Любовь и дружба. Секреты сердец и дружеских уз

– Ты знаешь, как говорить нужные слова, – сказала она. – Даже когда мне не хочется слышать ничего.

– А я не говорю для ушей. Я для сердца, – ответил он и коснулся губами её лба.

– Люблю тебя дурачок – в ответ Ландыш поцеловала его в губы.

Глава 6 Ты – мой покой, мой хаос и мой выбор

Наступил понедельник новый день в универе, Эмиль и Федя у них была сессия и тут присоединилась в разговор Соня, прервав разговор Эмиля и Феди.

– Федь, давай поговорим в сторонке, без третьих лиц, пожалуйста.

– А что, без меня никак? Давай говори тут, Эмиль мне и так как брат. Давай, что хотела мне сказать.

– Федь, это очень личное! Пожалуйста, всего 3 минуты, – в ответ Соня закручивала волосы, как будто она к нему подкатывает.

– Хм, ладно, давай отойдем. Эмиль, я сейчас приду.

Федя и Соня отошли в другую сторону, чтобы никто не слышал их разговора, остановились, и начался разговор.

– Зачем позвала, Соня? Что-то с Ландышем случилось?

– Федь, а скажи, пожалуйста, а чем я хуже Ландыш? Чем я тебе не угодила? Я же в чувствах признавалась, и ты получается отшил, да?

– Соня, я просто хотел узнать, чем я ей не угодил, а ты написал, что она на мотоцикле в слезах поехала куда-то! – Федя очень был зол на Соню, что она такое спрашивает, когда у него уже появилась девушка.

Федя посмотрел на неё, в голосе дрогнуло раздражение:

– Потому что она не играла. Не строила глазки. Не ходила за мной, чтобы доказать, что лучше. Она просто была собой. Искренней. Честной. И да, именно она заставила меня почувствовать, что рядом – дом.

Соня смотрела, как будто не верила. Но он не остановился. – И не тебе судить, кто «хуже» или «лучше». Это не конкурс. А про признание – я же ясно дал понять, что не чувствую к тебе того, чего ты ждала. Я не играл с тобой, Соня. Но и обманывать себя не собираюсь. Она отвернулась, будто прятала слёзы, но в голосе всё равно оставалась колкость:

– А знаешь, Ландыш всё равно не твоя. Такие, как она – ускользают.

Федя холодно усмехнулся:

– Может быть. Но если даже ускользнёт – не потому что ты её вытолкала. А потому что я сам не удержал. Только в этом разница. А сейчас извини – у меня есть с кем провести этот день.

Он развернулся, оставив Соню на месте, и ушёл обратно к Эмилю – с тем спокойствием, что бывает у человека, который наконец сделал свой выбор.

– Федь, всё в порядке? Ты сам не свой, что случилось?

Федя хотел прийти и рассказать всё, что Соня наговорила, какой бред, и тут он просто сказал:

– Давай на пару, звонок, я всё тебе там скажу, в кабинете! – наступило время занятий. Федя и Эмиль сидели на последней парте, и потом Федя рассказал, что Соня высказала, и Эмиль был в шоке от рассказов Феди.

– И что будешь делать с этой информацией? Федя, тебе уже прилетит скоро от Ландыш, да и что происходит, и тем более ты встречаешься с Ландыш, в чем проблема просто Соню забыть?

– Я сам, Эмиль, будто знаю, что ей надо было. Зачем она вообще всё это подняла? У меня всё с Ландыш хорошо, спокойно. А тут – на тебе. Бред какой-то.

Эмиль усмехнулся:

– Знаешь, когда у человека остаётся только попытка всё испортить – это уже не про любовь, а про уязвлённую гордость. Соня просто не смирилась. Ты сделал, как надо, брат. Только теперь – главное, не молчи с Ландыш. Она поймёт. Она ведь не глупая.

