Иллюзия контроля 2

Екатерина Близнина

Иллюзия контроля 2

Название: Иллюзия контроля

Автор(-ы): Екатерина Близнина

Ссылка: https://author.today/work/34980

Пролог

Она не может не подчиняться королю и принцессе, но что ей делать, если они хотят, чтобы она умерла? Чью сторону выбрать, если принцесса начнет собственную игру, чтобы свергнуть с трона своего отца? Выбор не так прост, тем более если в заговор вмешивается изгнанный двадцать лет назад младший брат короля, которого не просто так называют Братоубийцей, и его слуга, желтоглазый наемник Волк. А что, если вообще все, что с ней происходит, - это игра того, кто следит за каждым ее шагом?

Она одна против всех, и все думают, что контролируют ее, но на самом деле...

ПРОЛОГ

Белый дворец

Белый дворец замолкал после заката, когда служащие расходились по домам. Шумная королевская канцелярия затихала раньше всех — после присутственных часов канцеляристы сортировали бумажки, а потом мужчины и женщины в белых рубашках с черными подвязками на рукавах и шуршащими накладными манжетами незаметно утекали в город. Последними уходили учетчики и статисты. Когда прекращалось непрестанное клацанье и позвякивание счетных машин на первом этаже, королевский дворец погружался в сон.

После ухода канцеляристов кастелян гасил лампы. Следом за ним шел кто-нибудь из службы безопасности и при помощи ключ-пластины включал магические экраны на дверях.

Обычно этот ежевечерний ритуал проходил без лишних слов и возмущений, но только не сегодня. На третьем этаже, где находились приемные Советников, принцесса Эсстель наотрез отказалась покидать кабинет после заката, сославшись на массу срочных дел, накопившихся за время ее отсутствия.

Кастелян не знал, как ее уговорить. Поэтому он отправил рядового безопасника за начальством, а сам замешкался. Лампы он погасил, газовые светильники на стенах подкрутил, чтобы ровнехонько горели, но свободным себя не чувствовал. Потому что именно о таких случаях обязан был докладывать и никак не ожидал, что первым же нарушителем нового Протокола окажется сама наследная принцесса.

— Ее высочество... не изволит, как видите... Вы же не станете упоминать при короле мое имя? — растерянно пробормотал кастелян, когда начальник службы безопасности дворца, господин Рагнар поравнялся с ним и спросил, что происходит.

— Идите себе, Мика. Спасибо за сигнал, но это точно не тот случай, о котором стоит сообщать его величеству. Доброй ночи.

Кастелян мелко закивал, поклонился и вложил связку ключей в широкую ладонь начальника. Он поспешил вниз по лестнице, с тоской размышляя, что назавтра все еще его дежурство, и, упаси Хранители, королю что-то сообщат то, что ему не понравится. А с другой стороны, он мог и премию выписать, как тому подавальщику, который третьего дня запнулся и опрокинул рыбу на колени имперского атташе. Никто не мог предсказать реакцию и поступки короля: что он посчитает деянием, достойным щедрой награды, а что преступлением против короны.

Господин Рагнар проводил кастеляна долгим задумчивым взглядом. Вошел в кабинет принцессы и через минуту вышел вместе с ней. Он деликатно придерживал ее за локоток и держал вторую руку на талии, будто вел ее на танец, а не выводил в коридор. Несмотря на мягкие прикосновения начальника безопасности, принцесса недовольно хмурилась.

Начальник службы безопасности отпустил принцессу и запер дверь ее кабинета, а потом ввел числовой код на панели управления, чтобы активировать магические экран. Рамка вокруг двери нагрелась, заалела и начала сердито гудеть на одной ноте.

Принцесса Эсстель, сложив на груди руки, наблюдала за ним.

— Ваше высочество, еще немного — и вы просверлите мне дыру в затылке, — не прерывая своего занятия, вполголоса прокомментировал Рагнар. — Приказ короля не обсуждается. Все кабинеты должны быть запечатаны до утра, в том числе ваш.

— Если бы вы дали мне ключ от моего кабинета, я бы сама его запечатала перед тем, как лечь спать.

Принцесса сердито прищурилась и перекинула длинную серебристую косу на грудь. Кончик косы распустился, и она нетерпеливо расчесала волосы пальцами, чтобы переплести.

