Доказывая истинность

Я прекрасно понимала, что пока окончательно не стабилизируются мои энергетические потоки, я представляла собой легкую жертву. Полноценная защита Рода, высокая регенерация и многие преимущества Древних пока не были мне доступны в полной мере и именно поэтому отец старался не сводить с меня глаз.

Но что могло случиться со мной на нашей земле?

Осталось только уговорить отца отпустить меня проведать своих подруг, я затем я просто не вернусь в замок, оставив записку, чтоб обо мне не волновались.

Теперь, когда мастер Риен признал, что мой резерв расти больше не будет, я могла не боятся резкого недомогания в дороге, а с остальными трудностями планировала справляться по мере их поступления.

Слушая разговоры мужчин, я радовалась тому, как обезопасились многие территории вокруг, что и давало мне надежду совершить свое отважное, пусть и небольшое путешествие перед спокойной, семейной жизнью.

У меня была масса преимуществ перед мужчинами нашего Рода, о которых они и не догадывались, а я не спешила делиться, а многие мои особенности не были пока известны даже мне, что и настораживало, и воодушевляло.

Самой полезной из них я считала умение отвести глаза. Конечно, если передо мной оказывался Древний гораздо сильнее меня, то этот фокус мог не удастся, но слава Единому мой резерв был настолько велик, что подавляющее большинство наших мужчин легко попадали под мои чары.

Почему я не рассказала об этом своей способности отцу?

Я собиралась, но чуть позже, все оттягивая и оттягивая разглашение такого выгодного преимущества. Как иначе я смогла бы хоть немного отвоевать себе свободного пространства?

Каждое моё умение, каждый спрятанный секрет становился кирпичиком в той крошечной крепости личной свободы, которую я так отчаянно возводила. И я боялась, что если открою все карты, то потеряю даже ту иллюзию независимости, что у меня была.

Устав стоять, я вернулась в кровать. Силы возвращались уже быстрее, чем раньше. Помню в свой первый раз, когда меня так накрыло жаром и произошел первый энергетический рывок, я потом неделю не могла сползти с кровати. Меня мутило, кружилась голова, ноги не держали, я чувствовала себя разбитой куклой. Каждое движение давалось с трудом, и я боялась, что так и останусь прикованной к постели навсегда.

А теперь я поднялась уже на утро после кризиса. Это обнадёживало. Значит, мой организм учился справляться, адаптироваться к новой силе, принимать её как часть себя.

Принеся мне обед в комнату, мама внимательно осмотрела меня, как свою пациентку, а потом еще раз уже как дочь. Я знала этот её взгляд: сначала холодный, профессиональный, потом теплеющий, становящийся тем самым, от которого хотелось спрятаться и одновременно прижаться. Её руки, умелые и ласковые, коснулись моего лба, проверяя температуру, и я невольно прикрыла глаза.

- Не знаешь, как там Амелия? - спросила, чтобы мы не начали говорить обо мне.

- Девочка плачет, - расстроенно ответила мама. - Слишком жестоко так играть чужими судьбами, Леса.

- Ты думаешь лучше было позволить ей выйти за этого пройдоху замуж? - возмутилась, но уже спокойно. - Она бы страдала всю жизнь, мам. А так - переболеет, поплачет и забудет.

- Он ей такого наговорил, что девушке слышать в принципе не положено, - стояла на своем мама. - Она может больше вообще не довериться никому. Но даже не в этом дело, Леса, а в том, что ты не имеешь права решать за другого человека, как ему лучше. Вы могли просто поговорить и высказать свои опасения, а не устраивать весь этот цирк. Ты думаешь, что поступила правильно, но на самом деле ты лишила её выбора.

- Она бы нам просто не поверила! - оправдывала я свои действия. - Она видела только то, что хотела видеть, и слышала только то, что хотела слышать!

- Тогда ей надо было оставить право совершать свои собственные ошибки, как бы странно это не звучало.

- А вы с папой позволите мне совершать свои? - с хитрой улыбкой уставилась на свою родительницу, пытаясь поймать ее на своих же словах.

- Ох! Тебе палец в рот не клади, - засмеялась мама, но не так уж и беззаботно. - Когда на тебе большая ответственность, то и спрос совсем другой.

