- Побудем немного, и вернёмся, - ободряюще говорит он, бережно положив руку на мою спину.

Доезжаем до места быстро, по пути останавливаясь только за цветами. Едва успеваем подняться на нужный этаж, как дверь Люсиной квартиры распахивается, словно всё это время хозяйка квартиры выглядывала нас из окна.

Подруга встречает нас широкой улыбкой и радостными возгласами, словно мы - главные гости этого вечера.

- Наконец-то! - восклицает она.

Звуки смеха доносятся из гостиной, создавая оживлённый фон, играет “Комбинация” с треком “Американ Бой”, подчёркивая тематический стиль вечеринки.

Я смотрю на Люсю и невольно улыбаюсь.

Она выглядит как девочка из 90-х: на ней ультра мини-юбка, яркие лосины с кислотным принтом и причудливый начёс, подчёркивающий её бунтарский дух. Продуманный до мелочей образ завершают крупные пластиковые серьги и макияж с яркими тенями и броской помадой - всё это мгновенно переносит меня в ту самую эпоху вседозволенности и экспериментов.

На её фоне я чувствую себя немного не в своей тарелке, вся моя скромность и простота выглядят тускло рядом с её яркой уверенностью.

- Идём, - говорит Люся, чмокая Алексея в щёку в знак приветствия. С восхищённым “Ого!” она забирает у него букет роз, и тянет меня за руку вглубь квартиры.

Глава 7

Где-то через полчаса я понимаю, что обстановка здесь совершенно мне неподходящая. А уже через час мне становится всё хуже: в небольшой гостиной царит духота, по потолку и стенам мельтешит зеркальный диско-шар, а мигающий стробоскоп только нагнетает моёусугубляющееся головокружение.

Смех гостей кажется оглушительным. А ещё наслоение запахов приторных Люсиных духов и множества салатов и бутербродов со шпротами, от которых к горлу предательски подкатывает тошнота. Я изо всех сил стараюсь держаться, преодолевая нестерпимое желание буквально рухнуть лицом в рядом стоящую “Мимозу”.

Украдкой пытаюсь поймать взгляд Алексея, надеясь, что он поддержит меня и поможет выбраться на воздух, но он слишком увлечён разговором с Антоном.

Антон и Света, как и мы, являются семейной парой и друзьями Люси. Он - дизайнер, и у них с моим мужем общие интересы в области искусства и визуальных решений. Прислушиваясь к их разговору, краем уха я улавливаю слова о колористике, современных трендах и последних достижениях в программном обеспечении для 3D-моделирования.

Тем временем Люся время от времени подкладывает Алексею какой-нибудь салатик, со словами: “Лёш, ты это просто обязан попробовать!” или “Подожди, оставьте место! Сейчас я подам картошку по-французски, тебе точно понравится!” Вместе со Светой она шустро направляется на кухню, явно наслаждаясь ролью гостеприимной хозяйки, совсем не замечая моего пограничного состояния.

Стараясь не привлекать к себе внимания, я чуть подаюсь вперёд, надеясь, что это поможет справиться с тошнотой. В этот момент Антон хвастается своим недавно завершенным проектом.

- Я тут использовал последнюю версию софта для рендеринга, - с энтузиазмом говорит он. - Там такие гибкие настройки освещения, что реализм картинки поражает!

Алексей кивает, увлечённый темой.

- Да, я думаю попробовать подключить PBR текстуры в следующий раз. Это придаёт просто невероятную глубину деталям. Но, конечно, процессинг ресурсов всё ещё проблема...

В это время из кухни возвращаются девочки, неся горячее, а передо мной будто из ниоткуда материализуется тарелка с маринованными опятами. Я смотрю на неё и понимаю: всё, это финиш.

Пытаюсь подняться, но в этот момент моя голова идёт кругом настолько, что встреча с салатом кажется мне неизбежной. Неожиданно появившиеся рядом муж и подруга подхватывают меня под руки.

