Попаданка и космо-эльфы. Часть 2

Сапфир молчал, но я видела, как его пальцы сжались в кулаки. Он не был сторонником обмана, но и доверия к Амбрато у него не было. После всего, что этот ледяной эльф сделал с нами после того, как он шантажировал меня, заставил подписать контракт, вколол сыворотку… После всего этого Сапфир был готов на многое, лишь бы избавиться от него.

— Я согласен с инкубом, — наконец произнес он, и его голос прозвучал глухо, но твердо. — Мы не можем ему доверять. Он показал, кто он есть на самом деле. Он использовал тебя, Аля. Он заставил тебя подписать этот контракт. Он вколол тебе эту дрянь… — Сапфир сжал зубы, и я увидела, как на его скулах заиграли желваки. — Такие, как он, не меняются. Он будет контролировать тебя всю жизнь.

— О, да, — подхватил Бейро, поднимаясь и подходя ближе. — И что мы знаем о нем, куколка? Что он командор, генерал, член Совета. Что он захватывает планеты и порабощает целые народы. Что он способен на подлость, чтобы добиться своего. Ты хочешь такого мужа?

Я смотрела на них обоих и чувствовала, как внутри меня разгорается странное противоречие. С одной стороны, я понимала их. Я понимала их страх, их злость, их желание защитить меня. Я сама ненавидела Амбрато за то, что он сделал. За эту холодную, расчетливую жестокость. За то, как он использовал мое бессилие. За то, что он просто взял и сломал меня, подчинив своей воле.

Но с другой стороны… я вспомнила его сон. То бесконечное одиночество в пустоте космоса. То чувство тоски и безысходности, которое я ощутила, когда оказалась внутри его сознания. Я вспомнила его слова: «Скоро ты встретишь её. Скоро твоё одиночество закончится». Он искал меня. Он ждал меня. И он был готов на всё, чтобы меня найти.

А еще я вспомнила его взгляд, когда он смотрел на меня в тот момент, когда мы были наедине. Тогда, в каюте, когда он раздевал меня, когда он касался меня. В этом взгляде было нечто большее, чем просто холодный расчет. Там была голодная, почти отчаянная жажда, которую он прятал за своей ледяной маской. И я не могла этого игнорировать, особенно теперь, когда я стала острее ощущать его эмоции.

— Кому-то из вас было бы приятно, если бы я вас обманула? — тихо спросила я, глядя на них обоих.

Тишина повисла в воздухе. Бейро даже замер, его лицо на мгновение потеряло свою наглую уверенность. Сапфир опустил глаза, и я увидела, как его челюсть напряглась.

— Это другое, — наконец сказал он, но в его голосе не было прежней уверенности. — Ты не обманула бы нас, ты просто… выбрала бы нас. А он… он не заслуживает этого выбора.

— А ты заслужил? — спросила я, и мой голос прозвучал жестче, чем я ожидала. — Когда мы только встретились, ты был для меня чужим. Ты был неприкасаемым, которого я боялась. Ты был тем, кто вызывал у меня страх и недоверие. И ты оказался просто в нужном месте в нужное время. Но я все равно дала тебе шанс. Я поверила тебе. И ты оказался тем, кого я полюбила.

Я перевела взгляд на Бейро.

— А ты. Ты – демон, инкуб, который едва не свел меня с ума своими феромонами. Ты был тем, от кого я должна была бежать. Но я дала тебе шанс. И ты стал моим мужем.

Я снова посмотрела на Сапфира.

— Если я обману Амбрато сейчас, если я предам его доверие, что это будет говорить обо мне? Что я буду стоить как жрица? Как жена? Как че… эльф? Разве семья строится на обмане и предательстве?

Сапфир и Бейро переглянулись. Я видела, как они оба понимают, что я права. Как бы им ни хотелось избавиться от Амбрато, они не могли отрицать логику моих слов.

