Связанные

Элли Раш

Связанные

Глава 1

– Ты уверена?

Беспокойство Даф не раздражало, но от него, и от нее, хотелось сбежать.

Гомон голосов активной публики подпитывал адреналин, им же немного питался страх. Все-таки ни в чем подобном я никогда не участвовала.

– Да, – кивнула отрывисто.

Помещение пропахло терпким запахом алкоголя, пота и крови.

На ринге посреди зала двое шли к завершению своей битвы. Из уголка рта одного текла кровь, у другого рассечена бровь.

– Ты чокнулась, серьезно, – Даф через трубочку втянула коктейль бордового цвета. – Драться, с мужиками. Я всегда подозревала, что с тобой что-то не так, но не догадывалась о проблемах с головой.

Передернула плечами, не желая комментировать.

Возле ринга собралась толпа, жадно болея за того, на кого поставили. Многие хорошо зарабатывали на ежедневных боях. Необходимость для альф, пробуждения силы, ее раскрытия.

Я тоже хочу. Я дочь сильного альфы, помощника Верховного. Мой брат тоже сильный альфа. Во мне та же кровь.

– Ты ведь девочка, – Даф потягивала коктейль и говорила очевидные вещи, – девочки не занимаются такой ерундой.

Бокал указал на ринг.

– Ты не задумывалась почему? Мы не можем быть альфами?

– Зачем нам быть альфами? – искреннее недоумение заменил шум в соломинке.

Даф поставила пустой бокал на барную стойку.

– Ты найдешь альфу, я найду альфу, и все! Ноль проблем, – она сложила пальцы, округляя для наглядности.

В этом и суть, я не хочу быть в чьей-то тени. Сначала отец, потом брат, а дальше муж?

– Напомни, как тебя здесь называть? – Даф наклонилась ко мне с заговорщицким шепотом.

– Лиса.

Мой… псевдоним. Лучше избежать случайного узнавания, и чтобы до брата и отца слух не дошел. Дома запрут, до старости не выпустят. Или того хуже – жениха найдут.

Бойцовские клубы считаются нейтральной территорией, здесь запрещено устраивать межрайонные разборки. Нельзя кого-то не впустить или выгнать за принадлежность к неугодному району. Здесь все делятся на две категории: кто дерется и кто наблюдает.

– Лис, ага. Неплохо. Тебе подходит, – покивала Даф и втянула в себя порцию нового коктейля.

Не смогла взять первое пришедшее на ум имя. Люблю эффектность, а в сочетании с рыжими, огненными волосами Лиса – звучит эффектно.

Бой завершился. Рука победителя взметнулась вверх.

Формально проигравших нет. Каждый от боя получает самое ценное – опыт и силу. Она раскрывается с каждым боем и ей неважно, подняли над головой твою руку или чью-то еще. Важен конечный результат.

– Кто следующий? – голос заманчиво звучал из центра ринга. – Выходите, стесняться не надо.

– Я пошла, – шепнула подруге и заторопилась между столиками.

Сжала подрагивающие пальцы в кулаки. Жаль, тремор в ногах так не скрыть. Внутренний мандраж не поддавался контролю. Паническая мысль: «Что я здесь делаю?», – на мгновение сбила с шага.

Раньше Дэн соглашался на спарринг со мной, но он всегда действовал мягко. Это не приносило ожидаемого результата.

Я не полный ноль в рукопашных боях, и далеко не мастер. Даже не рядом. Неважно, что меня положат на лопатки за пять минут… две… три… Я просто хочу почувствовать свою силу.

Протяжный гул прокатился по залу.

– Малышка, туалет в той стороне, – мне насмешливо указали направление.

Забралась на ринг, игнорируя неприятный смех.

– Я не пойду тебя провожать, извини, – улыбнулась я.

Парень с овальным лицом и жидкой бородкой не перестал ухмыляться. Бросил смешок в микрофон, махнул рукой.

– Кто желает биться с девчонкой?

Новая волна смешков прокатилась по залу.

Нашла взглядом Даф. Она, потягивая коктейль с вытаращенными глазами, походила на рыбку.

Почему из моего выхода устроили клоунаду?

