Левиафан

– Ага, классная специализация, без дураков. – я поспешил оборвать этот монолог, рискующий превратиться в лекцию. – А какие еще специализации у тебя прокачана?

– Химия, четыре уровня. – принялся перечислять Аристарх, загибая пальцы. – Кулинария, два уровня. Фармакология – три уровня. Садоводство – два уровня.

– А «пехота»? – не выдержал я. – «Пехоту» ты что, не прокачивал? Даже когда узнал, что тебя возьмут в Академию?

– Нет, а зачем? – Аристарх пожал плечами. – Я изучил навык, который требовался для поступления, и все. Зачем мне заранее изучать все то, чему мы и так будем учиться в Академии?

Звучало резонно, но, получается, мне с моим вопросом Аристарх помочь не мог.

– Значит, получается, про другие специализации ты ничего не знаешь… – так и сказал я, задумчиво оглядывая спальню в поисках того, к кому можно обратиться еще. Взгляд сам собой, конечно, сполз на робота системы Антон Агатов, и я уже собрался было попрощаться с Аристархом и направиться к нему, как вдруг…

– Почему же не знаю? – спокойно спросил Аристарх. – Я знаю все навык из всех специализаций. Я же должен был как-то выбрать, что мне изучать после того, как я полностью прокачаю животноводством. Вот и выбирал.

– Знаешь все навыки всей специализаций? – я снова вернул взгляд к лицу Аристарха. – Тогда скажи, «рывок» где-то повторяется? В какой-то еще специализации есть этот навык?

– Нет, «рывок» нигде не повторяется. – Аристарх покачал головой. – Да и вообще навыки не повторяются. Каждый навык уникален, и принадлежит только своей специализации.

– Ага… – глубокомысленно произнес я, запоминая этот момент. – Тогда второй вопрос. На каком уровне развития «пехоты» откроется навык проходить сквозь стены?

– Проходить сквозь стены? – Аристарх улыбнулся. – Кто тебе сказал, что это «пехота»?

– А что, не пехота? – я мягко подтолкнул Аристарха в правильное русло.

– Конечно, нет! – еще шире улыбнулся он. – Это навык из специализации «Тактика», называется «Эфир». И доступен он только на самом последнем уровне прокачки!

Ну, разумеется…

Разве могло быть просто? Нет, конечно, не могло.

Глава 6

Итак, мир официально сошел с ума. В смысле, еще больше, чем я думал до этого. Девчонка не просто обладает системой, она обладает улучшенной версией этой системы. Именно поэтому она сбросила перчатку с руки – ей нужно было коснуться системной метки и вызвать меню, чтобы на бегу выбрать ветку с нужной способностью. Как я выяснил от Аристарха, это работало именно так – навыки разных специализаций не могли существовать одновременно, между ними нужно было постоянно переключаться при желании использовать что-то новое. Мне это еще только предстояло освоить, потому что у меня-то еще ни одна специализация не была прокачана даже до середины, а вот девчонка явно обращалась с системой как с детской игрушкой – прямо на лету переключаясь туда-сюда и используя навыки разных веток.

Вот только вопрос остается все тот же – откуда у простой уличной воровки доступ к ультра-системе? Он же есть только у богатых и известных жителей Вентры… И у меня. Ну я вообще особый случай, вне классификации так сказать.

Остается одно из двух.

Или вытягивание тощих кошельков у не самых богатых жителей рабочего района приносит такие хорошие деньги, что воровка может себе позволить кучу марина для прокачки системы…

Или уличная воровка имела эту систему заранее. Возможно, еще даже до того, как начала воровать тощие кошельки.

Даже не знаю, какой из этих вариантов мне нравится больше. Первый намекал на то, что этот мир еще более сумасшедший, чем я о нем думаю, второй…

Второй просто не давал никаких ответов, а лишь вызывал дополнительные вопросы.

До отбоя оставалось всего ничего, а нужно было еще так много дел, кажется, переделать, что решительно неясно было, как их все уместить в этот крошечный временной промежуток. И, когда очевидно стало, что никак – пришлось выбирать.