— Я не говорю, что мне легко, — продолжила я, чувствуя, как голос начинает дрожать. — Я тоже ненавижу его за то, что он сделал. За то, как он поступил со мной. Но он теперь мой муж. Он теперь часть нашей семьи. Он спас меня от Кейна, который хотел моей смерти, хотя изначально думал о том, чтобы стать моим этром. И если я хочу, чтобы наша семья была настоящей, я не могу начать ее с предательства.

Я сделала глубокий вдох и посмотрела на них обоих.

— Мы должны дать ему шанс. Мы должны попытаться построить что-то настоящее. Если он нас предаст, если он сделает что-то, что поставит под угрозу нашу семью, тогда мы решим, что делать дальше. Но сейчас… сейчас мы просто подождем. И посмотрим, что он предложит.

Бейро вздохнул и вновь откинулся на подушки, прикрыв глаза.

— Ты права, куколка, — сказал он, и в его голосе слышалась усталость. — Я знаю, что ты права. Но мне это не нравится.

— Мне тоже, — призналась я. — Но мы — семья. А в семье не обманывают друг друга.

Сапфир подошел ко мне и присел рядом. Он взял мою руку в свою и начал мягко поглаживать подушечками пальцев мою ладонь.

— Ты сильная, Аля, — сказал он, и в его голосе звучала гордость. — Ты мудрая. Ты права. Мы не можем начать нашу жизнь с предательства. Даже если это трудно.

Я благодарно улыбнулась ему, чувствуя, как его тепло передается мне через его прикосновение. Бейро открыл глаза и посмотрел на нас, и я увидела, как в его взгляде появляется что-то похожее на принятие.

— Ладно, — сказал он, поднимаясь. — Тогда будем ждать этого ледяного ублюдка. Но если он сделает что-то не так, я не буду сдерживаться.

— Договорились, — ответила я, и в моем голосе прозвучала твердость, которой я не ожидала от себя. — Если он предаст нас, мы будем действовать. Но сначала мы дадим ему шанс.

Мы сидели в тишине, ожидая возвращения Амбрато. Даже успели пообедать запасенной едой, которая хорошо сохранилась и рассказать Бейро, что на самом деле произошло и почему мы с Сапфиром бежали.

Я чувствовала, как Архи пульсирует вокруг нас, как ее энергия наполняет пространство теплом и жизнью. Она была спокойна, и это передавалось мне, успокаивая мою душу. Но где-то в глубине сознания все еще теплилась тревога, которую я не могла игнорировать.

Время шло. Минуты превращались в часы. Я прислушивалась к Архи, ожидая, от неё сигнала, что Амбрато вот-вот вернется. Но она оставалась спокойной, как и обстановка в ремонтном отделении, в котором до сих пор пряталась моя милна.

Я начала беспокоиться. Что-то было не так. Я чувствовала это.

А затем я ощутила это. Сначала слабо, потом все сильнее — волна ярости, смешанная с бессилием, которая пронзила меня, как удар током. Я вздрогнула, чувствуя, как мое сердце начинает биться быстрее. Это не было моим чувством. Это было его. Амбрато.

— Аля? Что случилось? — Сапфир заметил мое состояние и сразу оказался рядом. Его руки легли на мои плечи, и я почувствовала его беспокойство через нашу связь.

— Это Амбрато, — сказала я, и мой голос дрожал. — Я чувствую его. Он в ярости. И в бессилии. Он… он в опасности.

— Что? — Бейро вскочил на ноги, его глаза загорелись алым. — Где он? Что случилось?

— Я не знаю, — покачала я головой, пытаясь сосредоточиться и понять, откуда исходит это чувство. — Но он все еще на своем корабле. Что-то пошло не так. Он попал в ловушку. — Я встала, чувствуя, как внутри меня нарастает паника. — Нам нужно идти к нему. Нам нужно помочь ему.

