Автор

Егор Шатилов

Автор

Этот рассказ ни в коем случае не стоит воспринимать всерьёз.

Неожиданно.

Автор сидел за столиком на кухне, пил травяной чай, вкусный и ароматный. Сегодня ему приснилось сновидение, такое необычное, которое бывает редко и по непонятным причина. «Ничего не предвещало», – думал он про него. Он думал не допить ли ему чай и зафиксировать вкратце его на бумаге? «Вроде бы ничего такого, но что-то есть в нём. В сновидении». Он встал, помыл кружку, вытер стол, посмотрел в окно, там была зимняя ясная погода, а в голове всё это время было сновидение таким каким он его увидел проснувшись. Были сомнения «писать или нет? По каждому сновидению писать книги… Глупость. Всё таки что-то в нём есть», – размышлял он. Ему вспомнилась жена «Пиши, пиши», – нежно как-то раз сказала она ему. Он постоял подумал: «Время есть, желание есть, ручка с тетрадью есть, я есть, – он посмотрел на чайник, – чай есть. Всё есть. Можно начинать». Он нажал на кнопку чайника, сел за стол и принялся писать так как ему это представилось. «Главное – начать», – знал он.

И так, вступление, – начал он.

Персонаж бежал куда-то. – Автор ещё не знал куда бежит персонаж, но автор давно узнал, что слово персонаж (personnage) можно перевести как действующее лицо. И автор в недолгих раздумиях решил назвать персонажа – действующее лицо – ДЛ. Так же автор знал, что персонаж бежит по каменисто-песчаной поверхности, на некой карте местности.

ДЛ, пробегая мимо кого-то чем-то похожего на него лапой ударил его, когда тот напал на него. Нападающий упал и больше никогда не вставал, а вскоре исчез. ДЛ бежал дальше. Он выполнял какое-то задание. Сначала можно было подумать, что он выполняет задание того персонажа женского рода, которая близко позади-правее бежала за ним. Но нет. Она бежала, соблюдая определённую дистанцию. Молчала, – добавил автор. – В процессе движения дистанция незначительно то сокращалась, то увеличивалась. То есть персонаж женского рода следила за дистанцией. ДЛ бежал дальше к какой-то цели. По пути ударял лапами других действующих лиц этой истории, которые нападали на него, а они с одного-двух ударов падали и больше не вставали. ДЛ схож с персонажем одной очень популярной компьютерной игры. Давно эта игра стала известна во всём мире. Видимо единомышленники собрались в одном месте, – подумалось автору, – и сделали эту замечательную игру. И как оказалось, впоследствии игра стала близка многим по всему миру людям. Поэтому можно сказать о схожести людей в чём-то. И это правда, и это правильно. – Добавил автор.

Автор не хотел сравнивая ДЛ, называть и описывать персонажа той игры по некоторым причинам. Но об одной он решил написать. «Из-за описания того, другого, и сравнения с ним ДЛ, может сложится неправильное впечатление о ДЛ, и тогда бы ДЛ не был индивидуален. А он индивидуален. И не потому, что он с самого начала был чем-то «быстрее, выше, сильнее», а потому, что он как и все в мире индивидуален». И он не был выбран специально, а приснился ему неожиданным образом и стал основным персонажем, не лучше и не хуже других. Но об этом позже. И дабы не сравнивать ДЛ с упомянутым персонажем, автор решил описать ДЛ.