И я выбрал почистить винтовку. Потому что пороховой нагар плюс время это второй по верности способ убить ствол. Первый – если в этот список добавить еще и воды, тогда все произойдет вообще мгновенно. Но даже если не добавлять, нагар прекрасно натянет влаги из воздуха и сам по себе, и ствол пойдет ржавчиной, даже если качественно хромирован.

Поэтому я потратил оставшееся до отбоя время, чтобы привести оружие в порядок. В массивном деревянном прикладе обнаружилось все необходимое для чистки, включая крошечную масленку, и ерши. Не было только ткани, которую можно было бы пустить на финальную протирку ствола, но я быстро вышел из положения, нарвав на маленькие клочки ту рубашку, что пожертвовал мне капитан «Бекаса» – после боя с пиратами она все равно уже мало на что годилась.

Оторвав от нее несколько полосок, я отложил их в сторону, а все, что осталось, разложил перед своей кроватью прямо на полу и принялся разбирать винтовку, укладывая детали ровно в рядочек. Собственно, разбирать-то там было почти нечего, это же не автомат и даже не самозарядка, в которой есть что-то сложное. Повернуть и вынуть затвор, извлечь из него ударник – и, собственно, всё. Можно еще разобрать ударно-спусковой механизм, благо, он тут простой как три рубля, в смысле, орена – две детали и одна пружина, – но, посмотрев его на свет, я решил, что сегодняшнее занятие не настолько его загрязнило, чтобы выколачивать пины и потом пытаться вколотить их обратно.

Нагар из ствола я довольно быстро убрал при помощи медного ерша и составного шомпола, который хранился все в том же прикладе. Не самое удобное расположение, да и необходимость сборки перед использованием напрягала, но, видимо, в этом мире не так часто сталкиваются с необходимостью выбивать раздутую гильзу из патронника через ствол.

Ну и, конечно же, этот шомпол не имел ручки на подшипнике, и, как следствие, не умел вращаться по нарезам, как хороший качественный инструмент. Впрочем, сомневаюсь, что в этом мире вообще кто-то такое использует.

Вычистив основной нагар, я скрутил ерш с шомпола, заменил его кусочком бывшей рубашки и принялся проталкивать его через ствол от патронника до дульного среза. Когда кусок ткани вышел черным, я щелчком сбил его, вытащил шомпол, нацепил новый кусок, и повторил процедуру.

Именно за этим меня и застал Антон Агатов. Он бесшумно подошел со стороны и встал рядом, внимательно наблюдая за моими действиями.

– А что ты делаешь? – через несколько секунд спросил он, не отводя взгляда.

– На барабанах играю. – серьезным тоном ответил я. – Разве не видно?

– Не очень. Палочка только одна. – так же серьезно ответил Антон. – Чтобы играть на барабанах, нужно две.

Я посмотрел на парня совсем новыми глазами – оказывается, этот биоробот даже шутить умеет! По-своему, правда, по-роботному, но все же приятно знать, что юмор ему не чужд!

– Честно говоря, даже не знаю, что тебе и ответить. – признался я, сбрасывая с шомпола очередной патч и цепляя новый. – Я думал, что аристократы вроде тебя знают, что такое стрельба из оружия и что с нею связано.

– Я знаю, что такое стрельба из оружия. – кивнул Антон. – Мой уровень стрельбы можно оценить как «чуть выше среднего», полагаю. Но то, что ты делаешь сейчас, не относится к стрельбе.

– Так, это не смешно. – я положил инструменты и взглянул в глаза Антону. – Ты правда не понимаешь, что такое чистка оружия?

– Я правда не понимаю, что такое «чистка оружия». – эхом отозвался Антон. – Я никогда этого не делал.

– А после стрельбы ты что делал с оружием? – я развел руками.

– Отдавал слугам. – ответил Антон таким тоном, словно это само собой разумеется.

Впрочем, для него это действительно само собой разумеется. Он пострелял, а грязную работу типа чистки, смазки и так далее пусть выполняют слуги. Барину не пристало чистить оружие точно так же, как не пристало например чистить лошадей после конной прогулки или менять масло в машине после поездки.