- Ой, Кать, тебе, правда, нехорошо? - с сочувствием спрашивает Люся, хотя в её голосе едва слышно разочарование. - Ну кто здесь грибы поставил?!

- Похоже, нам придётся ехать домой, - с сожалением говорит Алексей.

Я согласно киваю.

- Подождите, не торопитесь! - тут же предлагает альтернативу Люся. - В таком состоянии ехать домой вам совсем небезопасно. Кать, возможно, лучше просто отлежаться в моей спальне? Там тише, и тебя никто не потревожит.

Наверное, я ещё плохо соображаю, потому что смотрю на неё и думаю, что это, возможно, лучший выход из ситуации. Алексей оживлённо кивает, соглашаясь. Видно, что сейчас уезжать он хочет меньше всего; вместе с Люсей они поддерживают меня, помогая дойти до предложенной комнаты.

- Спасибо, - шепчу я.

Спальня маленькая, но уютная, и я немедленно ложусь на кровать, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает. За дверью всё также продолжается шумный праздник, но, возможно, что здесь мне удастся хоть немного прийти в себя.

Прикрыв глаза, я пытаюсь просто дышать ровно и глубоко. Люся предусмотрительно расшторила и открыла окно, впуская в спальню свежий прохладный воздух. Постепенно мне становится легче. Незаметно для себя я даже засыпаю.

Просыпаюсь уже практически в тишине. Первый вопрос, который приходит в голову: все разошлись?

Из гостиной едва доносится тихая музыка.

Немного помедлив, я поднимаюсь с кровати и решаю выйти. В комнате никого. Только зеркальный диско-шар продолжает плавно крутиться, отбрасывая мягкие блики на стены, а на столе почти не осталось грязных тарелок и салатов.

Алексей не мог уехать без меня, это очевидно, поэтому, скорее всего, он сейчас помогает Люсе с посудой.

С этой мыслью я направляюсь по коридору в сторону кухни. Однако, как только подхожу ближе, останавливаюсь.

- Что ты делаешь?! - Слышу я голос мужа с нотками испуга. - Люсь, не здесь! - До моих ушей доносится нервное хихиканье. - Подожди! Катя может зайти!

- И пусть, - мурлыкающие интонации в голосе Люси взъерошивают мне нервы.

Почти не дышу. Сердце грохочет так, что хочется зажмуриться, закрыть ладонями уши и сжаться в комок. Больно… как же больно!

- Пусть узнает, - продолжает она. До меня доносятся звуки их влажных поцелуев. - Давно пора ей признаться во всём. Или ты ждёшь, когда у меня пузо на нос полезет? А как же платье, свадьба?

- Успеем, не переживай, - отвечает ей Алексей. Я слышу возню, будто Люся прижимается к моему мужу, пока он поправляет одежду.

Сначала я испытываю шок, потом удивление, затем негодование, которое сменяется отторжением, а вот на смену ему приходит холодная ненависть.

Делаю вдох, вдох, вдох, и не одного выдоха. Понимаю, что мне необходимо собраться с мыслями и взять себя в руки. Ведь тот, кто задался целью отомстить, должен полностью контролировать все риски, эмоции и своих врагов.

Глава 8

Захлёбываюсь болью. Обида жрёт нервы.

Эмоции настолько непереносимы, что я инстинктивно хватаюсь за живот, прикрывая его руками. Пока меня разрывает на части, я думаю о малышке, которая, почувствовав моё состояние, в этот момент начинает беспокойно возиться.

Я ощущаю ритм сердца Тыковки, сливающийся с моим. Кажется, что моё дыхание, сердцебиение и даже эти шевеления ребёнка слышны во всей квартире - настолько они громкие для меня в эту секунду.

На мгновение закрываю глаза, концентрируясь на дыхании. Не помогает.

Видимо, даже ненадолго задерживаться в квартире с этими двумя, - для меня равносильно погребению заживо: дышать не получается, грудину ломит, будто землёй кто-то сверху засыпает; монотонно, подбрасывая лопату за лопатой. Жуть!