Федя кивнул. Впереди был ещё разговор – важный, честный. Он уже знал, что будет говорить. Главное – сказать это первым, до того как кто-то другой попытается сломать то, что между ними только начало прорастать.

Время было 18:00, пары закончились, и вернулись домой раньше, но Федя и Ландыш пошли гулять по парку, купил ей букет её любимых цветов.

– Ты сегодня меня удивил, кстати, ты с Соней разговаривал в универе, она обо мне говорила?

Федя не знал, как ей сказать то, что она про неё говорила, столько было для него больно слышать.

– Да, – наконец сказал он. – Мы разговаривали. Она начала спрашивать… ну, в том духе: «чем я хуже Ландыш», «почему не выбрал её»… Говорила так, будто ты – помеха. Словно ты появилась «вместо неё». А это неправда.

Он глубоко вдохнул, сжал её руку чуть крепче.

– Я хотел сразу тебе рассказать, но… сам злился. Не на неё даже – а на то, что кто-то может говорить про тебя так. Глупо и обидно. Потому что ты – это ты. И я тебя выбрал не «вопреки кому-то», а потому что… мне просто хорошо с тобой. По-настоящему. Понимаешь?

Она долго смотрела на него, как будто разбирала каждое его слово, вчитывалась в его глаза. Затем медленно кивнула и прошептала:

– Спасибо, что сказал. А ещё больше – что защитил. Мне этого иногда не хватало раньше…

Федя улыбнулся, притянул её ближе и обнял – крепко, будто хотел спрятать от всего мира. Ветер немного усилился, но им обоим было тепло. В тот момент – только они, этот парк и запах цветов между ними.

Они возвращались домой после прогулки – не спеша, под мелким моросящим дождём, который почему-то совсем не мешал. Федя держал зонт, а Ландыш прижималась к нему под рукой, словно ей нужно было не столько укрытие от дождя, сколько просто быть ближе.

На душе было странное спокойствие. Улицы блестели от влаги, фонари отражались в лужах, а вечер будто замедлился, чтобы не мешать их тишине. Когда они вошли в подъезд и поднялись на этаж, Федя остановился у двери. Хотел уже было достать ключи, но почувствовал – Ландыш не идёт за ним. Он обернулся.

Она стояла на пару шагов позади, мокрые пряди липли к её лицу, а в глазах светилось что-то новое. Глубокое.

– Федя, – тихо сказала она, почти шёпотом.

Он замер. Ландыш медленно подошла ближе, так, что между ними остался всего шаг. Она посмотрела ему в глаза – уверенно, но внутри что-то дрожало. Он чувствовал.

– Я… – она сделала вдох, словно набиралась смелости, – я раньше боялась говорить это. Потому что думала, что вдруг рано. Вдруг я ошибаюсь. Но сейчас – нет. Сейчас я точно знаю.

Она прижала ладонь к его груди, ощущая, как ровно и сильно бьётся его сердце. И прошептала:

– Я тебя люблю. Не просто так… не «по настроению». А по-настоящему.

Федя растерянно моргнул, будто не поверил сразу, что услышал.

– Что? – голос его стал глубже, тише.

– Я тебя люблю, – повторила она. – И, кажется, давно.

Он ничего не сказал. Только шагнул к ней, обнял резко, но аккуратно, как будто боялся спугнуть. Его руки крепко обвили её, а подбородок уткнулся в её плечо.

– Скажи ещё раз, – выдохнул он в её ухо.

Ландыш улыбнулась, обвивая его в ответ.

– Люблю тебя, Федя. Слышишь? Ты – мой.

Он отстранился, посмотрел ей в глаза и ответил так, как только он умел:

– Я тебя тоже, Ландыш. Безумно.

И потом он поцеловал её – не спеша, с теплотой, которую можно почувствовать только один раз в жизни, но запомнить навсегда.

Ильяс вместе с Эмилем, Женей играли в танки на компьютере.

Диана готовится к сессии, для неё это было очень серьёзно. Настя помогает Диане, что нужно делать, а что не нужно делать.