В правилах подобных клубов сказано: участвовать может любой. Про пол нет ни одного слова.

– Нет желающих? – издевательское уточнение вызвало еще больше насмешек. – Прости, красотка, сегодня не твой день.

Микрофон указал мне направление "вон с ринга".

Гнев клокотал внутри. Выставили посмешищем! Из-за того, что я не мужчина.

– И здорово! Драться с трусами не хочу, зайду в другой раз, когда появятся достойные соперники.

Я вылезла с ринга, пока микрофон разносил идиотские шуточки по залу.

Скривилась, взглядом ища Даф. Поедем отсюда, нечего здесь больше делать, среди этих мужланов.

Пристальное внимание со всех сторон вызывало желание зарычать в ответ.

Пошла к Даф, игнорируя лица и звуки. К черту все. Я найду с кем драться. Не здесь, так в другом месте.

Резкий рывок за руку выше локтя развернул меня на месте. Рефлекторно дернулась вырваться из захвата, занесла свободный кулак для удара. Темноволосый парень с хитрой улыбкой блокировал, ушел от колена, зажал мои руки за спиной. Шумный вдох прошелестел рядом с ухом.

Что за черт?!

– Пусти!

В расширившихся зрачках увидела свое отражение.

– Нашел, – усмехнулся незнакомый сумасшедший и провел носом по шее.

Щекотно, но не смешно. Совершенно.

– Проблем найдешь, если не отпустишь, – предупредила серьезно.

Я перед каждым красавчиком стелиться не собираюсь, пусть не надеется.

Обернулась, ища Даф. Она отставила недопитый коктейль, спустила одну ногу с барного стула, тревожно наблюдая за нами.

– Проблемы будут, если отпущу, – незнакомец вернул к себе мое внимание.

– Ты больной? Отпусти меня!

Ликование в серых глазах сменилось напряженным недоумением.

– Ты моя истинная.

Слова разрядами тока пронеслись под кожей, больно ужалили в солнечное сплетение.

Что он сказал?

Я четко расслышала, но все-таки… что он сказал?

– Истинная?

Под ухом снова прозвучал шумный вдох. От этого простого действия мурашки пробежали по телу.

– Да, – твердо заявил незнакомец.

– Нет, – мотнула головой. – Я не чувствую. Будь ты моим истинным, я бы поняла по запаху.

Подергала руки, намекая отпустить меня.

– Ты ошибся, – подвела итог с нажимом.

– В этом нельзя ошибиться. Либо истинная, либо нет. Ты – истинная.

Напряжение звенело в каждой букве, насаживая их на стальной канат.

– Я не чувствую, значит, ты не мой истинный. Отпусти, – очередная попытка вырваться из захвата увенчалась успехом.

Парень не отступил, но больше не держал.

– Знаю одну девушку, которая скрывала истинность от истинного. Как по-идиотски звучит, – незнакомец усмехнулся. – Я на такое не поведусь.

– Ты слышишь меня? Я не твоя истинная. Я тебя не чувствую. Подкатывай свои яйца этим примитивным способом к какой-нибудь другой. Все. Пока.

Развернулась под пристальным взглядом незнакомца и всех остальных. Вечернее шоу окончено.

– Как тебя зовут?

Обернулась на вопрос не останавливаясь.

– Лиса, – назвала вымышленное имя, продолжая пробираться к Даф.

– Я Дрейк Болдан, и я тебя найду.

Хорошая попытка, Дрейк. Удачи с поисками.

Даф вышла навстречу, поглядывая мне за спину. Неужели он стоит и смотрит?

Обернулась из любопытства и сразу встретилась взглядом с серыми глазами.

Привлекательный парень. Зачем выдумывать истинность? Должен ведь знать, что ее оба чувствуют, и обмануть не удастся.

Можно было бы списать на не сформировавшийся запах, но это невозможно. Дрейк Болдан явно перешагнул возраст, когда собственный уникальный запах формируется полностью. Это значит только одно: он решил испытать мою наивность. Не прокатило.

– Что он от тебя хотел? – Даф неприкрыто рассматривала парня.

Подтолкнула ее к выходу.

– Нес чушь. Якобы я – его истинная.