Отпускаю живот и впиваюсь ногтями в ладони. Мотаю безотчётно головой и, не давая себе подумать, делаю два шага назад. Наклоняюсь, хватаю в руки свои кеды, а потом, в чём есть, так и вылетаю на улицу, даже не потрудившись прихватить с вешалки хоть что-нибудь потеплее.

Меня трясёт.

Пульс грохочет в ушах.

Понимаю, что нужно обуться, но волнение и дрожь в руках мешают. Я безуспешно пытаюсь натянуть кед, но не получается, как будто даже такие простые вещи становятся для меня испытанием.

Пока я балансирую на одной ноге, рядом с подъездом останавливается дорогой внедорожник. Занимаясь своим делом, я лишь боковым зрением улавливаю движение: хлопает дверь машины, и две пары начищенных ботинок останавливаются рядом со мной.

- Давай, я, - раздаётся спокойный голос. Внезапно из моих рук исчезает кед, и мужчина, присев передо мной, помогает мне обуться. Чтобы удержаться на ногах, я невольно хватаюсь за его плечи, и на краткий миг наши взгляды встречаются.

Меня не покидает ощущение, что вот-вот дверь подъезда распахнётся, и Алексей выбежит за мной. Его появление сейчас - последнее, чего я хочу. Эта мысль зудит на грани сознания, заставляя меня невольно панически оглядываться и ощущать каждый звук и движение вокруг острее, чем обычно.

- Что-то случилось? - голос незнакомца теперь звучит несколько настороженно. Очевидно, он предполагает, что я нуждаюсь в помощи, учитывая позднее время и моё состояние. Про свой внешний вид я вообще молчу!

- Да... - начинаю я, но тут же задумываюсь: и что я скажу ему? Что муж изменяет мне с моей подругой? - Нет... - отвечаю сразу, но осознаю, что ведь я на самом деле хочу попросить его о помощи, а значит, придётся объясняться. Поэтому почти сразу меняю ответ и выдыхаю: - Не знаю.

- Понятно, - хмыкает он. - Садись в машину, поехали.

Его предложение вполне ожидаемое, и я осторожно всматриваюсь в его лицо, стараясь понять, насколько вообще могу ему доверять. Но в этой ситуации у меня нет особого выбора. Всё самое важное - деньги, ключи, телефон - осталось в квартире у Люси, а мне нужно одно - уехать отсюда подальше, и лучше сделать это как можно быстрее.

Глубоко вдыхаю, стараясь справиться с тревогой, и киваю.

С ловкостью слона в посудной лавке я забираюсь на заднее пассажирское сиденье, пока незнакомец обходит машину и садится за руль. Мы почти сразу трогаемся с места. В этот момент я оглядываюсь назад и вижу открывающуюся дверь подъезда: на улице появляется ошарашенный Алексей.

- Сбегаешь? - иронично спрашивает мужчина, представляясь: - Руслан.

У меня не было времени разглядывать его подробно, но могу сказать, что по виду ему не больше тридцати лет.

- Ухожу, - бурчу я в ответ. - Катя. - Мой голос дрожит, и я не могу сдержать громкий всхлип, который вырывается вопреки моему желанию.

В тот момент, когда слёзы подступают прямо к горлу, я слышу возню и шорох на переднем пассажирском сиденье, а затем - недовольное детское кряхтение. На мгновение растеряно замираю, и потому только сильнее цепляюсь за ремень безопасности, чувствуя прилив лёгкой паники.

А потом пересаживаюсь так, чтобы лучше видеть происходящее: в детском кресле, лицом ко мне сидит малышка, двух лет, если не меньше, с каштановыми кудрявыми волосиками. В этот момент она медленно открывает один заспанный глазик, затем вынимает изо рта крошечные пальчики и с неподдельным интересом начинает наблюдать за мной.

- Это моя дочь, - спокойно объясняет Руслан, заметив мой удивлённый взгляд в зеркало заднего вида. - Я только забрал её от почасовой няни, а тут ты выскочила.

