Наша Наташа. Скорая помощь любви

Елена Рай

Наша Наташа. Скорая помощь любви

Глава 1

— Наташка, ты в Турцию, что ли, собралась?

— Не просто собралась — завтра уже буду нежиться под солнцем и отлёживать бока по системе «ол-инклюзив».

Светка удивлённо приподняла брови, — она понятия не имела про мой незапланированный отпуск. Как-то мимо неё всё прошло. Ведь последние три месяца мы только и делали, что обсуждали мой развод. Тут уж точно не до путешествий казалось.

Детей у нас с Олегом не было. Совместного имущества посчастливилось не нажить. Зато упрёков и скандалов накопилось под конец совместной жизни с лихвой. Однажды дошло до абсурда, — сосед снизу решил, что мы дерёмся, и вызвал полицию. Смешного в этом не было ни капли. Уже бывший муж никогда не поднимал на меня руку — просто в очередной вспышке эмоций я уронила стакан, он со звоном разбился о кафель на кухне, а сосед всё неверно истолковал.

За его бдительность спасибо, конечно… Именно тогда мы с Олегом наконец поняли, что так дальше жить нельзя.

Света что-то притихла. И так надолго, что это было совсем на неё непохоже. Я покосилась на неё: мол, если есть что сказать — выкладывай.

— Наташ, я вчера Олега видела… с девушкой. Вроде у них всё серьёзно.

Намёк был яснее некуда. Светка явно подумала, что мой бывший крутил роман ещё пока мы были в браке. Защекотало так противно, но не настолько, чтобы выдать себя.

— Жизнь, Светик, идёт дальше.

— Да, конечно… Просто подумала, вдруг ты именно из-за него сорвалась в отпуск. Перезагрузиться, так сказать.

Светка, она хорошая, но с заскоками. Наше первое совместное дежурство закончилось тем, что мы друг друга послали, не стесняясь в выражениях, и поклялись никогда больше не работать в паре. А потом нас объединила миссия — спасти коллектив от одного местного бабника. Он успел вскружить головы всем молодым девчонкам, и работать стало просто невозможно.

— Можно и перезагрузиться, — загадочно протянула я, пока разговор не пошёл куда-то не туда. Потом же не вытяну. — Смотри туда, — я развернула Свету за плечи. — Кажется, у тебя появился новый объект для ворчания.

Она фыркнула как ёжик:

— Да он меня бесит, Наташ!

— А с раздражения, говорят, любовь и начинается, — хихикнула я. — Ладно, мне ещё документы сдать и домой бежать — вещи собирать.

Светка уже почти не слушала. Что-то бурчала себе под нос, не сводя глаз с Петровича, — вроде как он вчера их кружки перепутал, и это стало поводом для отдельного разбирательства в комнате отдыха.

Конечно, могла бы как на духу выложить Светке всё, что творилось у меня на сердце, — например, то, как я случайно наткнулась на нашу с Олегом фотографию из Кемера. Там мы клялись друг другу в любви: солёные поцелуи в море, брызги в лицо, головокружение от влюблённости. Может, именно поэтому я и купила этот горящий тур — подсознательно надеялась поймать хоть отголосок тех эмоций.

Выйдя из турагентства, я тут же пожалела о необдуманном поступке. С другой стороны, отпуск мне действительно нужен. Полтора года я никуда не выезжала. И всё потому, что боялась случайно пересечься с мужем и снова сорваться на скандал.

Тур был куплен, и возврату не подлежал. И дело было далеко не только в этом. В стоимость входил билет в бизнес-класс. Кричащие дети и неудобные места останутся где-то там, за шторкой, — а я смогу в полной мере насладиться почти пятичасовым перелётом из промозглой осенней непогоды в солнечную Анталию.

Как опытный путешественник я собирала чемодан накануне. Вот мой список: сарафан, платье, носки обычные и потеплее, спортивный костюм, средства личной гигиены, косметичка, фен и бигуди, кеды и сланцы, два купальника (открытый и закрытый), шляпка, солнцезащитные очки, любовный роман для чтения у моря, заколки и резинки, трусики, бусики… Всё это придавила собственным весом, утрамбовывая до отказа. Вот теперь точно… Аптечку забыла!

Предвестники грядущей беды были, конечно же, все. Хотелось бы вернуться домой, нырнуть под тёплое одеяло и провести отпуск как-то иначе, но я категорично списывала всё на: послеразводный стресс, на хроническую усталость, на магнитные бури (почему бы и нет), на таксиста, который всю дорогу изматывал байками о жизни. На кого угодно, лишь бы успеть на регистрацию рейса.