Плотный волосяной покров покрыл всю кожу тела и конечностей. Морда с приятным выражение чем-то схожа с медвежьей, но менее вытянута. На морде волос немного и они короткие. Имеется нос, рот, щёк не видно, но они есть. Волос нет только на глазных яблоках, чёрном носу, когтях, лап-ног и лап-рук. В ушах, носу, на ладонях их меньше – они короче и растут реже. Цвет их коричневый, местами темнее, местами светлее. Руки-лапы непропорционально длинные, с крупной пятипалой кистью, и длиной как пол-кисти изогнутыми в сторону хвата когтями на них. На когтях ороговевшие верхние слои топорщатся. К окончанию когти сужались и заканчивались округлёнными тупыми концами. При ходьбе крупные руки-лапы мотаются взад-вперёд так, как будто ДЛ дополнительно отталкивается ими о воздух. Ноги-лапы мощные, но о них особо сказать нечего. Предназначаются они только для ходьбы, не для боя. Им он не дерётся вообще, а только ходит. И бегает. Ну и подошва крупная, широкая, чтобы не упасть мощному телу. Мощные коленные суставы, хорошо видные даже сквозь густой волосяной покров. А ещё на ступнях мягкие толстые подушечки – одна большая под линией голени и четыре поменьше под каждым пальцем. Ещё можно сказать о пальцах: они короткие, толстые и когти по внешнему виду похожи на кистевые, короткие, длиной в одну четверть ступни. Что примечательно ступня сгибается во всех направлениях одинаково гибко. Замечательное свойство ступни, которое уменьшает вероятность её перелома, хотя потребовалась дополнительная усложнённая поддержка мышц и связок. Так же стоит упомянуть о малокостной системе строения ступни, при этом кости крепкие, сломать их очень трудно. А так же густые длинные волосы лезут между подушечками. Ещё стоит коротко сказать, что подушечки хоть и прочные, упругие, но на ощупь эластичные, почти нежные за счёт мелкой ворсистости этого особого покрова. Может показаться, что их можно легко порезать, проткнуть. Но это не так.

И так ДЛ бежит вверх влево по карте местности. За ним такая же как он самка ДЛ, но пока что только бежит, ничего более того не делает. – Автор написал, что вид карты и бегущих персонажей сверху. Как карта спутниковой съёмки, только ближе. – ДЛ бьёт нападающих на него противников, их немного, все они на этой карте против него поэтому ДЛ защищается. За уничтожение противника он не получает ничего: ни очков опыта, ни денежного вознаграждения, ни силы, ни уважения. Он делает это для выживания. Он сильный и умелый. В сражениях существует опасность для жизни и здоровья, и он это будто понимает. Почему будто? Об этом будет сказано далее. Так же у него есть цель, к которой он идёт и если есть возможность избежать драки с противником, он её будет избегать. Тем более неизвестно – победит ли он, или противник победит его. Шутить или отступать здесь не будут. В этой истории не будут, – уточнил Автор. – А у него, кроме его спутницы помощников нет. У него нет и не было отца, брата дяди, друга, того кто бы защитил его или помог защитится. И не нужно. Он сильным не родился, а стал. Он тренировался, получал знания. – Так решил автор.

При открывающейся карте появились несколько десятков противников, они суетясь разошлись в полукруг, но в кольцо взять их двоих не смогли. ДЛ напал первый, и его спутница что-то будто говоря (её губы шевелились) и слегка двигая руками-лапами, то распрямляя кисти, то сжимая их в кулак и двигая ими из стороны в сторону, повёрнутая в сторону ДЛ не вступала в драку. Противник не мог подойти и причинить вреда ей потому, что от ДЛ исходили волны воздуха в её сторону, а когда его спутница немного отходила назад, огненные линии исходящие из ДЛ жгли воздух, и противник не мог через этот огонь дойти до его спутницы. Когда было необходимо, по соображениям спутницы, она помогала выйти воде из пространства, окружающее ДЛ, оттуда же откуда выходил воздух и огонь. Капли воды, ускоренные воздухом сильно били по противнику и противник не мог подойти к спутнице ДЛ. А некоторые из них падали и уже не вставали, а потом исчезали. ДЛ бил противника руками-лапами и иногда из пространства вокруг лап-рук противнику доставалось и огнём, и водой. А когда противник плотно наседал по всем трём направлениям вокруг ДЛ и его спутницы мог возникнуть вихрь воздуха. Мог возникнуть вихрь воздуха с каплями воды или вихрь воздуха с огнём, отчего воздух становился очень горячим, – автору подумалось, что даже вылетающие части пламени плавили волосы и обжигали кожу противника. Так он и написал, – и огонь плавил волосы и обжигал кожу противника. Бой ещё немного продолжался. И вот последний противник был повержен.

