Полная версия:
Идеальная девушка
- Господи, дай мне отпустить мои грехи, - сказала она шепотом, так как этот разговор был слишком интимен. - Дай мне проснуться, дай мне жить, дай мне жить!!! Жизнь слилась в одну бесцветную массу с легкими проблесками. Дай же мне вздохнуть, дай мне познать Тебя, дай мне быть по-настоящему, дай мне познать себя, но прошу - легким и мягким путем! Дай мне очнуться, дай мне…» - голос ее дрогнул, и горячие слезы скатились по переносице.
Тьма сильнее сгустилась над домом, когда Вивиен все так же лежала уже в ночной рубашке и под тяжелым одеялом.
«Я навязываюсь, я знаю», - подумала она. - «Я знаю, я не должна звонить. Столько раз я звонила, а он писал сам только первое время, после знакомства. Я знаю, я не должна звонить, это не достойно, не уважение к самой себе. Ведь он явно дал понять - он не хочет говорить. Но если так, то что я теряю? Если этому человеку я равнодушна, то я могу сказать ему что угодно. Почему не воспользоваться им, если мне так больно? Какая разница - напишу я или нет? Его отношение ко мне не изменится. Мне нечего терять».
Она схватилась за телефон.
- Карло, привет, - отчаянно и быстро сказала она. - Ты спишь?
- Привет, нет.
- Расскажи мне что-нибудь.
- Ты мне расскажи, почему мне неизвестные номера звонят? - он улыбнулся.
Кровь в ее венах застыла.
- Ты один?
- Нет, отец в комнате. А что с тобой? Что рассказывать?
- Я просто…
- Ты одна?
- Да.
- А что делаешь? Почему одна?
- Я же одна живу. А ты что делаешь?
- Я немного на похмелье сейчас, у друга вчера день рождения был.
- И сколько ему исполнилось?
- Двадцать один.
- Поздравь его с прошедшим от меня. А у тебя когда?
- В конце июля.
- Тебе будет двадцать один?
- Да.
- Значит, я старше тебя.
- Ну, тебе сколько ? - Он понизил голос.
- Двадцать. - Вивиен слегка запнулась.
- Ну. Мне тоже.
- Да, но у меня раньше чем у тебя день ро…
- Когда у тебя ?
- Не скажу. - Она улыбнулась.
Он промолчал
- Кто тебе там звонит?
- Увееерен, что ты - он снова улыбнулся.
- С чего ты взял?
- Ну, звонят и молчат.
- Значит, мошенники.
- Скажи честно.
- Ну, я звонила пару раз…
- Я не буду злиться, если это ты, правда. Просто в такие неподходящие моменты звонок бывает, много раз подставляла меня это.
- Ты не можешь перезвонить со своей комнаты?
- Нет.
- Никак?
- Нет.
- Я искренне думаю, что это ты. Если да - скажи, иначе я номер сменю.
- Я не могу наспех объяснить.
- Почему? Да я не изверг, не переживай. Я пойму, что бы ты ни сказала.
- Ну, не могу. Если перезвонишь - объясню.
- Ну, если ты сама мне позвонишь, я зайду в свою комнату. У меня просто там не работает микрофон, когда я сам звоню. Через минуту звони.
Прошла ровно минута.
- Алло, - сказал Карло.
- Алло, слышишь?
- Да.
- Ты же не спал, когда я позвонила?
- Я когда в это время сплю? - он улыбнулся.
- Ну, я…
- Я в это время, когда сплю? Я час назад только домой зашел.
- А почему не мог перезвонить? У тебя что, своей комнаты нет?
- Как нет? Просто телевизор смотрел с отцом. Сейчас зашел в комнату, прилег.
Последнее слово не столько возмутило Вивиен, сколько позабавило.
- А ты почему не спишь? - спросил Карло.
- Я вообще не сплю.
- Почему?
- Бессонница.
- А бессонница - это как диагноз, или ты сама решила? - спросил он.
Вивиен промолчала.
- Сама себе диагноз поставила? - он посмеялся.
- Расскажи мне что-нибудь.
- Что?
- Про себя что-нибудь.
- Спроси - я расскажу.
- Ты дружишь с Армандо?
- Да.
- Мы с ним одноклассники были.
- О. Армандо - мой братюня, - Карло вдруг резво сказал. - Вот сейчас я дома, а он в соседнем доме, слева.
