Следствие ведут: дело Аль ин Бу

Анна, следуя за матерью, не удержалась от последнего выпада, нарочито монотонно скопировав интонацию материнской похвалы.

– Нам ведь очень интересно посмотреть на вашу изюминку Али ин Бу, – нараспев повторила она. – Мы надеемся, что для поддержания ее блеска не требуется ежедневная порция крови.

Управляющий окинул Анну более пристальным взглядом. Он явно уловил насмешку в ее словах, но решил не обращать на нее внимание, списав на побочный эффект общения с ее матерью, «С такой поживешь и не такому научишься». От этой мысли, холодок пробежал по спине мужчины, и он поежился.

– С вами все хорошо, достопочтенный? – Участливо спросила Елена, посматривая на управляющего с изрядной долей скептицизма.

«Заметила все-таки», немного испуганно подумал он, но ответил, гордо подбоченясь:

– Великолепнейшее себя чувствую, ведь со мной такие две жемчужины.

– Такие, это какие? – Спросила Анна, нагнав управляющего практически возле выхода из холла гостиниц и окидывая его непроницаемым взглядом, от которого он даже запнулся на мгновение, растеряв весь свой пыл и забыв фразу, которую говорил.

– Саммыыее, ссааммыыее, – потом собравшись с мыслями, бодро продолжил, – самые величественные и прекрасные жемчужины, посетившие наш Аль ин Бу своим присутствием, кому я с великим удовольствием поведаю все легенды и покажу все, все достопримечательности в округе.

– А там, надеюсь не будет семейных склепов? – Дотошно уточнила Анна.

Этот вопрос снова выбил управляющего с колеи:

– С…с…с…к..л..епов?..

– Склепов, склепов? – Уточнила свой вопрос управляющему Анна, рассматривая свой длинный маникюр.

– В программе такого не было, – более уверенно ответил мужчина, списывая вопрос на экстравагантность сопровождающих его дам.

– Ну и отлично. – Выдала дочь, пока мама по-отечески ее рассматривала, явно гордясь своим чадом.

Управляющий собрался с мыслями, сделал приглашающий жест рукой и повел их в другой конец холла. Там, в тени, виднелась та самая арочная дверь, выполненная из малахита и сандалового дерева и инкрустированная под золото, что создавало вычурное богатство, способное сбить с толку любого, кто видел в жизни что-то помимо турецких пляжей.

***

Управляющий, чья серая одежда казалась совершенно неуместной в этом оазисе роскоши и тайн, сделал приглашающий жест рукой. Арочная дверь из сандала и темного малахита, обрамленная бронзовыми вставками, имитирующими золото, медленно открылась с тихим мелодичным щелчком, словно сработал старинный замок.

Они вошли в помещение, которое представляло собой нечто среднее между сокровищницей и молельней. Воздух здесь был густым и неподвижным, пропитанным тяжелым смоляным ароматом, который, казалось, веками впитывался в стены.

«Откуда взять «веками» если этому гостиничному комплексу всего-то лет 5-6» – усмехаясь про себя, подумала Елена, продолжая слушать монотонное бубнение управляющего, но такая скучающая, саркастичная мысль покинула хорошенькую головку, стоило глазам увидеть то, на что показывал их сопровождающий.

Свет в комнате падал не с потолка, а был направлен точечно. Несколько лучей, проникавших через узкие высокие окна, скорее подсвечивали, чем освещали помещение. Пол был выложен темным полированным камнем, который поглощал шаги, делая их почти бесшумными.

Елена и Анна, обе немного смущенные неестественной торжественностью момента, остановились недалеко от ближайшей стены. Их глаза расширились не столько от восхищения, сколько от осознания того, что их встречает не просто шикарный номер, а целый музей.

– О-о-о, вау, какая красота! – эхом отозвались они, и их голоса прозвучали слишком громко в этой могильной тишине.

Управляющий, слегка смущенный такой реакцией, но сильно довольный эффектом, кивнул головой, словно подтверждая: «Да, да, я так и знал, на такой эффект я и рассчитывал. Что вам обязательно понравится».

– Это место, мисс и мисс, – начал он, понизив голос до шепота, – сердце нашего комплекса. Здесь хранится главная достопримечательность гостиницы «Аль ин Бу».

Он указал рукой в самый центр, туда, где сходились лучи света, туда, где на пьедестале из черного блестящего обсидиана, покоился предмет их внимания. Это был не бриллиант в общепринятом смысле слова, это было нечто запредельно неприличное. Он был огромен, размером с хороший арбуз, но его грани были грубыми, без изысканной огранки. Камень поглощал свет, как темное море, и лишь внутри него были видны искры, некое слабое фосфоресцирующее мерцание, напоминающее застывшее северное сияние.