Двое персонажей победителей стояли повёрнутыми мордами в направлении последнего побеждённого, будто о чём-то думали. Будто им нужно было время для осознания всего происходящего. А потом медленно к ДЛ подошла спутница и вместе они продолжили путь, и противника не было на карте местности. Пока что не было, – уточнил автор. – Через некоторое время они вышли на луг, пройдя границу местности каменисто-песчанной поверхности с чернозёмом. Граница шириной шага три. Почему такая узкая? Мог возникнуть вопрос. Потому что автор видел эту границу на карте местности именно так. Вид карты местности как со спутника исчез и стал обычный, как у нас обычных людей в нашем обычном мире, – добавил автор. Топая по лугу ДЛ со спутницей собирали ягоды и траву, кушали их и другую растительность. Она баловалась – выводила воздух из пространства вокруг ДЛ в разные стороны. Воздух улетучивался по лугу нагибая траву полностью или только её верхушки и растворялся вдалеке. Она делала так, что воздух закручивался вокруг ДЛ, теребя волосяной покров его тела, ей нравилось смотреть как волосы на его теле беспорядочно быстро шевелились.

Этот луг и этот красивый мир не относился полностью к карте местности. Это была часть мира строящегося ей и им. Этот мир строился в их голове. Написал автор. – Так же как в моей про них, – думал он. Автор позволил знать своему персонажу простую вещь, – не будет его спутницы, не будет этого красивого мира. «Пока что ему этого достаточно знать», – решил автор.

Автор решил наделить персонажа знаниями и опытом от соприкосновения с этим другим миром, помимо песчано-каменистого. Зачем? Для понимания многогранности мира. Своей не всесильности. Для понимания того, что он не станет владыкой мира, а есть кто-то другой, тот кому пришла мысль написать про эту карту, его и её. Зачем? Автор сам точно не знал, но раз пришла эта историю в голову, так неожиданно и такая необычная для него, то ему захотелось сделать персонажей более живыми чем просто словами на бумаге, набором алгоритмов и воображаемыми существами в своем воображении. Получится ли у него?

«Если они останутся в воображении, то они там так навсегда и останутся образами, мыслями. А если я про них напишу, то это уже будет делом или началом дела. Большого ли, малого ли будет видно», – думал он. Он думал по разному о своей затее в том числе о её абсурдности.

Возможно автор хотел более разобраться в том что его на данном этапе жизни беспокоило, и что он не мог понять и тем более выразить словами и мыслями. «Кто-то выговаривается, а я «выписываюсь», – решил автор. Автор решил писать и что из этого получится станет видно. С сих пор в этом, как может показаться глупом или непонятном наборе предложений, под названием Книга, слово Автор будет всегда написано с большой буквы.

«И как же сделать так, чтобы ДЛ стал более живым, чем набор алгоритмов, чем просто слова на бумаге, – подумалось Автору. Несмотря на всю запутанность Автор решил действовать постепенно. Пошажно, – подумал он, – один шаг. Потом второй. Подумал. Ещё шаг. Ещё подумал. Ещё шаг. – решил по такому плану действовать он. – Эта история будет моим экспериментом. И так продолжаю».

И так Автор вроде понимал невозможность создания своей задумки по причине несуществования ДЛ в реальном мире Автора. Но он существует в его воображении. И возможно это сделать только там. Насколько правдивым, реальным получится персонаж? Вот вопрос.

