Измена. Прощай навсегда

— Блин, — кричу и бегу в сторону кухни. — Витя, какого чёрта!

Кастрюля с кашей, которую поставил муж на плиту, неприятно трещит и скворчит. Кухня наполнена дымом и жгучим запахом гари.

Моментально выключаю плиту, подлетаю к окну и раскрываю его нараспашку. Морозный воздух моментально обжигает мои щёки и наполняет кухню свежим воздухом.

— Что случилось? — муж с пенной головой и еле прикрывающим хозяйство полотенцем выбегает из ванны. — Твою мать! — обречённо смотрит в сторону кастрюли.

— Вить, вот кто тебя просил? — отмахиваюсь от мужа и убираю кастрюлю с плиты.

— Марусь, прости, что-то события сегодняшнего дня совсем выбили меня из колеи, — устало потирает мокрый лоб.

— Вить, иди в ванную. Здесь сквозняк. Заболеешь ещё, — опираюсь руками на кухонную раковину и отвожу взгляд от его накаченного, сексуального тела покрытого мыльной пеной.

— Марусь, ну не могу я так, — подходит ближе. — Ну прости, может сказал, что не так. Но я правда был в бешенстве, что ты меня подозреваешь в измене. Ты же любовь всей моей жизни, да у меня и не встал бы на другую.

— Говоришь ты красиво конечно. Но верится слабо.

Как будто не замечая моих слов, муж резко хватает меня за талию и тянет к себе. Жадно смотрит в глаза, на губы, затем снова в глаза. Тело предательски покрывается мурашками от его прикосновений. Помнит ещё его ласку, его чувственные поцелуи.

— Отпусти, — равнодушно отодвигаю его руки от талии и отхожу к окну.

Мне бы вот только узнать, кто та женщина, что позарилась на моего мужа. Проследить за мужем на работе? Или ещё раз попробовать залезть в мобильный?

— Малышка, может быть хватит огрызаться на любое моё слово? Давай объявим перемирие?

— Почему незнакомая женщина отвечает на звонки твоей жены ночью?

— У тебя пластинку заело? Мы ходим по кругу. — Со всей силы захлопывает окно. — Я не знаю. Давай позвоним жене Пашки. Только она вчера могла взять трубку.

— А звони. Прямо сейчас.

Муж утомлённо выдыхает. Выходит из кухни и через минуту возвращается с телефоном.

Набирает при мне Люду, ставит на громкую связь, при этом смотрит на меня.

— Витюш, приветик, — ласково и игриво отвечает жена Пашки.

Глава 7 Она красивее, моложе, не рожала

— Что ещё за приветик? — рычит муж, замечая удивление на моём лице.

— Ой, прости. Маша рядом, да?

— Люда, твою мать! Что ты несёшь? — чуть ли не орёт в трубку.

Закатываю глаза и возвращаюсь к каше. Хочется уехать прямо сейчас. Это уже не смешно. Неужели любовница моего мужа и есть Люда!

— Да шучу, я шучу, — громко хихикает и судя по звуку отхлёбывает чай из чашки. — Что ты как маленький в самом деле.

— Это ты вчера ответила на звонок моей жены ночью?

— Я честно говоря не помню, кто тебе там звонил. Меня звук мобильного разбудил, я на автомате ответила и легла спать. Что-то не так?

Муж не отвечает. Вскидывает брови и смотрит на меня.

— Я же говорил, — шепчет мне, прикрыв ладонью микрофон телефона.

Недовольно цокаю языком. И ставлю новую кастрюлю с кашей.

С одной стороны ситуация со звонком решена. И муж судя по выражению лица чувствует себя победителем. Но с другой стороны маленький червячок сомнений выедает мой мозг словно наливное яблочко и не даёт поверить словам мужа до конца.

Тон Люды и то, в какой манере она общается с моим мужем, заставляет меня задуматься о многом. Тем более она работает в его клинике. Всегда крутится рядом. Красивая, высокая блондинка, с пышной грудью, пухлыми губами. Она ещё не осознала тяжесть материнства и не погрязла в пелёнках и молочных кашах. Яркая, молодая, заводная. А чтобы и не изменить с ней?