Чертовы местные условности, все время забываю, что меня окружают детишки, родившиеся с мариновым кристаллом в заднице… Хотя оно даже и к лучшему – Академия это такое место, которое роняет зазнаек с небес и беспощадно втаптывает их в камень. Ну, судя по тому, что я уже успел узнать.

– Ну тогда слушай внимательно.

И я прочитал Антону короткую лекцию о том, что остается в оружии после стрельбы и чем чревато, если не будешь это оттуда убирать. Начиная от простых проблем с закрытием затвора при досылании нового патрона и заканчивая натурально застреванием пули в канале ствола и последующим разрывом оружия к хренам собачьим.

Антон слушал внимательно, и не он один – буквально через минуту после того, как я начал рассказ, к нам стали подходить и другие курсанты. В основном, простолюдины, конечно, но и некоторые аристократы тоже – Аристарх, Крис и еще парочка других, с которыми я еще не успел толком познакомиться. Остальные же дети местной знати скучковались в стороне, во главе с Довлатовым, и недовольно зыркали оттуда на нас, словно мы им всю малину испортили.

– Херня все это. – заявил Довлатов, явно пытаясь придать своему голосу уверенности, хотя и получалось у него так себе. – Оружием должны заниматься слуги! Вот увидите, все эти усилия никому окажутся не нужны!

Я не обращал на них внимания, и просто продолжал чистить оружие, одновременно поясняя всем собравшимся, что и почему я делаю. Пояснил, почему маленькая масленка разделена на две половины, в каждой из которых плещется что-то свое, показал, как и до какой степени правильно смазывать оружие, и, конечно же, собрал винтовку после чистки обратно в изначальное состояние.

И, как только предохранитель занял свое законное безопасное положение, показывая, что чистка завершена, перед глазами появилась неожиданная, но очень приятная надпись:

Получено 3 очка опыта в специализации «Пехота»

Охренеть, целых три! За что?! За простую и банальную чистку?! Или за то, что я единственный из всех сам додумался до этой чистки?!

Или, чем черт не шутит, за то, что я объяснил остальным, как это делать?! Взял на себя, так сказать, роль учителя?

Ох, система ультрамарин, что ты такое… Как ты работаешь? Как тебя понять? Как тобой пользоваться?

– И что, вот так каждый раз? – тоскливо спросил один из простолюдинов, и я отвлекся от созерцания приятных очков опыта. – После каждой стрельбы?

– В идеальном мире – да. – я кивнул. – Но ничего идеального, как известно, не существует, поэтому надо запомнить так – чистить оружие надо при первой возможности. Особенно, если учесть, что нам в будущем предстоит работать на море. Соленая вода – это вообще лучший друг коррозии, если вы не знали, так что там придется чистить или хотя бы смазывать оружие вдвое чаще.

– Кошмар. – вздохнул паренек и отошел, думая что-то про себя.

Остальные разошлись тоже, живо обсуждая полученные знания, и я не без удовольствия заметил, что некоторые сразу же взялись за свое оружие и принялись чистить его тоже. Крис, Антон, Аристарх – этой троице я даже не удивился, но вот к парочке других ребят, которые последовали их примеру на всякий случай присмотрелся. Может статься, что из них тоже выйдет толк.

До сигнала отбоя никто из парней не успел привести оружие в состояние «муха не сидела», поэтому им пришлось бросать дело на половине пути и собирать винтовки обратно, чтобы это не пришлось делать на ощупь в полной темноте после того, как в спальне выключат свет.

– Херня все это. – снова уверенно заявил Довлатов, уже лежащий в своей кровати и наблюдающий за суетой оттуда. – Вот увидите. Полная херня.

Парни успели прямо в последнюю секунду – как только Аристарх спрятал свое оружие в надкроватный рундук, по Академии прокатился удар колокола и свет в спальне погас, так что пришлось Волкову укладываться наощупь.

Перед сном я снова прогнал в голове сегодняшнюю погоню за девчонкой, тщательно и внимательно «просматривая» ее в памяти, как фильм. Пока воспоминания были свежи, пока их не исказило, был шанс обнаружить что-то, чего я не смог подметить сразу, в азарте и адреналине погони. Надо только внимательно вспомнить все, что я видел.

