скачать книгу бесплатно
– Да, на складе одежды для персонала нет, – подтвердил искин. – Программ для ее создания у меня тоже не имеется. Придется пока обходиться имеющейся, я отдам распоряжение дроидам, чтобы сохранили. Доберемся до населенных систем, купим.
– На что? – лениво поинтересовался Артем, раздеваясь.
– Ну, я перехватил счета владельцев «Даотсада», – хихикнул искин. – Решил, что пригодится, тем более, что хозяевам они уже не понадобятся, крейсер, на котором они пытались смыться, одним из первых распылили. Правда добраться до этих денег может оказаться непросто, они не в империи лежат, а в банка одного из ее соседей.
Вскоре ребята улеглись в капсулы, решив все же рискнуть. Впрочем, другого выхода у них все равно не было. А вот Дархон, когда крышки капсул опустились, мысленно выдохнул. Кажется, поверили. Ну и слава Высшим! Что удивительно, эти земляне были первыми из биологических разумных, кто ему реально понравился. А главное, не имели глупых предрассудков, свойственных местным, и с ними вполне можно было ужиться, даже если не получится вернуться в родную реальность и помочь своему народу выбраться из тюремного кокона. Однако искин очень надеялся, что этот мальчишка, Артем, все же Странник линии Авари. Слишком многое наводило на эту мысль. Хоть бы только это оказалось так! Тогда они все же добьются цели, но на сей раз пойдут к ней совсем другим путем.
* * *
Станция слежения пограничной планетной системы Орвис скрывалась в астероидном кольце седьмой планеты на случай нападения кого-либо из агрессивных соседей или пиратов, которых в окружающем пространстве хватало. Поэтому оборонную сеть создавали не спустя рукава, а как следует, по-настоящему. Все пространство системы было усеяно стационарными и пространственными огневыми точками, которыми управляли через специализированные командные центры три профессиональных диспетчера, каждому из которых платили столько, что впору было ужаснуться таким суммам. Да и флот здесь базировался немалый – восемнадцать линкоров первого класса и шесть авианосцев, не говоря уже о множестве кораблей других типов. Последний конфликт с Иерархией Приат закончился совсем недавно, и военные бдили, не желая, как в прошлый раз, оказаться захваченными со спущенными штанами.
– Иван, глянь-ка, какой-то корабль готовится из гипера на границе системы выходить, – позвал друга и командира лейтенант Ли Тан, на вид самый обычный китаец, каковым он, впрочем, и являлся, попав в Таорскую империю больше двадцати лет назад.
– Один? – встревожился тот.
– Один, но здоровенный. Почти километр в длину.
– Это что ж за дура такая приперлась?
Русский был удивлен, кораблей такого размера почти не строили, слишком дорого обходилось их содержание. Одного топлива эти монстры жрали столько, что не напасешься. В этот момент сканеры зафиксировали выход неизвестного судна в обычное пространство. Оно тут же начало транслировать свои сигнатуры, и офицеры расслабились – не пират и не вражеский авангард. Однако когда они прочли расшифровку сигнатур, сделанную искином станции слежения, то изумились до онемения. В систему Орвис прибыл последний из знаменитых трех супердредноутов времен Холорской войны, которые, до своего уничтожения, и обеспечили Таоре победу. Два из них еще лет шестьдесят назад восстановились и приползли в обитаемые места, где стали добычей первых встречных. Третий полагали уничтоженным, однако это оказалось не так – вот он, явился, болезный. Где же он столько времени пропадал-то?
– Интересно, – подался вперед Ли Тан, его глаза загорелись жадным огоньком. – Его кто-то уже нашел или нет?
Это действительно было интересно, поскольку стоил такой корабль, невзирая на возраст, не один миллион кредитов. Продай – и даже внуки будут как сыр в масле кататься. А желающих купить найти не проблема, немало частных вояк ухватятся за дредноут руками и ногами – победить его очень непросто, защита почти абсолютная. В той битве их смогли вывести их строя только уничтожив интеллектронику, а броню пробить так и не сумели.
– Нашли… – грустно вздохнул Иван, про себя сожалея, что такой куш достался не им. – О, с борта вызывают!
– Вот гадство… – огорчился киатец. – Ну да ладно. Отвечаем?
