Волшаны. Гнев земли

– Это блокнот? – Я открыла его.

– Ежедневник. Можешь записывать сюда свое расписание или то, что планируешь сделать. Отмечаешь галочкой нужное время, и срабатывает напоминание – рубин будет светиться и вибрировать. А в конце…

Я пролистала страницы, дойдя до чистых.

– Тут можешь писать все, что хочешь сказать мне. У меня парный.

Я едва подавила всхлип и захлопнула ежедневник. Сердце сжалось от боли. Адриан в прошлом году подарил мне подобный. Не такой дорогой, просто блокнот, но мы через него общались, находясь на расстоянии.

На обложке в глаза бросилось фирменное тиснение «Дома Карвье». У них продаются самые роскошные украшения и очень дорогие вещи. Да по одному размеру рубина на обложке ежедневника можно было сказать, что вещь не из дешевых. Лео еще не дарил мне таких дорогих подарков.

– Я не могу его принять. Это слишком дорого.

– Чушь! Ты моя невеста, – неожиданно властно и твердо произнес Леонар.

Я бросила на него удивленный взгляд: в этот момент он сильно напомнил себя прежнего, как в первые дни нашего знакомства, когда я его еле терпеть могла.

– Так я смогу быть к тебе ближе, – уже мягче произнес он. – Отказ не принимается! И вот, смотри…

Он перевернул ежедневник в моих руках и достал из переплета ручку.

– Пиши мне только ей. Здесь специальные чернила. Когда листы закончатся, поставишь в этом квадрате галочку. – Он указал пальцем на квадрат в верхнем правом углу титульного листа. – И все написанное исчезнет. Но это действует лишь при записи этими чернилами.

Он быстро написал: «Безумно не хочется отпускать тебя туда!!!»

На сердце потеплело от этих слов. Я поняла, что он просто беспокоится и переживает.

Леонар поставил галочку, и чернила побледнели, а потом исчезли полностью.

– А что делать, если чернила закончатся?

– Должно хватить на несколько месяцев, но, если что, скажи мне, и я отдам заправить.

– Спасибо!

– Мне будет спокойнее, когда он у тебя. Так ты всегда можешь связаться со мной. В конце есть инструкция, почитаешь потом.

– Хорошо. Еще раз спасибо! – Мне было и приятно от такой заботы, и одновременно тоскливо, но последнее я постаралась скрыть. Не стоит вспоминать прошлое и портить такой хороший вечер.

– И, главное, помни, ты – будущая Гловер и можешь рассчитывать на поддержку нашей семьи. Если попробуют тебя задирать, сразу говори мне, я разберусь.

– Хорошо, – кивнула я. Но в душе знала, что не воспользуюсь этими связями. Что бы Леонар ни говорил, я еще Килей, а мы не пасуем перед трудностями.

Я спрятала подарок, и мы продолжили наш путь. На небе уже зажигались первые звезды, и я невольно ускорила шаг. Еще собираться, а если соседка уже ляжет спать, то только вызову ее раздражение шумом.

– Ты торопишься? – заметил мою нервозность Леонар.

– Так быстро темнеет, а мне еще сумку собрать на завтра надо.

– Давай наймем экипаж.

Я благодарно кивнула.

Так мы и сделали. Остаток пути доехали быстро. Прощание вышло немного скомканным. Леонар подвез меня до ворот школы, и, чтобы не привлекать внимание к его волшану, я спешно распрощалась.

Когда уже шла по двору, стало немного совестно. Он все же рассчитывал на более теплое прощание, а я быстро сбежала.

«Ничего, напишу ему уже из дома и еще раз поблагодарю за подарки», – решила, успокаивая голос совести.

В школе же, несмотря на позднее время, было не менее оживленно, чем днем. Многие прогуливались, отовсюду доносился смех – все делились впечатлениями после каникул. Я уже спокойно поднялась на свой этаж, в душе надеясь, что соседки нет в комнате. Может же и она выйти пообщаться с друзьями?

Комната встретила меня темнотой и тишиной. Обрадованная, я прошла к своей постели и зажгла свет.