– Кстати, ты знала, какой слух ходит в нашем универе?

– Нет, ну рассказывай, какой слух ходит по нашей шараге?

– Короче, я видела своего бывшего Федю, и как вдруг стоит с ним рядом Соня, типа я слышала то, что типа «Почему он выбрал не её, а Ландыш типа».

– Ну, Федя сам по себе по жизни человек, ну типа он же решает, типа какова его же судьба и т. д.

– А вот как это было, блин, вот уже интересно, что будет, ладно, давай дальше, что там у тебя.

Время было 21:55 вечера, Ландыш накрылась пледом и сидела на кресле вместе с Федей, Ландыш было очень скучно.

– Федь…

– М? Что такое, котёнок?

– Мне что-то скучно.

– А что хочешь?

– Тебя… – Ландыш прикоснулась к его губам, и поцелуй стал очень глубоким, и было полно страсти.

Федя начал целовать её шею, уже было много пошлостей.

– Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул?

– Очень… – после чего затянулся поцелуем, и после этого Федя начал прикасаться к телу Ландыш.

– Ты такая сексуальная, когда краснеешь, – ухмыляется Федя. – Я хочу тебя так, чтобы я тебя трахнул настолько, насколько смогу, мой ты котёнок.

– Тогда не будем нежными, пожалуйста, – прошептала она ему в ухо. Федя взял на руки Ландыш, повалил на кровать, и скрестил её руки, и держал.

– Тебе удобно, когда ты лежишь, а я сверху?

– Очень удобно, теперь возьми и трахай меня как последнюю сучку, главное, чтобы никто не услышал нас с тобой, – Федя не успел ответить, как Ландыш поцеловала его.

После чего она расстегнула его ремень, Федя обхватывает её шею, в то время как его рука проводит по внутренней стороне бедра.

После этого его цельный член туго входит, Ландыш ощущала, как крепко её киска стягивала его со всех сторон.

– Ах! Федя, пожалуйста, – стонала Ландыш, наплевав на всё. – Я не могу… Пожалуйста…

– Как же в тебе потрясающе, – прорычал он. – Тебе нравится, как мой член наполняет твою маленькую тугую киску?

– Да, – простонала Ландыш, – Мх… да, пожалуйста, не останавливайся.

После третьего и четвёртого оргазма кончил в неё.

Ландыш и Федя после секса лежали голые и разговаривали.

– Ты красив даже без одежды, Федь, ты знал? – спросила Ландыш и лежала на его груди, и слышала, как его сердце стучится.

– А ты без одежды и так красива, для меня, – в ответ поцеловал её в губы, – Мне вообще кажется, ты становишься ещё красивее, когда стесняешься.

– Я не стесняюсь, – пробормотала она, уткнувшись в его шею, но он уловил улыбку в её голосе.

– Ага… конечно. Тогда это ты сейчас меня дразнишь, лежа вот так вся тёплая и притворяешься невинной?

– Может быть, – она чуть приподнялась, её волосы коснулись его лица, – а может быть… я просто хочу поцелуй.

Он не заставил её ждать. Его рука скользнула по её спине, притягивая ближе, и он коснулся её губ сначала осторожно, почти играючи, а затем – с нарастающей жадностью. Между ними уже не было ничего лишнего, только кожа, дыхание и напряжение, наэлектризованное, будто воздух перед грозой.

– Знаешь, – прошептал он, целуя уголок её губ, – если ты будешь продолжать так шептать мне комплименты, я снова забуду, что мы вообще собирались спать. Ландыш тихо засмеялась и вновь уткнулась носом в его шею.

– А кто сказал, что я хотела спать?

Федя прижал Ландыш ближе, обняв так, будто не хотел отпускать даже на секунду. Она свернулась калачком у него на груди, её пальцы лениво рисовали узоры на его животе.

– Всё, котёнок, – прошептал он, нежно касаясь губами её лба. – Больше никаких шалостей. Спать пора.

