Белая Тьма: Орден. Книга 5

Диана нервно передернула плечами: «Мне просто надо это пережить».

Кто-то слегка ущипнул ее за локоть, повернувшись, она увидела Лену.

– Чего опаздываем, пропавшая душа? – зашептала та ей на ухо, так как директор уже начала свою речь.

– Дождь подпортил мне настроение и планы, – улыбнулась Диана.

– Дождь? – уточнила Пиванова, подавив на лице ухмылку.

Мегелева совершенно не поняла причину ухмылки и, в очередной раз улыбнувшись, отвернулась обратно к временно обустроенной сцене.

Все то время, пока учителя поздравляли ребят с началом нового учебного года, рядом с Дианой кривлялся очень высокий блондин с живыми карими глазами. Ростом он напомнил Мегелевой Витю, давнего ухажера из Черкесска, а поведением Жданова Артура, который, кстати, тоже приударял за ней. Находясь в ужасном настроении, Диана периодически окидывала кривляку недовольным взглядом, тот прекрасно видел раздражение на лице новой одноклассницы, но продолжал шутить и выламываться, поддерживаемый хихиканьями Елесеевой Полины.

«Детский сад!» – подумала Диана и тут же услышала шепот Лены.

– У меня такое чувство, что мы не в десятый, а в пятый класс перешли, – той тоже были не по душе забавы новых одноклассников, которые уже начали тыкать друг друга пальцами в ребра.

Хмурой была только подруга Полины Вера, при чем хмурой она оставалась даже тогда, когда улыбалась. Григорьев Миша, которого Диана уже заметила и вот как минут 15 лицезрела его выламывания перед новыми одноклассницами, казалось чувствовал себя словно рыба в воде.

После окончания линейки Нинель Ильинична, классная руководительница 10 «Б», попросила учеников подняться в кабинет химии. Именно этот предмет она преподавала, и Диана с разочарованием отметила, что маленький уютный кабинет домоводства нравился ей гораздо больше. Теперь же их классным кабинетом была огромная аудитория, с возвышающейся у доски кафедрой. А все парты были специально оборудованы для химических опытов.

– У кого есть ветровки или пиджаки, уберите в шкаф, на стульях ничего не должно висеть. Ваши пакеты со сменкой и другое барахло тоже не должны валяться под ногами, – без особой дружелюбности заявила Нинель Ильинична и, поднявшись за кафедру, начала методично постукивать пальцами по столу в ожидании, когда ученики рассядутся по своим местам.

Все ребята притихли и стали кидать друг на друга недоумевающие взгляды.

– Любовь Алексеевна, конечно, еще та нудная старушка, но эта – настоящий цербер, – прошептала Лена Диане, та утвердительно кивнула.

– Итак, начнем знакомиться, – сказала Нинель Ильинична, поправив рукой серебристо-пепельные волосы, подстриженные под каре, – Вас в классе всего лишь двадцать один человек, это очень мало. Сейчас никто не хочет серьезно изучать химию, и, уверена, из вашего «химбио» только человека два-три хорошо знают мой предмет. Сейчас мы это и проверим… а, вот… пожалуйста, кумушка за последней партой, у которой не закрывается рот… да, да… я тебе… выходи к доске, сейчас проверим, твой ум такой же острый, как язык?..

– Я Федорченко Алиса, но не пойму, что я должна делать у доски? Сегодня нет по расписанию химии, да и других предметов тоже. Сегодня первое сентября, и мы пришли на линейку.

– Ты еще пререкаться со мной будешь?! Выходи, или два поставлю!

– Ставьте, только у вас даже журнала еще нет.

– Ты посмотри! – вскипела пожилая женщина. – А я тебе в этот список поставлю, а потом в журнал перенесу!

– Права не имеете! – вступился за одноклассницу высокий блондин, его, как узнала Диана, звали Витей. Оказывается, с ее бывшим ухажером его объединял не только рост, но и имя.

– Это ты мне будешь рассказывать на что я имею право, а на что нет?! – глаза классной руководительницы выкатились из орбит, а нижняя челюсть слегка подрагивала.

– Она неадекватная что ли? – шепотом поинтересовалась Диана у Лены.