– Погаси! – раздался раздраженный возглас, и я подпрыгнула на месте, резко обернувшись.

Сбылись мои худшие опасения: Алисия уже спала и теперь сонно щурилась.

– Прости. – Я погасила свет.

– Если собираешься допоздна где-то шляться, можешь вообще ночевать не приходить! Я привыкла вовремя ложиться спать и не люблю, чтобы меня будили.

Проглотив резкие слова, я не стала затевать ссору. В шкафу на ощупь нашла свою пижаму и ушла в ванную переодеваться. Хорошо еще одежду на завтра подготовила заранее, а сумку соберу уже утром.

Лишь лежа в постели, вспомнила, что так и не написала Леонару.

Глава 3

Первый учебный день начался с визгов и клекота. Мы с Алисией так и подпрыгнули на своих постелях. А затем, переглянувшись, хором заорали:

– Прекратите!

Клубок из меха и перьев на полу распался на Эсси и сая Алисии. Я не запомнила ее имени, но тут соседка рявкнула:

– Лили, перья выдерну!

А перья у сай красивые, яркие, похожие на переливающееся пламя. Значит, Лили. Отлично!

– Эсси, – проговорила я строго. – Это что такое?

Оставшийся горшок с цветком, и без того стоявший на краю подоконника, наконец рухнул на пол. В стороны полетели земля и керамические осколки.

– Это была виренейская орхидея!

– Да плевать мне! – так же громко сообщила Алисия. – Твой волшан напал на моего!

– Да конечно! Заны первыми не нападают.

Точно в подтверждение моих слов, Лили распушила перья и с ворчанием стала подбираться к Эсси. Кривой клюв пощелкивал, словно примеривался, куда вцепиться. Эсси в ответ села на попу и подняла переднюю лапу.

Ну хватит! Я в первый день хотела спокойно собраться, а не разбираться с дракой волшанов, поэтому вскочила и сгребла Эсси в охапку. А на Лили зарычала:

– Уйди!

– Не ори на нее!

Алисия тоже соскочила с кровати. Ее роскошные рыжие волосы растрепались, да и я выглядела не лучше. Мы встали друг напротив друга, я еще и руки скрестила на груди. Алисия, повторив мой жест, прошипела:

– Тебе лучше съехать.

– Выкуси! – продемонстрировала я фигу. – Мне тут нравится. Я въехала раньше тебя и вообще все лето прожила в школе!

– Да плевать мне, – парировала Алисия. – Что, папочка с мамочкой не стали забирать на каникулы такую истеричку? Я их понимаю.

– А ты дура. Только дура делает поспешные выводы.

Алисия открыла рот и… тут заорал будильник. Мой. Ее завопил на три секунды позже, а это означало, что разборки пока откладывались. Я рванула к ванной и успела первой. Едва задвинула защелку, как в дверь тут же забарабанили.

– Ты офигела, земляная зараза?!

– Кто не успел, тот опоздал, – сообщила я. – А попытаешься сжечь дверь, нас обеих исключат.

– Я тебя отсюда выживу, – сообщила Алисия через дверь. – Мне соседка не нужна. Лучше съезжай по-хорошему.

Я молча открыла кран с водой. Слушать угрозы стало скучно, да и собираться надо было. Первый день в новом классе. Опять. У меня начали дрожать руки: то ли от перепалки, то ли от волнения перед новыми знакомствами.

– Сиди, – велела я Эсси, усаживая ее на ящик для грязного белья. Тут таких два: по количеству человек к комнате. А еще большая ванна. Плюс розовые ящики с полотенцами и халатами. Раз в неделю все это надо относить в подвал, где вещи стирают, гладят и снова разносят по комнатам. Этим занимаются рабочие школы, среди которых люди без магии и те, у кого зачатки магии есть, но нет волшанов.

И я могла быть такой. Передернулась и плеснула в лицо ледяной водой. Алисия за дверью притихла. Надеюсь, успокоилась, а не решила напакостить. В Мимамо порой случались происшествия, типа порванной одежды, зашитых вместе штанин или чего-то подобного. Неужели и здесь может произойти такое?