— У вас есть ключ от кабинета, ваше высочество. А у меня есть только эта пластина и приказ короля. Пожалуйста, обсудите это с ним.

— Вы не могли бы пояснить причину, досточтимый, почему мне запрещено работать в собственном кабинете столько, сколько понадобится? До того, как я отправилась в О-Диура, не было этого странного правила, — нахмурилась принцесса. — И экранов на дверях — тоже.

Господин Рагнар остановился и посмотрел на нее тяжелым взглядом из-под массивных бровей.

— А теперь вы вернулись, и вам придется подчиняться новым правилам. Я рад буду отдать вам ключ-пластину, в качестве исключения, но только после того, как его величество разрешит.

— Исключения? — растерянно переспросила Эсстель.

Начальник службы безопасности вздохнул. С терпеливым видом пояснил:

— Больше никто не должен задерживаться с работой на этаже Советников. Все дела должны быть сданы вовремя. Совещания, рабочие встречи и решение вопросов после заката запрещены.

Эсстель шумно выдохнула, крутанулась на каблуке и решительным шагом направилась к лестнице. Ей в спину полетело вежливое прощание и пожелание доброй ночи. Однако принцесса была слишком раздосадована, чтобы ответить как подобает. Она взлетела по ступенькам, небрежно придерживая длинную юбку, и столкнулась нос к носу с бледнолицым сотником личной гвардии Антеро Риттау.

— Ваше высочество, — сотник поклонился, прижав кулак к сердцу. Рядом с ним стоял король, и по выражению его лица можно было догадаться, что разговор с сотником шел о чем-то неприятном для обоих.

— Риттау... Я рада вас видеть, — Эсстель склонила голову к плечу, заглядывая сотнику в глаза. Она боялась увидеть вместо них холодные стекляшки, как у тех, кого успели изменить, но фиолетовые глаза Риттау смотрели хоть и устало, но пустыми их назвать было сложно.

Король Эриен оттер сотника плечом в сторону, заставив отступить на положенные три шага.

— Доброй ночи, дочь моя. Пусть дурные сны не омрачат твоего светлого лица.

Он растянул губы в отеческой улыбке. В уголках глаз собрались добродушные морщинки.

Эсстель разгладила некрасивую складку на юбке и перекинула косу на спину. Этот жест всегда помогал ей вспомнить о том, как нужно держать осанку, если ты единственная наследница тысячелетнего престола.

— Отец, господин Рагнар вынудил меня покинуть мой кабинет. Неужели ты мог приказать ему так со мной поступить?

Король переглянулся с Риттау. Сотник будто побледнел еще больше, хотя это казалось невозможным. Его запавшие от недосыпа глаза лихорадочно заблестели. Он переводил взгляд с принцессы на короля и обратно и молчал.

— Дочь моя! — Улыбка короля стала еще шире, на левой щеке появилась ямочка. — Какие дела задерживают тебя за работой до позднего вечера? Должно быть, твой секретарь плохо справляется со своими обязанностями?

Эсстель отступила на полшага. Она не ожидала нападения вот так сразу.

— Он справляется, отец.

Король перестал улыбаться и совсем другим, скучающим тоном произнес:

— Это означает, что тебе повезло. Найти толковых и верных людей в наше время — большая удача... Вы можете идти, Риттау. Ваши безыскусные оправдания утомили меня. Просто придумайте уже что-нибудь, что заставит его высунуть нос из Академии. Вытащите мне оттуда хотя бы его друга, вы помните, как его имя?

— Арри Рантала, сын судьи.

— Именно. Работайте.

Антеро Риттау поклонился еще раз и ушел. Король проводил его долгим взглядом.

— Почему они так быстро перегорают? — невесело спросил он и задумчиво почесал указательным пальцем висок. — Был такой хороший мальчик, глаза горели, голова варила, — король щелкнул пальцами, — и все.

Эсстель тяжело вздохнула. Она знала, почему люди короля так быстро перегорали, но не видела причин выдавать свою осведомленность. Отец всегда был проницательным, как сам Владетель. Он угадывал мысли дочери по одному лишь выражению лица, по движению бровей. Хотела бы она обладать такой же силой и читать чужой разум как открытую книгу!

— Что-то случилось пока я была в империи? Почему на дверях Советников поставили экраны?

Фиолетовые глаза короля потемнели. Он свел брови к переносице.