– Похоже на то, – в таком же шоке ответила та.

Пока они переговаривались Нинель Ильинична наставила двоек еще четырем ученикам. Федорченко Алиса вместе со своей подругой демонстративно вышли из класса и хлопнули дверью. Имя второй одноклассницы никто не знал, так как Нинель Ильинична так и не соизволила познакомиться со своими новыми подопечными.

– Хамки какие! Это беспредел! Все! Можете быть свободны, даже разговаривать с вами не хочу! Расписание узнаете сами и попробуйте опоздать хотя бы на пять минут! Я вам устрою! Я за вас возьмусь! – Нинель Ильинична погрозила кулаком в сторону учеников и тоже выбежала из класса.

– Вот это треш! – воскликнула высокая девушка с кудрявыми меллированными волосами.

– У нас теперь всегда так будет? – пробормотала Полина, недоумевающе хлопая глазами.

– Как-то и учиться в этом классе перехотелось, – сказала соседка кудряшки.

– Ребят, давайте отбросим негатив, забудем про лайку и познакомимся сами. – предложил Миша.

– Я и так всех знаю, – довольно хмыкнула кудряшка, – но, если что, я – Елагина Женя.

– А что за лайка? – спросила Полина.

– Такое прозвище у нашей новой классной, вы не знали? – ответил Миша.

– Подходящее, – фыркнула Лена.

– Да, она тот еще монстр! Моя старшая сестра тоже была в ее классе, – разошелся Григорьев, довольный тем, что стал центром внимания: вопросительно-сосредоточенный взгляд Полины, устремленный на него, очень льстил Мише.

– И что же нам теперь делать? – спросила она, не отрывая от Григорьева своих голубых глаз.

– Познакомимся, а потом все вместе забуримся в кафешку.

– Согласна, – тут же поддержала Елисеева Полина, мило улыбнувшись.

Еще больше осмелев, Григорьев прошел за кафедру и, взяв в руки список, начал зачитывать фамилии.

После знакомства Мегелева и Пиванова не пошли гулять вместе с новыми одноклассниками: у Дианы не было никакого настроения развлекаться, а у Лены были какие-то другие планы, возможно, она хотела встретиться с Артемом. Диана не стала уточнять, боясь затрагивать любовные темы и не желая встречных вопросов, однако, молчание ей не помогло. Как только они с Леной вышли в коридор, та остановилась и, глядя на Мегелеву с сочувствием, спросила:

– Хочешь поговорить о Кирилле?

Диана аж подпрыгнула на месте. Этот вполне ожидаемый вопрос все же застиг ее врасплох.

– Нет, – довольно резко ответила она, ускорив шаг.

– Когда захочешь, я с удовольствием выслушаю тебя, – как можно мягче добавила Пиванова, стараясь поспеть за подругой.

Диана буркнула себе под нос что-то невнятное.

«Необходимо как можно скорее выйти из школы, чтобы больше не встретить знакомых», – повторяла она про себя.

Но не тут-то было. Прямо перед ней возникла Марина:

– Ди! Что за дела?! Что происходит?! Как ты такое допустила?!

– Ч-ч-что? – растеряно проговорила Мегелева.

– Какого фига Рик делает с этой проституткой?! – продолжала возмущаться Марина, активно размахивая руками.

Диана застыла в недоумении, стараясь осмыслить слова подруги.

– О чем ты? – наконец выдавила она из себя.

– Рик во дворике зажимается с Сениной!

– Рик? Кирилл?

– Эй, да что с тобой?!

– Похоже она не в курсе, – сказала Лена, – Вот же гад! А я еще хотела с Дианой поговорить на счет Громова, узнать, что у них случилось, но она отмахнулась. Я думаю, больно, наверное, не буду лезть, – причитала Пиванова, но Диана ее уже не слушала.

– Кирилл в школе? – лишь переспросила она у Марины.

– Да! Говорю же, он с Сениной во дворике, чему ты улыбаешься?!

Но Диана уже сбегала вниз по лестнице и не слышала последних слов. Она так переживала, что для всех останется несчастной девушкой, у которой погиб парень, что, узнав о возвращении Кирилла в школу, была несказанно рада.