— Аля, подожди, — Сапфир перехватил меня за руку. — Если он попал в ловушку, значит, там опасно. Мы не знаем, что там происходит. Мы можем только навредить себе.

— Но он мой муж! — воскликнула я, вырывая руку. — Я не могу просто сидеть здесь и ждать, пока его убьют! Архи! — мысленно позвала я свою милну. — Открой нам выход!

Архи откликнулась почти сразу. Я почувствовала, как она открыла шлюз. И в этот момент я почувствовала его. Амбрато! Он именно в этот момент оказался внутри моей милны.

Я тут же бросилась к нему. И увидела, что Амбрато держится за ящики с провизией, в отсеке с багажом, который мы до конца так и не разобрали.

Он был ранен. Его мундир был разорван, на груди виднелась глубокая рана, из которой сочилась темная кровь. Его лицо было бледным, глаза — мутными, и он едва держался на ногах, опираясь на стену. Но даже в таком состоянии он смотрел на меня с той же холодной решимостью, которую я видела в нем всегда.

— Алевтина, — его голос был хриплым, прерывистым, но в нем слышалась сталь. — Ты должна сделать это. Сейчас.

— Что? — я подбежала к нему, пытаясь поддержать его, но он оттолкнул меня, и я заметила, что его глаза стали красными. — Ты ранен! Нам нужно…

— Нет! — он перебил меня, и в его голосе прозвучала отчаянная настойчивость. — Нет времени. Они скоро будут здесь. Наемники Совета. Ты должна переместить корабль. Сейчас же.

— Куда? — спросила я, чувствуя, как паника накатывает на меня волной. — Куда нам лететь?

— Точка… — он попытался сказать что-то, но его глаза закатились, и он начал падать.

Я успела подхватить его, чувствуя, как его тело становится тяжелым в моих руках. Сапфир и Бейро мгновенно оказались рядом, помогая мне уложить его на пол. Амбрато был без сознания, его дыхание было поверхностным и прерывистым, а кровь продолжала сочиться из раны.

— Аля, — Сапфир повернулся ко мне, и в его голосе была тревога. — Он теряет сознание. Нам нужно что-то делать.

Я смотрела на Амбрато, чувствуя, как внутри меня все переворачивается. Он не успел сказать, куда нам лететь. Он просто исчез. Я не знала, что делать, куда двигаться, и у меня не было времени на раздумья.

А затем я вспомнила. Оракул сказал нам лететь на Иршхаву. Но сейчас… сейчас нам нужно было бежать в противоположную сторону. Я не знала, почему я решила это сделать. Может быть, это была интуиция. Может быть, это была Архи. Но я чувствовала, что это правильный выбор.

— Архи! — мысленно закричала я, чувствуя, как ее энергия откликается на мой зов. — Перенеси нас! Всех! Вместе с кораблем Амбрато! В противоположную сторону! В неизведанную часть космоса! Так, чтобы сигнал с корабля смог дотянуться до Совета как можно дольше по времени!

Я не знала, сработает ли это. Я не знала, хватит ли у Архи сил. Но я должна была попытаться. Должна была спасти нас всех.

Я почувствовала, как Архи начинает набирать энергию, как ее тело наполняется силой. Я чувствовала, как она собирается с последними силами, чтобы совершить этот прыжок. Я чувствовала, как пространство вокруг нас начинает искажаться, как время замедляется.

А затем все исчезло.

Тьма.

Пустота.

А потом — свет.

Я открыла глаза и поняла, что мы больше не находимся у планеты Иршхава. Вокруг нас был неизведанный космос, полный звезд и туманностей. Впереди виднелась незнакомая планета, покрытая зелеными и голубыми пятнами, словно драгоценный камень, затерянный в бесконечности.

Архи была рядом. Я чувствовала ее присутствие, но оно было слабым, почти угасающим. Она потратила слишком много энергии на этот прыжок. Я чувствовала, как она засыпает, погружаясь в глубокий сон, чтобы восстановить свои силы.