– Конечно.
На загоревшемся голоэкране возникли хмурые лица двух совсем молодых парней. Лет восемнадцати, не больше. Причем одеты оба были практически в лохмотья, особенно тот, что покрупнее.
– Добрый день! – поздоровался более худой по-русски.
– Здравствуйте! – на том же языке ответил Иван. – Кто вы и каков ваш порт приписки?
– Мы с Земли недавно, прямо на этот корабль попали, – тяжело вздохнул парень. – Долго не могли понять, где это мы оказались и что вообще происходит. Слава Богу, искин корабельный проснулся и все нам объяснил. Потом предложил корабль восстановить и к людям лететь…
Офицер задумчиво покивал – такое, хоть и редко, но случалось. Чаще всего попавшие на заброшенные корабли земляне гибли. Мальчишкам повезло напороться на восстановившийся искин, признавший право нашедшего. Иначе так бы и умерли от нехватки воздуха или голода и жажды. Да, действительно повезло им, и сильно – сразу по прибытию в империю отхватить собственный корабль, да еще и такой мощный, мало кому подобное удается. Продадут – на всю жизнь хватит. Он, правда, на их месте не продавал бы, но решать не ему – законы о собственности в Таорской империи очень строгие.
– Из какого вы года? – поинтересовался Иван.
– Из 2023-го. Российская Федерация, город Санкт-Петербург.
Офицер поморщился, это название резало слух коренному ленинградцу, погибшему во время войны в Афганистане и неожиданно оказавшемуся здесь. Он, конечно, знал от выходцев из РФ, что Советский Союз распался, но душой принять этого так и не смог, не сумел поверить, что такое случилось.
– Имена? – одновременно он через имплант отдал приказ искину фиксировать сказанное в официальном порядке, чтобы переслать протокол в Ирренар и Ринхайд.
– Артем Михайлович Дарнье.
– Александр Викторович Боровиков.
– Дарнье? – удивился Иван.
– Отец у меня француз, – пояснил парень.
– При регистрации советую сократить имена до Арт Дар и Ал Бор, здесь приняты короткие имена, полными мы называем друг друга только в своей среде.
– А как зарегистрироваться? – спросил Артем. – И как гражданство получить?
– Это одно и то же, для землян регистрация означает автоматическое получение гражданства, в империи с этим просто. Нужно всего лишь подать устное заявление, потом пройти допрос в Ирренаре и внедрить мозговые импланты, здесь без них жить невозможно.
– У нас уже есть импланты! – вскинулся второй парень, очень накачанный, видимо, спортсмен. – Нам искин корабля поставил!
– Представляю, что за старье он вам всучил… – скривился Иван. – Но для начала, наверное, сойдет. Только сразу после получения гражданства зарегистрируйте свои импланты в Дарвасе, Службе Статистики.
– А что нам сейчас делать? – в глазах Артема горела тревога.
– Следуйте к орбитальной станции № 37, сто сорок девятая причальная мачта, второй порт, – успокаивающе улыбнулся ему офицер. – Передаю точные координаты. Думаю, ваш искин сможет припарковать корабль. Там вас будут ждать и объяснят, что делать дальше. Не нервничайте, все будет хорошо. Понимаю, что вам сейчас трудно, сам таким был, когда в империю попал. Кстати, хоть страна и называется империей, но во многом здесь социализм, не хуже, чем в Советском Союзе был, а то и лучше. По крайней мере, жилье, медицина и образование – бесплатные.
– Благодарю! – несмело улыбнулся парень, и экран погас.
Глядя, как дредноут меняет курс и не спеша движется к третьей, самой населенной планете системы, Иван коротко рассказал о случившемся Ли Тану, не знавшему русского языка – между собой они говорили на таорском.
– Ну, пусть ребятишкам повезет, – улыбнулся китаец. – Удачи им!
Глава IV
Выйдя из станционного отделения Ирренара, Артем с Бором ошалело переглянулись – ни разу в жизни им не доводилось так удивляться. Ни один и представить не мог себе столь доброжелательного отношения к эмигрантам и такую простоту оформления документов. Да и все остальное буквально потрясало. За прошедшие с момента гибели станции «Даотсад» сто с небольшим лет в империи многое изменилось, и информация, сообщенная искином, оказалась не совсем верна. Что странно, изменения были к лучшему. По крайней мере, ребятам так показалось.
