Тернистый путь любви

- Отпусти! - вырывалась девушка. - Ненавижу тебя! Всегда ненавидела!

- Я переживу. Я люблю, ты ненавидишь, минус на минус, получится плюс. Ты со мной, все живы, здоровы, счастливы. Всё в твоих руках, и все жизни в твоих руках!

- Останови машину!

- Любой каприз! Я всё сказал. - он вышел из машины, галантно подав Ани руку. - Быстро думай, птаха! Я и так тебя долго ждал!

Аня выйдя из машины, побрела пьяная от горя домой, где она хоть и недолго, жила в счастье. Зайдя в дом, она упала на колени и завыла как зверь, дико и надрывно. Горе переполняло и рвало её на куски. Она знала, Мераб исполнит все свои угрозы. Плача, она вползла на четвереньках в спальню. Любовь ненавистного человека, придавила её словно могильной плитой.

- Я не дам тьме поглотить меня. - шептала Аня, погружаясь во тьму...

56 - Тонкая грань.

Гаяна мучилась дилеммой, позвонить или нет? Гуляя с детьми, она видела Аню и Мераба. Её затравленный взгляд и торжествующие лицо сатаны. Они знакомы. Их связывает что-то. Ну, позвоню я Дауру, что скажу? Мераб посадил Аню в машину и увёз. Деверь посмеётся надо мной. Скажет, брат имеет право сделать внимание? Сказать ему прямо, Аня боится Мераба. Где доказательства? Как же мне помочь Ани? Как оградить её от лап чудовища? Она вспомнила ужас, читаемый в глазах девушки.

- Десять минут, любуюсь на свою жёнушку, а она ноль внимания. - мужчина грозно нахмурил брови. - И о ком наши мысли?

- Энвер, родной! Извини. - она обняла и крепко прижалась к мужу, чувствуя себя слабой и беззащитной. - Ревнивец мой. Как прошёл твой день?

- В работе, две операции. О чём ты так сосредоточенно думала? Что-то случилось? - он глазами поискал детей. - Где мои сыновья?

- К соседям побежали, шалаш строить из бамбука.

- У них уже весь сад в шалашах. Пора завозить племя чингачгуков.

- Как бы эта бригада строителей, к нам в сад не перебралась. - пошутила Гаяна, обняв мужа. - Пошли кормится.

У Энвера в кармане послышалась трель телефона.

- Поесть спокойно не дадут моему мужу. - проворчала Гаяна.

- Говори. Как без сознания? Две минуты, и я у тебя!

- С Аней что-то случилось? - перестав разогревать суп, спросила жена.

- Откуда знаешь? - муж удивлённо взглянул на неё.

- Голос Даура услышала. - соврала она. - Я с тобой. Умру от переживаний, пока ты вернёшься.

- Поехали. Я смотрю, тебе пришлась по душе Аня.

- Она классная, с юмором. - что этот урод с ней сделал? Сказал? Угрожал? А может он её домогался., изнасиловал? Нет, нет, он конечно выродок, но не до такой степени! Всю дорогу, она строила разные версии.

- Аня., любимая., девочка моя., красивоглазка открой глазки. - умолял Даур. Из глубокой ямы с грязью, Аню выдернул голос любимого. На секунду. И вновь темнота.

- Даур, отойди. - скомандовал появившийся Энвер. - Выйди из комнаты, дай мне её осмотреть! Гайка свари ему кофе, покрепче.

- Пойдём Даур. - она вытолкала сопротивляющегося деверя из спальни. - Пойдём, расскажешь, что случилось.

- Не знаю. - потерянно ответил деверь. - Всё было прекрасно, я уехал на работу. Звонил ей раз тридцать, забеспокоился, рванул домой. Приезжаю, Аня лежит сжатым комком, около двери спальни. Я еле разжал ей руки и ноги, чтоб поднять с пола. Всё её тело, как лёд.

- Пей, Даур. - невестка внимательно слушала влюблённого.

- Что произошло, за полдня моего отсутствия? Она не хотела моего ухода. Просила остаться, не отпускала. А я не послушал!

- Не вини себя. Энвер всё сделает, осмотрит, полечит, приведёт в сознание.