Бизнес-класс этой авиакомпании просто шикарен. Мне повезло, безусловно. Но… Да, да, то самое дурацкое «но», которое заставляло меня каждый меня раз за разом коситься на беременную девушку напротив. Срок уже большой. Сама она выглядит измождённой, бледноватой, и всё же стоит бортпроводнице подойти — расцветает натянутой улыбкой.

Самолёт набрал высоту, в салоне звякнул сигнал — можно отстёгивать ремни. Кто-то тут же ринулся в туалет, кто-то полез в багажное отделение за книгой и наушниками. Два часа полёта прошли ровно и спокойно, и я почти поверила, что тревога была ложной.

Но тут девушка вдруг охнула и напряглась, вцепившись обеими руками в подлокотники кресла.

— Мамочки, — пробормотала она испуганно. — Кажется, отошли… мамочки…

К ней подошла бортпроводница.

— Вам помочь? — спросила она с дежурной улыбкой.

— Я, кажется, рожаю… Ой! — девушка перевела испуганный взгляд вниз.

— Есть медики на борту? — пролепетал подошедший на помощь бортпроводник, бледный, как рубашка.

Я шумно вздохнула. Ещё утром, запихивая в сумку упаковку стерильных перчаток в индивидуальном пакете, я поймала себя на странной мысли: беру чисто для того, чтобы не воспользоваться. Такая вот примета – профдеформация на отдыхе.

— Есть, — сказала я и расстегнула ремень безопасности.

***

Примечание: главы выходят три-четыре раза в неделю (в среднем через день).

Совет от автора: пока эта книга одинока в своём цикле «От зарплаты до зарплаты» - я хочу вас пригласить в другой «Леди 2XL»(кликабельно). Эти истории полюбились читателям за свою уникальность и комичность ситуаций, без которых жить было бы скучно.

Глава 2

Я видела роды на борту только в кино, — будто в стерильной операционной медперсонал спокойными чёткими движениями вытирает пот у доктора, принимающего ребёнка, по сути, в экстремальных условиях.

А тут никакой торжественности. Только теснота узкого прохода между креслами, приглушённый гул двигателей, запах авиационного пластика и липкий страх, который не покидал меня с самого: « Кажется, отошли… мамочки…» Мне выпала участь обходиться подручными средствами: пледами, аптечкой и бутылками воды, которые нагрели по моей просьбе (тазики здесь не предусмотрены). И ещё — не стесняться в выражениях сквозь стиснутые зубы, потому что только крепкая фраза и держала на краю, не давая провалиться в панику. Ну и вера в высшие силы.

Командир воздушного судна, выслушав меня, принял решение сажать самолёт в запланированной точке нашего маршрута. Диспетчеры уже были в курсе, на земле ждали медики. Но до земли ещё надо было дотянуть.

За полчаса до посадки роженица вдруг захотела пофилософствовать о выборе имени и непременно вовлечь меня в эти рассуждения. При этом она так вцепилась в руку бедного бортпроводника, что фаланги его пальцев побелели, а лицо стало пепельно-серым.

— Как вас зовут? — обратилась она ко мне.

— Наташа, — вздохнула я.

— Назову доченьку в вашу честь, — мечтательно, сквозь боль, улыбнулась она.

— А если будет сын? — не удержалась я.

Она только промычала что-то невнятное, — очередная схватка накрыла её волной, и бортпроводник невольно охнул (её ногти впились в его руку).

Он сам вызвался сидеть рядом, утешать, держать её за руку, потому что через месяц ему предстояло пройти то же самое. Так что это была своего рода репетиция, не по плану, и уж точно не в тех условиях, о которых он мечтал.

Роженица перевела взгляд на него, потом скользнула взглядом по бейджу.

— Фарух?.. — прочитала она.

Чтобы хоть немного разрядить напряжение, я поспешила вмешаться:

— А как папу малыша зовут?

— Пётр… Петька мой, — тихо выдохнула она. — Сейчас на вахте.

Я даже не стала спрашивать, зачем она полетела в Анталию на восьмом месяце. Вопрос был бессмысленным. Сейчас от него не стало бы легче никому.

— Фарух Петрович… — покачала я головой. — Не самый удачный вариант, Верочка. Потом папа вопросов назадаёт.

Пассажиры понимающе закивали.