Он продолжает, смягчив тон:

- Папа сегодня планировал всё успеть вовремя, да, Поля, но как видишь, работа опять задержала.

Малышка, которую, очевидно, зовут Полина, внимательно следит за сменой интонаций в голосе отца, слегка улыбаясь ему в ответ.

- Нехорошо ребёнку в такое время по машинам таскаться, - ворчу я, ещё раз всхлипывая, но уже гораздо тише. - Спать нужно. Наверное, и голодная ещё.

Руслан снова смотрит на меня в зеркало заднего вида и сжимает губы.

- Как будто я сам не знаю! - отвечает с лёгкой долей раздражения. - У неё с собой сок и перекус. Сейчас приедем домой и что-нибудь поедим.

Поля, услышав упоминание о еде, сразу оживляется, её глазки вспыхивают интересом.

- Не что-нибудь, - бурчу я, не удержавшись от обоснованного комментария, - а нормально есть надо!

Руслан ненадолго переводит взгляд на меня, затем на дочь и снова возвращает внимание на дорогу.

- Обещаю, ужин будет полноценным. Я забочусь о ней как могу.

Мой следующий бестактный вопрос о её маме так и остаётся невысказанным вслух, потому что Руслан строго предупреждает:

- Не надо. Потом не успокою. - Его слова и тон полны решимости сразу закрыть тему, о которой ему не хочется говорить.

Глава 9

- Куда тебя отвезти? - спрашивает Руслан; лишь на мгновение наши взгляды встречаются в зеркале заднего вида.

Сразу задумываюсь. К маме? Куда ещё? Домой я возвращаться не намерена, потому что Алексея просто видеть не могу. Только подумав о нём, меня словно на атомы растаскивает от боли и обиды.

- К маме отвези, пожалуйста, - тихо произношу я, стараясь не выдавать голосом свою растерянность.

Услышав слово “мама”, малышка начинает беспокоиться, её небольшие пальчики нервно перебирают лямку от кресла.

Руслан хмурится, но вскоре кивает, будто понимая меня без лишних вопросов, и машина плавно перестраивается в правый ряд, чтобы на ближайшем светофоре поменять направление движения.

Оглядываюсь по сторонам, пытаясь определить, где мы сейчас находимся.

- Ты же не спросил адрес!

- Рожать сегодня не собираешься? - задаёт он встречный вопрос. Звучит несколько грубовато, но оно и понятно, это естественная защитная реакция отца, чтобы сохранить спокойствие своего ребёнка.

Я отрицательно мотаю головой:

- Вроде нет.

Он тяжко вздыхает. Показалось или нет? И тут же смягчает тон:

- Только родителей перепугаешь. Едем к нам. Утром решишь, что делать.

Страшновато, конечно.

Смотрю на Руслана, пытаясь оценить степень исходящей от него угрозы. У меня ещё не было времени разглядеть его подробно. По виду ему не больше тридцати лет. Он в строгом костюме, как будто только что с деловых переговоров. Его руки крепко держат руль, и я замечаю дорогие часы и элегантные запонки, которые блестят при свете приборной панели. Эти небольшие детали выдают в нём человека, привыкшего к определённому уровню жизни.

Солидный, уверенный, спокойный - выношу внутреннее заключение я. - Вот только это ещё ни о чём не говорит!

- Нет, спасибо, - отказываюсь я. - Лучше такси мне вызови на мамин адрес. Буду очень благодарна.

- Как знаешь, - отвечает он, притормаживает и сворачивает на обочину, включая аварийку.

Спустя пару минут к нам подъезжает машина с яркими логотипами. Я ещё раз благодарю Руслана за помощь, затем бросаю взгляд на Полю, которая буквально вцепилась в меня глазками, и, мягко ей улыбнувшись, берусь за ручку, чтобы открыть дверь. Но едва малышка теряет меня из виду, как раздаётся её хныканье.

- Ма... - кряхтит она, словно пытаясь вернуть меня обратно. - Ма...

И