Муж скидывает звонок и бросает телефон на стол.

— Милая, ты всё слышала, — берёт меня за руку и поворачивает к себе.

— Да, слышала, как ласково и игриво она с тобой общается.

— Маш, ты серьёзно? Ты теперь считаешь, что я с Людой сплю? — берёт телефон и трясёт его в руках. — Зачем мне она?

— Она красивее, моложе, не рожала. Всегда рядом с тобой.

— Ты всегда рядом со мной, — снова пытается прижать меня к себе, но я вовремя ставлю перед собой ложку, испачканную в каше.

— Вить, всё так складно у тебя получилось. И СМС-ки шутник написал и помаду Наталья Ефимовна оставила и на звонок Люда ответила, а ты чистый и невинный.

— Но если всё так и есть, — взмахивает руками.

Внутри всё сжимает неприятное чувство тревоги и раздражения. Это чувство не позволяет дышать полной грудью и будто сжирает меня изнутри.

Что если я действительно ошибаюсь, поддавшись своему воображению? Что, если мой муж и правда не в чём не виноват и это всё череда каких-то дурацких совпадений?

Но счастливую жизнь не построишь на лжи…

Так, как же узнать, кто прав, кто виноват?

Неожиданный стук в дверь сбивает меня с мысли.

Переглядываюсь с мужем беглым взглядом. Его лицо сохраняет спокойствие. Даже бровью не ведёт.

— Я пойду смою мыльную пену с головы. Это наверное мама. Открой, — даёт указание и закрывается в ванной комнате.

Выключаю плиту. Накрываю готовую кашу крышкой, чтобы настоялась и, промокнув руки полотенцем, подхожу к входной двери.

Глава 8 Несмотря ни на что

— Проходите, Марта Аркадьевна, — приглашаю маму мужа на кухню, а она тянет носом и ставит на стол коробочку конфет.

— У тебя как всегда божественные запахи на кухне, — говорит она. — А я вот нам конфеток к чаю принесла. Ты же не против?

— Марта Аркадьевна, да какие там божественные запахи, — выдавливаю из себя улыбку. — Каша пригорела. Гарью вся квартира пропахла.

— Ну ничего, бывает, — пожимает плечами. — Когда ребёнок маленький отвлекает, подгоревшая каша это самое безобидное, что может случиться. — Смеётся.

Свекровь у меня по истине святой человек. Замечательная, добрая и не побоюсь этого слова роскошная женщина. Здесь не поспоришь. В свои пятьдесят она выглядела на тридцать пять. Работает косметологом-дерматологом в одной крупной столичной клинике. Женщины записывались к ней на приём за год вперёд. Стильная, ухоженная, образованная, успешная деловая леди. Строит дачу на берегу озера, имеет безупречную осанку, занимается йогой, бегает по утром со своей собакой Брендой по набережной перед домом.

— Вам травяной чай, как обычно? — спрашиваю и открываю шкафчик с чаями.

— Ой, милая, да не суетись, — подходит ко мне и сама достаёт пакетик с чаем. — Я сама справлюсь. Ты лучше конфетки открой, да внучку что ли позови. Где она?

Не успеваю раскрыть рот, как на кухню заходит мой муж. Намытый, набритый, вкусно пахнущий. В белой рубашке и брюках. И когда только успел одеться?

— Мамуля, привет, — целует в щёку маму, от чего та начинает светиться ярче солнца. — Вы уж с Машуней простите меня. Срочно вызвали на работу, поэтому я убегу ненадолго. — Отпивает из чашки чай, налитый мамой и подходит ко мне.

А у меня буквально разрывает изнутри, боль ползёт по телу. Нервные окончания воспаляются, горят так сильно, что даже соприкосновение тела с одеждой вызывает настоящую агонию. Хочу кинуть в Романова коробкой конфет, которую взяла пару секунд назад в руки, но вовремя одёргиваю себя, заметив удивлённый взгляд свекрови.