— Может, Русланом назовёшь? — предложила я. — У нас в городе есть такой Руслан Соболев, акушер-гинеколог. Руки золотые, ум ясный. Все только и говорят, какой он специалист своего дела. Да и семья у него хорошая. Смотришь на них — и на душе светлее становится.

— Руслан… Руслан Петрович… Ой!

— Что «ой»? — я осторожно заглянула под одеяло.

Следующие двадцать минут мне показались вечностью. И вот, в тот самый момент, когда шасси коснулись полосы, когда по фюзеляжу пробежала лёгкая дрожь приземления, на свет появился новый человек. Руслан Петрович родился по шкале Апгар 8/9 — отличный результат.

Пассажиры аплодировали нам, кто-то даже смахнул слезу. А мне вручили небольшой, но очень тёплый подарок от авиакомпании: стилизованный блокнот, ручку, футболку, кепку и скидочную карту.

Не помню, чтобы когда-либо ко мне было приковано столько внимания, — от всеобщего интереса я смогла по-настоящему отделаться только в туалете аэропорта Антальи. Там я переоделась в подаренную футболку, а козырёк кепки натянула прямо на глаза, чтобы хоть немного слиться с толпой.

Получилось, честно говоря, слабо. Меня всё равно узнавали. А с кем-то я даже ехала в одном автобусе до отеля. Один из пассажиров, сидевший неподалёку, попытался было заговорить со мной — начал что-то раскатывать по моим ушам про свою тяжёлую судьбу, про то, какой он несчастный и одинокий. Я только взглядом дала понять, что не настроена на беседы, — он тут же пересел к другой девушке, продолжив вешать ей лапшу на уши. Я ещё перед посадкой заметила, как он снял обручальное кольцо и спрятал в карман.

Заселение в отеле прошло на удивление оперативно. Номер попался хороший: двухместный, с видом на бассейн и концертную площадку прямо перед ним. Ночью тут наверняка будет шумно. Но с другой стороны, можно прямо с балкона смотреть на выступления.

Решила немного поспать и проспала весь обед. Переоделась в шорты-бермуды и футболку на несколько размеров больше собственного.

Набрала себе еды в снек-баре: гамбургер и картошку. Устроилась за столиком на террасе. Напротив меня сидели две девушки — брюнетка и блондинка. Из нас троих и правда могло бы получиться неплохое трио, как в какой-нибудь популярной попсовой группе.

Сделала первый укус и простонала с закрытыми глазами от удовольствия:

— Это божественно…

— Мы тоже хотим, а нам нельзя, — с грустью произнесла блондинка.

— Диета, — измученно добавила брюнетка.

Я не удержалась и хмыкнула:

— Ну какая диета на отдыхе? Все калории только на пользу для хорошего настроения.

— И то правда, — блондинка покосилась на свой салат. — Подсаживайтесь к нам.

— Давай на «ты», — я перенесла поднос и села рядом. — Наташа. Рада знакомству.

— Полина, — улыбнулась брюнетка.

— Настя, — кивнула блондинка.

— Вы одни? Или ваши мужчины отошли куда-то? — спросила я из простого любопытства, без подвоха.

— Одни, — шумно вздохнула Полина. — Вырвалась из своей бухгалтерии, даже не верится. И Настюху уговорила свою школоту оставить хоть на недельку.

— О! Так мы – бюджетницы! — рассмеялась я, закусывая хрустящей картошкой. — Я на скорой работаю.

— Ага, от зарплаты до зарплаты, — хихикнула Настя.

С девушками мы разговорились ещё на добрый час. Они обе незамужние, детей нет — не сложилось. Это дело такое… Стоит встретить того самого мужчину, и в декрет как ветром сдует.

Мы договорились встретиться на ужине. Подкрасила губы, распустила волосы по плечам — и спустилась на лифте на первый этаж.

Все гости отеля будто по невидимой стрелке тянулись в одну сторону — к главному ресторану. Там стоял настоящий гул: звяканье столовых приборов, разговоры на разных языках, смех и обрывки фраз. Русская речь, конечно, преобладала, и в этом было какое-то уютное, почти домашнее чувство.

— Наташа! Мы здесь! — махали мне Полина и Настя, устроившись за столиком у окна, откуда открывался вид на подсвеченный бассейн.

Мы набрали кучу еды, налили напитков, много говорили, шутили, рассказывали друг другу истории из жизни «бюджетников».

Вдруг пространство взорвалось мужским басовитым рёвом:

— Медики есть?! Люди?! Он задыхается!

