Скрипачка для Ястреба

– Вот сейчас и спросим.

Я достаю связку ключей, найденную в ее сумке. Отпираю замок, и мы входим в квартиру. Тихо.

– Слушай, а обстановочка у нее – ничего так, – присвистывает Макс.

– Девчонку ищи! А не хату разглядывай.

Я иду по коридору. Квартира у нее действительно большая. Да и обставлена хорошей мебелью.

– А что ее искать? Вот она! – кричит Макс из другого конца коридора.

Заглядываю в комнату. Из-под одеяла торчит копна белых волос. Подхожу вплотную к дивану.

– Ну-ка, поднимайся, спящая красавица! – громко говорю.

Она начинает шевелиться, и через пару мгновений из-под одеяла высовывается ее нос. Она смотрит на нас бессмысленно. Под ее глазами – темные круги. Да и вообще видок у нее, мягко говоря, потрепанный.

– Вы?.. – тихо бормочет девчонка.

– Я, – рявкаю гневно. – Где флешка?

Ее и без того большие глаза делаются еще больше.

– Рустам, глянь.

Я оборачиваюсь.

Макс кивает на журнальный столик, по поверхности которого рассыпаны белые таблетки.

– Бля… походу, она наркоманка. Жаль. Девочка мне понравилась. Я бы с нейзамутил, – говорит Макс. И в его голосе действительно слышится сожаление.

Я поворачиваюсь к скрипачке. Ее глаза снова закрыты. Сука! Под кайфом!

– Вера! – рявкаю.

Сдергиваю с нее одеяло, хватаю за плечи и встряхиваю ее хорошенько, чтобы в себя пришла.

– Где флешка? – рычу ей в лицо.

Скрипачка открывает глаза и с ужасом смотрит своими огромными голубыми глазищами мне в лицо.

– Вера! Мать твою.

– Какая флешка? – шепчет она пересохшими и потрескавшимися губами.

У нее снова закрываются глаза. .

– Которую ты благополучно спиздила из моего кабинета. Не отключайся.

Я встряхиваю еще раз. Ее голова качается из стороны в сторону, как у тряпичной куклы.

В конце концов она упирается мне лбом в грудь и обмякает.

– Блять! Она не под кайфом! – резюмирую я.

Она горячая, как печка. И до меня доходит наконец, что у нее жар.

– Рустам, ее футболка… – тихо говорит Макс.

Я укладываю девчонку обратно. Отбрасываю в сторону одеяло. Вся ткань футболки и пододеяльник изнутри пропитаны кровью. Задираю футболку.

– Ух, блин… Дело плохо, похоже, – выдает друг. – У нее все-таки началось воспаление? Выглядит жутко. Ей помощь нужна.

– Макс, принеси аптечку из ресторана.

Окидываю взглядом хрупкое тело. Из одежды на девчонке – только футболка и черные хлопковые трусы. Снова перевожу взгляд на ее рану. Вокруг швов кожа красная, и это хорошо.

Скидываю пиджак на стул, иду искать ванную комнату. Нахожу ее довольно быстро.

Пока мою руки, осматриваюсь. В стаканчике торчит одна зубная щетка. Пузырьки и баночки – все женские. Значит, живет одна.

Возвращаюсь в комнату. Вера свернулась клубком, и ей, похоже, становится хуже. Она начала постанывать и мелко дрожать.

– Эй, девочка, – прикасаюсь к ее лицу. – Открой глаза.

Реакции – ноль.

В коридоре слышу шаги. Макс вернулся. Молодец. Быстро.

– Рустам, там Денисов в ресторан прикатил. Тебя требует. Говорит, что дозвониться не может.

Говоря это, он протягивает мне аптечку.

– Подождет.

Я достаю оттуда антибиотики. Сейчас это самое главное. Набираю в шприц лекарство. Приспустив хлопковые трусики, делаю укол. После, задрав футболку повыше, принимаюсь за обработку раны.

Сам то и дело поглядываю на ее выглядывающее из-под собранной гармошкой ткани полушарие груди и торчащий наружу розовый сосок.

– Красивая девчонка, – вдруг говорит Макс, который тоже не сводит с нее глаз.