Постройка дредноута прошла мимо внимания землян – все три месяца, потребовавшиеся на это, оба провели в медкапсулах. Сначала Дархон внедрил им лучшие из имевшихся в стазис-хранилище имплантов, это оказались «Элконы» без номера – управленческо-навигаторские импланты высшего класса, производившиеся только на одном заводе столичной планете империи, Таоре, причем стоили они маленькое состояние, да и право на приобретение имели далеко не все, а только состоящие на государственной службе люди, да и то по разрешению специальной комиссии Ирренара. Возможности «Элкона» превышали возможности всех остальных имплантов на порядок. Даже искин удивился их наличию на складе и долго бурчал, что корешки заразы, похоже, так и не выкорчевали, слишком высоко тянулись связи убийц. По его словам, землянам невероятно повезло, что имплантам больше ста лет, поэтому по закону они принадлежат нашедшим, так что вопросов у спецслужб империи возникнуть не должно. Разве что потребуют подписать мобилизационные обязательства на случай войны, но в империи и так все совершеннолетние граждане военнообязанные.
Первые дни после установки имплантов ребята провели как во сне. Все описания работы нейросетей в книгах по EVE оказались очень слабым подобием реальности. Мышление разделилось на шесть параллельных потоков, аналитические способности возросли на три порядка, память стала абсолютной, да и скорость доступа к ней впечатляла. Все когда-либо прочитанное или увиденное в течение жизни теперь можно было вспомнить в мельчайших подробностях в любой момент. Также появилась возможность напрямую управлять самой сложной техникой таорского производства, однако для этого требовались сертификаты, получить которые можно было только в центрах сертификации империи. Нет, Дархон вполне мог сфальсифицировать их, но это сразу бы обнаружили при регистрации, так что рисковать не стоило.
Работать с «Элконами» оказалось довольно трудно, пришлось освоить несколько специализированных пакетов данных. Искин сообщил, что с обычными имплантами было бы намного проще, но стоит ли ради облегчения себе жизни лишаться множества возможностей? Нет, конечно. Поэтому ребята почти неделю осваивали установленные девайсы, путаясь в тысячах рабочих столов, меню и настроек. Вот тут-то и пригодился Артему наручный искин Умник, синхронизировавшийся с имплантом и вдесятеро упростивший работу с ним. Бор, увидев такое дело, тоже затребовал себе такой же со склада – там их хватало.
А вот затем началась учеба в медкапсулах. После освоения первого же серьезного пакета данных по пилотированию Артем с удивлением обнаружил у себя новые знания и умения. Причем проявлялись они не сразу, а как бы исподволь, когда требовались. Профессии пилота и навигатора оказались чрезвычайно сложны, требовалось очень быстро производить в уме сложнейшие расчеты. Имплант, конечно, сильно облегчал это, но его мощности далеко не всегда хватало, особенно когда требовалось рассчитать сложный непрямой гиперпереход. Пакеты данных, как и базы знаний в EVE, делились на уровни, но иначе – здесь они имели всего три уровня: пилот, мастер-пилот и эксперт-пилот. То же самое относилось и к навигатору. Освоить две и более профессии на достаточном уровне считалось физически невозможным, возможности мозга разумного существа запоминать информацию имели свои пределы. Ходили слухи, что бывали гении, способные на такое, но никто и никогда их не встречал, поэтому в них не верили. Спасала прямая связь мозга с искинами через импланты, но далеко не все искины давали подобную возможность, за исключением биологических, а те были чрезвычайно редки и очень дорого стоили. Именно поэтому многие преступные организации и пытались выращивать их из мозга разумных существ, что являлось подсудным делом и наказывалось исключительно смертной казнью. Дархон оказался на прямую связь способен, хотя сообщил об этом почему-то очень неохотно.
