Измена.Ты мне не соперница

Но я решительно качала головой, отказываясь даже рассматривать такой вариант.

Были моменты, когда я вспоминала слова отца о главе семьи и роли локомотива, но старалась быстро отогнать эти мысли.

Однако первое время я всё-таки ощущала больше поддержки от отца, чем от мужа. А однажды родители и вовсе спасли нас от разорения.

Нам срочно понадобились деньги, и папа с мамой неожиданно предложили свою помощь.

Один короткий разговор о трудностях, и через две недели на нашем столе уже лежала внушительная сумма от продажи их трёхкомнатной квартиры.

– Квартира всё равно простаивает, – сказал отец, – поэтому мы с матерью решили передать её на развитие вашего бизнеса. Ты молодец, дочка, продолжай в том же духе. Бери деньги и вкладывай туда, куда считаешь нужным.

– Спасибо, папа, мама, – едва сдерживая слёзы благодарности, я крепко обнимала родителей. – Мы всё вернём!

– Это совсем необязательно, – пытались убедить меня родители, что им ничего не нужно взамен. – У нас всё есть, не беспокойтесь за нас.

Этот жест поддержки стал для нас спасательным кругом.

Прошло три года после того случая, и мы смогли вернуть им долг в виде новой трёхкомнатной квартиры.

Стас тогда не поддержал мою инициативу, утверждая, что родители сделали нам подарок. Однако я была непреклонна и настояла на своём.

Мы продолжали жить, развиваться, подниматься всё выше и выше.

Признаться честно, тогда мне льстило, что Стас гордится мной. Какая женщина бы отказалась, чтобы муж смотрел на неё как на богиню?

Когда я вела переговоры с партнёрами, он смотрел на меня с восхищением. Его горящие глаза после очередной удачной сделки говорили мне гораздо больше любых слов. Я видела, как он доволен и счастлив.

Иногда мне даже казалось, что именно моя деловая хватка и умение справляться с трудностями возбуждали его сильнее, чем всё остальное.

Часто после успешных переговоров Стас набрасывался на меня с пылкостью голодного зверя.

Мы занимались любовью прямо на рабочем столе, и в порыве страсти он шептал, что ни у кого из его друзей нет такой жены, как я.

Муж иногда шутил, что я для него – готовое «комбо»: не истерична, практична, умна, красива и многое другое.

А кем был он для меня? А я его просто любила.

Эта игра, где страсть к друг другу переплеталась с азартом от зарабатывания денег, захватывала нас обоих. Мы погружались в неё всё глубже и не хотели выбираться.

Квартира сменялась домом, дешёвые машины – дорогими, а я становилась всё более уверенной в себе и в своей роли деловой женщины.

Всё изменилось четыре года назад, когда моя мама серьёзно заболела.

Глава 5

Её болезнь обрушилась на нас, как удар молнии.

Брат к тому моменту уже жил за границей, поэтому вся тяжесть заботы легла на мои плечи.

Началось всё с мелочей. Мама начала забывать выключать газовую плиту, и только чудом удалось избежать трагедии. Затем она стала сидеть за столом, уставившись на еду, словно забыла, как пользоваться ложкой.

– Мам, почему ты не ешь? Может, не хочется?

– Хочется, – кивала.

– Тогда бери ложку и кушай, пока не остыло, – говорила я, не придавая особого значения её странному поведению.

Мне казалось, что она просто не голодна.

– А как это сделать? – спрашивала она, вертя ложку в руках.

Её тревожный взгляд подсказывал, что это не розыгрыш.

Постепенно я осознавала, что мама не шутит. Она действительно не помнила, как правильно держать столовые приборы и для чего они предназначены.

Именно тогда я немедленно начала водить её по врачам.

Со временем выполнение самых простых действий становилось для неё настоящим испытанием. Я уже не могла оставлять маму без присмотра.

Мне не хотелось верить в то, что беда вошла в наш дом. Но признаков болезни было слишком много, чтобы игнорировать их.

Когда был поставлен диагноз, оставить её одну я уже боялась.

Перечитывая статьи в интернете, я узнавала знакомые симптомы: снижение умственных способностей, замедление реакций, потеря ориентации в пространстве, неспособность выполнять повседневные задачи.

Врачи не ошиблись, и с тех пор это стало частью моей реальности.

Отец к тому времени уже ушёл из жизни, оставив маму одну.