Все повернулись в ту сторону, где за большим столом сидела компания мужчин.

— Наташ… Ты же фельдшер, — дотронулась до моей руки Полина. — Поможешь?

— Да куда я денусь, — вытерла губы салфеткой, встала из-за стола и, не сдержавшись, бросила чуть громче, чем стоило: — Кто-то глотать, что ли, разучился?

Подойдя ближе, я безошибочно узнала в задыхающемся мужчине своего одноклассника Григория Селиванова – плохиша, который в школе разбивал девичьи сердца одним взглядом и умудрялся выкручиваться из любых неприятностей. Жизнь, видимо, решила немного уравнять шансы.

— Вы его спасёте? Он же задыхается, не видите?! — рявкнул тот самый крикун.

Не тратя времени на объяснения, я подошла к Григорию, встала за его спиной, обхватила руками чуть выше пояса и резко сделала приём Геймлиха. И в ту же секунду креветка вылетела из его горла, — и, по иронии судьбы, угодила прямо в лоб тому самому крикуну.

Я наклонилась к Селиванову, который уже хватал ртом воздух, и прошептала ему на ухо:

— А я говорила, что земля круглая, а попа скользкая… В следующий раз жуй подольше, Гриша.

***

История Руслана Соболева, Женский доктор(роман полностью опубликован на Литрес).

Глава 3

После довольно сытного ужина я не стала искушать судьбу и оставаться с девочками, — чувствовала, что лимит на «приключения дня» у меня исчерпан. Принять роды на борту, спасти одноклассника от асфиксии — а ещё по местному времени нет девяти вечера! Ещё шпагоглотатель с фаер-шоу в программе… Нет уж, спасибо.

Девочки уговаривали остаться. Я только качала головой и жаловалась про внезапно разболевшуюся голову. Полина с Настей повздыхали, но отпустили с парой пакетиков вкусняшек «на дорожку».

— Только тихо, — шепнула Настя, оглядываясь по сторонам, будто мы совершали преступление века. — Если кто-то увидит из персонала, что ты тащишь «закусон» в номер… Я тебя предупредила.

— Объёмная сумка – наш лучший союзник, — подмигнула Полина.

Я спрятала добычу в обычный пакет, накинула сверху лёгкую накидку, предназначенную на вечерние прогулки — и пошла от бедра, невинно хлопая ресницами (терпеть не могу подобное выражение, но всегда помогает, когда не в состоянии выжимать из себя эмоции).

В номере первым делом заглянула в снек-бар (он у меня был включён в стоимость). Вообще у моего тура весьма грустная история. Оказалось, номер бронировали молодожёны, которые так и не стали молодожёнами.

Забрала из бара все маленькие бутылочки (сами понимаете с «чем»), чипсы, орешки. Устроилась на балконе, вытянула ноги, поставила рядом «добычу» из ресторана и — наконец-то выдохнула.

И вот, когда отметка моего настроения наконец переползла из категории «сносно» в уверенное «хорошо», на концертной площадке началось представление. Вышла певица в традиционном наряде. Голос у неё был потрясающий: глубокий, чистый, что мурашки побежали по коже. Я заслушалась, хоть и не понимала ни слова.

Следом вышли мужчины в эффектных костюмах и пустились в пляс с мечами.

Шоу было фееричным, настоящим праздником для глаз, — но мой взгляд то и дело сползал в сторону мужской компании, которая устроилась прямо у сцены, за столиком с лучшим видом (и, судя по количеству бокалов, там было очень весело). Они хохотали, выкрикивали что-то, аплодировали артистам.

А среди них, конечно же, был Селиванов Григорий. Его смех я узнала бы из тысячи: такой же заразительный, раскатистый и немного безбашенный, каким был ещё в школе. Дурак… Мог бы душу Богу отдать, подавившись креветкой.

Завтра с девчонками на рынок пойдём. Прикуплю себе чего-нибудь милого: трусики, бусики, может, шёлковый платок, фруктовые чаи, специи. Ну и что-то для коллег. Что же маме прикупить? А мама… Ну, мама скажет что-нибудь в своём стиле. Скорее всего, что-то вроде: «Лучше бы ты мне внука или внучку привезла».

На сцену вышли шпагоглотатели, а мне пора бы уже баиньки… Посмотрела ещё раз на Селиванова (его затылок). Странное чувство не покидает меня. Встретить в другой стране своего одноклассника — задачка со звёздочкой, даже с двумя.