Из-за напряженной учебы постройка основных конструкций дредноута прошла мимо землян. После полной утилизации остатков станции «Даотсад» искин, использовав идею Бора, направился к последней, седьмой планете звездной системы. Однако множества необходимых химических элементов там не нашлось, поэтому корабль был завершен всего процентов на сорок, хотя летать уже мог, даже в гиперпространстве. Все остальное придется добывать либо на корабельных кладбищах, либо покупать. Но на что? Да, Дархон наложил лапу на средства бывших владельцев станции, но эти средства требовалось сначала легализовать, а только потом использовать, иначе за землян сразу возьмется Ирренар. Единственные деньги, которые Артем с Бором могли использовать безнаказанно – это обезличенные карты и наличные средства, найденные на трупах членов экипажа. Искин их сохранил. Хотя и с картами было довольно опасно связываться. А вдруг выяснится, что они принадлежали преступникам? Не спросят ли тогда у землян, как и когда они попали на станцию «Даотсад» и что там делали? Вполне ведь могут спросить. Что отвечать? Дархон предложил отправить свежесобранного кибера без настройки на владельца с несколькими картами и попробовать обналичить их, а затем подождать, не заинтересуется ли этим кто-нибудь. Ребята согласились, не видя другого выхода, ведь для достройки корабля требовались огромные средства. Но все же попросили с этим подождать до регистрации в Ирренаре.
В себя земляне относительно пришли только когда Дархон сделал все, что было возможно без дополнительных материалов, и направил дредноут к имперской пограничной системе Орвис. Да и то потому, что требовалось связываться с пограничниками. Во время пути окончательно стало ясно, что люди на борту искину действительно не нужны – он без малейших проблем ушел в гиперпространство без приказа, на что ребята только переглянулись. Подозрения подтверждались, Дархон их, похоже, просто использует для каких-то своих целей. Но выбора они все равно не имели.
Разговор с имперскими пограничниками прошел без эксцессов, после чего дредноут двинулся к указанной теми пространственной станции. Она оказалась попросту циклопической, раз в пять превышающей по размерам знакомую им станцию «Даотсад», да и форму имела совсем другую – неровного шара с выступающими на полкилометра «ушами», в которых, по словам искина, скрывались гиперорудия большой мощности. От шара отходило более ста пятидесяти причальных мачт, каждая диаметром метров четыреста. Дредноут точными импульсами маневровых двигателей подвалил к второму порту сто сорок девятой причальной мачты и пристыковался к шлюзовым вратам.
Внутри станции землян встретил подвижный, как ртуть, улыбчивый толстячок в сером комбинезоне без знаков различия и приятным баритоном сообщил, что в первые три дня стоянка для них, как для перемещенцев, бесплатная, а вот после этого придется платить по сто пятьдесят кредитов за стандартные сутки. При этом он с удивлением косился на оборванных ребят.
– Простите, а где можно разжиться одеждой? – поинтересовался Артем, рассказав свою легенду.
– Хм-м-м… – пожевал губами толстячок. – Вам для начала следует посетить станционное отделение Ирренара, но, вы правы, не в таком виде… А деньги у вас есть?
– Только обезличенные карты с дредноута. Вот, на этой вроде восемнадцать тысяч кредитов есть.
– Да понимаете, до регистрации вас в любом магазине тут же арестуют, – почесав в затылке, объяснил таможенник. – Нужно официальное разрешение для пребывания на станции. Импланты, судя по отклику, у вас есть, но не зарегистрированные, а это уголовное преступление. Погодите-ка, я, кажется, нашел выход…
Он на пару минут замер на месте, явно с кем-то связавшись через собственный имплант, затем кивнул и сказал:
– Я оплатил вам два комбинезона, их скоро доставят. Потом, если захотите, найдете меня и вернете деньги. Мое имя – Ив Ром.
– Но почему вы нам помогаете? – удивился Бор.
– Да просто так! – широко улыбнулся толстячок. – Отец учил меня тому, что надо помогать другим, если можешь помочь. А тот, кому помог ты, поможет еще кому-то. И мир станет немного лучше.
Земляне несколько растерянно переглянулись, дома с подобным отношением они почти не сталкивались, особенно в тех кругах, где вращались. Среди обычных, небогатых людей такое, по слухам, было еще вполне возможно, но не среди хорошо обеспеченных – в их среде царил один закон: «Ты за себя и только за себя, порви всех и останься единственным». Артема от этого тошнило, но поделать он ничего не мог. А здесь? Незнакомый таможенник взял и купил одежду людям, которых видит первый раз в жизни! На реалии EVE это уж точно не походило, в мирах Содружества царили еще более звериные законы, чем на Земле.