«Неужели он заменил воспоминания такому огромному количеству людей?» – размышляла она на ходу.

Диана буквально ворвалась во дворик, в котором сразу же воцарилась тишина. Краем глаза она отметила, как ребята из первой группировки расступились, освобождая проход в конце которого стоял Кирилл. Он прижимал к себе Сенину, поглаживая ее по бедру.

Диана остолбенела, хотя понимала, что нужно что-то сказать или сделать, потому что выглядит полной дурой.

– Я не верю своим глазам! – наконец выдохнула Диана и дико расхохоталась.

«Да, она точно не будет несчастной девушкой, у которой погиб парень. Она будет брошенкой, которую променяли на местную шлюху».

Сенина победоносно задрала подборок.

– Ты что-то здесь забыла? – бросила она Диане.

– Нет, уже точно нет, – продолжала истерично смеяться та, – Вот теперь все на своих местах, и каждый с тем, кого заслуживает, – Диана начала пятиться назад.

– Ди, ты не должна уходить, ты в нашей компании и ты наш друг, – сказал Самойлов, осуждающе посмотрев на Громова.

Тот же с наглой улыбкой пялился на Диану.

– Нет, здесь мне больше нечего делать, – ответила Диана и ушла.

«Я не должна плакать, я не должна плакать», – повторяла она про себя всю дорогу до дома.

Буквально ворвавшись в квартиру Диана уже хотела пронзительно закричать, дав боли возможности выйти, но на пороге ее встретил Данил:

– Пивет! Ты пишла? Посли гулять!

Диана застыла на месте, не в силах выдавить на лице даже улыбку, несостоявшийся крик комом застрял в горле.

– Диана? – из зала вышла Марина Александровна и удивленно посмотрела на дочь. – Так быстро вернулась? Никуда не пошли с новыми одноклассниками? А мы с Данилом хотим прогуляться по площади, дождь вроде закончился. Хочешь с нами?

– Нет, я забежала на пол часа, – выдавила из себя Диана и направилась в сторону ванной, – Мы договорились встретиться в парке Победы, но чуть позже.

– Как новый класс?

– Все очень милые.

– Какая-то ты бледная, что-то случилось?

– Это все из-за женских дней, – отмахнулась Диана и уже собиралась закрыть за собой дверь, но очередной вопрос мамы остановил ее.

– Не рано разве?

– В этот раз как-то так, – почти с раздражением бросила Диана и закрылась в ванной.

Щедро открыв кран и выпустив шумный напор воды, она села на пол и горько расплакалась. Чтобы хоть как-то приглушить рыдания, Диана схватила полотенце и уткнулась в него лицом. Происходящее вокруг напоминало нескончаемый кошмар. Прежнего Кирилла больше нет, она так и не смогла вернуть его к жизни, вместо этого она оживила какого-то монстра.

– Прости, любимый, я боролась за нас, я боролась, как могла, – рыдала Диана не в силах остановиться.

Но в какой-то момент она резко замолчала и, решительно встав, умыла лицо холодной водой.

Через минут пятнадцать, убедившись, что следы от слез полностью сошли с лица, она позвала Игоря. Тот сразу же появился.

– А где эффектное пламя? – бесцветно поинтересовалась она.

– Сейчас не до спецэффектов. Мой царственный братец снова отправляет меня в Лазурный мир.

– Как раз о Кирилле я с тобой и хотела поговорить. Я хочу развестись с ним.

– Что?! – Игорь уставился на нее словно на сумасшедшую.

– Он чудовище! Он унизил меня! Пора признать, что моего Кирилла больше нет, – Диана приложила максимум усилий, чтобы подавить накатывающие на глаза слезы. – Тот, кто вернулся из Чистилища, настоящий монстр.

– Отлично, Ди! Ты все очень хорошо придумала! Выпустила дьяволенка из табакерки и в кусты!

– А что я могу сделать?!

– А кто, если не ты?! Сама сказала – он монстр! Он опасен для всех, для всего мира и для твоих школьных друзей, в частности. Кто последует за Шарлем, а? Ты думала об этом?

При упоминании о Шарле кровь ударила в лицо Дианы.