– Ммм… ну ладно, но только если ты не отпустишь меня. – Ландыш зевнула и уютно устроилась, укрывшись пледом, под которым уже давно стало тепло от их тел.

– Я даже думать об этом не собирался. – Он чуть сильнее прижал её, одной рукой ласково гладя её волосы, пока она медленно засыпала у него на груди.

Ландыш закрыла глаза, всё ещё чувствуя его тепло, его дыхание и стук сердца. Это было как-то слишком спокойно, слишком правильно – так, как будто всё в мире встало на свои места.

Федя поцеловал её в макушку и прикрыл глаза. Он улыбался во сне, едва заметно, как будто даже в сновидениях чувствовал, что рядом – именно та.

Минуты тянулись медленно, дождь за окном убаюкивал, и вскоре они оба спали, крепко обнявшись, укрытые пледом, в комнате, полной тишины, тепла и взаимной нежности.

Все спали, а Ильяс и Эмиль играли на компьютере в игру танки, и выигрывал Ильяс.

– Не, ты опять меня выигрываешь? Как ты это делаешь? – рассмеялся в ответ Ильяс.

– Просто играю, а что? – улыбнулся, потом разошлись и уснули, и ушли по своим комнатам, вот Ландыш не могла почему-то уснуть, и вместе с Федей не могли уснуть.

– Тоже после секса не можешь уснуть?

– Могу, но не хочу, когда рядом со мной есть сексуальный парень, когда его первая буква начинается «Ф», а на последнюю на «Я».

Глава 7 Это боль для меня

Новый день и новые темы, ректор объяснял новую тему которое связана с физикой, Федя и Эмиль разговаривали насчёт идеи поехать на природу. Сначала они обсуждали насчёт место, и будем ли они брать шашлыки.

– Эмиль, давай как пары кончиться все решим, и место шашлыки конечно.

– Слушай, а все мы будем?

– Не знаю, ну это лучше мы обсудим когда мы дома будем хорошо?

Пары закончились Эмиль вместе с Федей, вышли из универе, и затем присоединилась Ландыш, Федя обнял свою девушку и поцеловал её в щёчку, рядом с Эмилем, Федей, Ландыш рядом была Эля держав за руку Эмиля, ведь они тоже являются крепкой парой, да и Федя и Ландыш тоже самая прекрасная пара.

Они вернулись вместе вчетвером пришли домой, стоял вкусное блюдо на кухне, Диана, Ксюша и Настя, готовили еду.

– Вот вы где! – Диана оторвалась от готовки, глянув на них.

– Мы тут почти всё закончили, а вы как раз к самому вкусному.

– Диана, а ты почему не на парах была? А то ректор завёлся почему ты не была на парах! – спросил задумчиво Федя.

– Я заболела, температура высокая 39.2, хотя писала что не смогу в универ пойти, потому что я заболела.

– Ого, – Федя нахмурился. – Ну ты чего, могла бы сказать, мы бы хоть что-то тебе принесли: супчик, лекарства, обнимашки в крайнем случае.

– Да у меня тут обнимашки в виде Ксюши и Насти, – Диана усмехнулась, – Они с утра бегают: одна мерить температуру, вторая чай заваривает. Уж точно как в госпитале. Даже поспать не дают.

– Ну всё, теперь ты официально наш самый хрупкий солдат, – подмигнул Федя. – Выздоравливай быстро, а то без тебя на парах скучно, и ректор кого-нибудь из нас выгонит вместо тебя.

– Не пугай, – тихо рассмеялась Диана. – Я уже скучаю по универе… немножко.

– Вот выздоравливай, и сходим всей толпой на пары или в кафешке. А ректор пусть сам себе пары ведёт, – добавил Эмиль, проходя мимо с подносом.