И я вспомнил. Когда пес оторвал кусок штанины девчонки, в дыре на мгновение мелькнуло что-то темное, ярко контрастирующее с бледной кожей. То ли татуировка, то ли родимое пятно – так и не поймешь. Да к тому же и форму его разглядеть я не смог, только расположение – точно под правой ягодицей, на задней поверхности бедра.

Не то чтобы это сильно помогло мне идентифицировать девчонку, но это явно деталь, которую следует запомнить. Мало ли как она еще успеет сыграть в будущем.

Больше ничего подобного мне не вспомнилось, поэтому, прогнав погоню в голове еще раз, я повернулся на бок, закрыл глаза и моментально уснул.

А с утра мы все выяснили, что в Академии считается херней, а что – нет.

Спойлер – чистка оружия считается не-херней.

И капитан Стуков практически прямым текстом заявил об этом, когда, вместо того, чтобы снова втащить за собой пожарный рукав и устроить соням холодный душ, прямо с порога заявил:

– Курсанты, подъем! Оружие к осмотру!

Полусонные пацаны повскакивали с коек, не вполне понимая, что от них требуется, но повторная команда все же заставила мозги шевелиться, и винтовки были извлечены на свет.

– Что ж, начнем. – зловеще произнес Стуков, пробегая глазами по курсантам. – Спрут! Ты первый!

Он подошел ко мне и вытянул перед собой руки, в которые я и вложил оружие. Капитан тут же щелкнул предохранителем, оттянул затвор, провел пальцами по его зеркалу, потом – по патроннику, и, судя по лицу, остался доволен:

– А я говорил! – загадочно произнес он, закрывая затвор и возвращая винтовку мне в руки. – Отличный результат, курсант! Следующий… Вы, Волков!

Волков не успел дочистить винтовку, поэтому некоторое количество жирной черной пыли Стуков все же выскреб из затвора, о чем и сообщил испуганно вжавшему голову в плечи Волкову.

– Тем не менее! – добавил он. – Отрадно видеть, что вы хотя бы пытались! Это уже достойно похвалы!

Такие же вердикты он вынес всем, кто «хотя бы пытался».

А вот те, кто забил на чистку оружия, получили на орехи по полной программе. Довлатов и его компашка, а также все те, кто решил последовать их примеру и не заморачиваться, стояли перед Стуковым, понурив головы, а он их разносил на чем свет стоит:

– Это ваше оружие! Ваша личная винтовка! Таких винтовок много, но эти – ваши личные! Вы – ничто без своего оружия! В любой момент может оказаться так, что винтовка будет единственным, на что вы будете надеяться, пытаясь спасти свою жизнь! И при всем этом вы даже не удосужились почистить оружие, чтобы оно было в надлежащем состоянии?!

– Нам никто не сказал, что надо самим чистить! – огрызнулся Довлатов, не поднимая взгляда.

– Так никому никто не сказал! – Стуков развел руками. – И, тем не менее, некоторые как-то догадались! Хотя им тоже никто ничего не говорил! И не просто догадались, а почистили оружие, приведя его пусть не в надлежащее, но хотя бы не в ужасное состояние! Морская Стража это не та организация, в которой нужны те, кто делает лишь то, что ему велят делать! Надо уметь думать, господа, думать! Головой желательно!

С одной стороны, Стукова можно понять – он, как я успел удостовериться, относился к тем немногим представителям персонала Академии, которые всем сердцем были преданы Морской Страже и всеми силами старались удержать ее репутацию на том же уровне, на котором она была раньше. И для этого, Стуков прав, – необходимы не просто болванчики, которые будут без сомнений и без вопросов выполнять приказы. Для этого в первую очередь необходимы те, кто эти приказы будет отдавать. Те, кто будет проявлять инициативу и не бояться брать на себя ответственность за то, что эта инициатива претворяется в жизнь.

С другой стороны, Стуков сейчас живо напоминал старшину, который строит духов по надуманной причине. Старшину, который доколебется в любом случае, сделал ты что-то или не делал. Если сделал – то кто разрешил. Если не сделал – то почему не додумался сделать? Тупой, что ли?

Судя по взгляду Довлатову, набыченному, исподлобья, примерно в этом ключе он сейчас и думал.