Теплый летний ветер подхватил смешок. Остановилась, подставила лицо свежим потокам.

Кайфовая погода. Безоблачное звездное небо.

Красота.

Даф открыла дверь авто со стороны пассажира. Не торопилась садиться, ожидая меня.

– Почему чушь?

Я потянула за ручку, но тоже не спешила залезть в салон. Подруга по ту сторону машины ждала ответа.

– Я его не почувствовала.

– Там все провоняло алкоголем, потом и кровью, – фыркнула Даф и заняла свое место. – Ни один освежитель не справится.

Все, как сказала Даф, но рядом с Дрейком я чувствовала терпкий запах кожи, мускуса, древесные мотивы. Я могу разобрать любой аромат на частицы, только ничего особенного от Болдана не исходило. Ничего.

– Нет, – мотнула головой, заводя машину. – Дело в другом. Истинность ведь что-то вызывает, так? Тетя Урса рассказывала, я забыла.

Выехала с парковки, вспоминая многочисленные рассказы тети на разные темы. Она так много болтает, что крупицы важной информации тут же смываются многочисленной "водой".

– Возбуждение, желание обладать и быть рядом, – напомнила Даф. – Еще что-то про особенный запах и куча пошлых историй, но они бесполезны.

Смех наполнил салон.

Стоит оказаться на пороге дома тетушки, и ближайшие несколько часов пройдут в сопровождении ее голоса. Она никогда не повторяется в историях. Мы подозреваем, она их попросту придумывает, но проверить невозможно.

Наблюдать Красный район изнутри интересно. Делать здесь, конечно, нечего, но где еще увидишь проституток на обочинах? Их в каждом районе достаточно, но в Красном они вообще не скрываются. Здесь будто царит анархия, хотя это не так. Система едина для всех, но альфы крутят ее по-своему.

Не понимаю, почему наш район постоянно в состоянии войны, а самый главный враг – Красный. Остальные районы друг с другом конфликты не обостряют, а Фиолетовый, наоборот, ищет, кому надрать задницу. Или в поисках тех, кто надерет задницу нам.

Зачем? Не понимаю. Я фиолетовая и я не понимаю. У меня нет ненависти к красным. Такие же люди, со своими манерами и порядками. Но так ведь в каждом районе столицы.

Мы въехали в центральную часть Красного района. Элитные, по местным меркам, высотки. Как у нас. Приличные развлекательные заведения сосредоточены здесь: кафе, рестораны, бары. Чем дальше от центра, тем специфичнее публика. Как и везде.

Кроме витающего по улицам духа свободы Красный ничем не отличается от моего Фиолетового. А может я ошибаюсь и не вижу чего-то, очевидного другим.

Подсвеченные витрины магазинов, яркие вывески, свет в окнах высоток в темноте ночи – мой особенный кайф. Я готова колесить, пока не устану сидеть. Даже музыка необязательна.

Яркая часть района осталась позади. Дорога вела между домами попроще, уводя к выезду. Небольшая роща деревьев подводила к сканерам на границе Красного и Фиолетового.

Сбавила скорость. Несколько раз в начале вождения забывала притормаживать, сканеры не успевали прочитать личный код находящихся в машине. Три или четыре раза попала на немаленькие штрафы, каждый раз слушала длинную лекцию от отца о моей безалаберности.

"Как можно забыть о сканерах, прожив всю жизнь в столице?" – недоумевал папа, смотря на сумму штрафа.

Элементарно! Когда занимаешь пассажирское сиденье, о них вообще не задумываешься. Стоят и стоят, какое мне до них дело? Отмечают перемещение, и ладно.

Черт. Если отец задастся целью проверить мои передвижения между районами, у него это получится. Все-таки помощник Верховного, закрытая информация для него может стать открытой.

Нельзя дать ему повод усомниться в моей честности.

Родной район всегда давал внутреннее спокойствие. Усиливал уверенность, что как бы печально ни было, все равно завершится хорошо. Ничего не изменилось. Проезжая по знакомым улицам, умиротворение накрывало с головой.

Это ведь странно. В определенной степени. Фиолетовый далеко не самый спокойный район. У нас вспыльчивые жители, горячие. Порой достаточно одного слова, чтобы завязалась драка.