«В конце концов персонаж об этом не узнает, – подумалось Автору, – А как быть если узнает? Каким образом это может произойти? Ну, достаточно рассуждений, головоломок. Нужно просто писать дальше, раз уж я автор», – подумал Автор. Подло поступать с ДЛ по принципу «… если не узнает, то можно …» писать так как вздумается. Хотя если Автор хочет оживить, очеловечить ДЛ, то он должен и даже обязан поступить с ним подло, потому что подлость присуща человеку и ДЛ должен узнать о ней. И Автор решил, поступит с ДЛ подло в подходящее время, и так же в подходящее время скажет ему зачем он так сделал. «Решено", – подумал Автор.

Спутница ДЛ бегала по лугу, ладонями касаясь ромашек, полыни, зелёных стеблей травы. Она будто радовалась, но радость её будто была похожа на набор алгоритмов – в глазах будто пустота, мышцы улыбки на глазах будто кто-то оттягивал, но не она. Не от неё это шло. Автор решил дать ей имя, и логично было бы назвать её СДЛ. Но так как у Автора появилась хоть какая-то цель, пусть даже временная (промежуточная), то в рамках своей задумки нужно дать ей нормальное имя. И ДЛ тоже. Но так как Автору ничего подходящего не приходило на ум, он решил оставить имена ДЛ и СДЛ.

«В любом случае это в воображении. Ни один борец за права человека не предъявит статью из нормативно-правовых актов за то, что нарушены права человека, унижены его честь и достоинство: не предоставлено имя, – подумалось Автору, – собственно ДЛ не человек. И СДЛ тоже, – в недоумении думал он, попивая растворимый кофе с молоком и сахаром. – Однако в нашем мире где женщина или мужчина вступают в брак с цветком в горшке, предположим с фикусом, и такое возможно в принципе, то нужно быстрее дать имя любимым многоуважаемым персонажам, – принял правильное решение Автор, – а лучше его никогда никому не показывать, – принял вроде бы как ещё правильнее решение он. И поразмыслив ещё немного решил, – ну это уж слишком. Просто пишу дальше. Даже если найдётся человек или группа людей желающих подать в суд за унижение человеческого достоинства, мне есть что сказать, – стал более увереннее Автор. – Надо включать голову, – появилась у него мысль, – но в связи с вышесказанным о фикусе, выражение «включать голову» звучало, – Автор произнёс его вслух, – неправильно (искажённо)».

И так с ДЛ играет его спутница. Подруга ли она ему, любовница ли? Какие у них отношения когда Автор не «видит» их, не пишет о них. Готовит ли она ему еду, если они вместе.

«Вопрос, однако! – подумалось Автору. – Что я за автор если приходят такие вопросы? Нужно было немного поразмыслить, чтоб пришли другие мысли, а не задавать «сырой вопрос» сходу, всё-таки автор есть автор. – Автор ответственен за написанные слова и это знал Автор, но в этот раз он пренебрёг ответственностью. – Из-за каждой мелочи нагружать себя ответственностью – с ума можно сойти, – решил Автор, – Да, приму во внимание всё обдуманное, пока не написанное, – он повернулся к стене, потупил взгляд в неё и шёпотом, наедине сам с собой сказал, – приму во внимание и сказанное тоже, – он знал, что рядом никого нет, но ситуация уж очень была напряжённая. Он был напряжён. Тем более такого вида произведение он никогда не писал. И состояние его морально-психологическое могли оценивать по этому произведению, – ну это уже слишком далеко я забегаю. Я его даже никому почитать не давал, а уже надумал себе, – думалось Автору, – всё, пишу дальше».

ДЛ и СДЛ не общались. Не разговаривали. «Как так? Они же спутники, но не общаются?» могло показаться читателям, – подумал Автору. – Но факт остаётся фактом. Они не общались. «Они никогда не общались?» мог возникнуть вполне закономерный вопрос. Автор в раздумьях о возможном будущем вопросе остановился в написании своей книги.