– Хорош пялиться, – прикрываю футболкой ее грудь. – Побудешь сейчас с ней. А я с Денисовым порешаю и вернусь.

– Лады.

– К скрипачке в трусы не лезть!

– Не буду, – улыбается мерзавец и поднимает ладони.

Глава 5

Вера

Не знаю, сколько времени я была в отключке: то ли спала, то ли без сознания валялась. Но вот уже минут десять, сидя на диване в своей квартире, я рассматриваю спящего мужчину в кресле.

Этот мужчина – Рустам Дмитриевич Демидов.

Мышцы его лица расслаблены. У него густые ресницы, которым могла бы позавидовать любая девушка. Нос с небольшой горбинкой. Широкие брови и красивые губы. Верхняя – чуть тоньше, чем нижняя. Одет в деловой костюм.

Я смотрю на него и смотрю… А в моей голове крутится: как он проник в мою квартиру и что тут забыл?

– Скоро дыру во мне проделаешь, – вдруг раздается его голос с хрипотцой.

От неожиданности я дергаюсь и прижимаю к груди колени.

– Извините. Я думала… Я думала, что вы спите.

Демидов смотрит на меня черными глазами.

– Очухалась, маленькая Вера?

Он выпрямляется, упирается локтями в колени. Смотрит, как хищник на свою добычу.

Киваю.

– Где флешка, Вера?

– К-какая флешка?

– Идиотку из себя не строй.

– Рустам Дмитриевич, я действительно не понимаю, о чем вы говорите.

– Кто тебя подослал?

– Куда? – по-прежнему не понимаю я.

– В мой ресторан. Не будь дурой! В любом случае я хуже, чем тот человек, на которого ты работаешь. Отвечай! Мое терпение на исходе. Ве-ра.

Он угрожающе медленно произносит мое имя.

– Р-Рустам Дмитриевич. Какая флешка? – дрожащим голосом снова спрашиваю я.

Что он от меня хочет? Я не понимаю.

– Та, которую ты украла из моего кабинета! А подменила на свою.

Я перевожу взгляд на его руки. И, кажется, начинаю понимать. Я вижу, как он крутит в пальцах МОЮ флешку.

Пока я соображаю, он резко вскакивает с кресла и склоняется надо мной, одним пальцем поддевая мой подбородок. Ноготь больно впивается в кожу. И я морщусь:

– Постойте. Но я забрала свою флешку.

– Да что ты говоришь, – рычит в лицо. – Где флешка, Верочка?

– В моем жакете.

– Где жакет?

Я судорожно пытаюсь вспомнить, где он может быть.

– Я не знаю. В тот вечер… ну… когда меня ранили… он был на мне. А когда я очнулась у вас, его уже не было. П-получается, он у вас дома.

Глаза его делаются узкими. Он переводит взгляд на мои губы. И я… Меня будто током прошибает.

К счастью, уже спустя мгновение он отстраняется… отходит от меня и принимается кому-то звонить.

– Сев, – говорит отрывисто в трубку. – Быстро найдите мне жакет скрипачки! Мне насрать! Ищи, сказал! Значит, носом будешь рыться в помойке, пока его не найдешь.

Сбрасывает вызов и оборачивается ко мне.

– Рустам Дмитриевич. Я, наверное, перепутала вашу флешку со своей.

И начинаю рассказывать, как все было. Мне очень хочется, чтобы он понял и поверил мне.

– Я не воровка. Никогда чужого не возьму. Честное слово, – жалобно говорю.

Он сурово выслушивает мой рассказ. А потом у него звонит телефон.

– Слушаю. Отлично. Скоро буду.

Переводит взгляд на меня:

– Не попадайся мне больше на глаза, Вера.

С этими словами он выходит из комнаты и громко хлопает входной дверью.

Его тяжелая энергетика так и остается витать в воздухе. А я – сама не знаю почему – начинаю рыдать.

Несколько дней спустя.

Мое самочувствие заметно улучшилось. Я даже уборку в квартире решила сделать. Она у меня большая. Четыре комнаты. Осталась от моих родителей. Когда мне исполнилось восемнадцать, тетя Катя привезла меня сюда и отдала все документы, оформленные на мое имя. С тех пор я живу тут.