Вскоре примчался небольшой шустрый кибер, принесший два упакованных в полупрозрачный пластик свертка. В них оказались темно-зеленые рубчатые комбинезоны с большими карманами на боках и штанинах. Выглядели они довольно странно, но дареному коню в зубы не смотрят, тем более, что одежда землян после всего случившегося пришла в полную негодность, а на «Даотсаде» найти хоть какую-то не удалось. Надевать же на себя снятое с трупов ребята просто побрезговали.
– Платформа сейчас прибудет, – снова улыбнулся таможенник, когда земляне переоделись. – Советую не рисковать и сразу решить все формальности с Ирренаром. В вашем случае проблемы вряд ли будут, к землянам там относятся хорошо. Часа три потратите, не больше, зато все документы в порядке будут, а это важно.
– У нас дома тоже без бумажки ты букашка… – вздохнул Артем.
– В империи не так формально, но лучше документы в порядке иметь. Проблем меньше.
Толстячок на мгновение замер, а потом поинтересовался:
– Меня тут приятели спрашивают, что вы с вашим дредноутом делать станете? Судя по его состоянию, там денег на полное восстановление море понадобится, миллионов сто, не меньше.
– Ну, кое-что у нас есть, а там поглядим, – насторожился Артем. – Не хочу спешить с решением.
– Оно и верно, – кивнул Ив Ром. – Тут просто мужики из ЧВК «Белые звезды» вашу дуру увидали и возбудились, как кобели от течной суки, любая ЧВК за такой корабль что угодно отдаст, его броню и сейчас почти ничем не пробить. Так что если надумаете продавать, обращайтесь к частным воякам, они последнюю рубашку снимут, но купят – шкура всяко дороже будет.
В этот момент прибыла транспортная платформа, как и на «Даотсаде» напоминавшая мыльницу, разве что синего цвета.
– Удачи, ребята! – помахал рукой таможенник, после чего земляне устроились на неудобных креслах, и платформа тронулась.
Посмотрев друг на друга, земляне по все глаза принялись наблюдать за проносящейся мимо кипящей жизнью огромной станции, абсолютно ничего не понимая. Но им все равно было интересно до жути. А людей на орбитальной станции № 37 хватало, впрочем, не только людей – несколько раз удалось заметить каких-то прямоходящих ящеров и нескольких покрытых почти незаметной издали шерстью существ с небольшими острыми ушами, слегка напоминающих мордами волков. В отличие от «Даотсада», местная платформа двигалась не слишком быстро, видимо, чтобы не сбить кого-то по дороге, поскольку иногда тормозила, объезжая кого-то решившего пересечь магистраль напрямую.
Платформа несколько раз меняла направление, пока наконец не подъехала к покрытой шестигранными металлическими плитами стене в три человеческих роста, прямо на которой виднелись три ряда символов, один из каких-то витых букв, немного напоминающих арабские, второй китайскими иероглифами, а третий знакомой и понятной кириллицей. Надпись гласила:
«Ирренар, имперская служба безопасности».
Ребята выбрались из остановившейся платформы, переглянулись, поежились и направились к входу, обозначавшемуся слегка светящимся призрачным синим светом прямоугольником.
– Тхе урронай? – произнес металлический голос, едва они подошли.
– Простите, мы не понимаем… – отозвался Артем.
– Цель визита? – тут же перешел на русский язык голос.
– Регистрация новоприбывших землян, имплантов и корабля.
Некоторое время ничего не происходило, а затем светящийся прямоугольник превратился в провал, ведущий в едва освещенный пустой коридор, по полу которого побежала пунктирная линия.
– Следуйте вдоль этой линии, – предписал голос. – Вас ждут в кабинете № 17. Капитан Серг Ив и лейтенант Анд Гор.
Опять переглянувшись, земляне двинулись по коридору вдоль пунктира. Идти пришлось не слишком далеко, нужный кабинет находился на этом же этаже. Остановившись перед дверью, ребята немного постояли, затем постучали.
– Войдите! – отозвался чей-то жизнерадостный голос.