— Я на пару часов и домой, — шепчет мне на ухо муж и целует в щёку. — Пожалуйста, давай без твоих фантазий.

Молчу, лишь недовольно надув губы.

— Сынок, так ты по телефону говорил, что хочешь провести день с семьёй? — растеряно спрашивает Марта Аркадьевна, наливая кипяток в новую кружку с чаем.

— Я сам не ожидал. Позвонили сейчас из клиники и сказали, что заедет наш спонсор. Нам нужно обсудить покупку нового оборудования в хирургическое отделение. Но я постараюсь как можно скорее во всём разобраться и вернуться домой, — на последней фразе Витя посмотрел на меня.

Сама того не замечаю, как руки сами по себе начали сминать коробку с конфетами.

— Машенька, да ты чего? — свекровь вырывает у меня коробку из рук. — Это же дорогой бельгийский шоколад. Мне его пациентка подарила.

— Простите, Марта Аркадьевна, я что-то не выспалась сегодня, — отхожу к кастрюле с кашей и накладываю в детскую тарелку. — Я сейчас за Лизой схожу.

На ватных ногах выхожу в коридор и иду в сторону детской.

— Маша, постой, — муж хватает меня за предплечье. — Что ты устроила?

— Ты о чём? — говорю шёпотом, чтобы Марта Аркадьевна не услышала.

— Смятая коробка с конфетами, уничтожающий взгляд, — перечисляет муж. — Мы же договорились о перемирии.

— Ты мне ещё претензии смеешь кидать? — мой голос полон язвительности. — А не Люда ли тебе позвонила и позвала на встречу со спонсорами?

Витя сводит брови к переносице. И томно вздыхает.

— Милая, я знаю, что обещал провести этот день с вами, но спонсор человек занятой. Ты же знаешь. Если уж он решил к нам заехать, то нельзя упускать момент, — как бы пропускает мимо ушей мой комментарий по поводу Люды.

— Хорошо, езжай, родной, — мило улыбаюсь и вырываю свою руку из его захвата.

Захлопываю перед носом мужа дверь и захожу в детскую.

Муж только и делает, что усугубляет ситуацию. Мне едва удаётся дышать из постоянных спазмов, сжимающих грудь. Слёзы, которые я всеми силами подавляла, рвутся наружу, заполняют глаза. Но вовремя останавливаюсь, как только вижу дочь.

Муж уходит на работу, а я возвращаюсь на кухню. Усаживаю Лизу на детский стульчик и принимаюсь кормить.

— Поругались вы что ли? — спрашивает свекровь, отпивая чай из чашки. — Машенька, ты не молчи, если что. Я то на сына управу найду!

Смеюсь.

— Да всё у нас хорошо, — вру и набираю в детскую ложечку кашу. — Давай, Лизочка, за маму, — приговариваю.

— Машунь, по секрету тебе скажу. Витя тебе подарок уже купил на годовщину, — выуживает из кармана платья мобильный. — У вас же уже на следующей неделе?

— Угу, — киваю.

— Со мной советовался. Просил помочь подобрать красивый кулон с цепочкой. Мы вот такой с ним выбрали, — показывает на мобильном фотографию. — Ты уж прости, что все карты раскрыла. Просто хочу, чтобы ты знала, что Витя тебя очень любит несмотря ни на что.

«Несмотря ни на что…» — мысленно повторяю.

Несмотря на то, что спит с другой?

— Я знаю, — снова лукавлю и помогаю дочери спуститься со стульчика. — Марта Аркадьевна, а вы сможете с Лизой посидеть пару часов? Мне к врачу нужно сбегать.

Свекровь берёт на ручки дочку и крепко обнимает.

— Конечно могу, – целует Лизу в лобик. – Ты заболела, Маш?

— Нет, это плановый осмотр, — опять вру.

Конечно же нет у меня никакого приёма у врача. Просто жар, разливающийся по венам не даёт мне покоя.

