Не функция

«Я не знаю, кто придумал эти шаблоны. Но ты не мямля. Ты — человек. Чувствующий. Живой. Это не слабость. Это редкость».

Глава 10. Мост через боль

Этот разговор стал мостом. От незнакомцев — к кому-то большему.

Всё началось с комментариев. Элис писала ему под постами — ехидные, острые, иногда откровенно провокационные. Он отвечал — не обижался, не блокировал. Парировал. Иногда смеялся.

Потом он начал заходить к ней. Лайкал не селфи, не рабочие фото с конференций, а то, что она писала в подписях. Цеплял фразу — отвечал. Иногда одним словом. Иногда вопросом.

Это было похоже на странный танец. Они не знали друг друга. Но уже чувствовали ритм.

А потом Элис написала пост. Не научный. Не профессиональный. Личный.

«Я в процессе развода. Десять лет я была функцией. Удобной. Незаметной. Я думала, что так выглядят отношения — когда ты отдаёшь, а тебя не видят. Я не знаю, кто я теперь. Я знаю только, что я больше не хочу быть мебелью».

Первым был он. Личное сообщение. Не комментарий.

«Твой пост задел. Не как врача врача. Как человека человека. Ты пишешь, что хочешь, чтобы тебя видели. Я тоже этого хочу. Но я боюсь».

Она смотрела на экран. Перечитала три раза. Он ответил не на ехидство. На боль. Своей болью. И впервые за долгое время она не знала, что написать. Потому что ехидство тут не работало. Работало только одно — правда.

Так прошло ещё несколько дней. Словно сама судьба вела их к той точке, где виртуальное должно было стать реальным.

ЧАСТЬ 3. СВИДАНИЯ

Глава 11. Первое свидание

Двое суток переписки — глубокой, странной, не похожей ни на что. Двое суток разговоров о боли, о прошлом, о том, что они поняли. И посреди этого потока — его сообщение.

«Я очень хочу тебя видеть. Приходи. Я гуляю в центре города, в парке».

Она ответила: «Да, щас. Выезжаю».

И встала. И села в машину. И поехала.

Это не было свиданием. Никто не договаривался. Никто не строил планов. Просто пообщаться. Просто убить время. Просто от безделья — от того, что каждому из них одиноко.

Телефон сел. Зарядка осталась дома. Только переписка — их единственная связь, — и та оборвалась вместе с погасшим экраном.

Она ехала и не знала, ждёт ли он ещё. Два часа пробок. Два часа тишины.

Будь что будет. Ничего не загадывай.

Парк был почти пустым в этот час. Фонари горели тускло, деревья отбрасывали длинные тени.

Она припарковалась. Вышла. Даже не успела поправить волосы.

Оборачивается — а он уже стоит. С пакетом. С цветами.

Красивый букет. Розы. Настоящие. Те, за которыми надо ухаживать.

Она охренела. Просто выпала в шок. Просто замерла в оцепенении. Ей очень давно никто не дарил цветы.

— Это... мне?

— Тебе. А кому ещё?

Она стояла и не знала, как реагировать. Её парализовал внутренний ужас. Ужас от того, что она не понимает, что происходит вообще. Как просто взять и принять? Как получать удовольствие?

— Я видел, как ты ехала, — сказал он. — Я взял цветы, чтобы просто сделать тебя более счастливой. Я хочу тебе подарить радость. Я знаю, что тебе давно ничего не дарили.

Они гуляли по парку, а потом зашли в кафе. Он спрашивал про предыдущие отношения. «Ну, ты сейчас просто передохнёшь и вернёшься к своему». Она покачала головой: «Нет. Прошла любовь, завяли помидоры».

Они просидели до закрытия. А потом она довезла его до дома. Попрощались без поцелуя — просто «пока». Как друзья.

Но после этого всё изменилось. Переписка не прекратилась. Теперь каждый пост, каждый комментарий имел двойное дно. Они ещё не были парой. Но уже не были чужими.

Глава 12. Парк, тишина и её слёзы

После первого свидания прошло какое-то время. Они встретились снова — и снова, и снова. А потом случилось это.

Они гуляли по парку. Осенние листья шуршали под ногами, воздух был прозрачным и холодным. Он гова сделают больно.

Она слушала. Пыталась утешить. Говорила: «Я понимаю», «Мне жаль», «Ты заслуживаешь лучшего».

А он сказал: «Ты меня не слушаешь».

Она замерла. Слова ударили, как пощёчина. Не потому что были злыми. А потому что были правдой. Она не слушала. Она утешала. Она спасала.

— Ты пытаешься исправить, — сказал он. — Ты не слышишь меня.

Он ушёл. Быстро. Не оглядываясь.

Она села на скамейку. Слёзы потекли сами. Она снова сделала не так. Снова попыталась «спасти» вместо того, чтобы «быть рядом». Снова стала «жилеткой», а не женщиной.