– Берите пример с остальных – они хотя бы попытались, а умение придет с опытом! – не успокаивался Стуков. – А еще лучше – берите пример со Спрута – оружие идеально чистое, как будто он вчера и не стрелял вовсе!

– Еще я с выскочки безродной пример не брал. – Довлатов не удержался и вскинул подбородок. – Нельзя наказывать за то, о чем мы не знали!

– А я и не собирался никого наказывать. – спокойно ответил ему Стуков. – До тех пор, пока вы, Довлатов, не позволили себе это высказывание. Я полагал, что все уже поняли, что в Академии все курсанты находятся на равных правах, независимо от того, из какого они рода и какой системой обладают. Но, видимо, я ошибался. И, раз так, до для закрепления это факта в памяти, я выношу всем, кто не почистил вчера свое оружие, по предупреждению. Три предупреждения – внеочередной наряд. Можете сказать спасибо Довлатову.

Никто, конечно, благодарить Довлатова не стал. Даже наоборот – все посмотрели на него недовольно, словно он не продал им алкоголь после одиннадцати вечера. Даже его дружки, которые составляли костяк его компашки, смотрели недовольно и что-то бубнили себе под нос.

Довлатов тоже смотрел недовольно. Я бы даже сказал – зло смотрел. И что самое неприятное – смотрел он точно на меня, словно я был виноват во всех его бедах.

Что ж… Теперь можно сказать официально и без сомнений – Айсидор Минин-Вилкрист теперь не единственная моя проблема.

Глава 7

Завтрак, как и вчера, не блистал роскошью. В тарелках парила горячая ячменная каша с кусочками куриной печени и луком, а вместо хлеба рядышком лежали крепкие черные сухари размером с ладонь. В качестве напитка снова подавали кофе, но сегодня особый – с щепоткой соли, не исключено, что морской, и парой крупинок красного острого перца, отозвавшегося теплотой на языке. Стало быть, Академия не гнушается и природных стимуляторов, чтобы помочь курсантам прийти в себя после вчерашнего, полного приключений и новых ощущений, дня.

Как и вчера, еда была приготовлена отменно, поэтому я поел с большим удовольствием, тем более что вчерашнее дополнительное занятие с адмиралом, а потом еще и беготня за девчонкой по улицам Вентры в сумме сожгли приличное количество калорий, и сейчас срочно требовалось их восстановить.

Сегодня даже аристократы не стали воротить носы от своих тарелок. Вяло ковырялись в них ложками, больше размазывая кашу, нежели донося ее до рта, но, по крайней мере, сегодня не осталось никого, кто хотя бы не попробовал творение местных поваров. Кривились, расстроенно вздыхали, но худо-бедно ели. Голод сделал свое дело.

Интересно было бы посмотреть на этих же аристократов после того, как первый год обучения в Академии закончится, и на летние каникулы, или как тут это называется – «межсезонье»? – они вернутся в свои родные аристократические гнезда. Посмотреть, как они, после почти что целого года питания всякой «едой простолюдинов» снова будут налегать на тарталетки с щучьей икрой, лобстеров и элитные сыры. Будут ли вообще налегать? Или будут по привычке искать грубые сухари и кашу на воде с кусками солонины?

Но вот кто точно будет скучать по рациону Академии – так это курсанты-простолюдины. По одному тому, как они налегают на простую, если не сказать, «примитивную» еду, причем второй день подряд, было ясно, насколько плохо у них обстояли дела с питанием до этого. Как минимум, им вряд ли было знакомо такое понятие как «наесться досыта» и сейчас они впервые с ним познакомились. И необходимость возвращаться домой на каникулы для них скорее всего будет не самым приятным фактором… Хотя с другой стороны – я же совсем забыл о стипендии! Деньги, которые курсантам тут все равно некуда тратить, для каких-то семей могут оказаться вполне неплохим подспорьем! И даже не удивлюсь, если кто-то из тех, кто сейчас жадно заглатывает простенькую кашу, уже всерьез рассматривает различные варианты передачи стипендии своим родственникам.