Я никогда и в мыслях не думала следить за своим мужем. Но внутри меня что-то подстёгивает поехать за ним. Посмотреть правде в глаза.

Глава 9 Больно?

Наспех расплачиваюсь с водителем такси. Кутаюсь в пуховик, натягиваю ручку сумки на плечо и забегаю в здание клиники. Запах лекарств с порога бьёт в нос. Кривлюсь.

Как так? Мы же три года в браке. Успели вместе пройти взлёты и падения. Я старалась быть послушной и покладистой женой. Всё делала для мужа. Не пилила, когда он засиживался по долгу на работе. Старалась оказать поддержку, когда у него были проблемы.

У нас ребёнок чёрт возьми!

Почему я сейчас в здравом уме иду на работу мужа, чтобы проследить за ним? Как мы оказались на таком дне?

Пробегаю мимо стойки регистратуры, не замечая приветствия сотрудницы. Поднимаюсь на второй этаж. Широкими шагами прохожу одно отделение, затем второе. Чтобы добраться до кабинетов администрации нужно пройти в соседнее крыло здания.

Меня словно черти гонят, поэтому я вообще не замечаю людей проплывающих мимо. Бегу и сама не понимаю, что хочу увидеть. Вот будет умора, если муж спокойно сидит и работает и рядом нет и намёка на любовницу. Тогда у него будет новый повод уличить меня в изрядном фантазёрстве и выставить за дверь как последнюю дуру.

Последняя мысль сбивает меня с толку, отчего я теряюсь и не успеваю отскочить от, открывающейся двери.

— Вот чёрт, — охаю, отскакивая назад, потирая ушиб на лбу.

— Прости, — ко мне подбегает виновник моей травмы.

— Руслан? — спрашиваю, сморщившись от боли.

— Маруся, не хотел я конечно с тобой встретится спустя столько лет, при таких обстоятельствах, — смеётся и заглядывает мне в глаза. — Давай я осмотрю твой лоб.

— Ты давно здесь работаешь? — убираю ладонь и подставляю лоб на осмотр.

— Почти полгода, — аккуратно надавливает на место ушиба, отчего я снова морщу нос. — Больно?

— Ну а ты как думаешь?

— Пойдём в кабинет, я приложу холодное, чтобы снять отёк.

Пожимаю плечами и соглашаюсь.

Когда-то давно мы учились с Русланом в одном медицинском вузе. Он был влюблён в меня. Пытался красиво ухаживать. Дарил цветы, писал стихи. И я даже бегала с ним на свидания пару раз. Но как-то не сложилось. Я уже тогда начала проходить практику в этой клинике. Познакомилась с Витей. А Руслан как будто бы был не в моём вкусе. После обучения насколько я помню он уехал заграницу учиться дальше.

— Держи, — подаёт мне лёд завёрнутый в ткань. — Приложи к ушибу. Поможет

— Спасибо, — невольно улыбаюсь.

Он сильно изменился. Теперь передо мной уже не тот чернобровый, худощавый мальчишка. Хоть он и учился на старших курсах, но выглядел всегда как школьник. Его волосы стали короче и на лице появилась бурная, но аккуратная растительность. Не могу не сказать, что Руслан выглядел респектабельно. Его манера и тембр голоса доносили явный посыл. Передо мной больше не мальчик, а уже взрослый, состоявшийся мужчина.

— А ты какими судьбами здесь? — спрашивает, присаживаясь на краешек стола.

— Я к мужу пришла, — отвечаю чуть скованно, рассматривая его длинные густые ресницы и суровые брови.

— Он здесь работает?

Боже, он же не знает… Когда я вышла замуж, Руслан уже окончил вуз и уехал.

— Да, главврач.

Ловлю удивлённый взгляд и что-то вроде саркастической улыбки.

— Ладно, рада была увидеть тебя, — подрываюсь со стула. — Я пойду.

— Я тоже был рад повидаться, — кидает мне вдогонку. — Заходи, если будет время.