«Лиз, ты дура», – сказала я самой себе. Конечно, тут есть и издевательства, и дружба, и любовь. Это такая же школа, только для огненных магов и магов земли. Главное, быть уверенной. И чтобы голос не дрожал.

– Ты долго еще?!

Дверь содрогнулась от удара кулаком.

Алисия дала о себе знать. Пришлось действовать быстро. И все равно соседка изворчалась, когда я вышла из ванной. Но я поняла, что лучшее решение – игнорировать ее, поэтому просто прошла мимо и начала перебирать наряды. Хорошо еще, у нас шкафы разные.

Форму мне выдали неделю назад. Я облачилась в шоколадного цвета платье с высоким воротником и длинными рукавами. К нему прилагались накидка бронзового цвета и такая же лента для волос. Ткань мягкая и уютная. Я с удовольствием провела рукой по подолу и взяла сумку с учебниками, а также сумочку для Эсси.

Ну что, пора на завтрак. И на уроки. Я посмотрела на руки и порадовалась, что они перестали дрожать.

Вышла из комнаты, пока соседка не вернулась.

Вступать в первый учебный день под ее ворчание не хотелось. Хорошо, что я проработала в школе все лето: успела освоиться и уже не блуждала в хитросплетениях коридоров, прекрасно зная, где находится столовая. В толпе других спешащих на завтрак учеников я ничем не выделялась. Не то что мой первый день в Мимамо, когда я не знала, куда идти и где найти нужный кабинет. Наученная прошлым опытом, расположение аудиторий, где будут проходить занятия, я тоже выучила.

– Элизабет!

На окрик за спиной я не обратила внимания. Меня здесь никто не знает, поэтому даже не сбавила шага.

– Элизабет! Да стой же!

Меня нагнала запыхавшаяся Мари. А, та девушка с чемоданом! Мы только вчера с ней познакомились. Она была в такой же форме, как и я, волосы гладко зачесаны назад.

– Фух, еле нагнала. Я еще на лестнице тебя увидела, хотела показать, где здесь что, но ты так быстро ходишь…

– О, спасибо! Я заранее посмотрела, где столовая, чтобы утром не плутать, – пояснила ей и тут же задала встречный вопрос, не став заострять на этом внимания: – А ты почему одна? Где твоя соседка?

– Катрин еще собирается. Я в ванную комнату первая успела.

– Я тоже, – призналась ей. Мы переглянулись и рассмеялись, прекрасно понимая друг друга.

– Как Алисия это пережила?

– С трудом.

Мы опять прыснули.

– Хотела бы я видеть ее лицо.

– Поверь, оно было непередаваемое. Особенно когда проснулись мы от того, что наши волшаны подрались. Разбудили раньше будильника.

– О, представляю! Наши с Катрин и то вчера шипели. Забыли друг друга за лето, теперь заново привыкают. Как Алисия отреагировала на тебя?

Несмотря на то, что Мари предупредила меня о нраве соседки по комнате, делиться с ней подробностями не хотела.

– Нормально. Подругами не станем, но жить рядом можно.

– Мы точно об одной и той же Алисии говорим? – удивилась Мари, разочарованная отсутствием горячих подробностей боевых действий. – Прошлые соседки описывали все ее выходки так, что исчадия Хаоса отдыхали. Даже волшан у нее такой же злобный, как и она. Моя Фрия ее боится. Твоя ведь тоже сегодня пострадала. Может, напишешь на нее жалобу? За то, что натравила на твою своего волшана.

Предложение немного покоробило. Мы обычно разбирались между собой, а не сообщали о конфликте руководству школы. Я думала, нигде не любят доносчиков. Может, это проверка?

– Как бы она это сделала, если мы спали? – возразила я. – Нет, это мелочи. Даже у вас с Катрин волшаны шипели поначалу, сама же говорила.

– Ну, смотри сама, – пожала она плечами.

Столовая в это время была переполнена.