– Замолчи, – выдохнула она.

– Что ты будешь делать, когда Рик убьет еще кого-нибудь?

– Но как я могу помешать ему?

–Не знаю, но мы вернули его к жизни, нам и расхлебывать. Тем более ты не сможешь развестись с царем Темных, такого не было в истории нашего государства.

– Получается, Кирилл всю жизнь меня будет унижать?! – Диана все четче и четче осознавала во что вляпалась.

Она поняла, что ей можно поставить крест на своем женском счастье, так как Кирилл никогда не позволит ей завязать отношения с другим.

– Как он тебя унизил? – прервал поток ее мыслей Игорь.

– Вернулся в школу, заменив всем воспоминания, и снова начал встречаться с Викой. Он выставил меня на посмешище!

– То, что он вернулся на землю одновременно и хорошо, и плохо. С одной стороны, – привычное для него окружение будет поддерживать в нем человечность, но с другой… он может натворить на земле много бед и создать нам кучу проблем. Зачем вообще он вернулся в школу?

– Не удивлюсь, если для того, чтобы насолить мне!

– Это очень хорошо… – протянул Игорь.

Диана возмущенно на него уставилась.

– Просто это значит, что ты ему не безразлична, – пояснил тот.

– Это я поняла еще когда он пришел ко мне ночью и попытался изнасиловать. Вот только мне не нужен такой Кирилл.

– Необходимо вернуть ему память, – размышлял вслух принц, – Ди, я обязательно что-нибудь придумаю.

– Ты уезжаешь в Лазурный мир, – напомнила ему Диана, больше не веря в то, что ее прежнего Кирилла можно вернуть.

– Но я вернусь и, возможно, в том мире найду того, кто знает, как нам помочь. А ты пока держись и не отчаивайся.

– А ты будь осторожен, не заставляй Машу пережить то, что пережила я.

– Не волнуйся, я обязательно вернусь.

Глава 11.

Диана не спеша шла по залитой утренним солнцем аллее в сторону лицея. Шустрые воробушки перелетали с одной ветки на другую и резво чирикали, они радовались новому дню, пока еще по-летнему тёплому, но уже с ароматами осенней свежести. Влажные после ночного дождя газоны поблёскивали на солнце росой и в аккуратно подстриженной траве, которая местами уже успела пожелтеть, можно было увидеть деловитых черных жуков, напоминающих семечки подсолнуха. Они медленно и с осторожностью пробирались между мокрых травинок, что-то разыскивая в земле.

День обещал быть тёплым, и Диана в который раз подавила в себе желание прогулять школу. В последнее время пребывание в лицее было для неё невыносимо мучительным. Мало того, что ей приходилось отбиваться от любопытных друзей, которые недоумевали, почему Кирилл снова начал встречаться с Сениной, так ещё новая классная руководительница не давала 10 «Б» покоя.

За первую прошедшую неделю сентября из их и без того небольшого класса ушло шесть человек, не желающих мириться с неадекватностью Ниннель Ильиничны. Класс разваливался на глазах, и Диану это очень беспокоило, ведь если люди продолжат уходить, их класс расформируют, и тогда придется выбирать: физмат или гуманитарный. Диана явно не была математиком, но и учиться в одном классе с Кириллом и Викой после всего произошедшего считала невозможным.

– Это будет катастрофа, – выдохнула она вслух.

«Я не смогу смотреть, как он обнимает Вику», – продолжила Диана рассуждать про себя.

Она остановилась и сосредоточенно стала разглядывать, как несколько муравьёв пытаются с края асфальта перетащить обратно на газон дождевого червя. С отвращением передернув плечами, Диана пошла дальше. Вот уже из-за раскидистого тополя, листья которого были по-прежнему сочными и зелеными, показался небольшой лицей №19.

Поток учеников, спешащих на уроки, замельтешил перед ее глазами. Диана увидела вытянутую белокурую макушку Гагарина Вити, он большими, словно у страуса шагами, направлялся к парадному входу. Витя не видел ее, и у Дианы еще оставалась возможность улизнуть в последний момент. Подавив очередной соблазн, она медленно продвигалась вперед. Диана уже практически достигла своей цели, когда из-за школьного угла, за которым находился дворик, хохоча, вывернули ребята из первой компании. Марина лупила Антона сумкой по голове, а тот закрывался, как мог. Диана юркнула за дерево, ее сердце бешено заколотилось в груди… только бы они ее не увидели.