Выбегаю из кабинета. Стараюсь выбросить из головы Руслана и сосредоточиться на своей основной цели.

Захожу в уборную, чтобы снять с себя пуховик и немного привести в порядок раскрасневшееся от беготни и смущения лицо.

Подхожу к раковине и опускаю руки под холодную воду. Сегодня максимально странный и тревожный день. Внутри меня всю потряхивает, сердце колотится.

— Ну же, Маша, возьми себя в руки, — смотрю на себя в отражении.

Набираю в ладонь воду и краем уха слышу, как открывается дверь одной из кабинок. Сжимаю зубы, что всю челюсть сводит. Не оборачиваюсь. Не смотрю в зеркало. Лишь по запаху духов понимаю, кто это.

— Машуля, добрый день, — произносит Люда.

Хочу натянуть улыбку и поздороваться с ней, но не успеваю, так как мой взгляд приковывает кулон, свисающий между её огромных сисек.

Глава 10 Мир не крутится вокруг тебя

— Здравствуй, Люда, — выключаю кран, шум воды сейчас бесит.

Люда медленно подходит к соседней раковине. В зеркале наши взгляды встречаются. Она очень красивая, несмотря на то, что старше меня. И в отличие от меня, Люда уверена в себе. На ней белый медицинский халат с расстёгнутой пуговицей на декольте. Строгие чёрные туфли, на невысоком каблуке, которые идеально подчёркивают её длинные, стройные ноги. Белоснежные длинные волосы убраны в высокий хвост.

— Если ты к Вите, то он сейчас занят, — достаёт из кармана красную губную помаду и смело проводить по губам.

Стараюсь держать себя в руках. Просто заставляю молчать и не ляпнуть лишнего. Нельзя. Ни в коем случае нельзя показывать этой грымзе, что мне сейчас больно. Иначе она поймёт мою уязвимость и начнёт играть по своим правилам. Решит, что я боюсь её. Что я ревную к ней мужа. Или ещё чего, что она лучше меня.

— Откуда у тебя такая осведомлённость? — задаю резонный вопрос и беру бумажное полотенце, чтобы обмакнуть мокрые руки.

— Мы с Витей много времени проводим вместе, — нахально улыбается. — На работе имею ввиду.

— Мне казалось, что ты обычная медсестра, — на слове «обычная» я намеренно делаю ударение, чтобы намекнуть этой швабре, на её место.

Мечтаю вырвать этой ведьме все её волосы, затем подстричь её длинные ресницы и отпилить все ногти.

— Я главная медицинская сестра и на хорошем счету в этой клинике, — подмигивает мне самоуверенная стервозина и кидает губную помаду обратно в карман халата.

— Откуда у тебя этот кулон? — вырывается у меня. — Очень красивый. Тоже хочу себе купить такой.

Чувствую, как по всему телу бегут мурашки. Меня аж подташнивает от обиды и ненависти. Хочется завопить на всю эту чёртову клинику. Орать от жгучей ревности. Но держу себя. Сжимаю руки в кулачки. Вдыхаю и медленно выдыхаю.

— Мне подарили, — как не в чём ни бывало отвечает и подходит к выходу из туалета.

Она как будто издевается надо мной! Это мой муж? Витя ей подарил этот кулон? Поэтому она ведёт себя как хозяйка этой клиники?

Ну не может быть такого совпадения, чтобы Витя и Люда не сговариваясь друг с другом купили одинаковые кулоны. Это же бред! Таких совпадений не бывает.

Я тяжело дышу. Даже слишком тяжело. Нельзя так. Я и так уже всем видом показала, что меня что-то нервирует.

— Ты какая-то беспокойная, Марусь? — сочувствующе наклоняет голову и смотрит на меня своими большущими голубыми глазами.

— Тебе показалось, — снова подхожу к зеркалу и отодвигаю воротник свитера от горла. Дышать просто невозможно. Ещё и душно так.

— Милая, чтобы у тебя не случилось не стоит так убиваться. Ты пойми одно. Мир не крутится вокруг тебя и ко многим вещам нужно относиться чуточку проще.