Я посмотрела на своих мужей. Сапфир стоял рядом со мной, его рука сжимала мою, и я чувствовала его силу и поддержку. Бейро сидел на полу рядом с Амбрато, проверяя его пульс. Его лицо было напряженным, но в глазах я видела решимость.

— Он жив, — сказал он, поднимая на меня взгляд. — Но ему нужна помощь. И нам нужно понять, где мы.

Я глазами Архи посмотрела на незнакомую планету, которая виднелась впереди. Мы были в неизведанной части космоса, вне юрисдикции Совета и Союза. Здесь наемникам до нас было не дотянуться, а сигнал, который сразу же послал кто-то с корабля Абрато, скорее всего те, кто его ранил, будет идти очень долго.

Временно мы были в безопасности, но надолго ли?

Глава 3

Я пыталась дозваться Архи, но она спала слишком крепко. И что делать, как спасти Амбрато, я не представляла.

Меня уже всю трясло, а по щекам лились слезы. Весь пол был залит кровью эльфа. И единственное, что мы смогли сделать, так это крепко перетянуть его рану специальными медицинскими жгутами, которыми запасся Сапфир. Но Амбрато нужна была более серьезная медицинская помощь. Он потерял слишком много крови. И еще неизвестно, что было с его раной.

- Что же делать, как его спасти? – прошептала я, смотря на Сапфира. – Я не могу дать ему умереть. Я просто с ума сойду, если его не станет. Пожалуйста, придумай, что-нибудь. Ты же такой умный.

Я даже руки сложила в молельном жесте, понимая, что мой первый муж, мягко говоря, недолюбливает Амбрато и может сейчас отказаться ему помогать. К Бейро я даже не рискнула обращаться, по его виду я поняла, что он и пальцем ради командора не пошевелит.

Какое-то время мой первый муж молчал, а затем устало вздохнув, и сжав переносицу пальцами, ответил:

- Нам надо добраться до одного из челноков класса С. Они обычно оснащены портативными медицинскими капсулами.

- А здесь такие есть? – нехотя спросил Бейро, причем с таким кислым выражением, что было понятно, он уже не в восторге от того, что Сапфир начал говорить.

- Я заметил один, когда мы подлетали к кораблю, он стоял в общем доке, - не обращая внимание на гримасы инкуба, ответил темный эльф.

- То есть ты хочешь сказать, что нам нужно пройти незамеченными в общий док, затащить туда этого здоровяка, и положить в капсулу? А сколько ему там, кстати, загорать? – с явным сарказмом в голосе спросил Бейро.

- Минимум трое суток, - сказал Сапфир. – Эти капсулы работают по принципу – пока не улучшатся показатели, не откроются. Одна из последних разработок союза.

- То есть нам надо на этом корабле еще и трое суток перекантоваться и желательно не привлечь ни чье внимание? И это с учетом того, что сейчас на корабле скорее всего паника? И если командора подстрелили, то вполне возможно весь корабль находится под властью мятежников? И сейчас они, как никогда в ахере, от того, что переместились не пойми куда? – хмыкнул инкуб.

- Вот именно, и пока они в шоке, возможно мы сможем пройти туда незамеченными. Возьмем грузовую платформу, положим на неё Амбрато. Заставим какими-нибудь запчастями из ремонта, и притворимся ремонтниками. Сейчас в этой суматохе на нас, скорее всего, никто внимания не обратит.

Я переводила взгляд с одного мужа на другого, не вмешиваясь, но чувствуя, что Сапфир возможно нашел единственный верный выход из ситуации.

- Ладно, а если кто-то решит проверить челнок? Дадим бой? – весело хмыкнул инкуб. – Интересно, насколько нас хватит…

- Есть мысль временно свалить с корабля, и сесть на планету, там и отсидеться, пока Архи не очнется. Как только она проснется, Аля сможет её позвать.