- Да, я догадалась, что вы соседи, по-другому как бы ты с ним дружил?
- Почему? Армандо - мой брат, мой братюня, репа. - радостно повторял Карло. - ннне говори так про него, он мой брат.
- Ты бы слышал, как он со мной говорил. - Сказала Вивиен.
- Ну, я уверен, если ему сейчас сказать, он возьмет свои слова обратно.
- Ему рук не хватит.
- Нет, он хороший, репа - мой бртюня, репа, репка.
- Как? «Репа» ты его так называешь? - она рассмеялась.
- Ну да, он же лысый.
- Знаешь, я тебя видела в школе с ним.
- Да, я приходил.
- Я еще у Паоло думала: «Откуда я его помню?» Ты еще тогда побитый был. - она улыбнулась.
- Какой?
- Побитый.
- Побитый?
- Ну там весь в синяках и царапинах был.
- О, не помню, - он сказал задумчиво.
- Ну не в царапинах, но с синяками.
- Ну, не помню, может, на тренировках что-то.
- Ты потом еще у моей школы стоял с парнями.
- Так ты живешь совсем одна?
- Да.
- Давай я тебе питомца приведу.
- Не, спасибо.
- Почему ?
- Чтоб я голодная осталась ?
Карло засмеялся.
- У тебя есть аллергия на кошек? - он спросил.
- А что?
- Питомца тебе приведу, - он повторил.
- Не хочу я никаких питомцев, на себя еле хватает.
- Чего хватает?
- Денег.
- А что, не хватает ?
- Нет.
- Ну это же можно исправить. - возразил Карло.
- Как?
- Экономить.
- На чем экономить? - она рассмеялась. - Вот сейчас… ну я не ною, не жалуюсь, но, честно, иногда даже на простые вещи не хватает.
- Ну это же плохо, - тихо сказал он.
- Хорошо, что ты сказал, я же не знала.
Он рассмеялся.
- Плохо, да, но что делать? - Она добавила.
- У тебя ведь осталось что-то от родительских сбережений?
- Да, но там не то чтобы много.
- Ну, сколько там?
- Тебя не учили, что такое нельзя спрашивать?
- Почему? Ну сколько…
- Тебя не учили, что…
- Зачем меня учить! - он возмутился. - Сколько там?
- Ну такое нельзя говорить, - она смущенно улыбнулась.
- Почему? Просто назови сумму, почему нельзя?
- Ну нельзя.
- Ну давай я буду тебе помогать финансово, напиши мне номер твоей почты.
- Ну, я не могу это взять, это же не твои деньги, это же деньги Джузеппе...
- Джузеппе мне дает максимум в неделю пару монет, - буйно сказал Карло.
Вивиен рассмеялась.
- Я серьезно, никакие это не Джузеппе. Напиши мне точный адрес, чтобы я мог тебе присылать…
- Я не могу это взять.
- Какой у тебя… пришли мне номер почты.
- Нет, я так не могу.
- Тогда не называй меня братом, - он резко выговорил.
- Почему?
- У брата впадлу деньги взять?
- Ну, мне неудобно. - тихо сказала Вивиен.
Карло молчал и молчал долго.
- Где ты был час назад?
- На работе.
- А, я думала ты не работаешь. А что за работа?
- Это тебя не касается.
- Почему?
- Потому что не касается.
- Ну почему ?
- Этого никто не знает, только пара человек. Настолько, что если кто-то узнает, я буду знать, кто проболтался.
- Я умею секреты хранить.
- Я не скажу тебе.
- Почему?
- Потому что тебя это не касается.
- Ну я же тебе как… почти как сестра.
- Вот сейчас, что бы ты ни сказала, я все равно не скажу тебе.
- Ну, Карло…
- Вивиен, не касается.
- Я же твоя, можно сказать сестра.
- Как вы с Паоло доводитесь? Наверно с маминой стороны?
- Да. У меня кстати с отцовской линии нет братьев, ты мой единственный. С маминой очень много.
- А какая у твоей мамы была фамилия?
- Дельфино через о…
- Дельфино через о? А я живу на Дельфини.
- Я знаю, да.
- А… ты, по моему, с ума сошла. - в замешательстве сказал Карло.
- Что? - удивилась Вивиен.
- Мне это сейчас неприятно.
- Что?
- Откуда ты знаешь, где я живу? - он повысил голос.
- Ты мне сам сказал.