— Советники дают странные советы, поэтому пока вот так. Я пока только предупредил, что они у меня вот где все, — с этими словами он красноречиво сжал кулак. — Они во дворце служат, а я живу. Пусть подчиняются моим правилам или проваливают собирать репу под Риорданом. Никого не держу.

— Я тоже здесь живу, отец, — тихо напомнила принцесса. — Рагнар велел освободить кабинет таким тоном, будто может мне приказывать. Неужели я в чем-то провинилась перед тобой, отец?

Король положил ладонь на плечо дочери. Большим пальцем надавил на ключицу. Эсстель даже не поморщилась и не отвела глаза.

— Ты моя единственная надежда, дочь моя, — проникновенно сказал он, и ласково провел ладонью по ее бледной щеке. — Моя опора. Если бы я только мог — запер бы тебя подальше от развращенных властью людей, чтобы никто не мог дотянуться. Ты выросла нежной, как звездоцвет, они раздавят тебя, разотрут сапожищами...

— Отец...

Эсстель отвела глаза. Чем старше она становилась, тем чаще король начинал этот тяжелый для нее разговор. Запереть и никому не показывать, потому что когда-то был человек, который предсказал скоропостижную гибель принцессе, на которой оборвется Тысячелетняя династия. Раньше Эсстель время от времени спрашивала, что стало с тем человеком и может ли она сама с ним поговорить, но король ничего не отвечал, и она перестала задавать подобные вопросы.

Поняла, что это бессмысленно. Поняла, что говорить уже не с кем.

— Они все предатели. Воры. Заговорщики... — Король помассировал двумя пальцами переносицу. — Я никому не могу доверять. Ты не представляешь, сколько раз мне докладывали, что они собираются в одном из кабинетов, запирают двери и обсуждают что-то часами. Думаешь, они обсуждают проблему поиска средств на королевскую компенсацию после Разлива? Или их волнует, что империя воротит нос от нашей салаки?

Упоминание салаки было настолько неожиданным, что Эсстель часто заморгала. Король поскреб ногтями шею под жестким воротничком и с досадой пояснил:

— Этот кретин, император, задрал пошлину, и что моим людям делать с этой проклятой салакой? Сбрасывать в воду и кормить жирных морских тигров в бухте Золотого уса?

Эсстель смотрела на отца во все глаза. Ей не верилось, что он говорит так всерьез. Будто сам не понимает. Она решила, что он нарочно испытывает ее.

— Императора интересует не салака, ты же знаешь. Его не устраивает, что его эмиссару приказали покинуть Академию. Он хочет публичных извинений и три места для наблюдателей вместо одного. Тогда он купит и салаку, и что угодно.

Эриен внезапно заинтересовался своими манжетами. Застегнул пуговицу, поправил.

— А ты бы дала ему то, что он хочет? — без особого интереса спросил он. — С учетом нашего кризиса и подступающего Разлива. Нам нужны деньги, чтобы платить королевские компенсации.

Эсстель не знала, что ответить, чтобы не спровоцировать вспышку ярости. И разумный положительный ответ, и даже горделивый отрицательный — оба могли повлечь за собой неприятные последствия. Если бы только она могла прочесть его мысли и понять, как себя вести, чтобы не вызывать никаких подозрений!

— Для того, чтобы давать советы королю, есть Советники. А мне не остается ничего другого, кроме как отправиться в свои покои, — осторожно проговорила она, поклонилась и пожелала королю доброй ночи.

Он не дал ей уйти далеко. Догнал, поймал за локоть.

— Ты можешь решить этот вопрос с тухнущей салакой как-то иначе? Без имперских наблюдателей в Академии?

— Я могла бы попробовать... если бы меня не выгоняли из собственного кабинета.

— Я распоряжусь, чтобы тебя не трогали. Но учти, это дело первостепенной важности. Клянусь шляпой Создателя, если этот кретин не даст мне продать рыбу в порту Амират, я своими руками вобью ему эту пакость в глотку. У нас совершенно нет денег, чтобы усмирить профсоюзы на время Разлива, а меня нет желания терпеть выкрутасы заносчивых дерьмоедов, возомнивших о себе невесть что!

Эсстель поклонилась еще раз, на этот раз со всем возможным почтением, какое она могла продемонстрировать.