- Да? – удивилась я.

- Да, - кивнул Сапфир. – Ты теперь можешь позвать её из любого уголка Вселенной, и она тебя услышит. Она и нас в принципе услышит, но захочет ли идти на наш зов, неизвестно. Я знаю, что этрам милны не подчиняются, а вот зов своей жрицы никогда не пропускают.

- А когда она очнется? – с надеждой спросила я.

- Я не знаю. Она еще слишком молода. Возможно, этот скачок для неё был очень сложным. Поэтому она и уснула. Теперь, ей, по идее, не нужна сексуальная энергия. Она и сама может восстанавливаться. И нам надо только ждать, когда она проснется.

- Не надо было мне тащить этот дурацкий корабль за собой, - виновато пробормотала я.

- Ты испугалась, бывает. Не кори себя, куколка. Ты вообще молодец, что смогла быстро нас переместить, - подбодрил меня инкуб.

- Сейчас надо выходить. Пока они не с ориентировались, и не навели порядок. Тогда нам будет уже намного сложнее, украсть челнок, - напомнил о себе Сапфир.

- Ладно, тогда стоит поторопиться, - ответил Бейро.

Мы все активировали свои сферы, а затем активировали сферу и Амбрато, а еще залатали специальной лентой его простреленный скафандр.

Перегородку открыли без проблем, с помощью обычной кнопки. Но Архи все равно спала и даже как будто не почувствовала, что вообще происходит. Ощущение было, что она превратилась в обыкновенный корабль.

После этого Бейро с Сапфиром оставили меня с Амбрато ждать, пока они подгонят ближе грузовую платформу.

Вернулись буквально через пару минут. В ремонтном отсеке было тихо.

После, занесли и уложили на середину платформы командора, а меня усадили рядом. Далее заставили платформу различными громоздкими деталями, закрыв нас с Амбрато со всех сторон, даже не оставив ни одной щелки. Поэтому я сидела в кромешной темноте, и лишь найдя руку своего третьего мужа, сжала её, и прислушивалась к его тяжелому дыханию. В себя он так и не приходил.

А затем ощутила, как мы отправились в путь.

Ремонтный отсек мы проплыли быстро. Затем оказались в коридорах, судя по тому, как меня придавило обратно к платформе гравитацией.

И поехали дальше.

Пару раз нас останавливали какие-то дежурные. Сапфир с Бейро, что-то невнятно бубнили о том, что приказ был от главного техника доставить детали в док, срочно, корабли должны быть в боеготовности, и нас отпускали. Причем ссылались на то, что общая связь почему-то барахлит, и они не могут до главного дока дозвониться.

Сапфир был прав. В отсутствии командора, на корабле царил временный хаос. И нам это было на руку.

Удивительно, но до челнока мы добрались где-то за час. А когда въехали внутрь, и меня вытащили из-под горы деталей, я не сдержалась и расплакалась.

Настолько сильно переживала, что у нас ничего не получится, что чувства собственные меня подвели. Я все никак не могла успокоиться.

Пока Бейро меня пытался успокоить, Сапфир перенес на своих руках в медицинскую капсулу Амбрато. При том, что я проконтролировала этот момент до конца, но всё еще продолжала плакать.

Дезактивировав свою сферу, я осталась с капсулой, внутри которой лежал мой третий муж, отказавшись куда-то уходить. А Сапфир с Бейро отправились в рубку, чтобы пилотировать челнок на неизвестную планету.

Я стояла у медицинской капсулы, в которой лежал Амбрато, и смотрела на его бледное лицо через прозрачный слой защитного стекла. Его дыхание стало ровнее — капсула делала свою работу, медленно заживляя рану и восстанавливая поврежденные ткани. Но я все равно не могла отвести взгляд от его груди, где виднелась уже почти затянувшаяся рана. Сапфир не стал полностью стягивать скафандр с Амбрато, лишь по пояс. Времени было слишком мало. Кровь больше не сочилась, но на его лице застыло выражение боли, даже во сне.