Проблема была, и я на тот момент не знала, как её решить без вреда для бизнеса. Попробовала прибегнуть к помощи профессиональных сиделок. Но, увы, квалификация некоторых из них недостаточно хорош.

Кроме того, маме они не очень нравились.

В редкие моменты просветления она звонила мне, жаловалась на одиночество и умоляла приехать.

Мои дни становились всё тяжелее: я разрывалась между работой, семьёй и уходом за мамой.

Чем дольше это продолжалось, тем меньше я успевала. Всё чаще приходилось оставаться с ней, жертвуя другими делами.

Чтобы сэкономить время, я предложила ей переехать к нам. Мама наотрез отказалась.

Но я не послушала её и всё-таки рискнула перевезти силой. В ответ она обиделась и вернулась домой, поплутав по улицам несколько часов.

Выбор был очевиден: я продолжала эту бесконечную гонку, стараясь одновременно поддерживать компанию и заботиться о маме.

Плакала ли я? Конечно, плакала, но только в подушку, потому что муж не выносил моих слёз. Он привык видеть меня «железной леди». Но я сама виновата, ведь я никогда не позволяла себе слабости.

– Послушай, сестра, может, тебе стоит остаться дома на какое-то время? – глядя на мой измождённый вид, предложил брат во время одного из наших разговоров. – Тебе нужен отдых, ведь ты постоянно крутишься как белка в колесе. Расслабься, выдохни. А я пока буду управлять компанией вместе с твоим мужем. В конце концов, ты заслужила этот отпуск.

Я отрицательно мотала головой, с трудом представляя, как это вообще возможно.

– Да, но кто знает, сколько это продлится, – возражала я, опасаясь, что его предложение меня соблазнит.

– Кристина, будь честной, вы вполне можете себе это позволить, – уговаривал меня, смеясь. – Деньги у вас есть, причём довольно много. Или ты решила заработать все деньги мира?

И я сдалась.

Сдалась, потому что окончательно вымоталась из-за постоянных ночных подъёмов, поездки к маме, звонков соседей, жалующихся, что она стучит ложкой по батарее.

Сдалась, потому что устала не спать и успокаивать её, когда мама требовала поговорить посреди ночи.

Сдалась, потому что устала разрываться между встречами, контрактами, сделками, обязательствами, дочерью, мужем.

– Да, пожалуй, твой брат прав, – согласился в итоге и муж. – Останься дома. За бизнес не волнуйся, я справлюсь. Мы же команда, верно? – говорил он, словно утешая меня, и его слова звучали как бальзам на душу.

Первые месяцы после того, как я перестала ходить в офис, муж регулярно консультировался со мной по поводу работы компании, но со временем такие разговоры прекратились.

Он уверял меня, что дела идут отлично. Подтверждения этому были повсюду: карты без лимитов, новые автомобили, роскошные подарки для меня и дочери. Он осыпал нас щедротами, наслаждаясь жизнью.

Теперь я гордилась Стасом, радуясь, что мой отец ошибся в своих прогнозах насчёт него.

Всё происходило так, как я предсказывала: сначала я поддерживала его, а потом он меня. Раньше я была локомотивом, а теперь им стал муж.

Сегодня вспоминая всё это, я с тревогой ощутила перемены. Но пока не понимала, касаются ли они компании или нашей семьи.

Последний раз, когда я проверяла банковские счета, всё выглядело превосходно. Но после того как мама умерла, и мы пережили похороны, я потеряла всякий интерес к финансовым делам.

Теперь, когда события разворачиваются так непонятно, я чувствую, что муж словно загнан в угол. Но торопиться с выводами не хочу.

Подливать ли масло в огонь или пытаться погасить конфликт – я решу после того, как изучу документы.

– Вынужденный отпуск затянулся, малышка, – говорю я себе, снимая макияж и устало глядя на своё отражение в зеркале. – Отпуск… – горько улыбаюсь. – Отдохнуть получилось, да? Пока ты «отдыхала», похоже, муженёк твой всё-таки загулял. И уже не виртуально, как было раньше, а по-настоящему. Подлец. Трус. Даже признаться не решается, – говорю, наблюдая, как по щеке скатывается одинокая слеза. – Держись, Кристина, возможно, придётся резать по живому. Но ты справишься, тебе не привыкать быть сильной.

Да, так будет лучше. Если он действительно изменяет, значит, пора расставаться.

Но для начала нужно всё выяснить и оценить наше текущее положение: имущество, активы, возможные долги.