Но это мой дом. Неидеальный. Даже иногда невыносимо ужасный. Но мой. Я его часть.

– Ты помнишь легенду? Я была у тебя, потом мы решили покататься.

С дрожью в пальцах крутанула руль, заворачивая на свою улицу.

– Да-да, – протянула Даф, – ты уже сто раз сказала. Даже если захочу забыть не смогу, во сне слышать буду.

– Не нуди. Ты знаешь моего отца. И Дэна.

Если только узнают, где я была… мне конец.

С братом проще договориться. Ненамного, но с ним хоть какое-то понимание существует.

– М-м, приехали, – прокомментировала Даф стоящую посреди дороги машину, и наших сидящих на капоте братьев.

По-другому не скажешь…

Нет, сказать можно, но вряд ли цензурно. Одного взгляда на Дэна достаточно, чтобы понять: все плохо. Для меня все очень и очень плохо.

Даф вышла к Курту, а я опустила окно, не желая покидать авто.

Дэн уперся ладонью в крышу, наклонился, смотря на меня исподлобья.

– Где ты была?

Сиплый голос брата всегда царапал слух. Много лет прошло, а полноценный голос так и не вернулся. Слабо помню тот день, когда Дэн потерял его на очередных боях. Как именно повредили голосовые связки, мне не рассказали. И, думаю, к лучшему.

– У Даф, – соврала уверенно, сжимая руль.

– Не делай из меня идиота, Эл, – Дэн сжал ладонь в кулак. – Ты была в Красном?

С чего такое предположение? Угадал?

– Нет.

Брат сипло выругался.

– Эл, ты смотришь мне в глаза и лжешь. Я знаю, что вы были на боях. Рик видел тебя. Думала, я не узнаю? Отец не узнает?

Проклятье. Чертово проклятье! Откуда я могла знать, что в одно время в том же месте окажется кто-то из знакомых Дэна?

Предполагала, но надеялась, пронесет. Удача улыбнется. Она и улыбнулась, только не тем местом.

Отпираться бессмысленно. Прикидываться идиоткой не лучшая затея. Дэн знает, что это не про меня.

– Отцу не говори, – попросила скупо, смотря перед собой.

Между мной и отцом никогда не было особенно теплых чувств. Маме это не нравится. Ее попытки вернуть невозвратное поначалу веселили, затем стали раздражать. В итоге она приняла новый порядок вещей с гордо поднятой головой.

Посмотрела на Даф. Подруга с виноватым видом говорила с братом. Курт выглядел взволнованным, но точно не злился.

– Он все равно узнает, – просипел Дэн.

– Откуда? – вновь повернулась к брату, не собираясь выходить из машины. – Если ты не расскажешь, он, возможно, когда-нибудь услышит от кого-то еще, но ты можешь не говорить.

Дэн почесал бровь, смотря в сторону.

Он знает и сам. Только ощущение долга перед отцом настолько велико, что просто промолчать для Дэна настоящее испытание.

– Зачем тебя понесло в Красный?

Скажу правду и точно наслушаюсь, не скажу – и тоже выслушаю, потому что Рик наверняка до кучи сообщил о моем позоре.

– Хотела поучаствовать в боях, – произнесла обреченно на выдохе.

Покосилась на брата. Он смотрел вперед, кивая.

– Хоть здесь врать не пыталась.

И все? Выплеснул злость раньше и теперь спокоен?

Я не жалуюсь, просто непривычно. Обычно я сразу попадаю под щедрую раздачу.

– Эл, твою мать… – все-таки просипел он. – Какого черта? Ну какого черта? Нахрен тебе бои? Я думал, ты переросла упрямое желание разбудить силу.

– Это не упрямство, а упорство.

– Суть одна: ты ищешь себе проблем! Хочешь без зубов остаться? Со сломанным и неправильно сросшимся носом? И это далеко не все, Эл.

– Я хочу попытаться! Это будут мои ошибки, Дэн. Мои! И ответственность за них понесу я, а не ты. Не отец. Я. Я, понимаешь?

Мое сопение казалось громче шума проехавшего мимо авто.