Я очень люблю свою квартиру. И замечательно справляюсь со всеми домашними заботами. Но сегодня, похоже, был не мой день. Определенно, не мой.

Собрав мешок мусора, я пошла его выносить. Вышла из квартиры, чтобы выбросить мешок в мусоропровод, расположенный пролетом ниже. И не только оставила в квартире на полочке ключи от входной двери, но и забыла зафиксировать защелку дверного замка. Конечно, тут же случилось именно то, что должно было случиться: дверь от сквозняка захлопнулась.

– О! Только не это! – застонала я. Начала толкать дверь, вот только все без толку.

Опершись на дверь, я некоторое время раздумывала. А потом приняла решение. Я решила вернуться за своей сумочкой в ресторан. В конце концов, это моя сумочка. И в ней лежали мои ключи от квартиры. Все равно мне однажды придется туда сходить хотя бы раз, чтобы забрать мои вещи.

Я оглядела себя. М-да… На мне – домашний розовый вельветовый костюм с капюшоном, на котором болтались теперь длинные заячьи уши. И домашние тапочки в цвет костюма.

– Вот же угораздило! Надеюсь, Демидова в ресторане не будет, – сказала я сама себе.

Спустилась на первый этаж, вышла на улицу и зашагала в сторону ресторана. Хорошо, что время сейчас – около девяти часов вечера. Народа на улице не очень много, да и темновато… Так что мой внешний вид особого внимания не привлечет. Не должен, во всяком случае.

И вот я тою на светофоре и смотрю на сияющее здание на той стороне улицы.А в голове всплывают слова Рустама Дмитриевича: «Не попадайся мне больше на глаза, Вера».

Надеюсь, не попаду.

Подхожу ко входу. У дверей стоит охранник и смотрит на меня с удивлением.

– Эй! – грубо окликает. – В пижаме нельзя!

– Здравствуйте. Мне можно увидеть Софию? Я вещи хочу свои забрать.

Мужчина сводит брови и, кажется, раздумывает.

В этот момент из ресторана выходит высокий молодой человек – лет тридцати. Он тоже секунду-другую смотрит на меня с удивлением, а потом по его лицу расплывается совершенно очаровательная улыбка.

– Вера?.. – произносит вопросительно.

– Да. Здравствуйте, – отвечаю.

Откуда он меня знает?

– Ты что тут забыла, малышка? Или… зайка? – все с той же улыбкой он оглядывает меня, оценивает мой наряд. Вообще, мне кажется, что он смотрит на меня с… интересом.

– Мне нужна София. А вы кто? Простите, но я вас не знаю.

Он спускается по ступенькам ко мне, протягивая руку для знакомства.

– Макс, – отвечает спокойно.

Я протягиваю руку в ответ:

– Очень приятно, Максим. Мне очень нужно увидеть Софию.

Он кивает.

– Валер, проводи очаровательную Верочку к Софии.

Угрюмый мужчина кивает.

– Идем, – делает мужчина первый шаг к двери. Вот только Макс продолжает держать мою руку. И я, смущаясь, говорю:

– Извините, – и выдергиваю свою руку из его. – Спасибо, Максим.

– Всегда пожалуйста, Верочка.

Я прохожу вслед за охранником по знакомому коридору. У одной из дверей он останавливается, бросает мне:

– Ждите здесь.

И стучится в дверь.

– Соф, тут к тебе девушка. Встречи просит.

– Хорошо, пусть зайдет, – слышу я знакомый голос Софии.

– Можете проходить, – кивает охранник.

Я заглядываю в приоткрытую дверь. София сидит за столом, заваленным кучей бумаг.

– Вера?!

– Здравствуйте, София, – я прохожу в светлый кабинет.

– Какими судьбами? – прищуривается она. – И… что за вид?

– Долгая история. Я хотела бы забрать свои вещи.

– Так… – вздыхает она. – У меня их нет.

– Как нет?

– Они в кабинете у Рустама Дмитриевича.

– Можно мне их забрать?