- Мам, мне кажется, я иногда чувствую Адама, - призналась я неожиданно для самой себя. Слова вырвались прежде, чем я успела их обдумать. - Бывает, чувство спонтанное, словно неожиданный порыв ветра. Я иду по коридору, и вдруг, тепло разливается в груди, хотя никого рядом нет. Или просыпаюсь ночью с ощущением, что кто-то смотрит на меня, и я точно знаю - это он. Иногда мне кажется, я слышу его голос, но он слишком тихий, слишком далёкий, чтобы разобрать слова.

- Это нормально, - вздохнула мама, - ваша связь еще тонка и тем более расстояние не близкое, и твое состояние не стабильное, но если его эмоции сильны, ты уже вполне можешь их различать.

- Так странно, что у меня с детства есть жених, - тихо прошептала, словно для самой себя. - А я даже не помню толком как он выглядит, тем более столько лет прошло. Как будто я знаю его, но не помню. Как будто мы встретились в другой жизни.

- Это не важно. Ты узнаешь его, почувствуешь, - мама подала мне миску с ароматным бульоном, и запах трав мгновенно разбудил аппетит. - Тем более что сама из рода Древних. Ты не посмотришь ни на кого другого как на мужчину, кроме своего истинного. Это природа. Это закон. Твоё сердце будет биться только для него, и никакие ухищрения не смогут этого изменить.

Это было правдой. Если подружки уже давно заглядывались на парней, перешёптывались за углами и краснели при встрече с симпатичными воинами, то я даже не понимала их интереса.

Для меня все мужчины были на одно лицо - безликие тени, которые не вызывали внутреннего отклика, не интересовали абсолютно. Словно внутри меня существовала пустота, которую мог заполнить только один единственный человек, и я ждала его, сколько себя помнила.

Эта пустота иногда пугала меня. Что, если я никогда не почувствую того, что чувствуют другие? Что, если моя душа навсегда останется холодной и равнодушной?

Я знала, что родители не поймут моего желания вырваться в самостоятельное путешествие. Они увидят в этом бунт, опасность, безрассудство. Поэтому я даже не пыталась спрашивать. Зачем просить то, что всё равно не дадут? Легче просить прощения, чем разрешения.

Глава 3

Меня бы не отпустили к подругам, если бы не, так оказавшаяся кстати, ежегодная ярмарка в княжестве Вышград. Это самое грандиозное мероприятие, куда съезжались торговцы и артисты со всех близлежащих земель и не только.

Поговаривали, что в этот раз будут и южные гости, редко балующие нас своим присутствием. Слухи о них распространялись с быстротой лесного пожара, и даже самые сдержанные не скрывали своего любопытства. Южане были для нас загадкой и они не спешили раскрывать свои секреты.

Целую неделю среди разноцветные шатров предстоит работать прилавкам с всевозможными товарами на любой вкус и кошелек. Чего там только не бывало от простых глиняных горшков до изысканных ювелирных украшений, от деревянных игрушек до заморских диковин.

Так же гостей ждала масса развлечений как для ребятишек, так и для тех, кто постарше, но не прочь повеселиться. Шоу циркачей, уличные театры, игры и забавы - все это привлечет огромное количество народа.

Не сказать, что я сильно любила подобные гулянья. Мне претила эта суета, толкотня и навязчивые взгляды торговцев, готовых продать всё, включая собственную душу, за звонкую монету. Но ярмарка оказалась прекрасным поводом для дополнительного давления на отца. Ведь кто бы мог подумать, что его благоразумная дочь, окруженная целой армией стражников, решится на побег именно в самый разгар всеобщего веселья?

Сопроводив меня, как обычно, практически небольшой армией, он грозно смотрел вслед, обнимая маму, казавшуюся рядом с ним невероятно хрупкой. Я безумно любила своих родителей и понимала, что расстрою их своим поступком, но они меня простят и может даже потом передадут в руки моего истинного с облегчением и благодарностью.

Конечно я не чувствовала никакой угрозы с таким количеством воинов, охраняющих мою важную персону. Да и окружающие нас территории я воспринимала настолько безопасными, что каждый раз удивлялась предосторожностям отца, казавшихся мне излишними.