Я прижала ладонь к стеклу, чувствуя, как по щекам снова текут слезы. Сама не заметила, как опять начала всхлипывать. Слишком много всего случилось за последние дни. Слишком много эмоций, страха, отчаяния. А теперь еще и этот побег, который мог стоить нам жизни.

День назад я ненавидела этого мужчину, а сейчас не могла его отдать в лапы смерти. Просто не могла…

— Аля, — раздался голос Бейро из динамика связи, встроенного в стену медицинского отсека. — Мы готовы к взлету. Держись крепче, и на всякий случай активируй свою сферу, мы не знаем, что нас будет ждать.

— Я поняла, — ответила я, вытирая слезы рукавом, и активируя прозрачную сферу вокруг своей головы.

Я отошла от капсулы и села в кресло, которое стояло у стены. Пристегнулась ремнями, чувствуя, как мое сердце бешено колотится в груди. Внутри челнока было тесно и душно, но так у нас был шанс спасти Амбрато.

Я ощутила, как челнок начал вибрировать. Двигатели загудели, и я почувствовала легкое давление, когда мы начали отрываться от пола. Через иллюминатор, который находился прямо надо мной, я увидела, как стены общего дока начали медленно опускаться вниз. Мы поднимались.

— Выходим из дока, — сказал Сапфир по связи, и его голос был спокоен и сосредоточен. — Выходим на орбиту. Через пару минут выйдем из зоны действия основного корабля. Держитесь.

Я вцепилась в подлокотники кресла, чувствуя, как челнок набирает скорость. В иллюминаторе мелькнули звезды, и я увидела, как мы начали удаляться от огромного корабля Амбрато. Он казался таким беззащитным сейчас, без своего командора. Огромный, величественный, но опустевший. А может это просто моя фантазия так разыгралась. Там ведь было много народу, куча военных. Тех, кто предал и чуть не уничтожил Амбрато.

Я уже начала расслабляться, когда услышала резкий сигнал тревоги. Внутри челнока замигали красные лампы, и динамик взорвался голосом Сапфира:

— По нам стреляют! Аля, держись!

— Что?! — закричала я, вжимаясь в кресло.

Челнок резко дернулся, и меня откинуло в сторону, несмотря на ремни. Я услышала глухой удар, и яркая вспышка осветила иллюминатор. Затем последовала серия взрывов, и челнок начало крутить, словно игрушку в руках великана.

Я закричала, когда нас подбросило вверх, а затем резко бросило вниз. Сила инерции была такой, что я с трудом удерживала голову, чувствуя, как кровь приливает к лицу. В ушах зазвенело, а в глазах потемнело.

— Мы падаем! — заорал Бейро, и его голос звучал искаженно из-за помех. — Нас подбили! Мы входим в атмосферу!

— Аля! — услышала я голос Сапфира. — Аля, ты как?!

— Я... я в порядке! — крикнула я, пытаясь перекричать грохот. — Амбрато! Как Амбрато?!

— Он в капсуле! — ответил Бейро. — Капсула выдержит! Держись, куколка!

Челнок тряхнуло с такой силой, что моя голова ударилась о спинку кресла. Я зажмурилась, чувствуя, как мир вокруг меня превращается в хаос из звуков, света и боли. Где-то впереди раздался оглушительный треск, и я поняла, что челнок начал разваливаться.

— Бейро! Сапфир! — закричала я, но мой голос утонул в реве двигателей и свисте воздуха.

А затем я почувствовала, что пространство вокруг меня начало меняться. Что-то невероятное произошло — я ощутила, как часть челнока, в которой я находилась вместе с Амбрато, отделилась от другой части. Я видела, как стены начали искривляться, а затем их и вовсе оторвало. Как кабина, в которой были мои мужья, начала удаляться от меня. Я попыталась дотянуться до них, но моя рука встретила лишь пустоту. Жалкая и глупая попытка поймать такую махину…

— Сапфир! Бейро! — закричала я в отчаянии, но они не слышали меня.

