Напутствие бессмертным

3. Эти оставшиеся четыре принципа или, скорее, 21/2, поскольку в их число входят приземленная часть Манаса, его носитель камарупа и лингашарира – мгновенно распадающееся тело, а также сопутствующая им прана, или жизненный принцип, – так вот, эти принципы относятся к ложной личности и потому не могут войти в дэвакхан. Последний является состоянием блаженства, вознаграждением за все перенесенные в жизни незаслуженные страдания; и потому все, что толкало человека к греху (а именно его земная, одержимая страстями природа), должно остаться за пределами дэвакхана.

Таким образом, не подлежащие перевоплощению принципы (ложная личность) остаются в камалоке, сперва в виде материального остатка, а затем – как отражение в зеркале астрального света. Наделенные способностью создавать иллюзию вплоть до момента своего полного исчезновения, наступающего в результате постепенного «растворения», с чем еще они могут отождествляться, как не с эйдолоном древних греков или теми же тенями греческих и латинских поэтов и классиков?

Какая же награда или наказание могут быть в сфере развоплощенных человеческих существ для утробного плода или человеческого эмбриона, когда у него даже не было времени, чтобы хоть раз вздохнуть на земле, а еще менее он имел возможность применить свои духовные способности? Или для безответственного ребенка, бесчувственная монада которого остается спящей внутри астральной и физической оболочек и не может поэтому предохранить его от того, чтобы он сам не обжегся до смерти или сжег кого-то другого? Или для родившегося идиотом, у которого по сравнению с нормальными людьми количество мозговых извилин достигает только двадцати или тридцати процентов и который поэтому не несет ответственности ни за свои наклонности, ни за деяния, ни за несовершенство своего шаткого полуразвитого ума («Разоблаченная Изида», т. I)?

Таковы «исключения», о которых говорится в «Разоблаченной Изиде»; но с тех пор учение о перевоплощении ни на йоту не изменилось. Более того, речь здесь может идти отнюдь не о «противоречиях», но только о незавершенности изложения, которая как раз и послужила причиной неправильного истолкования, скорректированного последующими учениями. Опять же, в тексте «Разоблаченной Изиды» действительно было допущено несколько серьезных ошибок, которые не были своевременно исправлены и попали в последующие издания после стереотипирования гранок.

Одна из таких ошибок, к примеру, оказалась на 329-й странице первого тома и повлекла за собой другую – на странице 330.

Противоречие между началом и окончанием фразы явно указывает на то, что в текст закралась ошибка. Она (фраза) адресована спиритистам, исповедующим перевоплощение, которые трактуют более чем туманный текст Апулея как подтверждение своей собственной теории «духов» и перевоплощения. Однако пусть читатель судит сам, чью точку зрения на самом деле подтверждают слова Апулея – их или нашу. Нас обвиняют в отрицании перевоплощения; но вот что говорит нам все та же «Разоблаченная Изида»!

Эта философия учит, что природа никогда не оставляет свою работу незавершенной; если ей помешают при первых попытках, она начинает сначала. Когда она зачинает человеческий зародыш, в ее намерения входит, чтобы этот человек совершенствовался физически, умственно и духовно. Его тело должно вырасти, достичь зрелости, износиться и умереть, его ум должен раскрываться, созревать и быть гармонично уравновешенным; его божественный дух должен светить и легко сливаться с внутренним человеком. И никакое человеческое существо не завершит своего великого цикла, или «круга необходимости», до тех пор, пока все это не будет выполнено.

Так же, как на конных состязаниях в беге, когда менее резвые кони отстают уже в первой четверти круга, и мимо них проносится конь-победитель, стремящийся к цели, – точно так же в человеческих бегах к бессмертию некоторые души опережают других и достигают цели, в то время как мириады остальных состязающихся трудятся под грузом материи недалеко от того места, где начали свое восхождение. Некоторые несчастные совсем выпадают и бывают устранены из бегов; некоторым приходится возвращаться и начинать сначала («Разоблаченная Изида», т. I).

Здесь, как видите, все изложено с предельной ясностью. Природа, потерпев поражение, предпринимает следующую попытку. Никто не может покинуть этот мир (нашу землю), не став совершенным «физически, морально и духовно». Но достичь подобного совершенства можно только при наличии серии перерождений, поскольку одной человеческой жизни ни за что не хватит для того, чтобы стать совершенным абсолютно во всех областях и благополучно завершить «круг необходимости». И все-таки непосредственно за этой фразой в тексте идет следующая вставка: «Это есть то, чего индусы боятся больше всего, – трансмиграция и реинкарнация; только на других и низших планетах – никогда на этой!!!»

Именно это последнее предложение и стало той роковой ошибкой, относительно которой, впрочем, автор со всей искренностью свидетельствует – «невиновна», ибо в ней скорее повинны те читатели, которые, будучи абсолютно незнакомы с индусской философией, оказались в полном недоумении, прочитав на следующей странице это злополучное слово «планета», напечатанное вместо цикла. Автор «Разоблаченной Изиды» практически не заглядывала в эту книгу после ее публикации, поскольку на нее тут же свалилось множество другой важной работы; ибо в противном случае необходимые извинения последовали бы незамедлительно, и в списке опечаток было бы указано, что данную фразу следовало сформулировать несколько иначе: «Индусы боятся трансмиграции в иные, более примитивные формы жизни на этой планете».

В такой форме фраза полностью согласовывается с предшествующим текстом и достаточно прозрачно указывает на тот факт, что если эзотерические религиозные воззрения позволяют индусу верить и бояться возможности непосредственного перевоплощения человека в животное или даже растение – и vice versa, то эзотерическая философия учит его тому, что природа никогда не поворачивает вспять в своем эволюционном продвижении, и если человек наконец-то стал человеком, пройдя через все нижестоящие формы, то есть через минеральное, растительное и животное царство, он уже не сможет теперь стать животным иначе как в моральном (то есть метафорическом) смысле. Человеческое воплощение есть циклическая необходимость и закон; и никакой индус, конечно же, не боится его, как бы он ни сетовал при этом на его неотвратимость. И закономерность этого периодического возвращения человека показана на той же самой странице, и даже более – в том самом абзаце, поскольку заканчивается он следующими словами: «Но есть способ избежать этого; и Будда учил этому способу в своих доктринах о бедности, обуздании чувств, полном безразличии к целям этой долины слез, свободе от страстей и частом общении с Атмой – созерцании духа. Причиной перевоплощения является незнание наших чувств и идея, что в этом мире есть что-то реальное, что-то за исключением абстрактного существования. От органов чувств происходит та "иллюзия", которую мы называем контактом; от контакта возникает желание; от желания – чувства (которые тоже суть обман нашего тела); от чувств – привязанность к существующим телам; от этой привязанности – рождение; а от рождения – болезни, увядание, смерть».

Пожалуй, этого уже вполне достаточно, чтобы объявить вопрос решенным, коль скоро во всем оказалась виноватой самым прискорбным образом пропущенная ошибка; но если кому-то этого покажется мало, мы можем привести дополнительные доказательства, ибо далее в тексте следует: «Итак, подобно вращению колеса, существует регулярная последовательность смертей и рождений, моральной причиной которых является привязанность к существующим материальным объектам, тогда как орудием причины является карма