— Я постараюсь сделать все возможное, отец, — тихо ответила она. А про себя подумала: «Нет, все-таки без артефакта, который может читать мысли, обходиться больше никак нельзя».

Глава 1. Встретились два вора в одной библиотеке

Акато-Риору. Первый день весны. Незадолго до полуночи

Поздним вечером Акато-Риору представлял собой волшебное зрелище. Взять тот же Верхний город, который широким кольцом окружал Дворцовую площадь. Здесь не было ни единой семьи, которая посчитала бы расходы на магическое освещение слишком большой роскошью. Попробуй еще найди здесь место для того, чтобы спрятаться в тенях!

Семьи, веками живущие в границах Верхнего города, вообще смутно представляли, как оплачивать текущие счета. Такие мелочи не волновали тех, кто мог себе позволить содержать целый штат слуг, многие из которых получали достаточно, чтобы иметь собственную прислугу. Единственное, что имело значение для высокородных, — это возможность продемонстрировать соседям, насколько хорошо идут у них дела. А это значит никакой экономии на самом дорогом — на новейших разработках Академии.

Магистрам гонка богатеев за новинками магической техники очень нравилась. Они то и дело объявляли, что нашли способ усовершенствовать то, что и вчера прекрасно работало. И продать еще раз, вдвое дороже.

Но больше всего ценилась защита от магии.

«Магия обеспечит вам безопасность».

Потрёпанный за зиму рекламный листок со звездой Академии магии бился отклеенным уголком о грубую кирпичную кладку, будто попавшая под колесо бабочка.

Я бы тоже хотела найти защиту от магии.

Магия заставляла меня рисковать жизнью по чужой прихоти. Магия отняла мой голос. Не та, которой владеют магистры, а другая — запретная. Та, которой официально не существует. Но тем не менее.

«Новые Связные браслеты с динамическим отслеживанием защитят ваших близких от похищения! Закажите два браслета и получите детскую брошь-маячок в подарок!»

Вспышка раздражения заставила меня сорвать старый листок бумаги и смять в кулаке.

Любое лишнее напоминание о браслетах бесило меня несказанно. Особенно о тех, что с динамическим отслеживанием. Я провернула вокруг запястья стальное магическое украшение. Настолько уже сроднилась с ним, что он казался частью руки. Браслет питался от моего пульса сколько я себя помнила. С того самого дня, когда король протянул мне руку и помог выйти из холодного Зазеркалья.

Даже сейчас такие штуки были слишком дороги, а сколько за него отвалил король десятилетия назад, я старалась даже не думать. Тяжелая штуковина. Очень полезная, но только не сегодня.

Сегодня решительно все обернулось против меня!

Для начала, принцесса Эсстель нашла меня в Малой библиотеке и оч-чень вежливо поговорила со мной, припоминая старые прегрешения. По ее мнению, мне следовало завязывать с привычкой таскать ее бирюльки и продавать на Пристанях. Я даже подумать не могла, что она их считает! Какая мелочность...

«Магистры до сих пор не поймали тебя на краже книг из библиотеки, значит, ты неплохо умеешь обходить их ловушки, не так ли?»

Ну и что мне следовало ей ответить?

«Знаете, принцесса, вас и без того магистр Арчер на руках носит, давайте вы ему намекнете, что вам нужно, и он в зубах вам это принесет?»

Разумеется, я промолчала.

«Давай договоримся так. Если завтра у меня на столе будет лежать браслет-чтец, ты получишь деньги на карманные расходы. А если нет — я сдам тебя Рагнару, и ты посидишь декаду-другую в казематах. Но как бы дело не закончилось, это последний раз, когда я прощу кражу моих вещей. Ты меня поняла?»

И это у нас теперь называется «простить»! Отправить меня в незапланированную вылазку в Академию. Меня не ждал Арри, и у меня не было никаких гарантий, что проход в кустах собачьих роз будет достаточно стабильным, чтобы не схлопнуться. Я сгорю заживо ни за что, а принцесса все равно получит свою игрушку.

«Если! Догадается! Просто попросить!» — кипятилась я, пиная носком сапога выбитые из стены осколки кирпичей.

Почему принцесса не использует свое очарование, а использует меня? У меня не было простого и понятного ответа на этот вопрос.

Я свернула за угол, нырнула в узкий переулок, и упёрлась в тупой нос патрульной кареты гвардейцев, затаившейся за углом лавки с южными редкостями и маслами.

