Наши пути счастья

— Посмотри на меня… я вся липкая!

— Стой, не двигайся, — улыбнулся Паша и, осторожно наклонившись, убрал прилипшую прядь ваты с её пальца. — Теперь ты снова идеальна.

— Ты слишком преувеличиваешь, — смутившись, прошептала она.

— А ты себя недооцениваешь.

В этот момент в груди у Вали что-то дрогнуло. Она отвернулась, чтобы скрыть лёгкий румянец, и сделала вид, что рассматривает деревья и качели.

«Почему рядом с ним я снова чувствую себя такой живой?» — промелькнула мысль. «Как будто весь мир становится легче…»

— Паша, — вдруг сказала она, не оборачиваясь. — А ты… счастлив сейчас?

Он на мгновение задумался, а потом твёрдо ответил:

— Сейчас? Да. Редко бывает так спокойно… и так правильно.

Она повернулась к нему. Их взгляды снова встретились. Между ними повисло что-то невысказанное, хрупкое и важное, как сама сладкая вата в её руках.

— Тогда давай запомним этот момент, — тихо сказала Валя. — Хотя бы как маленькое чудо посреди обычных дней.

— Я уже запомнил, — ответил он.

Когда последние лёгкие нити сладкой ваты растаяли на их ладонях и губах, Валя аккуратно смахнула с пальцев липкие следы, а Паша рассмеялся, увидев, как солнечный луч застыл на её ресницах, будто укутал их в тонкую сахарную пыль.

— Кажется, мы официально стали частью этого парка, — пошутил он. — По крайней мере, на липком уровне.

— Если так, то я надеюсь, нас не оставят здесь навсегда, — улыбнулась Валя, пряча пустую палочку в урну. — Хотя… тут слишком красиво, чтобы жаловаться.

Они пошли дальше по центральной аллее. Под ногами мягко шуршал песок и опавшая хвоя, тонкие солнечные лучи пробивались сквозь кроны деревьев и ложились золотыми пятнами на дорожку. Где-то неподалёку скрипели качели, раздавался детский смех, а из динамиков у сцены тихо лилась музыка, перемешиваясь с шумом ветра в листве.

Валя шла чуть впереди, обводя взглядом каждое дерево, каждую скамейку, словно пыталась запомнить картину целиком.