Подхожу к компьютеру, пытаюсь войти в бухгалтерскую программу. Доступ закрыт. Сменил пароль?

Так, без паники, Кристина. Вдох-выдох.

Набираю брата. Абонент вне зоны доступа. Ладно, перезвоню позже.

Иду к коробке с документами на недвижимость. Всё на месте, но на всякий случай я заказываю свежую выписку из реестра, – хочу убедиться, что всё наше жильё оформлено на нас обоих.

Итак, включаю логику, отключаю эмоции.

Что у меня есть на сегодня? Слухи от дочери и сообщение от незнакомца? Пока что это всё.

Для такой, как я, этого недостаточно. Мне нужны конкретные доказательства, но собрать их надо очень спокойно, без конфликтов и негатива.

Пока нельзя, чтобы он догадался, что Кристина возвращается из «отпуска». Нужно немного подождать.

Глава 6

Стас скоро приедет, и нам предстоит серьёзный разговор.

Хотелось бы сразу ткнуть его носом в это сообщение, обрушить обвинения, но я не могу себе позволить это сделать. Ещё рано.

Нет, лучше пойти в спальню и притвориться спящей. А то боюсь, что, когда откроются двери и я увижу его, мне тут же захочется врезать ему по лицу и вышвырнуть вон из этого дома.

Но всему своё время. На кону слишком многое, а доказательств пока не хватает.

Притвориться, что я глупая курица, потерявшая свои мозги за последние четыре года, непросто, но возможно…

За себя я не беспокоюсь, ведь я давно умею зарабатывать деньги, а вот ради дочери я готова на всё.

В конце концов, не для его девок же я всё это создавала!

Раздвинуть ноги легко, а попробуй-ка мозгами поработать.

– Я сегодня уезжаю, – спокойно сообщает муж, наслаждаясь завтраком, который я приготовила на следующий день.

Молча наливаю ему кофе.

– Солнце моё, ты же понимаешь, что мне нужно встречаться с партнёрами, заключать выгодные для нас сделки, – словно чувствуя моё недовольство, объясняет он.

Стас неожиданно встаёт, подходит ближе и нежно проводит рукой по моей щеке.

Откуда взялась эта внезапная нежность? Сейчас меньше всего хочется её чувствовать, потому что мне от неё противно.

– Ну я же сказала, тебе больше не придётся делать всё одному. – Отстраняюсь, чтобы поставить чайник на место.

– То есть ты меня не услышала?

– Почему же. – Киваю, подтверждая, что слышала. – Просто у меня есть своё мнение. Мама умерла, я выполнила свой долг перед ней и возвращаюсь на работу. Буду работать намного меньше, совсем по минимуму, но буду участвовать в процессе.

– Нет! – резко отвечает он, бросая на меня острый взгляд.

– Почему? – удивляюсь, наблюдая, как он сам роет себе яму.

Даже сообщения, указывающие на то, что он затеял какие-то игры со мной, не нужны.

– Потому что, потому что… – Он сердито пыхтит, словно не находит нужных слов. – Ты нужна мне дома! Я же сказал: занимайся дочерью, собой, чем угодно, но работать ты не будешь. Зачем ты хочешь разрушить наш уклад?

– Я ничего не собираюсь рушить, – отвечаю, стараясь сохранять спокойствие. – Предлагаю больше не обсуждать это. Обещаю не засиживаться допоздна на работе и уделять время семье. Ты же всегда ценил мою деловую хватку. Или теперь ты предпочитаешь видеть меня домохозяйкой?

– Да, есть такое, – отвечает он с высокомерием. – Привык видеть тебя такой, и меня всё устраивает.

– А меня нет. И всё-таки… – продолжаю убеждать его и обманывать, что теперь всё зависит только от его решения. Он же у нас теперь главный босс, – Стас, ты заставляешь меня волноваться! Пойми, эта компания тоже мой ребёнок, и уйти из бизнеса было вынужденной мерой. Ты, видимо, об этом забыл?

– Не забыл! Но теперь и без тебя всё прекрасно работает. Всё, я уехал.

Муж яростно срывает со стула пиджак и направляется к выходу. Но потом, похоже, передумав, возвращается в гостиную.

– Знаешь, что я вдруг понял? Ты неблагодарная! Другие женщины были бы счастливы, что у них столько денег и не нужно ничего делать, а ты всё только портишь!

– Чем и как?