Оказавшись в кабинете, Артем увидел у противоположной стены два самых обычных на вид стола, за которыми сидели мужчины слегка за тридцать на вид, одетые в одинаковую черную форму, они казались очень похожими, почти как родные братья, только один был брюнетом, а второй – блондином. Безопасники с интересом посмотрели на вошедших, затем поздоровались.
– Если не ошибаюсь, я вижу перед собой новых хозяев вызвавшего такой переполох на станции третьего супердредноута? – поинтересовался блондин. – Да, простите, забыл представиться, капитан Ирренара Серг Ив, иначе говоря – Сергей Иванович Иванов. Полицейский исправник, Российская империя, Самара, 1897 год.
Ребята еще не знали, что у выходцев из России в Таорской империи было принято представляться сначала местными именами, а если встречались со своими, то и старыми русскими, добавляя откуда и из какого времени они попали сюда.
– Лейтенант Анд Гор, – представился брюнет. – Андрей Владимирович Горовцев, старший сержант НКВД, СССР, Тында, 1939 год.
– Артем Михайлович Дарнье, Александр Викторович Боровиков, – вежливо поклонились ребята, – школьники, Российская Федерация, 2023 год.
– Как интересно, – оживился капитан. – Из столь поздних времен в империю еще никто не попадал, последний известный случай – донбасские ополченцы из 2016-го года. И как там в России сейчас?
– Все еще отходит от эпидемии короновируса, – ответил Артем. – Войны пока удается избежать, но все идет к ней, нашу страну поливают грязью за все на свете, мы виноваты даже в том, что у кого-то на Западе кошка сдохла. Особенно англичане стараются. Ну и Украина, конечно. Раз вы встречали донбасских ополченцев, то знаете в какую фашистскую клоаку эта самая Украина превратилась.
– Слышали, – помрачнел Сергей Иванович. – Странно даже, представить не мог, что Малороссия так возненавидит остальную Россию…
– К нам с Украины несколько их вояк попало, так теперь приходится их постоянно под контролем держать, полностью сумасшедшие, – вздохнул Андрей Владимирович. – В наши времена их бы сразу к стенке поставили, но здесь пока терпят их выкрутасы. Придумали какой-то свой недоязык и превозносят его до небес. Слава Богу, что их здесь всего пара сотен, остальные, слыша их выступления, только пальцами у висков крутят. Ну да черт с ними, они под надзором, а вот что с вами, мои драгоценные, делать?
– А что не так? – растерянно поинтересовался Бор. – Наш корабль?..
– Да корабль – пустяки, – отмахнулся капитан. – Нашли – ваше счастье. Проблема в другом. Ваши импланты. Судя по отклику – это «Элконы». Ладно бы еще первой, второй или нулевой серий, а то ведь без номера…
– В чем разница? – тут же спросил Артем. – Нам искин поставил их, сказав, что это лучшее из имевшегося в сейфе капитана.
– Тут он прав, – вдохнул Сергей Иванович. – Лучше нет. Причем, до сих пор нет. И они до сих пор засекречены в виде исключения, хоть после начала их производства и прошло больше ста лет. Слишком велики их возможности. Второй вопрос в том, что в сейфе капитана Дор Тала по определению не могло быть «Элконов» без номера, а раз были, то это чье-то однозначное предательство. И мы, невзирая на прошедшее столетие, вынуждены будет это расследовать.
– Но мы-то причем? – резонно спросил Бор. – Искин нам предложил и поставил. Теперь что, снимать их придется?
– Это один выход, – подтвердил капитан. – Но не слишком хороший. Импланты уже прижились, снимать их сейчас – травмировать мозг. А вы не преступники, этого не заслужили. Поэтому предлагаю вам другой выбор. – Согласиться стать внештатными агентами Ирренара. Тогда ваши «Элконы» будут зарегистрированы на полностью законных основаниях.
– Но что от нас за это потребуется? – осторожно поинтересовался Артем.
– Ничего особенного, – заверил Сергей Иванович. – Вы же, насколько я понимаю, корабль продавать не собираетесь? Хотите полностью восстановить?
– Хотелось бы, но денег нет. Таможенник говорил, что на это миллионов сто понадобится.
– Это он был очень оптимистичен, – хохотнул лейтенант. – Как бы за двести не зашкалило.
– Может, и больше, – хмыкнул капитан.