– Ой спасибо, но не забывай Эля наша будет ревновать – Диана усмехнулась – Эля не обижайся, я пошутила все в порядке

Ребята пошли умываться, и садиться за стол, и начали кушать. – Ммм, девочки молодцы это вообще вкусно

– Ой спасибо, а где Ландыш? Она не придет?

– Она немного не в настроении, и поела она в ещё в кафе, поэтому сейчас не голодная. – сказал в ответ Федя.

– Может она заболела? Федь, проверь лучше, она сейчас что делаешь?

– Вроде спит сейчас проверю

Федя зашёл в их комнату, она в это время, подошёл, присел к ней, начал гладить её, и немного она открыла глаза.

– Котёнок все хорошо? Вся ты в теплом одеяле, что такое?

– Не знаю что то плохо как, то заболела походу

Федя чмокнул в лоб, чтобы проверить нет ли температуры, и она действительно горячая. – Ты прямо горишь, – прошептал он обеспокоенно.

– Почему ты молчала? Надо было сразу сказать. Я бы всё бросил и побежал к тебе…

– Не хотела тебя отвлекать, – выдохнула она, прижавшись щекой к его ладони. – Просто думала, что пройдёт…

Федя с нежностью поправил плед, плотнее укутывая её, затем быстро встал:

– Я сейчас. Принесу тебе чай, сироп, и градусник. Ты у меня не будешь болеть одна, ясно?

– Только… не уходи надолго, пожалуйста, – тихо прошептала она, уже почти сквозь сон. Он улыбнулся, провёл рукой по её щеке:

– Я рядом. Ни на шаг.

Он выскочил из комнаты, схватил термос с заваркой, чай с лимоном, бросил в кружку ложку мёда и вернулся с градусником и шерстяными носками в руках. Присев снова рядом, он надел ей носки, накрыл пледом и помог сделать пару глотков тёплого чая.

– Вот так. Молодец, – шептал он, будто укладывал ребёнка.

– Теперь мерим температуру… и если что, я весь вечер твой. Я даже с тобой лягу, если захочешь.

– А если я сильно больна? – слабо улыбнулась Ландыш.

– Тогда я тебя всё равно буду обнимать. Просто потихоньку. Очень нежно, – прошептал Федя и поцеловал её в висок. Она прижалась к нему, уже не протестуя, укутанная, теплая, с кружкой в руках. Он остался рядом – не уходил, не отрывался от неё, гладил по волосам и слушал, как её дыхание становилось всё тише.

А потом, когда она уснула, он остался рядом – сидел, положив руку на её плечо, чувствуя, как сильно он её любит. Федя пока вышел из комнаты, и вернулся на кухню к остальным.

– Ну? Как она? – Диана переживала за Ландыш

– Заболела, высокая температура у неё, видимо простуда, но лучше вызову скорую чтобы ничего никакую серьёзную болезнь не получила – Федя начал вызывать – Ало, скорая, девушке плохо приедет, пожалуйста, по её симптомам высокая температура, болит горло.

Врач приехал в дом и начал осматривать Ландыш все ли с ней порядке, врач все осмотрел, сказал что это обычная простуда, затем врач прописал лекарство, Федя проводил врача, и потом он уехал, потом вернулся к Ландыш и лёг рядом, и обнял её.

– Федя, ты тоже сейчас же заболеешь, тебя это никак не смущает? – Ландыш переживает за Федю потому что она заболела, итак, состояние не самое лучшее – Федя, отпусти меня, я тебя заражу и потом будешь лежать как я сейчас!

– Мне плевать, – тихо и твёрдо сказал Федя, ещё крепче обняв её. – Я лучше с тобой заболею, чем оставлю тебя одну мёрзнуть под пледом.

– Но это глупо, – пробормотала она, утыкаясь носом в его грудь. – Ты же сильный и всегда такой заботливый… А я сейчас просто тёплая микробная грелка…

Он рассмеялся, но мягко:

– Микробная, но моя. Самая любимая. Я, между прочим, подписывал душой контракт – «в болезни и в здоровье». И от такого контракта не отказываются. Ландыш невольно улыбнулась, хотя глаза были всё ещё уставшими.