Просто дело в том, что воины могли обезопасить меня только от внешних угроз, а вот то, что я совершу диверсию изнутри никто не ожидал и именно поэтому я рассчитывала на успех.

Дарина встречала меня у ворот и, судя по облегченному выражению лиц стражников, они обрадовались моему приезду даже больше, чем сама девушка. Видимо, они не очень оценили ее здесь присутствие.

- Ну конечно же, ведь все вокруг лучше меня знают где мне место, а где нет, и чем именно должна быть занята дочь князя, - недовольно фыркнув на стражу, Дарина направилась ко мне для дружеских объятий.

Она понимала меня как никто, ведь находилась в похожих условиях. Ее старший брат Дарин, на которого повесили ответственность за сестру, принял эти обязательства чересчур ответственно, не давая ей ступить лишнего шага. Дарина была завидной невестой, сильной Яркой и вокруг нее всегда крутились претенденты, которых брат безжалостно отгонял.

Я же со своей истинностью вызывала только тяжелые вздохи издалека. Парни обходили меня стороной не только потому, что я с детства чужая невеста, но и не желая иметь дел с грозными Древними, которые сопровождали меня, натянув на лица жутко недружелюбные выражения. Казалось, они специально скалились на каждого приближающегося мужчину, готовые в любой момент обнажить оружие.

Не удивительно, что Древних боялись. Даже не все те девушки, которых они признавали своими истинным, спешили радоваться этому факту, судя их только по суровой внешности. Высокие, широкоплечие, с лицами, иссеченными шрамами и закаленными ветрами, они внушали страх одним своим видом. Но я-то знала каждого из них, знала, что за этой суровой маской скрываются живые души.

Среди них робкие ребята, были озорные и веселые, кто-то более молчаливый и угрюмый, но все ответственные и преданные. Даже жаль подставлять их, ведь огребут от отца по полной за мой побег.

Ярмарка оказалась такой как я ее себе и представляла: шумной, людной и хаотичной. Радостные и веселые возгласы сливались с недовольными, везде бурно торговались и даже ссорились. Детвора носилась между взрослых, норовя сбить с ног. Ко мне со всех сторон выходили, поднося свой товар, в надежде, что я скуплю весь рынок.

Мы шли впереди с Дариной, а Селеста с Вивьен вели под руки Амелию, которую мы вытащили с собой чтобы развлечь и порадовать, а то она посерела лицом, переживая расстроенную свадьбу. Ее глаза были красными от слез, плечи ссутулились, и она то и дело вздыхала так тяжело, что у меня самой сжималось сердце. Но я надеялась, что шум и краски ярмарки хоть немного отвлекут ее от мрачных мыслей.

Стараясь загладить навязанное мне чувство вины, которого я по сути не испытывала, я покупала большую часть подарков для Амелии, тем более что мне самой здесь ничего и не было нужно. Украшения и побрякушки я не любила, хороших тканей и платьев у меня было предостаточно.

Но когда мы зашли на ряды южных земель, то интересно стало даже мне. Торговцы наперебой рассказывали об исключительности и особенности своих товаров, а мы слушали, развесив уши. Их яркие одежды, смуглая кожа и певучие голоса создавали ощущение, что мы попали в другую страну, в совершенно иной мир, полный тайн и загадок.

Необычные специи, ароматические смолы и масла были настолько концентрированные, что я стала чихать, засунув нос в один из бочонков.

- Шайя, это острая приправа, - запричитал перепуганный торговец, так как за моей спиной мигом выросли двое сердитых Древних. - Лучше, шайя, посмотрите сюда, здесь у меня экстракты наших цветов для волос и тела. Такие цветы растут только на юге и их тонкие ароматы не оставят никого равнодушными. Они дарят свежесть на целый день и делают кожу мягче шелка.

Пока мужчина расписывал достоинства своего товара, я заметила как впервые загорелись глаза Амелии. В них мелькнул тот самый живой огонек, который был у нее раньше, до всей этой истории с Эдвардом. Взяв ее за руку, я поставила ее впереди себя.