Где он теперь живёт? Где работает? Женат? Сколько детей? Наша единственная встреча выпускников была, когда нам по двадцать стукнуло. Собралась тогда только половина класса.

Зашла в номер, прикрыла за собой балконную дверь. Отключила телефон от зарядки, покрутила его в руках. Потом набрала в поисковой строке: «Селиванов Григорий» Профиль закрыт.

— Сплошная загадка ты, Селиванов Григорий, от роду 32 года, — я всмотрелась в его аватарку. — Знал бы бы, что я в тебя влюблена была по уши… И из-за тебя же Светке Титовой тогда подложила свинью. Детская, глупая выходка, а стыдно до сих пор. Гадёныш… Хоть бы брюшко отрастил, что ли.

Вернула остатки снеков в мини-холодильник. Постояла пару секунд посреди номера, а потом пошла в душ. Люблю, когда вода обжигает, когда пар поднимается стеной, а кожа становится ярко-розовой, будто я заново родилась. Ненавижу прохладный душ — если мыться, то в практически кипятке. Бывший муж моего стремления «свариться» не понимал. А для меня это было чистое удовольствие.

Вышла, вытирая волосы полотенцем, и по инерции схватилась за телефон — проверить, не написала ли мама. Ответила ей коротким: «Всё хорошо. Собираюсь спать». Потом Светику. А вот сообщения от бывшего даже не открыла, смахнула в сторону.

С новым уведомлением у меня чуть не выскочило сердце. Ко мне в друзья стучится сам Селиванов… Если бы это случилось в школьные годы, я бы визжала и прыгала до потолка. А сейчас хотелось поступить по-детски — оставить его в подписчиках. Но по-взрослому… по-взрослому я нажала «принять».

Сразу потянуло залезть в его профиль. А там — почти ничего. Пара снимков школьной давности, где он такой же дерзкий. И всё. М-да… Зато у меня целая галерея, и надо бы наконец удалить оттуда фотографии с бывшим мужем за неактуальностью.

Сообщение от Гриши: «Спасибо, что спасла».

Я зависла над экраном. Ну и что я должна ему ответить? Как-то теплее, чем обычному пациенту? Вроде бы он мило поблагодарил, как все мои больные, получившие от меня своевременную догоспитальную помощь. Набрала и стёрла несколько вариантов, но остановилась на последнем: «Всегда пожалуйста. Пережёвывай тщательнее и маленькими кусочками».

Я посидела ещё минуту, глядя на экран, потом отложила телефон и подошла к балкону.

— Дураки, — покачала я головой, наблюдая за происходящим у бассейна.

Самый крупный из их компании вовсю кривлялся, играя мускулами. А потом нырнул в воду, да не один, а вместе с Гришей, вцепившись в него так, что не вырваться.

Глава 4

— Натаха, вставай, а то завтрак проспишь, — сонно бубнила я себе, не открывая глаз, будто кто-то другой должен был меня растормошить. — Девочки, наверное, уже ждут… Трусики, бусики, рынок… Угу… М-м… Ладно, пора вставать.

Надела лёгкий сарафан, о котором думала, что вообще не надену — я же не на фотосессию приехала. Но в компании девчонок как-то само собой хочется выглядеть хорошо. Волосы собрала в небрежный пучок, на губы лёгкий глянец. Кожа уже немного подзагорела, и здоровый румянец сам собой проступил.

Я присоединилась к девочкам на открытой веранде. В руках у меня была тарелка «всякого разного и по чуть-чуть» и чашка кофе.

— Доброе утро, девчонки. Как спалось? — спросила я, усаживаясь на плетёный стул.

Поля и Настя переглянулись — и тут же как давай смеяться, да так заразительно, что даже я улыбнулась, хотя ещё толком не знала, в чём дело.

— Ой, только не говорите, что кто-то захлебнулся в бассейне, — буркнула я.

— Привет, Наташ, — Настя вытерла слёзы в уголках глаз. — Жаль, что ты с нами не осталась. Вчера такое было!

— Мужики в любом возрасте мальчишки, — фыркнула Полина, закатывая глаза. — Такое устроили эти… Ну, ты одного из них спасла. Вот теперь думаю, что оно того не стоило.

— Это почему ещё? — я наколола на вилку кусочек омлета и отправила в рот. Никакой магии не случилось. Омлет как омлет.

Девочки снова переглянулись и рассмеялись.