– Не ценишь всё то, что я для тебя и семьи сделал!

– Мы сделали, – не удержавшись, поправляю.

– Неважно! Я говорю одно, а ты собираешься делать другое. Так не бывает в нормальных семьях! Жена должна слушаться мужа!

Не попрощавшись, он хватает чемодан и исчезает за дверью.

Жду, пока его машина скроется за воротами, быстро одеваюсь и спешу в офис.

Главное, чтобы история с командировкой оказалась правдивой.

– Кристина Евгеньевна! Какими судьбами? – улыбается наш менеджер, когда я появляюсь на пороге.

Кажется, будто и не уходила. Время пролетело так мгновенно, что я даже не заметила.

Первым делом направляюсь в свой кабинет.

Просторный. Окна в пол. А вид из них просто волшебный. Я всегда обожала это место. Когда строили этот бизнес-центр, я сразу выкупила весь верхний этаж с таким шикарным видом на город.

На удивление, в свой кабинет я не могу попасть. Заперт. Хотя о чём это я? Стас закрыл, как я и просила. Совсем забыла.

Да, пора вспомнить всё важное. Даже мелочи.

Достаю ключи, захожу и замечаю идеальный порядок. Всё чисто убрано.

Сажусь на свой стул и закрываю глаза. Сколько времени прошло с тех пор, как я ушла с работы, чтобы ухаживать за мамой? Много! А сколько всего было до этого!

Забылось, стёрлось из памяти, что целых десять лет я стояла во главе этой компании, а не была тенью мужа.

Пока вспоминаю прошлое, замечаю белый шарф, небрежно перекинутый через спинку стула возле переговорного стола.

Не припоминаю, чтобы у меня был такой. Это не мой стиль и не мой вкус.

Рассматриваю его и улавливаю сильный аромат чужих духов. Тоже не мои. Сердце начинает бешено колотиться, отдавая гулкими толчками в висках.

Надеясь найти что-то чужое среди своих вещей, тянусь к ящикам стола. Даже сама не могу объяснить, что хочу там найти.

Открываю один ящик – пусто. Другой – тоже. И только в самом нижнем, под стук своего сердца, я нахожу упаковку презервативов.

Сердце готово выскочить из груди без моего согласия.

Машинально прикладываю руку к груди, словно это поможет удержать и успокоить его.

Как в моём кабинете оказались презервативы?

Иду в приёмную, надеясь увидеть нашу секретаршу Лидию Михайловну и узнать, кто заходит в мой кабинет, но её нет на месте.

Отправляюсь к главному бухгалтеру, с которой мы всегда хорошо ладили, но и её нет.

Где все? Как и в какое время работают сотрудники?

– Михаил, – окликаю проходящего мимо менеджера. – Остановись на минуту, пожалуйста.

– О, Кристина Евгеньевна, здравствуйте, – расплывается в улыбке.

– Да, да, извините, забыла поздороваться. Подскажите, а где Лидия Михайловна? Она заболела? И где главный бухгалтер?

– Как же… – Кажется, он даже удивлён, что я не в курсе всех изменений в офисе. – Лидия Михайловна уже полгода как не работает у нас. Станислав Дмитриевич её уволил. Разве вы не знали? И главный бухгалтер тоже новый.

– Ах да, забыла. – Касаюсь лба, делая вид, что озабочена, но скрываю лёгкий шок от новостей. – Извините. А где они все, новички?

– Заболели, кажется. Грипп повсюду, сами понимаете.

– Ну да, ну да. Сама недавно болела. Миша, а как сейчас выглядит секретарь у Станислава Дмитриевича? – интересуюсь, не понимая, почему это для меня так важно. Про внешность нового главного бухгалтера спрашивать было бы странно, а вот про секретаря вполне уместно.

– Ну, как обычно выглядят секретари важных боссов с большими деньгами? – беззлобно усмехается Михаил. – Всё по канону: длинные ноги, стройная фигура, волосы длинные и светлые. Можно описать одним словом: красавица! А разве Станислав Дмитриевич не рассказывал, что он заменил часть сотрудников?

– Может, и говорил, но я была занята мамой, ты же знаешь.

– Ну да. Примите мои соболезнования. – Теперь он избегает смотреть в глаза, вероятно, смущённый тем, что мы коснулись болезненной темы. – В общем, шеф сменил нескольких людей, которые стали возмущаться, что новая девушка… как сказать… ничего не знает, не умеет. Он говорил, что она ещё молодая, её надо поддерживать, а мы, мол, создаём конфликты, указывая на её ошибки. Хотя здесь я согласен, она ещё маленькая, откуда взяться опыту?