- А да? - он быстро улыбнулся.
- Да у Паоло, ты спросил, где я живу, и потом ты сказал, что живешь на улице Дельфини.
- Вивиен.
- Да.
- Вивиен - очень красивое имя, мне нравится.
- По моему, тебе твое имя не подходит, тебе бы больше подошло Алессио или Амедео.
- Ну не знаю, мне все говорят, что я - прям Карло, прям Карло, только не Карлос, а именно Карло.
- Тебя в честь кого-то так назвали, или просто?
- Да, в честь дедушки. Джузеппе меня назвал. - быстро добавил он и глубоко вздохнул. - Так что там со звонками?
- Ну я не знаю, как это сказать.
- Как есть, так и скажи, честно. Что бы ты ни сказала, ты меня ничем не удивишь.
- Я не знаю, как это объяснить.
- Скажи прямо, честно. Ты меня ничем не удивишь.
Он замолчал. Несмотря на всю начитанность Вивиен, она не могла подобрать слов, и наступила пауза. Карло нарушил ее мелким смехом. Он смеялся тихо, быстро выдувая воздух из ноздрей, словно смеялся шепотом.
- Ну я не знаю, как это сказать.
- Скажи честно, «что на сердце - то и на губах.»
- Уличные фразы, что ли?
- Нет, не дай Бог.
- «Мажоры снаружи, бродяги внутри ?»
- Скажи так еще раз, я на тебя скину.
- Все, все, - она посмеялась.
- Так что там…
- А кем Джузеппе работает?
- Он писатель и поэт.
- Ты серьезно?
- Да, он лауреат премии, он издается на разных языках.
- Как это замечательно, что он пишет стихи.
- Стихотворения. Да, он издал сборник, год отдыхал.
- Сборник стихов?
- Стихотворения, стихи нельзя говорить!
- Тут ты знаешь, что можно, а что нельзя.
- В семье поэта…
- Один раз я прочитала свои стихотворения женщинам в библиотеке, и они сказали: «Что ты делаешь? Почему ты не издашь книгу?»
Карло молчал.
- Скоро в большой библиотеке будет открытие третьего зала, я там прочитаю свою речь. Ну, конечно, не я одна - там будет много гостей. - добавила Вивиен.
- Уже открытие? Так быстро?
- Да.
- Вроде недавно же начали пристройку.
- Да, как-то быстро они.
- Так что там со звонками? - он снова глубоко вздохнул.
- Ну ты подумаешь, что я ненормальная.
- И что? Я подумаю, что ты ненормальная, и что от этого изменится? - Карло протянул.
- Ты перестанешь со мной общаться.
- Не перестану, - быстро сказал он.
- А если я ненормальная? - Вивиен улыбнулась. - А если я следила за тобой?
- Следила как?
- Ну бывает же, что у дома ждут у учебы…
- У меня были такие! Я потом их нашел - возмутился Карло. - Три со школы были, одна с тренировок.
- Ой, ты прям популярный, - Вивиен улыбнулась.
- Я? Нет, - Карло сказал тихо.
- Хотя с твоими красивыми глазами я не удивлена. Это от Джузеппе у тебя такие?
- Да - неуверенно ответил Карло
- Ну у тебя прям очень красивые.
- Я уже не помню даже, как ты выглядишь.
- Я очень красивая.
- Тебя не смущает, что мы кузены? - он понизил голос.
Тут Вивиен охватило мучительное смущение.
- Я просто сказала, к слову. Я не имела в виду ничего странного.
Он молчал целую вечность.
«Почему он молчит? От этого еще более неловко! И с чего он взял, что я заигрываю с ним?»
- Да, они еще цвет меняют. - наконец сказал он.
- Да, я знаю такие, ну у тебя прям большие, очень красивые.
- Да. - Карло снова тяжело вздохнул и с трудом выжал: - Спасибо. Ну, ты не поверишь, но я знаю.
- Я не сомневаюсь, - она улыбнулась.
- Не сомневайся, - он улыбнулся в ответ. - Что там со звонками?
- Ну, ты подумаешь, что я нормальная.
- Вивиен, я очень честный, и я правда говорю, ты меня ничем не удивишь.
- Но я не знаю, как это сказать.
- Скажи как есть, Вивиен, вот прямо.
Снова наступила тишина, и снова он прервал ее тихим смехом.