- Давай наберем всего? - предложила ей. - Как тут вообще можно выбирать? Мне кажется, я готова купить все эти пузырьки и баночки, и ни один не будет лишним.

Амелия потянулась рукой к пузырьку с розоватой жидкостью, но потом резко ее одернула и отвернувшись от прилавка, отошла. Я выбрала несколько средств наугад, и мы уже собирались возвращаться, как Селеста потянула нас к другому прилавку, скрывшемуся под разнообразием сушеных и засахаренных фруктов и ягод. От них исходил такой одуряющий аромат, что у меня потекли слюнки.

Именно там, пока подруги оживленно пробовали деликатесы, перебрасываясь шуьками и смеясь, я впервые увидела этого мужчину. Его взгляд иголочками прошел по коже, заставляя внутренне напрячься. Обычно мое тело так предупреждало об опасности. Высокий, худощавый с пронзительным взглядом черных глаз, он всматривался в нашу компанию, будто пытался прожечь в каждой из нас дыру.

Один из моих сопровождающих охранников подошел к нему, перекрыв обзор, а остальные поспешили увести, наспех купив по кульку всего, что понравилось девчонкам. Я чувствовала на себе его взгляд даже сквозь спины стражников, и это ощущение не покидало меня еще долго, пока мы шли по узким улочкам ярмарки.

Может, у южан и в порядке вещей так пристально разглядывать женщин, в чем я не была уверена, но мне его взгляд показался не простым. Слишком цепким, слишком изучающим, будто он видел меня насквозь, читал мои мысли, мои страхи и мои планы. Мужчина явно обладал Даром.

Очень похоже могла смотреть Селеста, изучая сокровенные мысли, желания, которые часто прячут даже от самих себя. Именно благодаря ей мы раскусили Эдварда и не позволили его коварным планам осуществится, за что Амелия по-моему до сих пор на нас обижалась.

Проводив Амелию с подарками, мы собрались в комнате у Дарины, обсуждая эмоции и рассматривая покупки. Девушки перебирали баночки, вдыхали ароматы, сравнивали и спорили, какой из них лучше, а я сидела в углу и все еще пыталась понять, что же было в том взгляде южанина.

- Да заметила я, как он смотрел, - отмахнулась Селеста от наших вопросов. - Думаю это простое любопытство. Разве мы не таращились на них? Помните того совсем смуглого, на котором одни только штаники в облипочку и были? Вот уж было на что посмотреть!

- Леста, ну ты даешь! - пристыдила ее самая тихая Вивьен, заливаясь краской.

- А то вы все тут скромницы великие и не разу не заглядывались, - хмыкнула Селеста и потянулась за кувшином. - Как они едят столько сладостей и не толстеют? Пить хочется после них неимоверно.

- А может у них дома все женщины толстые, поэтому они нас и разглядывают? - захихикала Дарина, с набитым ртом.

- Если столько есть таких фруктов засахаренных, то и мы скоро станем толстыми, - поддела ее Вивьен, тем не менее выбирая какую еще сладость выцепить с подноса.

- Только наша железная леди не смотрит ни на кого, - прилетело и в мою сторону замечание от Селесты. - Валь, а тебе не грустно, что столько мужиков кругом, а тебе и выбирать не приходится? Ты никогда не хотела посмотреть на кого-то кроме своего Адама?

- Почему не приходится? - искренне удивилась я. - Так я и выбрала! С самого рождения причем. Просто другие девушки тратят годы, чтобы найти своего мужчину, а мне судьба преподнесла этот дар в колыбели.

Девчонки разом засмеялись. Им было не понять как работает связь истинных, что мы выбираем совсем на другом уровне, не на физическом. Просто мне можно сказать повезло, что не придется тратить время на поиски.

Но иногда я думала: а не лишило ли меня это везение чего-то важного? Того самого трепета ожидания, когда сердце замирает при встрече, когда бабочки в животе не дают уснуть по ночам?

- Ты не передумала сбегать то? - посерьезнела Дара. - Я, если хочешь знать, до сих пор считаю это скверной затеей и не понимаю что за блажь на тебя нашла. Мы переживаем, Леса. Вдруг с тобой что-то случится?