– А сколько ей лет? – Я вижу, что эти вопросы его не напрягают, поэтому продолжаю задавать их.

– Не помню. Около двадцати. Кажется, она только окончила школу. А может, просто лицо такое молодое… Честно говоря, не помню.

– Понятно. Спасибо, – прощаюсь с ним.

Сажусь за стол секретаря, поворачиваюсь к окну и замечаю ворону, которая медленно шагает по парапету.

Она внимательно смотрит на меня, а я – на неё. Мы словно играем в «гляделки».

У меня возникает ощущение, что эта птица хочет что-то мне сообщить, но не может.

Вдруг ворона начинает бить клювом в стекло и каркать, а у меня мелькает мысль: кажется, надвигается катастрофа.

Глава 7

Силой воли заставляю своё тело встать и выйти из кабинета. Никто из сотрудников не должен видеть меня в таком растерянном состоянии.

Для них я всегда была «железной леди» – такой и должна оставаться.

Хотя кого я обманываю? Если он изменяет мне прямо в нашей компании, то я уверена, что все всё знают.

Только с кем? С новой секретаршей, о которой я ничего не знаю, с новым главным бухгалтером или с кем-то другим?

От этих мыслей меня тошнит. Представляю, как он занимается сексом с кем-то в моём кабинете, и меня буквально выворачивает.

Он же знал, что мой кабинет – это священная территория! Это как супружеская постель, но в профессиональном плане.

Знал, но всё равно осквернил его, скотина!

Стараюсь сохранить хладнокровие и отправляюсь за дочерью в школу.

На светофоре почти сталкиваюсь с другой машиной, и лишь резкий гудок возвращает меня к реальности.

Что дальше? Муж пока не знает, что я была на работе.

Скоро он вернётся из командировки, поэтому времени для выяснения правды остаётся всё меньше.

Петля на моей шее затягивается всё сильнее, и мне даже кажется, что я физически ощущаю это.

Никогда не любила короткие сроки для принятия решений, поскольку в стрессе можно совершить ошибку, но выбора нет.

Улыбаюсь и неожиданно задаю себе вопрос: а из командировки ли он вообще приедет? Секретарша на больничном, и главного бухгалтера тоже нет. Совпадение?

Получаю сообщение: выписки на квартиры и другое имущество готовы.

Открываю одну за другой и делаю глубокий вдох, а затем выдох.

Дом – совместная собственность, как и было. Квартиры тоже в порядке. Значит, пока всё не так плохо, как могло показаться вначале.

Хотя если рассуждать здраво и вспомнить законы, то для продажи общей недвижимости, нужно моё нотариальное согласие. А я его не давала.

На одну проблему меньше. Уже хорошо!

Стас вряд ли стал бы рисковать и мошенничать с документами. Здесь у него кишка тонка.

Вдохновлённая новостями о недвижимости, снова пытаюсь дозвониться до брата.

– Привет, Тим, – говорю я, когда он наконец отвечает.

– Привет, сестрёнка.

– Не могла до тебя дозвониться. Всё нормально?

– Я был на островах с друзьями, там связь плохая. Что-то случилось, Кристин? Голос у тебя странный.

– Кажется, да. – Стараюсь держать себя в руках, хотя трясёт меня не на шутку. – Скажи, ты в курсе, что Стас уволил главного бухгалтера и секретаря?

– Что?! – Его удивление звучит настолько неожиданно, насколько это возможно. – Нет, не знал. Но я ведь почти не бываю в офисе, сама понимаешь.

– Думаю, тебе стоит приехать. Но сделаем вид, что это обычная командировка. Тим, времени мало, бросай все свои дела и приезжай. А ещё… У тебя есть доступы к финансовой отчётности?

– Конечно, они у меня всегда под рукой. А у тебя разве нет? Посмотри сама, что вам нужно, – говорит он, будто не понимая, к чему такие вопросы. – Кристина, что происходит? – Голос брата становится тревожным, но я не могу сейчас вдаваться в подробности.

– Потом расскажу. Не по телефону! Дело в том, что у меня больше нет доступа. Стас, кажется, поменял пароли. Пришли мне свой пароль, хочу проверить, как обстоят дела в компании.