«Так они же не настоящие, – вдруг повеселел Автор об отсутствии необходимости отвечать на закономерные вопросы. Но тут же задумался насколько они не настоящие и даже насколько он их хочет сделать настоящими или нет. – Цель-то была поставлена чётко. Стоп, стоп. Пишу дальше. – Да, ДЛ и СДЛ не общались».

Тогда когда Автор «увидел» их впервые они не общались. Автор тогда даже не знал кто они. Но сейчас Автор «видел» их, и «видел» как СДЛ играет с ДЛ. – Он ей нравится, возможно она его любит. – Автору понравилось её девчачество, игривость «девушки». Ему виделся её весёлый нрав. И, наверно доброта и неиспорченность и естественность самки по природе своей. – Уже сложилось некоторое представление об этой парочке, непонятно откуда взявшихся персонажей и Автор решил окончательно определится с происхождением главных действующих лиц этой истории. «Происхождение их – из воображения. Вот. – Решил Автор. А как они оказались в его воображении – вопрос философского характера, и автор напишет ответ на этот вопрос когда сам узнает, и когда у него самого прояснится в голове то о чём писать стоит, а о чём нет. В рамках данной истории, конечно.

Светло и тепло от летнего солнца закончилось по той причине, что ДЛ направился севернее по местности, а там другая погода. Необходимо было … , «Что было необходимо? Восстанавливать справедливость. Спасать мир, – подумалось Автору, – Но нет. Это чьи-то слова. Чьи-то глупые идеи, – продолжал думать он. – Спасать никого не нужно, – будто хотел сказать Автор ДЛ, – нужно делать дело», – чётко произнёс Автор, сидя за столиком с ручкой в руке, и описывая происходящее с ДЛ. Автору не было страшно от самого себя. – Да я немного …, – он пару секунд подумал, – писатель, наверно, – С ДЛ происходили события и «чем дальше тем больше». С ДЛ происходило следующее.

ДЛ видел перед собой каменисто-песчаную почву, оранжевое горячее почти обжигающее её светило. Острые камешки не резали, а давили на подушечки его ступней. Он шёл иногда переходил на бег и снова шёл. Густой волосяной покров оберегал от жары. А ДЛ будто понимал, что густой волосяной покров ему не нужен здесь, не тот климат. Местность не та для такого покрова. И, наверно, за продолжительное время у ДЛ возникла мысль, возможно одна из правильных – он создан не для этой местности. Так ему будто подумалось, но было ли это верной мыслью – оставалось вопросом. Двое персонажей долго шли и вскоре вдали показалась возвышенность протяжённостью на весь горизонт. Они всё шли и шли, без остановок, – «пусть идут, сил у них много, они – мощные», подумал Автор, – целенаправленно прямо к возвышенности и вскоре песчано-каменистая местность снова преобразовывалась в красивую зелёно-цветущую. ДЛ шёл заходя в красивую местность, цветущую цветами и разнотравием, подходил к возвышенности. Из узкого прохода в возвышенности выскочил агрессивный кто-то похожий на ДЛ. ДЛ быстрым ударом лапы устранил неизвестного. «Одиночка, откуда он здесь?» – будто бы возник вопрос у ДЛ, подумал Автор. – ДЛ шёл дальше со спутнице, которая шла уже рядом с ним. Близко к нему. – написал Автор.

В возвышенности имелась ущелина, разделяющая её на две. Таким образом две возвышенности поросшие у подножия невысокой травой будто были обуты в красивую зелёную обувь с оранжевыми цветами-пуговками, белыми цветами-полосками. Отчего-то возвышенности имели крутые, почти вертикальные склоны, таким образом между ними был проход, за которым было светло. От вида такого света было приятно и ДЛ пошёл туда. Нужно было увидеть что-это.

Простор.