Мы подошли к раздаче и, взяв подносы, встали в очередь из других учеников. После лета все были загорелые, отдохнувшие, со свежими лицами и горящими глазами. Сразу видно, что учебный год только начался. То ли дело период экзаменов, когда, выбирая между завтраком и повторением предмета, останавливаешься на последнем.

– Удачного тебе дня, Элизабет! – улыбнулась знакомая подавальщица. За лето я всем уже примелькалась, и меня знали.

– Спасибо, Ирида, – улыбнулась в ответ.

– Откуда она тебя знает? – сделала круглые глаза Мари, когда мы отошли.

– Знакомы, я же раньше приехала, – не стала вдаваться в подробности. – А ты почему себе две порции взяла?

– Для Катрин, чтобы в очереди не стояла. У нас с ней уговор: кто первая в ванную, та и завтрак берет, чтобы не обидно было.

– Здорово! – оценила я и втайне вздохнула. С Алисией так не договоришься, а это действительно удобно.

С трудом мы нашли свободный столик и сели. Несмотря на разные школы, завтрак был одинаковый. В Мимамо тоже по утрам давали кашу, компот и булочки. Эсси, напуганная шумом и таким большим количеством людей, сидела в сумке смирно, но стоило мне сесть, она тут же высунула мордочку, зашевелив ушами, а потом и вовсе села у меня на коленях. Я погладила ее по голове, успокаивая.

– Хотела спросить, ты к нам откуда приехала? – поинтересовалась Мари.

– Из Клейтона. Отца перевели по службе, и мы переехали.

– О, поздравляю! И как тебе столица?

– Впечатляет.

Тут к нашему столу подошла девушка и села рядом с Мари.

– Привет! Я Катрин. Ты новенькая?

– Да.

– Из Клейтона к нам, – сообщила Мари.

Ее соседка кивнула с таким видом, что стало понятно: она даже не представляет, где это находится.

Я с любопытством ее рассматривала. Внимание привлекали волосы, густые, блестящие, коричневые с рыжим отливом, и глаза, голубые, как летнее небо, в обрамлении пушистых темных ресниц. Впечатление портили только крупный нос с горбинкой и большой рот, но в целом лицо было приятное.

Катрин зевнула, прикрыв рот ладошкой, и скучающим взглядом посмотрела на завтрак. Ее волшан тоже сегодня не выспался и сидел на плече с меланхоличным видом, а потом и вовсе спрятал голову под толстой косой у нее на шее.

– Ты как, держишься? Или пойдешь просить о переселении? Лучше это сделать сразу, в середине учебного года переселять не любят.

– Да все нормально! – запротестовала я.

– Ну, смотри. Алисия уже несколько человек выжила из комнаты.

– Прежняя соседка говорила, что у этой Алисии лишь один комплект сменного белья, – наклонившись, прошептала Мари. – Это правда?

– А мне откуда знать?! – Я округлила глаза, шокированная такими подробностями. – У нас разные шкафы. Да я, живя и с прежней соседкой, понятия не имела, сколько у нее пар белья.

– Говорят, ее семья по уши в долгах, – продолжила Катрин. – Но они это скрывают и внешне продолжают делать вид, что все в порядке.

– У всех бывают неприятности, – пожала я плечами. – Давайте быстрее есть, я не хочу опоздать в первый день.

– Мы в одном классе? – спросила Мари. – Лиз, какой у тебя первый урок?

– Магическая защита и нападение у лорда Флореса.

– Ну точно с нами! – обрадовалась Катрин. – А еще с Алисией. Не знаю, как ей это удается, но учителя ее уважают. Истеричку и грубиянку!

– Просто родители не привили ей правил хорошего тона, – фыркнула Мари. – Что ты хочешь от дочери того, кто в детстве пас коров…

Я прикусила язык. Адриан тоже развлекался этим в Клейтоне. И что? Там детей часто с детства приучали к труду. Это меня родители оберегали: мол, носительница знатной фамилии и все такое. Наказывали, если убегала гулять с местными детьми. Потом немного смягчились, но все равно все мои друзья подвергались критике.