- Даур, поднимись! - лёгок на помине, позвал со второго этажа Энвер.

- Да! - перепрыгивая через две ступеньки, взлетел на зов Даур. - Что с ней?

- Осмотр ничего не дал. Похоже на нервный срыв. Вы не ссорились?

- Нет!

- Я сделал ей успокаивающие, пусть поспит.

- Спасибо, брат.

- Мы домой, если что, сразу звони.

57 - Приказ.

Мераб сидел в своём кабинете, пил коньяк и слушал органную музыку. Шедевр Иоганна Себастьяна Баха. Мужчина считал, эта классика создана специально для него, сквозь века. Делая его величественней и могущественней над окружающими мелкими людишками. Закрыв глаза, он реалистично почувствовал Анин запах.

- Птаха моя, как же ты пахнешь. Никакие диковинные цветы в мире, не сравнятся с ароматом твоей кожи, твоих волос. Твои руки волшебные, даже когда причиняют боль. В твоих глазах жизнь, даже когда там ненависть. Твой рот сладок, кусая до крови. Моя птаха. Твоё тело. Сиськи. - Мераб почувствовал дикое, ни с чем несравнимое возбуждение. - Хочу тебя, птаха! Хочу! - он опрокинул стакан с коньяком в себя, и налил ещё. Его опьянённое воображение, срывало одежды с любимой. То она ласковая и сексуальная, принадлежала ему всецело. То он брал её по разному, грубо и нежно, с прелюдией и без предварительной игры. Медленно и бешено. Она кричала и выла от боли, чем превращала его в животное. Дикое, необузданное, ненасытное, до её любви. - Аня., птаха моя., моя., - он шёл на её запах. Убивая и уничтожая, всё на своём пути. - Эта женщина сведёт меня с ума.

- Мераб Анзорович, тут накопилось несколько документов, требующих вашей подписи. - в кабинет вошла секретарша, красивая шатенка в зелёном платье.

- Закрой дверь! - приказал начальник. - Раздевайся! Быстро! - девушка молча выполнила пожелания босса, для неё подобный "рабочий" момент не был в новинку. Зарплата высокая, дорогие подарки, а секс по приказу и без любви, можно потерпеть. - Соси! - секретарша быстро выполнила приказ, сняла с себя всю одежду и припустила брюки с босса. Он двигал рукой у основания члена и предмета своей мужской гордости, толкая свой член в рот любовницы, та задыхалась и тяжело дышала, но сосала словно прилежная ученица. Боясь ослушаться и быть жестоко изнасилованной. Секретарша уже несколько раз ездила в клинику интимной хирургии, восстанавливала порванный анус и девственность.

58 - Мутные воды.

Аня плавала в глубоких и мутных водах своего сознания, пытаясь вынырнуть, но безумию так не хотелось её отпускать.

- Любимая, моя девочка. Скажи, как тебе помочь, я всё сделаю!

- Помоги! - голова девушки металась по подушке. - Помоги мне!

- Аня, открой глаза. Посмотри на меня! Милая моя!

- Помоги. - голос любимого, выдернул девушку из омута горя и безнадёги. - Даур.

- Я здесь, любимая. Рядом. - он обнял натянутое струной тело девушки. - Успокойся, тебе приснился сон.

- Сон? Сон! - она высвободилась из рук Даура. - Мне надо., надо

- Куда, милая?

- Мне надо помыться! - нервно вскочив, Аня направилась в ванную комнату, пошатываясь и натыкаясь на мебель.

- Я тебе помогу.

- Нет! - закричала Аня. - Я сама!

- Хорошо, любовь моя. - он не стал настаивать, поведение любимой пугало. - Дверь не закрывай, пожалуйста, вдруг приступ повторится. Тебе чай сделать? Аня обернулась, в её глазах жжёного сахара, опять появилась боль и пустота, такая же, как при их первой встрече.

- Аня. - ему так захотелось обнять и защитить любимую

- Не надо! - она упредила его порыв. - Не надо! - она себе казалось грязной. Ей хотелось побыстрее всё с себя снять и смыть, вместе с кожей, где касались руки ненавистного человека, смыть его мерзкий запах с рук и губ. - Тьма не одолеет меня. Тьма не одолеет меня. - бормотала она.