– Три недели назад всё было нормально, – отвечает он, пытаясь успокоить меня.

– Ты обо всех финансовых операциях знаешь? – Пожалуй, это главный вопрос, который возник спонтанно.

– Если брать по документам, то были какие-то непонятные займы на незнакомую мне фирму, но Стас объяснил, что это помощь другу, и я решил не поднимать шум. Крис, если твой муж что-то мутит, просто дай знать, я приеду и разберусь, сестричка.

Я знаю, что он сдержит своё слово. Их отношения со Стасом всегда были натянутыми, и вряд ли когда-нибудь станут лучше.

Поначалу я переживала об этом и даже немного злилась, но со временем смирилась. Ведь Тимофей всё равно редко бывал в России, поэтому стоило ли обращать внимание?

Однако неизменным оставалось то, что в любой сложной ситуации брат был готов подставить плечо и старался меня поддержать из любой точки мира.

– Тима, пожалуйста, не делай ничего необдуманного, – прошу, стараясь сохранить спокойствие. – Если он почувствует, что я начала копать глубже, может начать паниковать и наделать ошибок. Давай сначала спокойно разберёмся, хорошо? Держи себя в руках.

Говорю это брату, а сама не могу поверить, что речь идёт про моего собственного мужа. Как же так случилось, что он предал меня? В какой момент это произошло и почему?

Если бы он влюбился в другую, стоило просто признаться. Мы могли бы расстаться мирно, без скандалов и истерик.

Вопрос с деньгами тоже решили бы спокойно.

Но я теперь догадываюсь: ему захотелось не просто свою долю, а всю компанию целиком.

– Всегда завидовал твоему самообладанию, – смеётся брат. – Но что вдруг ты так заволновалась? Причина?

– На самом деле, Тим, я просто сказала ему, что хочу вернуться в компанию, работать вместе с ним. Но он воспринял это как попытку взять контроль над бизнесом. Представляешь? Как будто я должна просить разрешения!

Брат молчит, но я знаю, что он бушует от гнева. Он всегда был вспыльчивым, особенно когда дело касалось защиты семьи.

– И что? Ему это не понравилось? Ты же фактически создала эту компанию! Какое он имел право запрещать тебе возвращаться? И какого… – осекается, чтобы не ругнуться, – ты должна ему подчиняться, Кристин?

Пора заканчивать разговор, потому что брат всё ещё не контролирует эмоции.

– Тима, пусть Стас думает, что у него прав больше, чем у меня. Обсудим это позже, когда будет время поплакать и пожалеть меня, что он оказался таким уродом. Сейчас не до того.

– Ты молодчина, сестричка. Держись, скоро приеду.

Тимофей отправляет мне пароли, и я наконец-то захожу в систему. Деньги на счетах есть, что уже радует.

Конечно, их меньше, чем должно было быть, но я ведь давно не проверяла баланс.

Но почему тогда у брата есть доступ, а у меня нет?

– Ничего не понимаю, почему я пароль не знаю, а ты знаешь? – спрашиваю после того, как снова набираю его.

– Я же не лезу в бухгалтерские программы, а ты лезла всегда. Может, скрыть что-то хочет?

– Когда и почему сменили пароль, и кто тебе сообщил его?

– Главный бухгалтер четыре месяца назад. Причина – сбой в программе. Всё перезапускали, как я понял.

– Да, что-то нечисто. Но деньги есть… пока есть. Ладно, значит, время у меня не потеряно, уже хорошо!

– Кристин, если твой мужик что-то затеял, тогда он урод! – снова злится брат. – Какой неблагодарной тварью надо быть…

– Тима, – не даю ему закончить возмущаться, – просто бери билет и приезжай. Но не вздумай ему звонить! Проще будет вместе разобраться. Главное, что не всё потеряно. Предупреждён, значит, вооружён.

– Я урою его!

– Не смей! Дай мне самой разобраться! Недвижимость я проверила, там всё нормально. С деньгами тоже разберёмся. Большие деньги он без нас не выведет, банк не даст, так как ты и я совладельцы компании. Ограничения по счёту нам в помощь! А маленькие… пусть пока поиграется и будет по-прежнему уверен, что всё решает только он.

Вечером следующего дня, когда муж возвращается домой, я несколько раз повторяю себе мантру: «Ты справишься, ты сильная» и начинаю изображать домохозяйку.

– Как прошёл день? Как съездил? – спрашиваю, стараясь сохранять спокойствие.