– Рик, ты озверел что ли? За что ты на него накинулся? – раздался возмущенный голос Димы.

– Да, злой ты какой-то стал, – поддержал Самойлова Алик, – Дианки тебе не хватает.

– Заткнись, – буквально прорычал Громов, как только услышал имя своей магической супруги.

Все разом притихли, смех тут же прекратился. Выглянув из-за дерева, Диана увидела, как помрачнели лица ребят. Теперь уже абсолютно безрадостно первая компания зашла в школу.

«Может, прогулять?» – снова проскользнула у Дианы мысль.

В нескольких шагах от себя на вытоптанной лицеистами тропинке Диана увидела Полину с рыжеволосой девушкой, они что-то оживленно обсуждали.

– А у нас сегодня всего лишь три урока! – радостно заявила подруга Полины, накрутив на палец темно-рыжую прядь.

Ее волосы были зачесаны назад и стянуты в тугой хвост, открывая при этом довольно высокий лоб. Раскосый вырез глаз выдавал в ней узбекскую кровь.

– А почему так мало? – поинтересовалась Полина.

– Вообще уроков у нас пять, вот только предпоследний физкультура, а последний ОБЖ. Естественно, ни туда, ни туда мы не пойдем.

– Везет вам, – протянула Полина, сложив свои пухлые губы трубочкой, – Мы попробовали в прошлую пятницу не пойти на ОБЖ, так Ниннель Ильинична такое устроила, что даже наш обэжэшник, который сам и отпустил нас, был в шоке. После того, как она закончила на нас орать и за ней захлопнулась дверь, он сказал, что нам не повезло с классной.

– Она у вас злюка самая настоящая.

– Это точно. В нашем классе осталось всего лишь пятнадцать человек. Остальные со скандалом ушли.

– Может, перейдешь в наш класс? У нас, конечно, много выпендрежников, один Громов чего стоит, но учителя все хорошие.

При упоминании о Кирилле Диана нервно дернулась, и ее пакет предательски зашелестел. Полина с подругой повернулись в ее сторону, и скрываться дальше не было смысла, Диана вышла из своего укрытия.

– Привет, – поздоровалась с ней Полина.

«Ну всё, теперь точно придется идти на уроки» – обреченно подумала Диана и неохотно поздоровалась в ответ.

Но девушки, похоже, не заметили ее недружелюбности, так как продолжали стоять на месте, и она поняла, что ее ждут.

– Выучила биологию? – спросила Полина у Дианы.

– Да.

– А химию? – весело протянула она.

– По крайней мере, постаралась.

– Может прийти к вам на последние уроки, – задумалась подруга Елисеевой.

– Давай, потом домой вместе пойдем, – обрадовалась та, – Кстати, это Кира, – представила Полина свою подругу, – А это Диана.

Девушки обменялись фразой «Приятно познакомиться», и Диана снова погрузилась в свои мысли.

– Ты чего такая грустная? – поинтересовалась Полина, которая, в отличие от нее, была в хорошем настроении.

Она всё время поправляла свои длинные, до самого пояса, русые волосы, а ее голубые глаза излучали море позитива.

– Да нет, со мной все хорошо, – Диана не сдержала ответной улыбки.

Веселый настрой Полины и Киры немного встряхнул и ее.

По прошествии пятнадцати минут первого урока дверь в кабинет географии открылась, и туда с озабоченными лицами зашли Ольга Михайловна – завуч по воспитательной работе, и Анжелика Алексеевна – новая учительница 10 «Б» по алгебре и геометрии. Как известно, они были хорошими подругами и в последнее время очень беспокоились о судьбе химико-биологического класса.

– Извините, Тамара Сергеевна, что прервали ваш урок, но нам необходимо поговорить с ребятами, дело очень важное, – обратилась Ольга Михайловна к учительнице географии.