Меня охватил ужас. Мы потеряли друг друга. Челнок развалился на две части, и я не знала, что стало с ними. Я не знала, живы ли они.

Одно радовало, капсула с Амбрато пока стояла на месте.

А вместо стены - зияла пустота.

Но думать об этом было некогда. Мою часть челнока начало трясти с новой силой. Я услышала, как сработала автоматика — система экстренного торможения включилась, и из-под днища вырвался огромный купол, который начал замедлять наше падение. Я чувствовала, как нас швыряет из стороны в сторону, как ремни врезаются в мое тело, оставляя синяки.

А затем был удар. Сильный, глухой, от которого у меня потемнело в глазах.

Я почувствовала, как что-то тяжелое и твердое ударило меня по голове с такой силой, что моя сфера лопнула. В следующую секунду мир вокруг меня превратился в туман. Я слышала только звон в ушах и чувствовала, как мое тело сотрясается от последних толчков. А затем наступила тишина.

Я не знаю, сколько времени прошло. Может быть, минута. Может быть, час. Я была в каком-то странном состоянии — между сном и явью. Мое тело болело, голова гудела, а перед глазами все плыло. Я не могла пошевелиться, не могла открыть глаза. Я просто лежала, чувствуя, как кто-то трогает мое лицо.

Чьи-то пальцы, теплые и грубые, провели по моей щеке. Я почувствовала прикосновение к моей коже, мягкое, почти нежное. Затем кто-то начал гладить мои волосы, откидывая их с лица. Я слышала низкий, вибрирующий голос, который говорил что-то на незнакомом языке. Слова были отрывистыми, гортанными, и в них, кажется, чувствовалась забота.

Затем был еще один голос, почти такой же. Их было двое, они что-то обсуждали между собой.

Я попыталась открыть глаза, но веки были слишком тяжелыми. Однако я смогла приоткрыть их ровно настолько, чтобы увидеть размытый силуэт склонившегося надо мной существа. Сквозь пелену я увидела мощную челюсть, широкую и угловатую, а затем мой взгляд упал на его кожу. Зеленую. Изумрудно-зеленую, как листва после дождя.

А затем я увидела клыки. Острые, белые клыки, которые выступали из-под верхней губы. Они выглядели опасными, почти хищными.

Я попыталась закричать, но из моего горла вырвался лишь слабый хрип. Существо склонилось надо мной еще ниже, и я почувствовала его дыхание на своем лице. Оно было теплым, с легким запахом трав и чего-то сладкого.

— Тише, — услышала я знакомое слово на незнакомом языке. Или мне просто показалось?

А затем сильные руки подхватили меня. Меня подняли, прижали к чьей-то груди. Я почувствовала, что этот некто был огромным, сильным, и его тело было твердым, как камень. Я попыталась сопротивляться, но сил не было. Моя голова откинулась назад, и я снова увидела это лицо — зеленокожее, с клыками и внимательными глазами, цвет которых я не успела рассмотреть.

Я хотела сказать что-то, позвать Амбрато, Сапфира, Бейро, но мой язык не слушался меня. И снова тьма накрыла меня с головой. Последнее, что я помнила, это то, как меня несли куда-то, а вокруг слышались другие голоса — такие же низкие, вибрирующие, полные тревоги и удивления.

А затем я провалилась в беспамятство.

Очнулась я от того, что меня снова кто-то трогал. Прикосновения были мягкими, осторожными, почти боязливыми. Я почувствовала, как чьи-то пальцы касаются моего лба, проверяя температуру. Я слышала шепот, и кажется даже несколько голосов, которые говорили на том же незнакомом языке.