Самоходная карета угрожающе замигала фарами. Я отпрянула, в первую очередь проверяя привычным движением, что глубокий капюшон надёжно скрывает белые волосы. Второй рукой попыталась закрыться от слепящего света, бившего прямо в глаза, но куда там!

«Нарушение комендантского часа. Да еще одета, как вор», — осенило меня. Разумеется, собираясь в Академию, я надела «ночной костюм»: чёрные штаны из мягкой кожи со шнуровкой, жилет с кармашками, чёрную рубашку мужского кроя. На руках полуперчатки, чтобы как можно меньше светить чрезмерно бледной кожей в темноте. Лицо закрыто до переносицы красным платком. За то, что он свалится, я переживала больше всего, поэтому избегала резких движений.

— Ага! Попался, гильдиец! Руки вверх!

Я неуверенно подняла руки, лихорадочно соображая, что делать. Попаду за решетку — утро будет очень неприятным. Тут уже не принцессы надо будет опасаться, а ее отца. Когда я в прошлый раз оказалась в лапах законников, король пригрозил, что следующий раз запомнится мне на всю оставшуюся жизнь.

«Не попадайся, идиотка. Если кто-то из людей Тарса попытается тебя арестовать и увидит твое лицо, убей его!» — сказал он тогда. И магический контракт принял эти слова как приказ.

Нельзя показывать лицо.

Пока гвардейцы выходили из кареты, держа перед собой жезлы-парализаторы, я чуть присела и головой вперед бросилась в отчаянный кувырок. С огромным облегчением почувствовала, как Тень милостиво принимает меня в материнские объятия. В кои-то веки получилось развоплотиться с первого раза!

Плащ Тени действовал совсем недолго, буквально пару вдохов, затем чувство легкости постепенно уходило. Впрочем, этого мне хватило, чтобы забиться в груду каких-то ящиков-бочек на углу улицы. Мне на голову посыпалась труха и овощные очистки. Какая-то равинтола выставила отходы для фермеров. Плевать.

Они не будут рыться, решат, что я сбежала.

— Что за демоново отродье! — выругался один из гвардейцев. Судя по гулкому звуку, он пнул сапогом самоходку.

— Ты тоже видел? — недоверчиво спросил второй.

— Что?

— Гильдиец растворился прямо на глазах...

— Что за чушь ты несёшь?

— Да говорю тебе! Он просто исчез!

Ответом ему стало недолгое молчание.

— Очередная магическая контрабанда? — охрипшим голосом уточнил старший.

— Я о таком даже не слышал...

— Чтоб эти ночники к демонам провалились в Бездну вместе с Академией! Ты как знаешь, а я предпочту притвориться, что никого не видел. Себе дороже. Не под конец дежурства в это дерьмо влезать. Садись и поехали! — приказал тот, кто только что вымещал злость на карете.

Самоходка заворчала, понукаемая магией, и укатила по узенькой Монетной улице, рыская глазами-фонарями на каждом повороте.

Я выбралась из мусора, отряхиваясь от трухи. Длинная полоска кожуры плодов земляного хлеба зацепилась за ухо. Ничего не скажешь, ночь складывалась «удачно»! Будь моя воля, уже повернула бы назад, даже не пытаясь испытывать удачу.

Но воля была не моя, а её высочества. Она весьма убедительно попросила принести ей «браслет, читающий мысли». Очень жаль, что магия не даёт мне возможности не подчиниться прямому приказу, даже если он заведомо ведёт меня на самую, мать ее, охраняемую территорию всего Восточного побережья!

Неподчинение чревато оч-ч-чень неприятными ощущениями. Сформулируй она своё поручение иначе, можно было бы выкрутиться, но сейчас мне ничего не оставалось, кроме как уныло шлёпать по мокрой брусчатке и ругать про себя жадную до магических новинок принцессу.

Времени мне дали до рассвета.

«Зная тебя, заранее запрещаю рассказывать об этом, ты поняла? Ни слова, ни полслова — никому и ни при каких обстоятельствах! Молчи как рыба», — сухо приказала она, внимательно разглядывая мое лицо. Я обречённо кивнула, мрачно размышляя о том, как хитро принцесса умеет выбирать формулировки. Прямо-таки ни при каких обстоятельствах...