- Скажи прямо, Вивиен, я пойму.
- Ты перестанешь говорить со мной.
- Нет.
- Откуда ты знаешь?
Тут он помедлил.
- Ну, ты скажи, а я решу дальше, - тихо сказал он.
- А на твоей суперсекретной работе ты сам себе босс?
- Не совсем.
- А книги ты читаешь?
- Зачем ты тему отводишь? - он улыбнулся.
- Я просто…
- Скажи как есть, я слушаю.
Вивиен собралась с силами.
- В общем, раньше я жила не очень хорошо…
- Ну да, это я знаю, - он перебил.
- Когда моих родителей не стало…
- Ну да, это ты говорила, - он снова перебил.
- И сейчас все, конечно, лучше, но все равно не хорошо…
- А не хорошо в каком плане - финансово или депрессия?
- Ну, дай мне сказать, зачем ты меня перебиваешь? - она судорожно улыбнулась.
Теперь ей нужно было опять собраться с силами.
- Говори, да, - сказал он.
- И иногда, особенно ночью, мне бывает больно как будто…
- Больно в каком плане? Как…
- Ну, дай мне сказать, зачем ты меня перебиваешь? - она повторила, смеясь. - И так сложно.
Опять пауза.
- Да говори.
- В общем, иногда у меня бывает такая боль в сердце, но это не как отчаяние или грусть - это больше как физическая боль, и тогда я не могу дышать, и мне сильно жжет сердце…
- Сейчас ты закончила?
- Нет, и трудно даже пошевелиться и разговаривать, и я не знаю, почему так специфично, но почему-то когда я слышу твой голос, у меня все проходит…
- Вот сейчас ты закончила?
- Нет, прямо сразу все проходит, как будто бы ничего не было, и я не знаю почему, но мне просто сразу становится легче, когда я тебя слышу…
- Вот сейчас ты закончила?
- Нет, я звонила, чтобы услышать твой голос. Я не хотела тебя беспокоить, и мне было неудобно перед тобой, но просто я больше не знала, что делать.
Она замолчала. Он тоже молчал.
- Вот сейчас я закончила…
- И что ты сейчас сказала? Ты меня ничем не удивила! - быстро сказал Карло. - Ну да, когда я вернулся после армии, когда я увидел каково там и сам это все пережил, мы с отцом поехали в село и там ночью я встал, ходил по комнате, я кричал: «Они на нас нападают! Она на нас нападают!» - искал ружье. Я проснулся только тогда, когда мне папа утром дал попить воду! Так что бывает, когда через что-то проходишь - бывает.
- Ну… это же странно все равно, почему, когда мы говорим, мне становится легче.
- В трудную минуту хочется поговорить с близким человеком, - он проговорил это по словам, чтобы показать, насколько это очевидно.
- Но почему именно с тобой?
- Ну у всех же по-разному. Ты меня сейчас вообще не удивила.
- Я не хотела тебя беспокоить и …
- Ты могла просто позвонить…
- Я не могла говорить, - перебила она.
Он промолчал.
- Ты думаешь, я ненормальная?
- Вивиен, я тебе говорю, я в этом плане очень искренний. Если бы я думал, что ненормально, я бы просто скинул и все.
Прошла маленькая пауза.
- Ну ты все равно чокнутая, - он снова посмеялся своим глухим смешком.
- Ты сказал, что не подумаешь, что я ненормальная, и сейчас это говоришь ?
- Ну, я посмеялся потом, ты не слышала?
- Я просто не понимаю, почему так.
- Ну ты меня вообще ничем не удивила.
- Я очень устала. Я просто больше не знаю, что с этим делать. Ни один врач не может помочь…
- Ну как это лечится?
- Ну там… специфическое лечение.
- Ну это же психологическая проблема, не психическая.
- Мне уже все равно, какая.
Он молчал.
- Я очень устала, - ее голос слегка вздрогнул, - столько времени и… не меняется.
- Мм.
- Это я сейчас на приеме у психолога у тебя? - она улыбнулась.
- Не знаю, у кого на приеме, но ты меня вообще ничем не удивила.
- Ну ты все равно думаешь, что я странная.
- Вивин, я правда говорю, я в этом плане очень прямолинейный. Я даже иногда могу грубым показаться. Я даже могу в магазине кассиру сказать: «Ну братан, ну ты меня сейчас подводишь».
- Ладно, хорошо.