Пройдя через эту узкую и короткую ущелину ДЛ увидел красивую местность: луга, возвышенности с далека похожи на кочки, поросшие густой невероятно красочной зелёной травой. Ковёр густой травы устилал почти всю поверхность этого великолепного места. Здесь не велись войны никогда, ДЛ это сразу заметил. Цветы различного окраса росли дружно то там, то здесь по всему простору. Тропинка ветвляла красивыми плавными изгибами, «отростками» уходила в разные стороны, где-то заканчивалась завихрениями изящно, как и сама живая природа в этом просторе. ДЛ был восхищён такой красотой. И СДЛ встав рядом рассматривала невиданной красоты место. Она подняла голову: на голубом небе, облака-лошадки скакали небольшим табуном туда куда их подгонял нежный ветерок. А там вдалеке два дельфина и дельфинёнок с темноватой полоской вдоль тела-облака плыли в голубом небе-море. Маленькие и большие бабочки порхали крылышками над оленятами, питающимися сочной травой. Зайцы, сидя на траве изредка мотали головой, посматривая на бабочек сине-жёлтого,красно-белого, жёлтого с чёрными точками окрасом. Сидя на роскошных ветках, густо поросших листвой деревьев щебетали о своём птички. Где парами, а где поодиночке красивые красочные создания прыгали на тонких лапках вправо и влево. Некоторые из них быстро бегали на высоких лапках по земле в гуще травы и также быстро взлетали, а пролетев немного, плавно приземлялись на землю и опять бегали. ДЛ шагнул вперёд, а СДЛ взяла его за лапу и придержала, сама смотря на это чудесное место. ДЛ всё понял. Правее вдалеке, плавно поворачивая красивым узором, речушка по проделанному когда-то пути медленно текла, волнами поблёскивая в лучах полуденного светила. И рыбки. Рыбки, проплывая близко к поверхности воды блестели чешуёй, а отражённый от чешуи свет «выходя» из воды распадался на лучи нескольких цветов, быстро сверкнув улетал из прекрасного места, поющего звуками природы жизнью. Там вдалеке столб воды плеснул ввысь, разбрызгивая множество капель в стороны. Лучи света, проходя сквозь них образовывали радугу и затем она исчезала, когда самые мелкие капли, все до единой падали на землю. Это гейзер. Редкими порывами выдавливаемая из земли вода питала водолюбивые растения, с некоторых пор поросших под падающими каплями, и особняком отделившихся от другой растительности красочно-зелёного цвета. ДЛ медленно пошёл вперёд, потянув за собой спутницу. Таких прекрасных видов природу он никогда не видел. Он не помнил, что он ещё видел кроме драк, кроме того песчано-каменистого места и СДЛ, которая всё это время бежала за ним.

Он себя-то не помнил. Только сейчас ему пришло понимание что он живёт – подумалось Автору. – Он отрывисто помнит что он делал до какого-то моменты того недавнего прошлого когда он бежал и дрался с нападающими на него противниками. Он понял, что не помнит что было ещё раньше. Будто его не существовало: «Как так может быть?» – подумал ДЛ.

