Принцесса Белого Дракона

Кира открыла глаза и удивленно моргнула. Чуда не произошло — она все еще твердо стояла на своих двух ногах. Куртка и брюки были на месте, мир вокруг не перевернулся. Вот только за спиной, вместо величественных и грозных кожистых крыльев, судорожно и как-то растерянно трепыхались два крошечных, пушистых белых крылышка. Размером они были чуть больше ладони. Каждое — словно у упитанного рождественского купидона с дешевой открытки.

Девушка осторожно обернулась, посмотрела на это пуховое безобразие через плечо, а затем перевела взгляд на дядю.

— Эдан, — вежливо и мягко позвала она, стараясь сохранить остатки земного самообладания. — Скажи мне, как командир командиру. С такими габаритами я могу претендовать хотя бы на звание грозной курицы? Или черный король сразу умрет от смеха, избавив нас от необходимости воевать?

— Это... это просто временный сбой координации сил! — дракон покраснел до корней волос.

Он сурово зыркнул в сторону ближайших кустов, откуда доносилось подозрительное хрюканье и кашель.

— Твоя белая магия активировалась, а физическая форма драконов еще спит, понимаешь? — принялся оправдываться он, торопливо разводя руками. — Ты просто выдала силу порциями. Слишком много нежности для первого раза. Ладно, убирай их обратно, пока эльфы не увидели. А то они решат, что ты их дальняя родственница, и начнут петь баллады. Нам только этого не хватало.

Кира мысленно вздохнула. Маленькие крылышки с забавным, мягким пушком послушно втянулись обратно, оставив лишь легкое тепло между лопаток. Этот казус наглядно показал: легко не будет.

Но, несмотря на провал первого дня, мир принял ее с каким-то трогательным, почти детским теплом. Ее пытались согреть все, как могут согревать перед решающим боем. Приземистые гномы притащили к ее шатру тяжелые мешки с лучшим сушеным мясом — «чтобы драконья масса росла, леди, на одних травах войну не выиграешь». Эльфийские лекари каждое утро приносили ароматные, горьковатые отвары для укрепления духа. А старые колдуны, которым, казалось, и самим не помешало бы немного тепла, каждый вечер создавали над лагерем искусственные, невероятно красивые розовые облака. Просто чтобы Кира, засыпая, видела над головой что-то прекрасное, а не только серую ткань палатки и холодные звезды чужого неба.

На исходе первой недели тренировок, когда вечерний туман уже начал заползать в долину, Эдан вошел в ее палатку. В руках он бережно, словно ребенка, нес продолговатый сверток из тяжелого черного бархата. Лицо его было торжественным и строгим, как у человека, который принес известие из прошлой жизни.

— Это тебе, — сказал он, разворачивая ткань на деревянном походном столе. — Наш кузнец всю неделю очищал его от многолетней пыли.

На черном бархате лежал длинный, изящный меч. Его лезвие было выковано из темного металла, который не отражал пламя свечей, а словно поглощал его, затягивал в себя. Но по самому центру клинка бежала тонкая, пульсирующая серебряная нить. Гарда была выполнена в виде расправленных, летящих драконьих крыльев. Оружие выглядело хрупким, но от него веяло надежностью.

— Меч твоей матери, — почти шепотом произнес Эдан. — Она выиграла с ним свой первый турнир. Тот самый, после которого ее назвали королевой. Он помнит тепло ее руки.

Кира сделала шаг вперед. Она протянула руку и коснулась прохладной, обтянутой старой кожей рукояти. В ту же секунду серебряная нить на лезвии вспыхнула ослепительным, чистым белым светом. По пальцам, запястью и выше, до самого плеча, с сумасшедшей скоростью пробежала мощная, горячая волна. Это не был ожог — это было узнавание. И где-то там, в самой глубине ее испуганной земной души, вдруг раздался далекий, яростный и величественный рев черного дракона. Родная кровь отозвалась на зов стали.

Она подняла меч. Оружие показалось ей удивительно легким, словно оно было продолжением ее собственной руки, ее собственных мыслей. Девушка посмотрела на Эдана. Ее мягкая, привычная улыбка обычной земной девушки впервые сменилась прямым, уверенным взглядом той, в чьих жилах текла кровь двух правителей.

— Ну что, дядя, — произнесла она, и лезвие меча скользнуло в полумраке шатра, оставив серебряный след. — Попробуем еще раз с крыльями? На этот раз я планирую взлететь по-настоящему.

Глава 7

Учтя традиции этого мира, где белые драконы носили исключительно белое, а черные — черное, Кира сменила гардероб. Ей принесли тренировочный костюм из мягкой, прочной белой кожи с серебряной вышивкой на рукавах. Белый цвет удивительно шел ей. Он подчеркивал ту природную, земную мягкость, которую она еще не успела потерять, но теперь в ее облике появилось что-что по-настоящему величественное.

С магической трансформацией дела пошли в гору. Всего через две недели упорных тренировок девушка наконец смогла полностью пробудить в себе белого дракона.

Когда это случилось, лагерь замер. Войны бросили свои дела, маги опустили руки. На поляне стояла невероятной красоты белоснежная драконица. Ее чешуя переливалась на солнце, словно первый чистый снег. А глаза светились мягким фиолетовым огнем.