Надоело постоянно быть опекаемой. Настолько, что каждый чих становится поводом для обсуждения моего здоровья и поводом не выпускать меня за территорию дома.

– Хватит считать меня беспомощной девчонкой, которая пропадет без круглосуточного контроля. Я не умру без вашей опеки.

Дэн вздохнул, словно я надоела ему. Наверняка так и есть.

– Поехали домой. Истерики ничего не решают.

Истерики? Так он считает – что я на пустом месте фонтанирую?

Обидно, черт возьми.

Обидно, что мои чувства – всего лишь мешающий и раздражающий шум. Всегда. Особенно когда прошу немного свободы.

Дэн двинулся к своему авто. Даф неподалеку разговаривала с Куртом.

Почему они друг друга понимают, а мне, чтобы достучаться до своих близких, надо прыгнуть до небес?

Сумасшедшая мысль за секунду опустила рычаг, призывая действовать. Завела машину и вдавила педаль газа в пол.

Свист от резкого старта оглушил на мгновение. Ветер ворвался в окно, ударился в лицо, растрепал волосы.

Я не поеду домой. Не знаю, что делать дальше, но туда точно не вернусь.

Глава 2

Вывернула руль, сворачивая с дороги, ведущей на выезд из района. Пока я не придумала место для остановки, лучше не пересекать сканеры. Система сразу обозначит, куда я въехала, а по другим сканерам будет понятно, в каком районе я задержалась.

В Фиолетовом руки отца и Дэна развязаны. На своей территории у альф прав и возможностей больше.

Не питаю иллюзий: меня в любом районе найдут. Сомнений нет. Насколько быстро? Не знаю, но могу оттянуть момент.

К Даф ехать глупо, ее проверят в первую очередь. Родственники отметаются: сами сдадут.

До начала учебы в универе два месяца. У меня появится своя комната, отпадет потребность в ином месте жительства. Но скрываться два месяца… Денег не хватит. Расплачиваться счетом опасно – отследят, а наличных совсем немного. Снять апартаменты не получится. Впрочем…

Завернула на пустую парковку у закрытого магазина. Достала планшет, быстро вбила поисковый запрос. Сеть выбросила сотню предложений об аренде в разных районах Амока.

Желтый сразу мимо – элитный район с заоблачными ценами. Мой район по понятным причинам отпадает, но цены у нас приемлемые. В Зеленом ничего не сдается, дешевые предложения в Оранжевом доступны только со следующей недели, а мне надо прямо сейчас. Голубой, Синий – вариантов достаточно, но тоже все забронировано. Серый и Черный, естественно, мимо. Жить с приезжими и рядом с преступниками… Нет. Нет.

В Белый попасть без особого допуска нельзя, остался Красный. Моего бюджета хватит заплатить за целых три дня проживания! За это время меня, возможно, уже найдут и повесят домашний арест.

Осталось придумать, как остаться незамеченной в районе, где всех фиолетовых заранее ненавидят?

Приложилась лбом к рулю.

Сложно принимать действительно важные решения.

Сдаться и вернуться домой, сказать, что вспылила, все равно получить наказание, а вдобавок еще и возврат тотального контроля?

Нет, я не позволю снова запереть меня в современной темнице.

Выходит, решение свелось к одному варианту.

Завела авто. Выехала с парковки. По этой дороге попаду в Красный.

Небольшая роща деревьев подводила к сканерам на границе Красного и Фиолетового.

Сбавила скорость.

С четырнадцати лет каждый мой шаг был под контролем Дэна или отца.

Каждый. Долбаный. Шаг. До шестнадцати лет как пленница с особыми правами: можно ходить куда угодно с разрешения и на определенное время. Спонтанные выходы с подружками свелись к невозможным: редко когда удавалось связаться с моими контролерами вовремя. Потом перестала и пытаться – только разочаровываться.

В шестнадцать мне удалось отвоевать немного свободы. Контроль немного ослабили до того, что я могла сперва уехать, и лишь потом рассказать, где я была. Докладывать о месте оставалось обязательным условием. В семнадцать я смогла позволить себе больше не отпрашиваться совсем. Со временем начала умалчивать, куда ходила.