На самом деле, чем больше я думаю о судьбе этих простолюдинов, тем лучше понимаю, как сильно они будут цепляться за свое место в Академии. Это аристократы всякие (ну, и я, конечно) могут позволить себе менять специализации на ходу, а у простых людей таких преференций нет. Выбрал один раз ветку развития – и живи с ней до конца жизни. То есть, перед детьми, лишенными ультра-системы, с самого детства встает непростой выбор – или выбрать «Пехоту», которая требуется для поступления в Академию, и остаться у разбитого корыта, если поступить не удастся… Или лишить себя надежды на светлое будущее, выбрав что-то другое, что поможет заработать денег и помочь своей семье и себе самому здесь и сейчас.

И даже представить страшно, сколько на самом деле простолюдинов выбрали первый вариант и в итоге остались ни с чем.

Не удивлюсь, если окажется, что пираты набирают свежее мясо как раз из таких! Больше-то применить невостребованную в мирной жизни ветку «Пехоты» негде! А вот у пиратов – только в путь!

Интересно, понимают ли руководители Академии, что они тоже в какой-то степени ответственны за появление и постоянное пополнение пиратов? Не прямо, конечно, – косвенно, – но все же…

После завтрака мы отправились в северную башню Академии с целью посетить первое в этом учебном году, да и в жизни тоже, занятие по предмету «Систематика». Что это такое, я примерно представлял себе, но на всякий случай решил спросить у ходячих биороботов.

– Систематика – это предмет, который изучает системы «марин» и «ультрамарин». – ответил Антон.

– Различные специализации, навыки, принадлежащие им, и уровни. – добавила Алина.

Я взглядом поблагодарил их за ответ, хотя внутри у меня появилось легкое ощущение удовлетворенности – это же то, что нужно! Именно то, чего я и ожидал, когда принимал предложение адмирала о поступлении! Информация о системе!

Ну, этот предмет скучным точно не будет!

А когда я увидел, кто его ведет, то лишь убедился в своих суждениях, ведь это был никто иной как адмирал фон Дракен!

Нацепив забавные маленькие очки, он сидел за преподавательским столом и что-то записывал красивой черной перьевой ручкой в большой книге. Когда аудитория начала заполняться, он прекратил писать, спрятал ручку, закрыл книгу и снял очки, сунув их в карман. Пробежался взглядом по курсантам, улыбнулся и слегка кивнул мне, и в этот момент по Академии прокатился удар колокола.

– Что ж, начнем. – произнес адмирал, поднимаясь из-за стола. – Представляться не буду, вы и так меня все знаете, поэтому сразу к делу – кто знает, сколько специализаций содержится в системе марин?

Конечно же, первыми в воздух взметнулись руки Агатовых – сразу обоих. Все остальные, кто знал ответ, отстали от них на секунду.

– Прошу вас, юная леди. – адмирал указал открытой ладонью на Алину.

– Точное количество специализаций в системе марин неизвестно. – отчеканила девушка, поднявшись со стула. – Когда-то люди утвердили, что система насчитывает семьсот двадцать три специализации, но буквально через год это было опровергнуто, когда открыли специализацию «Кладоискательство».

– На данный момент в системе насчитывается две тысячи девятьсот семнадцать специализаций, но нет никаких гарантий, что это окончательное количество. – добавил Антон, тоже поднявшись с места, и адмирала это нисколько не удивило.

– Совершенно верно! – он указал на близнецов открытой ладонью. – Система постоянно подкидывает нам пищу для размышлений, в том числе и новые специализации! Чем дольше существует человечество, чем больше мы узнаем об окружающем нас мире, чем лучше развита наша наука – тем больше новых специализаций появляется в системе. Я это все к чему – не пытайтесь понять систему, это невозможно. Множество великих умов сломали головы, пытаясь систематизировать систему, если можно так выразиться. Из раза в раз оказывалось, что ни одна схема не работает, ни одна таблица не выстраивается, и ни одно уравнение не уравнивается. Система постоянно эволюционирует вместе с человечеством, и эта эволюция, скорее всего, не закончится никогда. И так как понять систему мы пока что не способны, все, что нам остается – это следить за ее развитием, анализировать его, делать выводы и записывать эти выводы для других людей. И именно изучением этих самый выводов вы и будете заниматься на этом предмете.