— Тот, кого ты спасла, Григорий, кажется, — Настя снова хихикнула. — С него стащили в итоге брюки с трусами…

Я прикрыла глаза, чтобы самой не подавиться омлетом. А лучше вообще не представлять эту картину.

— И все увидели его мужскую мощь? — подкинула я вариант. — Неужели там всё так плохо?.. Или, наоборот, слишком хорошо?

— Прикрылся телефоном и убежал к себе в номер, — Полина махнула рукой. — Его даже на бис вызывали! Хорошо, что детей к тому времени уже увели и остались одни взрослые.

— Важный момент, — заметила я, делая глоток кофе. — Наши планы на рынок в силе?

— Спрашиваешь ещё! — Поля выразительно закатила глаза. — Я приехала с одним чемоданом, а уеду с двумя. Мне одна знакомая порекомендовала в меховой зайти. И ещё я хочу посмотреть лавку с пряностями, и керамику и… по мелочам.

После довольно плотного завтрака мы вышли в просторный холл, залитый утренним светом. Когда развернулась, чтобы ответить на Полинин вопрос о моём самочувствии, то столкнулась взглядом с Селивановым. Его компания как раз выходила из лифта.

Не знаю, почему, но мне в лицо будто кипятком плеснули. Щёки загорелись, как ошпаренные, и я тут же пожалела, что вообще посмотрела в ту сторону.

— Девушки, доброе утро! — громко и жизнерадостно поздоровался здоровяк, тот самый, который первым сиганул в бассейн, а потом утащил Гришу под воду. — Как настроение?

— У-у… Хорошо, — кокетливо поправила волосы Настя. — А у вас как?

— Так всё только начинается! — он подмигнул ей.

Я даже не стала втягиваться в этот разговор. Кивнула Селиванову, показывая, что заметила его, — и, пробормотав девочкам что-то вроде «буду через десять минут на этом же месте», быстро направилась к лестнице.

На рынке девочки чувствовали себя как рыба в воде: кружили между рядами, хватали то одно, то другое, тут же торговались, смеялись, снова торговались. Я еле семенила, чувствуя себя неуклюжей, а бёдра пылали (у полненьких настоящая беда в жаркое время года – говорю за себя, ладно).

Я корила себя, что не надела шорты с футболкой, а выбрала сарафан. В нём было вроде бы удобно, а теперь казалось, что он только мешает, цепляется за прилавки, собирает на себя пыль и запахи специй. Ох, как я себя корила!

Но понемногу втянулась. Сначала купила специи, потом магнитики коллегам, маме шкатулку в форме большой ракушки, а папе подарочный сладкий набор.

— Качество сильно подпортилось, — покачала головой Полина, разглядывая очередную безделушку. — Раньше хоть видно было, что ручная работа, а сейчас конвейер.

Шубы решили отложить на завтра, — я отказалась сразу в пользу приятного отдыха с книгой у бассейна.

— Наташ, тут недалеко есть крутой отель, где выступают мировые звёзды, — мечтательно пропела Настя. — Так вот, там пляжи такие… Давай заглянем, может, местечко свободно. Заодно посмотрим, как там богачи отдыхают.

Я задумалась. С одной стороны, ценник в таких местах обычно до неприличия неприличный для бюджетников.

— Хорошо, — согласилась я. — Давайте посмотрим.

И всё абсурдное, как всегда, начинается с «давайте». Вот и в нашей истории получилось ровно так же. Но я пока об этом ещё не знала и слепо доверилась предложению, хотя эти девушки были для меня по сути почти незнакомыми.

Отель действительно оказался классным: с наворотами, диджеем, огромным бассейном, вокруг которого сновали официанты в белоснежных рубашках. Мы не стали брать места у бассейна — вместо этого купили места на пляже. Ценник там и правда был такой, что хотелось зажмуриться и развидеть. Но девочки удивили меня снова. Из нашего отеля они захватили фруктов, пластиковых стаканчиков и кое-что «ещё», то, что мы с огромным удовольствием распили на троих.

— Наташ, а намажь-ка меня, — протянула мне тюбик солнцезащитного крема Поля. Она уже намазала Настю, и та, не дожидаясь, побежала в море.

— Окей, — взяла я тюбик и принялась наносить крем на спину девушки.

В какой-то момент я вдруг почувствовала, что кто-то смотрит на меня очень пристально. Ну мало ли, подумала, тут полно людей. Но ощущение не пропадало, что я всё-таки обернулась, чтобы посмотреть, кто там такой смелый.