- Считайте это мой каприз перед замужеством и жизнью, когда уже такого безрассудства не совершить, - ответила я. - Неужели вам не хочется ощутить себя свободной? Чтоб вокруг незнакомые люди и ты ведешь себя как простой человек?

- Нет, - ответила за всех Селеста. - Я не думаю, что получу удовольствие бродя по бездорожью, ночуя на твердой земле, моясь в ледяной воде...

- Поэтому я и не уговариваю вас пойти с собой, - перебила подругу.

- И когда ты собираешься? - уточнила Вивьен.

- В последний день ярмарки, чтоб не портить людям праздник, - забирая у Селесты воду, припала к освежающей влаге. - Все же эти южные сладости совсем не для меня, - добавила, не догадываясь насколько пророческую фразу произнесла.

Мне казалось, я говорю всего лишь о приторных фруктах, но слова прозвучали как предзнаменование, как тихий шепот судьбы, который я не услышала за смехом подруг.

Глава 4

Это были замечательные, веселые дни, в течение которых мы много смеялись, шутили и радовались жизни так, как могут радоваться совсем молодые, наивные души - от всего сердца.

Я выросла без невзгод, окруженная заботой и стабильностью и мне казалось так будет всегда. Солнце всегда будет светить одинаково ярко, смех никогда не иссякнет, а дружба будет вечной и нерушимой.

Я знала, что мир за стенами наших замков не лишен жестокости и предательства, но что очень скоро придется столкнуться с этой правдой лицом к лицу не ожидала.

Конечно, в воспитании присутствовала и строгость, но я готова была шалить, не оглядываясь на наказание, зная, что любовь покроет все. Наверное я казалась окружающим избалованной, но сама так не считала.

В свои годы я умела все, что делал практически любой человек в нашем замке. Это было требование отца. Я могла подменить и кухарку, и конюха, и стражу. Не боялась черной работы или работы в лечебницах матери, где приходилось ухаживать за тяжелыми больными.

Я знала, как доить корову, как чистить конюшню, как менять повязки на гноящихся ранах. Отец хотел, чтобы я понимала ценность каждого труда, чтобы не смотрела свысока на тех, кто работает руками.

Мне постарались показать жизнь со всех ее сторон, и я не была оторвана от реальности, но подменить кого-то не значит стать им. Я все равно чувствовала свою значимость.

Я могла делать ту же работу, что и служанка, но в глубине души я знала, что я не служанка. Я дочь Рорина, надежда Рода, и это накладывало на меня особый отпечаток, от которого невозможно было избавиться, но так хотелось снять его хотя бы на несколько дней.

Настал момент, когда я должна была решится на задуманное или отступиться навсегда. Девочки просили одуматься, считая такую шалость неоправданным риском, и я уже готова была смириться, но поддержку и понимание я нашла с совершенно неожиданной стороны.

Амелия!

Она не просто поддержала, а вызвалась сопровождать, на что я вовсе не рассчитывала. В ее глазах зажегся тот самый огонек, который я так хотела в ней разбудить, и я поверила, что наша прогулка поможет ей забыть о горечи предательства.

Хоть я изначально и планировала путешествие в одиночестве, но тихая и молчаливая девушка мне не помешает, тем более после своих переживаний ей, видимо, требовалось отвлечься и сменить обстановку.

Может это небольшое развлечение покажет ей как хороша жизнь и сколько достойных вокруг мужчин. Может, это небольшое развлечение покажет ей, как хороша жизнь и сколько достойных вокруг мужчин. Я искренне хотела помочь ей, вернуть ту улыбку, которая так редко появлялась на ее лице в последнее время.

По совету Амелии я, выбравшись из своих покоев, переоделась в ее старенькое платье, и мы вместе пошли через черный ход, обычно запираемый на ночь и охраняемый не так тщательно, как главные ворота.

Девушка шла как-то неуверенно, озираясь по сторонам, и даже несколько раз останавливалась, словно сомневаясь в правильности совершаемых действий. Я видела, как дрожат ее руки, как она кусает губы, и списывала это на естественное волнение перед побегом.

- Амели, ты не обязана идти со мной, - обратилась я к ней. - Если не хочешь или просто передумала, то я не обижусь. Вернись сейчас и все.