Елена, будучи натурой импульсивной, не смогла сдержаться. Она сделала стремительный шаг вперед и ее светлые одежды вспыхнули в тусклом свете. Сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее, она начала кружиться вокруг пьедестала, словно притягиваемая невидимой силой. В этом процессе, она так быстро что-то говорила себе, что слова просто слились в невнятное бормотание. Со стороны казалось, что женщина читает заклинание и еще мгновение, в ее руках блеснет то ли молния, то ли метла, на которой она улетит. Аня, внимательно следившая за матерью в этот момент, едва, едва, могла различить отдельные слова.

– Ого, смотри, какая красота… Свет… Настоящий… Такой огромный, как та глыба льда, которую я видела в прошлом году в Скандинавии, только теплее… Надо его потрогать… Он настоящий?. Такой массивный… Я вот думаю, может, его продать… Нет, лучше поставить в номере… На тумбочку… Или на крышу? Надо спросить у того парня, который нас вез… Он, кажется, разбирается в багаже…

Анна отошла на безопасное расстояние. Она чувствовала, как густой воздух в комнате, из-за обилия запахов, давит на виски. Наблюдая за мамой, которая кружилась вокруг «каменюки», так она про себя обозвала эту достопримечательность Аль ин Бу, покачала головой и пробормотала так тихо, чтобы управляющий не услышал, но достаточно громко, чтобы Елена уловила осуждающий тон:

– Ну кто бы сомневался. Нет, конечно, удивительно, что это такой большой алмаз. Но чего ты так реагируешь, словно только что очнулась от многолетнего сна, в котором самым ценным предметом был засохший кусок хлеба? Твоя реакция на «особую экзотику» всегда одинакова и уже не удивляет, мам.

Она подошла ближе к матери, стараясь не привлекать внимания управляющего, который с нескрываемой тревогой наблюдал за Еленой.

– Мам, успокойся уже. Ты сейчас у него инфаркт вызовешь. Давай лучше послушаем легенду об этом чуде Аль ин Бу. Ты же знаешь, я поехала с тобой только ради местного фольклора. Помнишь, как ты отнеслась к тому румынскому «Цепешу»? Обещала, что больше никаких старинных страшилок!

Елена внезапно остановилась, словно ухватившись за спасательный круг, посмотрела на дочь, голубые глаза стали чуть более осмысленными, а затем перевела взгляд на управляющего с тем самым «подкупающим» выражением лица.

– Верно, уважаемый! Какая же красота без истории? Мы же не варвары, которые только и знают, что лежать у бассейна! Интересно же! Рассказывайте скорее! Я люблю, когда все так… таинственно!

Мужчина, на мгновение почувствовал себя куском ростбифа на тарелке. Гулко сглотнул, от чего Елена захихикала и махнув рукой в его сторону, выдала:

– Да не бойтесь вы так, не съем я вас.

– Она только лишь слегка по надкусывает. -Добавила Аня.

Управляющий выдохнул и понял, что его миссия по контролю над дамой выполнена, ему не угрожает неведомая и ведомая опасность и подошел ближе к пьедесталу. Его взгляд стал отрешенным, казалось, он проникает в самую глубину алмаза, на который смотрит.

– История гласит, что в одной далекой-далекой стране, где солнце палит не так беспощадно, как здесь, но где тайны хранятся в недрах земли, было ущелье, дно которого сплошь усыпали алмазы. Но добраться до этого ущелья никто не мог, потому что вход в него охранялся полчищмиа ядовитых змей. Змей было так много, что даже воздух там был густым от их яда. Предприимчивые добытчики алмазов, не желая погибать от укусов, придумали хитрость. Они стали сбрасывать в ущелья сырые куски мяса, а орлы, обитавшие высоко в горах, подбирали их. Оказалось, что к сырому мясу прилипают алмазы, и птицы уносили их в свои гнезда, расположенные высоко на скалах. Оказалось, что добраться до орлиного гнезда гораздо проще, чем спуститься в кишащее змеями ущелье. Владелец этого места, мудрый шейх, нашел Аль ин Бу – так назвали этот камень, что означает «свет в гнезде», – именно в орлином гнезде. С тех пор он олицетворяет нашу гостиницу, символ того, что самые ценные вещи достаются тем, кто ищет нестандартные пути.

Анна отступила на полшага, ее скептицизм был почти осязаем, как жар от полированного пола.