– Вот почему я тебя и люблю. Даже когда ты ведёшь себя как безрассудный идиот. – Она натянула плед повыше, прижалась ближе.

– А я тебя люблю даже с заложенным носом и температурой, – пошутил он и поцеловал её в висок. Тепло от его тела, ритмичное дыхание и его заботливое присутствие действовали лучше любого лекарства. Ландыш тихо выдохнула:

– Только не уходи, ладно? Даже если я храплю…

– С радостью буду слушать, – прошептал он. – Главное, что ты рядом.

Так они и лежали: два влюблённых сердца, связанные теплом и нежностью, под одним пледом, несмотря на жар и слабость. Он гладил её по волосам, считал её вдохи, и не переставал любить даже в самые простые, бытовые, но настоящие моменты. Ландыш и Федя смотрели фильм, лежали в обнимку. Федя слегка поигрывал пальцами с прядью её волос, нежно обвивая их вокруг пальца, а Ландыш положила голову ему на плечо, чувствуя себя в полной безопасности. Её дыхание было ровным и спокойным, и он чувствовал, как её щёчка немного подрагивает от его пульса.

– Ты знаешь, – тихо прошептала она, – я бы могла так каждый вечер, фильм, плед, и ты рядом.

– А я бы каждый вечер засыпал с тобой в обнимку. Даже если фильм скучный, – усмехнулся он. – Главное – ты у меня есть.

Он слегка поцеловал её в висок. Ландыш улыбнулась, повернулась к нему, и их взгляды встретились. Глаза в глаза – так близко, что дыхание смешивалось. Она провела пальцем по его щеке, словно запоминая каждую линию.

– Почему ты такой тёплый? – прошептала она с мягким флиртом. – Как будто изнутри светишься.

– Может, потому что обнимаю своё солнышко, – подмигнул он.

Она тихо засмеялась и потянулась к нему, чтобы поцеловать в губы. Поцелуй был не спешный, ленивый, как будто они никуда не торопились и у них было всё время мира. Он прижал её ближе, скользя ладонью по спине, ощущая, как она расслабляется в его объятиях.

– Ммм, – протянула Ландыш, спрятав лицо у него на груди. – Не хочу, чтобы этот вечер заканчивался.

– Тогда пусть он не заканчивается, – прошептал он, – хочешь, после фильма – горячий шоколад? Или какао? Мы можем устроить себе настоящий уютный вечер.

– А можно и то и другое, – сказала она, поднимая голову.

– А потом снова под плед… и снова поцелуи. Много поцелуев.

– С удовольствием, – шепнул он ей прямо в губы и снова поцеловал. На этот раз дольше, глубже, с мягкой страстью.

Фильм шёл фоном. А потом закончился. Но они даже не заметили – слишком были увлечены друг другом. Мир за окном будто замер. В комнате было только тепло их тел, свет от ночника и чувство, будто любовь у них одна на двоих.

Немного позже они перешли на кухню. Он сварил какао, подал ей кружку с зефирами, она надела его рубашку поверх пижамы, и снова села к нему на колени. Они болтали о будущем, строили фантазии, смеялись, делились мечтами – простыми, домашними, настоящими. А когда вернулись, он уложил её на кровать, укрыл одеялом и тихо прошептал:

– Засыпай, моя любимая. Я здесь. Всегда. Ландыш закрыла глаза, обняла его за шею и, прежде чем уснуть, прошептала:

– Я тебя люблю, Федя. Слишком сильно, чтобы это было просто. Наверное, навсегда. Он улыбнулся, поцеловал её в лоб, обнял крепче и прошептал:

– А я тебя. Больше, чем ты думаешь.

И в тишине, под мелодичный звук дождя за окном, они уснули в обнимку, прижавшись друг к другу – как две половинки одного сердца.