— Я, — хочу сказать, что-то в ответ, но она уже уходит, закрыв за собой дверь.

Хочется вырвать унитаз и швырнуть ей вдогонку. Что эта дрянь имела ввиду? Она намекала, что спит с моим мужем и мне просто нужно принять этот факт? Это для неё простоя вещь, с которой я должна свыкнуться? Да чёрта с два! Я сейчас этому Вите врежу по яйцам и заставлю объясниться.

Хватаю сумку, пуховик и выбегаю в коридор. Захожу в корпус администрации. Галина Васильевна, пожилая помощница Вити, от испуга роняет очки на пол.

Пробегаю мимо неё и тяну на себя тяжёлую дубовую дверь, на которой на серебристой таблички выбито имя моего ненаглядного.

— Машенька, стой, — Галина Васильевна, вскакивает, пытаясь меня остановить.

Но я больше не могу ждать. Я должна поставить все точки над «И» прямо сейчас.

Распахиваю кабинет и вхожу внутрь. Витя, сидящий за столом в расстёгнутом белом халате перед большим монитором, поднимает голову. Хмурится. Округляет глаза.

Останавливаюсь напротив него. Запутавшиеся от беготни волосы падают на лицо. Смахиваю. Дышу часто и рвано.

— Почему на Люде мой кулон? — спрашиваю чеканя каждое слово, впиваясь в мужа взглядом полном ненависти.

Глава 11 Прекращай истерику!

— Владлен Александрович, я прошу прощения, дайте мне пару минут, пожалуйста, — муж нажимает кнопку на клавиатуре и с силой захлопывает ноутбук.

Тяжело проглатываю горький ком, подкативший к горлу и где-то на краю сознания понимаю, что скорее всего Витя общался с кем-то по видеосвязи.

— Виктор Андреевич, я пыталась её остановить, — тихий голос помощницы мужа ударяет в спину.

Не обращаю на неё никакого внимания и продолжаю сверлить мужа взглядом. Во мне бушует такая жгучая ярость, что я едва сдерживаюсь, чтобы не влепить мужу пощёчину.

— Галина Васильевна, я понял вас. А теперь оставьте нас с супругой наедине, — услужливо отвечает муж, кивнув помощнице.

Слышу шаги, затем звук, захлопывающейся двери.

— Какого чёрта, Маша? — рычит Витя, поднимаясь на ноги и обходя стол. — Я говорил со спонсором. Он задержался в пробке, было принято решение провести переговоры по видеосвязи.

— Почему на Люде мой кулон? — снова повторяю свой вопрос.

— О чём ты, милая? — муж сводит брови к переносице.

— А ты не понимаешь? — подхожу к мужу вплотную. — Ты! — тыкаю указательным пальцем ему в грудь — Ты подарил этой шлюхе кулон и после этого будешь говорить, что между вами ничего нет?

— Родная, я правда не понимаю о чём ты. Какой кулон? Какая мать его Люда? — взрывается и отходит к окну.

— Кто из нас лучше в этом плане? Я или она?

— В каком ещё плане, Маруся? — муж устало трёт переносицу.

— Как в каком? В интимном. Она выглядит очень горячей. Эта грудь четвертого размера. Идеальный блонд, длинные ресницы, пухлые губы. Крутится вокруг тебя днями и ночами. На звонки посреди ночи отвечает. Старается для тебя.

— Я без понятия, Маруся. Мне Паша не рассказывает какая его жена в постели. Мне кажется это личное. И мне вообще плевать на Люду.

— Ах, даже так, — скрещиваю руки на груди. — Ну тогда уволь её. Прямо сейчас. При мне.

Муж с шумом выпускает воздух из груди. Снова присаживается на своё место. Прикрывает ладонью глаза.

— Я не могу уволить её, — снова смотрит на меня уставшим взглядом. — Ты же знаешь, что мы с Пашей дружим со студенческой скамьи. Он многое делала для меня все эти годы. Я не могу взять и уволить его жену. Учитывая, что её не за что увольнять.