- Нет, - поспешно ответила она, отводя глаза. - Слишком поздно, я все решила.

Ее ответ показался мне странным, но я не стала обращать на это внимание. Девушка после отмены свадьбы была сама не своя и часто вообще отвечала невпопад. Я списала ее резкость на нервное напряжение и мысленно пожалела, что вообще впутала ее в свою авантюру.

Подойдя к знавшим ее, охранникам, она стала объяснять, куда и зачем нам нужно, и, видимо, не первый раз она так ходила, раз слегка заупрямившись, они нехотя, но все же отворили дверь, через которую мы прошмыгнули наружу. Я заметила, как один из стражников с сомнением покачал головой, но второй махнул рукой - мол, пропускай, ничего страшного не случится.

Раз уж у мня получилось отвести глаза Древним, охраняющим мою комнату и убежденным в том, что я нахожусь внутри, то обычные люди даже не вспомнят, кто шел вместе с Амелией и как выглядел. Моя способность сработала идеально — я чувствовала, как мой дар мягко окутывает их сознание, стирая мое присутствие из их памяти.

Оказавшись за стенками замка, я счастливо закружилась, раскинув руки. Свобода затапливала разум эйфорией. Глубоко вздохнув, я задержала дыхание, глядя на яркие звезды, наслаждаясь моментом. Ночной воздух казался таким чистым и сладким, будто я впервые в жизни дышала по-настоящему. Каждая клеточка моего тела пела от радости, и я чувствовала себя птицей, выпущенной из клетки.

Стоявшие неподалеку шатры еще не разъехавшихся участников ярмарки тускло освещались кострами, вокруг которых оставалось по нескольку засидевшихся гуляк. Их смех и пьяные песни доносились до нас приглушенными отголосками.

Ночь оказалась лунной и достаточно светлой, поэтому мне хотелось поскорее уйти с открытого места. Я направилась в сторону подальше от шатров, но Амелия меня одернула.

- Там есть мои знакомые, которые собирались как раз отъезжать в эту ночь, они могут нас немного подвезти, чтоб мы как можно дальше оказались от замка к утру, как вас хватятся. Как раз чуть поспим, а утром с новыми силами двинемся дальше уже куда захотите. Это же гораздо удобнее, чем брести пешком в темноте, правда?

Предложение показалось мне разумным, но внутри зашевелилось какое-то неприятное чувство. Ехать в ночи с незнакомыми людьми, да еще и позволить себе заснуть? Это казалось слишком рискованным. Моя интуиция, которая никогда меня не подводила, тихо шептала об опасности.

- Нет, Амелия, мы пойдем пешком через лес, который я хорошо знаю, а к утру выйдем, как я и планировала к небольшой деревеньке, где я договорилась со своей старой знакомой, чтоб она пустила нас на чердак, переждать пока первые поиски улягутся. Так будет надежнее.

- Хорошо, - легко согласилась девушка, - но давайте хотя бы предупредим, что мы не поедем, а то как-то некрасиво получится. Да и попрощаюсь я. Они же ждут меня, неудобно подводить людей.

Не став ей отказывать, только просила поторопиться. Идя следом за Амелией, внутреннее чувство опасности росло и я не понимала его причину, списывая все на непривычную обстановку и волнение.

Но когда Амелия подошла к шатру южан, во мне проснулся протест, который я не могла сдержать. Схватив ее за руку, попыталась вернуть, но она, резко повернувшись, потянула меня на себя, и я от неожиданности и растерянности влетела прямо внутрь самого большого шатра. Полог захлопнулся за мной, отрезая лунный свет и оставляя нас в полумраке, освещенном лишь парой масляных ламп.

- Амелия! - воскликнула я. - Что происходит? Зачем ты привела меня сюда?

- Ты возомнила, что имеешь право решать за меня как мне жить и за кого выходить замуж? - зашипела она змеей с перекошенным от злости лицом, и я впервые увидела в ее глазах такую ненависть, что у меня перехватило дыхание. - Я отвечу тебе той же монетой. Я решила тебе помочь - ты же хотела путешествий, ты их получишь сполна. Ты хотела свободы? Получишь свободу такую, о которой не мечтала!