* * *

Завтрак мне пришлось закончить как можно быстрее. Соседки по столу оказались очень болтливыми. На меня буквально за десять минут обрушилась тонна информации об учениках Аркано. Причем возникло ощущение, что Мари и Катрин особенно смакуют самые грязные подробности. В итоге я не выдержала и, допив компот, удрала из столовой. Лучше пораньше доберусь до аудитории.

Широкий коридор на третьем этаже гудел от учеников. На миг в сердце что-то кольнуло. Совсем как в Мимамо, только другие волшаны и форма. Я подхватила Эсси, чтобы ее случайно не сбили более взрослые волшаны, и торопливо начала пробираться через группки учеников. Все болтали и обменивались впечатлениями от отдыха.

– …Да, да, пляжи там просто невероятные!

– …И они решили, что месяц пешего похода – это отличная идея! Мой бедный маникюр!

– …Да, подрабатывал у отца в офисе. Отличная практика!

Я обогнула стайку старшекурсников, вокруг которых скакали заны, и… остановилась. Точно с размаху врезалась в невидимую стену.

Спиной ко мне стоял высокий плечистый парень. Черные волосы спускались ниже плеч и были стянуты в низкий хвост. Огненно-красная накидка показывала, что парень – огненный маг. Его сай сидел рядом и чистил крыло.

Я не могла сделать ни шагу, потому что спиной ко мне стоял Адриан. Адриан, который весело беседовал о чем-то с огненно-рыжей красоткой.

Со своей невестой. С леди Лавиной. Я вдруг вспомнила ее имя. Оно необычайно подходило такой яркой девушке. Да и вообще эти двое смотрелось очень гармонично. Рядом с Лавиной я вдруг остро ощутила, что ниже ростом, что волосы у меня не такие блестящие и вообще я неуклюжая…

Назад удрать не получалось – скоро уроки. И мой путь лежал как раз мимо парочки. Ну ладно! Я вздернула подбородок и просто пошла. Главное, чтобы никто не понял, как мне плохо. Как физически больно смотреть на этих двоих. Я слышала, как мама говорила какой-то подруге, что, если любишь по-настоящему, надо отпустить. Но как? Как, если я сейчас хочу вцепиться сопернице в волосы, а Адриану залепить пощечину? За тот поцелуй, за надежду, за его слова: «Что ты делаешь со мной, водница?»

Что ты́ со мной делаешь, огневик?!

Я почти прошла мимо. И почти поверила, что Адриан меня не заметил. А потом в спину ударило недоверчивое:

– Лиз?!

Вместо ответа я ускорила шаг. Эсси высунулась из сумки и что-то пропищала. Она чувствовала смесь того, что бурлило внутри меня, и это пугало маленького волшана.

– Лиз! – уже увереннее.

И я не выдержала – обернулась. Встретилась взглядом с Адрианом и поняла, что он в диком изумлении. Лавина же переводила взгляд с него на меня. И улыбалась. Она была уверена, что этот парень принадлежит ей.

Я его ненавижу!

– Привет, – сказала как можно более небрежно и снова отвернулась.

Руки затряслись, поэтому я спрятала их в шерсти Эсси. Вот так, давай, Адриан, возвращайся к своей девушке. Не надо пытаться бежать за мной.

Он и не побежал. А у меня появилась влага в уголках глаз. Как это сложно… Почему я хочу и при этом боюсь, чтобы он решил поспешить за мной? Такое чувство, что голова вот-вот лопнет. И в груди больно от понимания, что мой друг и первая любовь предпочел другую.

Как можно это выдержать? Неужели когда-нибудь я перестану думать об Адриане? Может, подумать о Лео?

Но о Лео не думалось. Мысли скакали вокруг огненной парочки, жалили, кусали и мешали спокойно размышлять.

Мне удалось немного успокоиться лишь на подходе к аудитории. Они здесь немного отличались от тех, что были в Мимамо: чуть меньше, но потолки выше и на стенах изображены сцены из жизней великих огненных и земных магов. Парты тут стояли полукругом, так, чтобы все видели друг друга.