- Давай, мне завтра рано вставать.
- Нет…
- Все, кидай, мне завтра в шесть тридцать вставать.
- Нет, подожди.
- Давай все...
- Это белая машина, это твоя машина?
- Ну можно и так сказать.
- А по-другому как сказать? - Она хихикнула. - Наполовину твоя?
- Ну это папы. Но сейчас я на ней езжу.
- А черная?
- Это друга.
- Аа.
- Завтра другую заберу с профилактики, а белую оставлю. - Он сказал будто бы самому себе.
Вивиен еле сдержалась, чтобы не засмеяться.
- А откуда ты знаешь про черную машину? - он вдруг спросил.
- У меня свои источники.
- Какие источники?
- Ты любишь на велосипеде кататься?
- Иногда на выходных.
- Я не видела, новую набережную достроили?
- Да, еще в августе.
- Аа.
- Какие источники?
- Надежные.
- Ааа, Паоло?
- Что - Паоло?
- Паоло сказал.
- Да, Паоло.
- Все, все, бросай трубку, - он растянул.
- Нет, нет, - она протянула с мольбой в голосе.
- Все, я завтра не смогу встать.
- Ну, ты можешь вот так говорить ночью?
- Ну… пиши, когда тебе что-то надо, пиши.
- Зачем мне тебе писать? Ты не можешь звонить?
- Да, я позвоню как-нибудь.
- Ты так уже говорил, ты обещал, что позвонишь, и…
- Обещал?!
- Ну не обещал, но сказал, что позвонишь.
- Ну когда это было?
- Вот когда мы только познакомились.
- Ну так это же было… - он улыбнулся.
- Ну и что, ты не сдержал слово.
- Нет, я наберу как-нибудь. - он сказал уверенно.
- Вот именно так ты и сказал.
Он рассмеялся.
- Ну скажи, где ты работаешь?
- Нет.
- Почему?
- Тебя это не касается. Ты же меня послала с сбережениями, а я - с работой… - он улыбнулся.
- Я тебя не послала, я тебе просто сказала. - в недоумении сказала Вивиен.
- Ты меня лааасково послала, - протянул он. - А я… - он добавил.
- Это разное.
- Ты меня ласково послала, а я… - он повторил резво и гордо.
Маленькая пауза.
- Ты мне ласково сказала, что это не твое дело, а я… - он исправил, чтобы не показаться грубым.
- Ну почему скажи?
- Потому что тебя это не ка-са-ет-ся.
- Шпион под прикрытием что ли?
Он посмеялся.
- Ну пожалуйста…
- Ви-ви-ен, не касается.
- Ну я же никому не скажу, я же тебе по сути как бы сестра.
- Вот сейчас чтобы ты ни сказала, я все равно тебе не скажу!
- Ну Карло…
- Единственное, что я скажу тебе - это DI. Знаешь что такое DI?
- Нет.
- DI не знаешь что такое?
- Ну я не разбираюсь в таком…
- DI не знаешь что такое?
- Нет.
- Тебе три? - раздраженно бросил он.
- Зачем ты ругаешься? Просто скажи.
- Индивидуальный предприниматель. Вот это все, что я тебе скажу. Все, давай, я завтра не смогу встать.
- Нет, подожди.
- Все, давай, итак уже, сколько… - он посмотрел на время - сорок минут я с тобой разговариваю!
Тут сердце Вивиен резко сжалось.
- Может, мне извиниться перед тобой - она сказала с усмешкой - что ты сорок минут со мной…
- Неееет! Не надо извиняться! - возмущенно сказал Карло - давай потом созвонимся, хочешь, завтра… просто завтра мне трудно будет встать с утра.
- Ну нет, ну пожалуйста…
- Что… почему так говоришь, как будто бы последний раз!
- Потому что я знаю, что не позвонишь.
- Ну пиши, когда тебе что-то надо, пиши.
- Зачем мне тебе писать?
- Ну звони и если я не буду занят… ну, скорее всего, буду занят. Ну звони, я когда освобожусь, буду перезванивать, и вот так. - он тихо добавил.
- Еще чуть чуть.
- Все, давай. Ты меня сейчас очень подводишь!
- Хорошо, иди спи.
- Что?
- Иди спи.
- Давай, Вивиен, пока.
- Пока, спокойной…
- Обнял - поднял - Карло улыбнулся.
- Спокойной ночи, пока.