В тем временем Эля и Эмиль лежали и немного целовались. Комната дышала теплом и чем-то очень личным. Они лежали лицом друг к другу, едва касаясь носами, и тихо смеялись – не от шутки, а просто от того, как хорошо быть рядом.

Эмиль убрал с её лица прядь волос, погладив по щеке, и задержал ладонь у подбородка.

– Ты такая смешная, когда щуришься, – прошептал он с лёгкой улыбкой, прижимаясь к ней лбом.

– А ты, когда такой серьёзный, – флиртовала Эля, дразня его.

– Я всё жду, когда ты уже наконец перестанешь быть таким милым и начнёшь вести себя как плохой парень.

– Плохой? – Эмиль усмехнулся и потянул её чуть ближе.

– Ну хорошо… если плохой парень вот так делает… – он медленно поцеловал её в шею, заставив её вздрогнуть от нежности, – …то, может, я и не такой уж хороший. Эля тихо захихикала, прижалась к нему всем телом и спрятала лицо у него в груди.

– Знаешь, мне с тобой… вот так просто хорошо. Даже когда ты молчишь, даже когда просто обнимаешь. Не нужно говорить ничего. Я будто дома.

– Потому что ты – мой дом, Эля, – сказал он серьёзно, прижимая ладонь к её сердцу. – И мне важно, чтобы ты чувствовала себя любимой, в каждый момент, даже в молчании.

Она приподнялась, чтобы заглянуть ему в глаза. Их лица были так близко, что дыхание касалось губ. Эля провела пальцем по его брови, потом по линии скулы.

– Ты умеешь говорить такие вещи, от которых внутри всё… – она не договорила, просто поцеловала его – сначала мягко, потом чуть глубже, обвив руками его шею. Он ответил на её поцелуй, притянув ближе, так, что между ними не осталось ни капли воздуха. В этом поцелуе было всё – нежность, флирт, страсть, и глубокая привязанность, та, которую не спрячешь. После поцелуя она прижалась лбом к его лбу.

– Ты заметил, как мы уже стали как будто частью друг друга? – спросила она тихо. – Я даже засыпать не могу, если ты не рядом.

– А я каждое утро ищу твою руку, – сказал он. – Без неё – будто не проснулся.

Они снова замолчали, просто обнимались, иногда целуясь, смеясь в подушку, вспоминая истории из универе, мечтая, куда поедут летом – может, к морю, может, в горы, главное – вместе. И каждый раз, когда один из них отводил взгляд, второй ловил его обратно – будто не мог насмотреться.

И когда Эля начала засыпать у него на груди, он шепнул ей:

– Обещаю, что буду рядом. Всегда. Неважно, что будет.

Просто помни: ты – моё лучшее «случайно».

Она не ответила – только крепче обняла его во сне, и Эмиль поцеловал её в макушку, закрывая глаза. Ночь продолжалась, мир замирал, а в их комнате царила тишина

– тишина, в которой не было одиночества, только любовь.

– Люблю тебя любимая, очень сильно любимая – обнимая её в ответ – я рад что мне повезло с такой девушкой как ты любимая, я люблю тебя больше всего на свете – в ответ её поцеловал её

– А я рада что у меня есть настоящий человек который меня может меня понять, я люблю тебя больше всего на свете любимый – поцеловав его, он её обнял и он потом заснули вместе в обнимку.

В тем временем в комнате Жене и Мили лежали в комнате, смотрели кино и вместе сладкий попкорн.

Миля уже начала засыпать и тут закрыла она глаза и заснула, а Женя обнял её и дальше смотрел фильм. Наступил выходные время было 9:40, Настя, Диана, и Ксюша играли в карты на желаний вместе с Ильясом и Женей, а остальные были заняты, Эля и Эмиль проводили время на улице вместе устроили романтический день, но приготовил для Эли кое-что интересное.

А Ландыш лежит в постеле, болеет а Федя заботиться о её здоровье.