Я немного замешкалась, не зная куда сесть. Выбрала средние ряды, где свободных мест было еще много. Все, кто пришел пораньше, предпочли занять задние парты и сейчас оживленно болтали. К ним я не хотела, не желая ни с кем знакомиться. В груди до сих пор жгло после встречи с Адрианом, и мне нужно было время, чтобы прийти в себя.

Надо же, а я думала, что перешагнула через это и забыла. Но увидеть их вместе было все равно что резко сорвать бинт с засохшей раны, которая вновь закровоточила, будто нанесли ее только вчера. Как же больно! Сколько еще должно пройти времени, чтобы я могла вспоминать о нем лишь с грустной улыбкой?

Как он мог? За что так со мной? Улыбается ей, словно ничего и не было. Между ними все было хорошо, но порадоваться за друга не получалось. Я доставала из сумки писчие принадлежности и тетрадь, когда свет от кристалла в ежедневнике привлек мое внимание. Вытащила и его тоже.

«Лиз, доброй ночи! Все будет хорошо!» – гласило первое послание.

«Доброе утро, сердце мое! Не проспи в первый день».

«Удачного дня! Ничего не бойся, у тебя все получится».

И совсем недавно:

«Лиз, ты куда пропала? Все в порядке?»

Лео… От его заботы потеплело на душе, и я застрочила ответное послание:

«Все хорошо! Прости, утро сумасшедшее, я не видела твоих сообщений».

«Ты в порядке? – тут же появился ответ. – Еще немного, и я бы сбежал с уроков и принялся штурмовать Аркано, не оставив там камня на камне».

Я не сдержала смешка, представляя эту картину.

«Не вздумай! Где я учиться тогда буду? Я в порядке, уже успела позавтракать и жду начала урока».

«А я доедаю завтрак. Решил подкрепиться перед штурмом».

«Мой герой! Не опоздай на урок. Удачного дня!»

«Он был бы намного удачнее, если бы ты была рядом».

– Лиз, что пишешь? Урок еще не начался, – с улыбкой произнесла Мари, ставя сумку на парту рядом.

Я быстро закрыла ежедневник, и тут ее глаза округлились.

– Ничего себе! Это «Дом Карвье»? А ты не простая штучка. Я отца просила купить мне такой же, а он лишь блокнот подарил. Сказал, что если этот год закончу с хорошими отметками, то подумает.

Мари бросила завистливый взгляд на мой ежедневник, и я спрятала его в сумку, пока она не попросила посмотреть поближе. Мари улыбнулась:

– Ничего, с блокнотом тоже удобно. Не надо на почту бегать, письма отправлять.

– Согласна. У меня тоже раньше блокнот был, – поддакнула я.

На лице Мари был написан напряженный мыслительный процесс. Явно думала: как, приехав из какой-то далекой провинции, я смогла позволить себе такую дорогую вещь?

– Дела у отца хорошо пошли или год закончила на отлично?

– Родители были впечатлены, – кратко ответила я и обрадовалась звонку на урок, прекратившему наш разговор.

Делиться подробностями своей жизни с Мари и Катрин я ни за что не буду. После того вороха сплетен, что они вывалили мне на голову, с ними каждое слово нужно взвешивать. Но все же они были пока единственными, кто отнесся ко мне по-дружески.

Со звонком в класс спешно стекались припозднившиеся ученики. Я заметила и Алисию, которая наградила меня пренебрежительным взглядом. Последними вошли трое парней. И если до них все едва ли ни бегом занимали места, то эти ребята шли с показной ленцой, словно на прогулке. Помимо этого, обращала на себя внимание их колоритная внешность: один был жгучий брюнет, второй рыжий, а третий блондин. Двое сели позади, а блондин оказался рядом со мной. Я удивилась, когда на стол неожиданно легла его сумка.

– Привет! Я Ричард, – представился он. – Новенькая?

– Элизабет, – только и ответила я, смущенная таким соседством и внимательным взглядом необычайно темных глаз. Его более крупный, чем мой, зан спрыгнул с плеча на парту и тоже уставился на меня. Шерсть у него была белоснежная, поэтому я и не увидела его сразу – сливался с распущенными волосами чуть ниже плеч.