Поначалу было страшно скрывать, недоговаривать, в чем-то даже обманывать. Боязнь быть пойманной долго парализовала меня, но я сделала этот шаг. Один. Второй. Каждый раз все смелее, увереннее.

Не изменилось лишь отношение ко мне как к маленькой, беспомощной девочке. Отец с насмешливым снисхождением слушал мое "я решила". Неважно, о чем пойдет речь. Факт, что я могу принять какое-либо решение, его забавлял.

И это бесит! Бесит, серьезно. Его фраза: "Не утруждайся, в будущем не пригодится. Муж за тебя все решит", – выбила воздух, когда услышала ее впервые. Наверное, в тот момент я поняла, что если не смогу отстоять свои границы, меня вдобавок замуж выдадут и желания не спросят.

Тогда во мне проснулось маниакальное стремление пробудить силу. Попытаться ее почувствовать. Я ведь дочь альфы, должно же во мне быть что-то от него.

Дэн смеялся моим просьбам подраться со мной, но не отказывал. Соглашался, но всегда сдерживался. Я злилась, он обещал больше не расслабляться, и все равно оставался чуть активнее черепахи.

Вскоре бросила попытки до него достучаться. Стала изучать бойцовские клубы: правила, районы, куда лучше не соваться. Эта вылазка должна была пройти достойно, но сработал эффект непредвиденности.

***

Быстро сориентироваться не получилось. Запутанные пересечения улиц, похожие названия, непривычная нумерация домов – все сбивало с толку.

Просто кататься по району – легко, а найти здесь что-то конкретное, кажется, совершенно невозможно.

Остановилась, смотря на карту в планшете и на номер дома напротив. Шестнадцать. А мне надо семнадцать. И где его искать?

Увеличила карту. Ничего не понимаю.

Шестнадцатый, следом восемнадцатый, а между ними дом куда делся? Красные суеверны на число "семнадцать"? Никогда прежде о таком не слышала, но готова поверить во что угодно.

Сдвинула карту вбок. Большое зеленое пятно за этими домами разрезал серый прямоугольник с искомой цифрой.

Вот ты где! Спрятался. Хитрец.

Положила планшет на колени и завела машину. Приличная улица сменилась не менее симпатичным внутренним двориком с парковой зоной.

Это дорогая локация. В бедных кварталах зелень вообще отсутствует. Даже одно дерево добавляет плюс несколько десятков тысяч к стоимости жилья.

Я точно приехала по адресу? Странно за дешево сдавать апартаменты в приличном комплексе.

Сверилась с сайтом аренды. Все верно: адрес, цена… Как бы внезапно не оказаться запертой в квартире с маньяком. Бонус к проживанию: фасовка по пакетам.

Из окон высотки пробивался свет. Складывался в причудливую картину, можно представить широкие мазки художника. Взял кисть, провел и оставил желтый след.

Вышла на теплый ночной воздух. Сжала планшет, сумочку с деньгами и разной мелочью.

Я просто иду. Как обычно, переставляю ноги – для этого не требуется думать, напрягаться. Обыденность. Только ощущения иные. Словно иду к свободе.

Лобби равной линией разделено по оттенкам на бело-серый с креслами и столиками, бежевой зоной для любителей кофе, а дальше виден угол барной стойки под приглушенным светом.

Теперь еще больше интересно узнать, кто сдает здесь жилье за смешные деньги. Посмотреть на того… чудака.

В чем-то должен быть подвох. Наверняка. И я хочу узнать "в чем".

Лифт с приятным нежным сигналом открыл свои двери. До восьмого этажа добралась плавно и незаметно.

Кроссовки утонули в высоком ворсе ковра в холле. Напротив – мягкие кресла и декоративные пальмы в керамических напольных горшках.

Чего никогда не понимала, так это ковров в общественных местах. Вся грязь дождливого Амока останется на них.

Двери протянулись в обе стороны от меня. Интуитивно повернула направо. Аккуратные неброские цифры на одинаковых дверях вели в нужном направлении.

Пришла… вроде. Точно по указанному адресу, но все равно кажется каким-то розыгрышем.

Стоило прежде написать, а потом ехать, но раньше я об этом не подумала.

Постучала и отступила на шаг назад, оставляя свободное пространство между дверью.