Неужели король все-таки нарушил свое обещание и рассказал ей, как работает магический контракт? Прежде она разговаривала со мной несколько иначе. Как... как с живым человеком, а не марионеткой. Догадалась ли она, насколько большую власть надо мной имеют ее приказы? Мне оставалось только надеяться, что пока не догадалась.

«Зря ты ее недооцениваешь, — вздохнул мужской голос в голове. — Принцесса очень умная. Если она не догадалась до сих пор, как тобой управлять, то это только потому, что ты ей без надобности».

«Замолкни, демон, и без тебя тошно».

Если бы принцесса не отняла мой голос, я бы сказала это вслух, потому что лучшего способа заставить демона замолчать до сих пор не нашла. От звуков живой речи он терял убедительность, будто рисунок на бумаге, размокающей под дождём.

В этом смысле мне с ним повезло. Если уж угораздило носить в голове демона, так хоть не самого отмороженного — из таких, кто на самом деле заставляет человека съехать с катушек и начать убивать всех без разбора. Но сейчас я отвечала ему, не размыкая губ, поэтому эта скотина чувствовала себя так вольготно. Я даже не пыталась нарушить приказ принцессы. До тех пор, пока она не вернёт мне возможность разговаривать, я могу разве что беззвучно шевелить губами, как рыба. Слова и «полуслова» для меня под запретом.

И так будет до тех пор, пока я не найду в какой-нибудь из книг Академии описание той магии, которая заставляет меня подчиняться. Найду книгу, разберусь в хитросплетении формул и сумею нарушить потоки, которые сейчас держат мои челюсти плотно сомкнутыми, будто я одна из Неспящих, а не человек.

«Большие планы для той, кто не сумел бы собрать Светляка даже под угрозой смерти», — едко прокомментировал демон.

Я задрала голову и с тоской уставилась на энергетический барьер, переливающийся как мыльный пузырь на фоне ночного неба. Размытые пятна отраженного фонарного света лениво скользили по его поверхности, их медленный танец завораживал.

Хотелось бы мне попасть в Академию в качестве студентки, а не воровки! Но даже если вообразить на минутку, что мне удалось бы сдать вступительные экзамены... что, конечно, само по себе лишь мечты, ведь я осваивала чтение и письмо под присмотром архивариуса в перерыве между чисткой огромных кастрюль на дворцовой кухне. Тогда я слишком боялась наказаний и редко появлялась в Малой библиотеке, а зря... Может, сейчас уже разобралась бы, как пользоваться «плащом Тени».

«У тебя определённо есть способности, которые могли бы вызвать их интерес. Ты могла бы оказаться в Академии в качестве лабораторной крысы. Ненастоящий человек. Порождение запрещённой магии. Отражение, которое вытащили из зеркала. Тень», — с явным удовольствием обрисовал мои невеселые перспективы демон.

«Проваливай в Бездну, а?», — попросила я и нафантазировала живописную картину, как пинком отправляю демона в ледяную пропасть. Он меня особенно бесил в те моменты, когда оказывался прав. А что самое паршивое, эта тварь почти всегда была права.

Слепое беззвёздное небо равнодушно смотрело сквозь меня. Я зябко поёжилась и поправила сбившийся платок, снова закрыв лицо от подбородка до самых глаз.

Что толку попусту мечтать?

За магическим защитным куполом, под которым магистры Академии хранили секреты и оружие будущего, виднелся круглый купол Великой библиотеки. Там они хранили книги. Там же держали рабочие прототипы артефактов.

Стоит сказать, что Академия магии — это больше, чем институт, где вчерашние школьники учатся создавать магические вещи и зелья. Это целый научный центр, который продает свои техномагические изобретения всякому, у кого хватит денег заплатить. Независимый город внутри столицы, огромный, закрытый от посещений завод с усиленной охраной. И если бы не помощь «изнутри», не видать бы мне безопасного прохода как своих ушей.

Рядом с освещённой будкой Неспящего стража я увидела двух мужчин. Не удержавшись, тихонько присвистнула. Неужели кому-то хватило мозгов сунуться к воротам Сияющего квартала посреди ночи? Мне все равно нужно было пройти мимо, поэтому я позволила любопытству взять верх. Подобралась поближе, все сильнее вжимаясь в стену, избегая ступить хотя бы носком сапога на залитый светом участок.