— Конечно не за что! — восклицаю. — А кто же будет тебя ублажать, если не она.

— Ты, — вскакивает с кресла. — Ты будешь меня ублажать. Моя любимая и единственная женщина!

— Знаешь, — сглатываю ком из рыданий, который подкатил к горлу. — Иди ты к чёрту со своей Людой. Со своей работой! Я подам на развод! — сама не верю, что говорю это.

Ведь я хотела обсудить всё мирно, без ругани. Но Люда вывела меня из себя своим поведением. А ещё больше меня вывели жалкие попытки мужа оправдаться.

— Прекращай истерику! — подходит ко мне и встряхивает. — Ты не понимаешь, что я работаю? Я уехал в клинику, не для того чтобы слушать твои претензия, а чтобы спокойно решить рабочие вопросы.

— Я ведь ждала тебя вчера. Просидела весь день с ребёнком в её день рождения. Думала ты приедешь, мы проведём вместе вечер. А ты в это время трахал Люду! Ещё и за спиной у Паши, — меня уносит. Не могу остановить свою истерику.

Боль сочится из каждой клеточки моего тела. Из-за постоянных спазмов у меня перехватывает дыхание. Муж разорвал мою душу в клочья. Воткнул тысячу кинжалов в сердце. Уничтожил нашу любовь.

— Угомонись! — рычит и яростно смотрит на меня. — Никакого развода не будет. Ты слышишь?

Вырываюсь из рук мужа и толкаю со всей силы в грудь. Он и бровью не ведёт. Непреступная гора мышц.

— Пусти меня, — шиплю. — Отпусти! — повышаю голос, отчего из глаз брызгают слёзы.

— А ты успокойся. Тогда отпущу, — спокойно отвечает.

Да, пускай я сейчас выгляжу в глазах мужа как ревнивая жена. Только вот во мне живёт страх. Плохое предчувствие, что всё что сейчас происходит это не плод моих фантазий. Меня хотят надурить. Обвести вокруг пальца. Страх быть преданной мужем разъедает изнутри так, что ноги трясутся.

Мне страшно потерять мужа, которого я люблю всем сердцем.

Страшно потерять отца моей дочери.

Страшно проснуться одной в холодной и пустой постели. И понять, что ты уже больше никому не нужна.

Страшно, что вечером муж не вернётся домой. Не обнимет меня крепко-крепко и не назовёт «своей малышкой».

Я боюсь, что могу сейчас потерять самое дорогое в моей жизни. Мою семью.

Да, я устроила истерику мужу. Но я имела на это полное право. Меня вывели из себя. Довели до такого состояния. И где-то в глубине души я допускаю мысль, что Люда намеренно начала плести интриги, желая забрать моё счастье, которое я на протяжении трёх лет собирала по крупицам.

— Хорошо, — отвечаю спокойно.

— Точно? — муж улыбается и наклоняет голову, заглядывая мне в глаза.

— Да, я спокойна.

— Тебе нужно умыться и прийти в себя, — ровным голосом проговаривает муж. — Сходи освежись. Потом я вызову тебе такси домой.

— Но мы не поговорили, Витя.

— Солнышко, я понимаю, — присаживается на край рабочего стола. — У тебя разыгралась фантазия. Ты устала от ребёнка, от быта и решила таким диким способом встряхнуть наши отношения.

— Я ничего не фантазирую. Твоя мама показал мне сегодня кулон и сказала, что ты его купил мне. Я приезжаю в клинику. А моё украшение весит между сисек этой, — замолкаю. — Этой Люды!

— Возьми, — протягивает мне бумажную салфетку. — Вот мама, тоже мне. Доверяй ей секреты.

— Что это значит?

— Я правда недавно советовался с мамой насчёт кулона. Но я выбирал его ей, а не тебе. И специально ей наврал, чтобы она не спалила.

— А почему ты не посоветовался со мной насчёт подарка для мамы? — вытираю салфеткой мокрые от слёз щёки.