- Пока.
***
Через два дня она написала ему:
- Привет, ты занят?
Через полчаса он ответил:
- Привет, спать ложусь. Завтра рано вставать.
- Ладно, спокойной ночи.
***
Следующий день:
- Ты спишь?
Опять через полчаса:
- Нет, привет.
- Не можешь говорить?
- Ой, пока очень занят, Вивиен. Я напишу. Если что.
- Хорошо.
***
Через десять дней, утром:
- Карло.
- А.
- Ты можешь мне позвонить сегодня?
- Постараюсь.
- Хорошо.
***
Еще через неделю:
- Ты спишь?
- Да. А ты?
- Позвони мне, на чуть-чуть.
- Микрофон не работает. Теперь совсем.
Сердце Вивиен упало в живот. Это был конец.
«И как ему может быть так безразлично?»
- С домашнего тоже не можешь?
- Не могу, никак. Могу тут поболтать.
К ней пришло ясное осознание того, что это последний раз, когда они говорят. Больше она писать не будет. Какой смысл, если она его не услышит? Да и в навязывании она перешла предел.
- Расскажи мне что-нибудь.
- Ты спроси что-нибудь. Я расскажу.
- Джузеппе планирует сейчас работать над чем то новым?
Прошло пять минут.
- Карлооо.
- Здесь, здесь. Насколько знаю - нет.
- Карло, мне страшно. Расскажи что-нибудь. Что угодно.
- Я же сказал - спроси. Я так не могу.
- Мне страшно одной жить. Ты бы жил один?
- Да, если честно. Жил бы. Но не один, а со своей семьей.
- Я хочу домой, но не в родительский. Просто хочу домой.
Через три минуты он ответил:
- Хахах. Все можно, если очень захотеть.
- Что смешного?
- Да ничего.
- Что, я не поняла. Карло.
- Да ничегооо. Я сериал смотреть, целую.
***
На следующее утро, а точнее полдень, Вивиен умылась и по привычке сразу же накрасилась. Она натянула на себя черный топ - выточенный по фигуре, мягкий, матовый трикотаж, который ласково подчеркивал талию. Сердцевину лифа накрывал тонкий слой молочно-серой полупрозрачной ткани, и от нее по середине топа шла узкая вставка из кремового кружева, уложенного в поперечные складки; каждая ниточка кружева изображала мелкий цветочный мотив. Лиф был обрамлен тонкой окантовкой и гибкими бретелями цвета слоновой кости. К топу Вивиен подобрала короткую серую юбку, из матового шелка - крой был прямой, чуть расклешенный к подолу, длина доходила до середины бедра. Черные, сияющие волосы остались лежать на спине.
Затем Вивиен съела дольки красного апельсина и несколько крекеров, собрала развешенное белье и разложила по ящикам шкафа, прибрала основную залу и вышла с заднего выхода в сад. Там она села на лестнице.
Ветер, проходя между изгородями, приносил с собой запах сырой земли, плесени и неподвижности. Едва слышался шелест подползших насекомых, одинокие вздохи ветра, играющие с сухими семенами. Ржавые кованые ворота, где краска осыпалась, оставив паутинный рисунок, были лишь фоном. Когда-то аккуратные аллеи, выложенные мелкой белой галькой, проросли жесткой травой; строгие бордюры из подстриженных тисов распали свои контуры и превратились в смутные, жуткие силуэты, едва видные под серыми коврами опавшей листвы и крупной пыли. За переплетением ветвей, виднелись облепленные плющом статуи, они держали позы бессмысленной тоскливой величавости, окружая навсегда немой фонтан. В его чаше зияла сухая листва и лоскуты бумаги, а на мраморе, который когда-то блистал, мягко стирали рельеф камня воронки мха.
Низкое закатное солнце бросало мрачные тени на садовые грядки, и без того походившие на могилы. Небо углубилось, готовясь пролить накапливаемый неделями дождь, но широкий богатый сад этого не радовал, как раньше, когда озорная листва с плавно выстроенными геранями и бутонами роз, как дети, радостно ждали редкого охлаждающего дождя, чтобы освежиться и запахнуть новыми, до этого не раскрывшимися ароматами. Холодный дождь давно перестал приносить жизнь.
С обеих сторон лестницы стояли гордые обветшалые статуи. Вивиен не вставая, ободрала лишайник с ее подножия и судорожно измельчила в руках.