Даур в беспокойстве наблюдал, в неплотно прикрытую дверь, как Аня с остервенением срывает одежду. Режет ножницами на лоскуты, намыливает своё тело, смывает. Опять намыливает, трёт мочалкой с головы до ног. Смывает. И так раз десять. На запястье, на плече, на попе, он разглядел синяки. В его сознание поселился ужас и страх за любимую. Он набрал брату:

" - Энвер, с ней происходят непонятные мне вещи. - он пересказал увиденное в ванне.

- У неё нервный срыв. С чем это связанно, я не могу тебя сказать. Будь очень терпелив и ласков с ней. Вместо чая, сделай ей тёплого красного вина. И себе заодно.

- Доктор спиртное прописывает? Что сдохло в лесу?

- Пошути мне.

- А синяки на её теле? Она их себе, нанесла сама?

- Синяки скорее от падения.

- Спасибо, брат. Спокойной ночи.

- И вам." - в трубке послышался отбой.

Даур заварил чай, достал бутылку вина, и по совету брата приготовил напиток.

- Что ты здесь делаешь? - девушка подошла к нему сзади, обняла его как не в чём не бывало, заглянув через плечо.

- Ты пробовала когда нибудь тёплое вино, сок лимона, имбирь, ложка мёда, молотый миндаль. Всё это смешивается и подогревается погорячей. Напиток готов. - он замер.

- Нет, не приходилось, в нашем доме всегда было табу на алкоголь. - вспомнила она, к чему то. - Я люблю тебя Даур.

- И я тебя. - он обернулся. Любимая в одном полотенце, мокрые волосы, желанная и соблазнительная. - Очень люблю. - он несмело погладил её по щеке.

- Возьми меня. - не отрывая от любимого глаз, Аня развязала полотенце, оно упало к её ногам.

- Прямо здесь? - растерялся Даур, от её раскованности.

- Да, здесь. На столе. - она смахнула всё со стола. Салфетки, кусочки имбиря и лимона, полетели на пол. - Я твой ужин на сегодня.

Даур подался её безумию, уложил на стол, его руки начали медленный танец любви на её теле, за руками шли губы. Он ласкал груди, прикусывая набухшие соски.

- Моя девочка. - он проложил мокрую дорожку от губ любимой, до лобка, остановившись, он раздвинул её ноги. - Поставь их на стол, и широко раздвинь. Я хочу видеть твою писечку. Раз ты мой ужин, я хочу его с десертом.

- Каким?

- Мороженое и вино. - он налил тёплое вино в бокал. - Сделай пару глотков.

- Больше нельзя? - игриво спросила она.

- Можно, мне можно. - вино полилось ей на живот.

- Неожиданно! - приподнявшись, её глаза горели от желания, голова Даура склонилась и слизывала капли вина с живота.

- Ты мой сосуд,, вино изумительное. - он раздвинул половые губки, поливая их вином, он приник к клитору, втянул его в рот, жадно посасывая.

- Даур., не дразни меня., я уже не могу. - она попыталась скрестить ноги.

- Так не пойдёт. Ножки обратно на стол. Ширее., хочу видеть киску., она такая мокрая., сладкая. - он взял подтаявшее мороженое и намазал им киску.

- Я щаз растаю, как это мороженое. - стонала громко Аня. - Бесстыдство. Тебя только заведи.

- Ещё какое.,разврат,прям на кухонном столе. - он слизывал мороженое между ног и быстро освободился от одежды. - Я скучал, моя девочка. - не в силах уже больше терпеть, он вогнал налитый член, лаская и теребя клитор. - Я очень проголодался. - положив руки на груди любимой, он пригвоздил её к столу. Под их общие стоны и нечленораздельные крики, они поплыли к берегам оргазма и кайфа, оставляя все страхи и заботы на потом.

Аня, на этом столе, прощалась с любимым, крича и кусая губы от оргазма. Она понимала, это в последний раз, отдаётся по своему желанию и согласию.

Приняв душ после любовных утех, они нежились в кровати. Даур целовал её синяки. Ночную нежность ночи, раскололо пиликанье ватсапа.