"Как так может быть? – подумал Автор. – Я положил ему в голову цельную цепь мыслей. Может быть мне остановиться? – понимая важность своих действий подумал он. – Как он оказался в моей фантазии? Зачем он нужен? Как он оказался в фантазии я, вероятно, никогда не узнаю. А вот как поступить мне дальше: смять написанные страницы и выкинуть? – грустно подумалось Автору. – Жалко. Положить в стопку тетрадей и забыть про персонажа. Как я делал много раз: не действовал и забывал детально и атмосферу того, что поступило в воображение! А потом уже так интересно не написать! И не писал вообще. Упускал возможность. Как в сказке о потерянном времени, – чуть не разрыдался Автор о упущенных возможностях, – зря прожитом времени, о пустоте бессмысленно прожитых лет. Да что там! Пятилеток! – слеза собиралась в глазу Автора, и он, почувствовав её, сам себя взбодрил, – ну что я совсем раскис. Бодрее. Бодрее нужно быть, – и, сидя за столом встрепенул плечами. – Да как же тебя занесло в мою голову, – подумал Автор о ДЛ. – Как начинаю о тебе думать возникают проблемы в голове. Ладно хоть в голове, – пришла освежающая мысль Автору. Он посмотрел на компьютер, на большое окно, диван, чайник, который ему особенно нравился, – вот ведь в реальности, всё есть у меня. Всё нормально. Женщина моя только в командировке. Но это решаемо. Это уж самое решаемое, не как с ДЛ. Надо рассмотреть разные варианты. Предположим дальше писать. «Хочешь что-то сделать – сделай!». Нет это сюда не подходит. «Иногда надо просто делать». Во! Писать дальше и к чему-нибудь точно придёт эта история. С ДЛ, с СДЛ и со мной. Как же мне надоели эти аббревиатуры. Понапридумываю постоянно себе что-то, потом голова чуть не болит от созданных проблем самому себе. Надо сейчас же придумать имена, – сидел и нервничал Автор. – Надо решить эту проблему, а потом приступать к следующей: решению дальнейшей судьбы этих двух. Так, может быть сначала решить судьбу, зачем мне тогда им имена давать, – появились противоречия у Автора. Проявилась логика. – Да что я опять начинаю. Так и буду до полночи сидеть, решать проблемы, – опять разнервничался Автор. – Спокойно. Спокойно, – успокаивал он сам себя. – Имя. Нужно имя. – И, встав с кресла, приподнимая руку со сжатой кистью в кулаке, слегка поматывая ею, произнёс что-то более менее определённое. – Да будет имя тебе отныне Коричневый. – И с улыбкой на лице, довольный сам собой о принятом решении, он присел опять в кресло. – За это надо выпить. – Он подошёл к чайнику и нажал на кнопку, положил травы в стакан и опять присел в кресло. – Ну а теперь совсем просто, – с чувством лёгкости во всём теле подумалось ему. – У тебя, СДЛ, – он посмотрел на аббревиатуру «СДЛ», – имя будет – Коричневая, – принял правильное решение он. – В конце концов главное, чтобы я был доволен, чтобы мне это нравилось. Пусть пока такие имена. Минус одна проблема. Ещё один вариант – написать что-то невообразимое из этой истории. – Подумал Автор и призадумался, – а как я напишу невообразимое если оно невоображается!? – Пришёл вполне логичный риторический вопрос Автору. – Это чьи-то слова, которые запомнились. – Знал он. – А как написать что-то такое необычное, интересное? Да, никак. Я буду думать, что написал такое, а другие скажут «Фу, что это?!» или «Дурь какая-то». Ну всё, хватит, а то сам себя «накручу», – трезво подумалось Автору. Он посидел, подумал. Отщёлкнула кнопка чайника, Автор заварил ароматные травы, подождал примерно минуту, процедил, вдохнул приятные пары, и аккуратно двумя руками как сокровище понёс стакан к столу за которым писал. Присев, Автор водил глазами по ноутбуку слева-направо, сверху-вниз. Он подумал о покупке нового ноутбука, потому, что у этого сломалось это, а потом то. – Вот допишу про ДЛ. Вот прилипло уже. Про Коричневого. Сдам труд работы в издательство, получу средства за него и куплю ноутбук, – появились мысли вполне логичные подумалось Автору. – Ну да, всё логично: пишу, редактирую, отправляю, принимают, издают, продают (или покупают), переводят средства мне, а дальше дело за малым, – Но тяжёлые мысли реальности отяготили ум Автора. – Какие же они мгновенные! Какие же они быстрые! – подумал Автор про мысли. – Моя жена сказала бы «Даже помечтать не дают!». По своему она, наверно, права. Она мне нравится. Фигурка у неё хорошая. Стоп, стоп. Надо же было такому подуматься. В такой час и когда она в командировке. Надо размяться, – принял абсолютно верное решение Автор. Он встал, покрутил головой, телом, отжался от пола сорок раз, вобщем размялся. Затем он посмотрел на чём остановился.