– Да, да, конечно, – добродушная старушка отложила в сторону указку, которой только что обрисовывала десятому «Б» самый большой на земле полуостров – Индостан.

Ольга Михайловна разместила свою тучную, но весьма подвижную фигуру по центру доски, стройная и действительно шикарная женщина для своих сорока двух лет Анжелика Алексеевна стояла чуть левее. Обе продолжали сохранять молчание.

– Ребят, что происходит? – наконец, заговорила Ольга Михайловна.

Класс молчал, не понимая, о чем идет речь. Тогда немного вперед выступила Анжелика Алексеевна:

– Почему из вашего класса за неделю ушло шесть человек?

Десятый «Б» не издал ни звука.

– Не бойтесь, говорите всё, как есть, сейчас самое время.

– Это точно, – подтвердила Ольга Михайловна, – Потом будет поздно. Вы понимаете, что если уйдет еще хотя бы один человек, вас расформируют, химбио не будет.

– Как это?! – не на шутку испугался Григорьев.

Он вполне уютно чувствовал себя в новом классе, где ему, наконец, удалось себя проявить. Теперь, когда за соседними партами не сидели задиристые представители первой компании, он мог рассчитывать на лидирующие позиции их маленького коллектива.

Как уже известно, Диане тоже очень не хотелось, чтобы класс развалился. И по возмущенному галдежу, который начался после слов Ольги Михайловны, было ясно, что у каждого одноклассника есть те или иные причины не желать развала десятому «Б».

Но Диана слышала, что подруга Полины предлагала той перейти в десятый «В» и какое решение примет Елисеева, было неизвестно. Диана посмотрела на Полину, та была в полной растерянности.

– Так что случилось? Почему вы все бежите из класса? – переспросила Ольга Михайловна.

– Это всё из-за Ниннель Ильиничны, – выпалил Гагарин Витя, и тут понеслось.

Весь десятый «Б» наперебой стал рассказывать о несправедливостях, которым подвергала их классная: и о криках, и о незаслуженных двойках, и про оскорбления, которые позволяла себе Ниннель Ильинична, переходя на личности.

– Не понимаю, почему она на них так обозлилась, – заговорила Тамара Сергеевна, – они очень хорошие ребята.

– Так считают все, кроме нашей классной, – оскорбленно заявил Григорьев.

– Так уж прямо все, – подтрунила Анжелика Алексеевна.

У нее с первого дня сложились очень интересные отношения с десятым «Б», в котором мало кто уделял внимание алгебре и геометрии, так как, в основном, здесь собрались будущие врачи, химики и биологи. Она в открытую говорила им, что в ее предмете они бараны, но не могла скрыть личной симпатии к ребятам. И действительно, в десятом «Б» собралось очень колоритное общество из самых разных по характеру людей, но при этом в их классе царили покой и уважение: никто не важничал, ни над кем не издевались, никто никого не трогал.

Елагина Женя в первые два дня пыталась показать, что она очень важная персона в лицее, и попади в другой коллектив, она, наверняка, вела бы себя совершенно иначе, но здесь, поддавшись общей атмосфере, была абсолютно простой.

Эта немного детская придурковатость порой раздражала Диану с Леной, но даже они должны были признать, в их классе очень уютно и спокойно.

– Итак, мы вас поняли, – сказала Ольга Михайловна, – Я поговорю с Ниннель Ильиничной, но и вы постарайтесь наладить с ней отношения, иначе химбио не станет.

– А может нам другую классную поставят? – предложил Витя.

– Успокойтесь, посмотрим, что можно сделать.

Затем Анжелика Алексеевна и Ольга Михайловна вышли из класса, урок географии продолжился. Тамара Сергеевна не переставала нахваливать своих учеников, она вела себя, как соседка, которая из жалости подкармливает недолюбленного в семье ребенка.

– Ты пришла сегодня в школу с Полиной? – заговорила Пиванова с Дианой на перемене.

– Да, встретились около школы.

– А я уже подумала, что ты подружилась с этой дурочкой, – усмехнулась Лена, изобразив на лице пренебрежение, – Ты видела, как она глупо себя ведет? Не понятно, с чего хихикает и строит глазки всем подряд: и Григорьеву, и Гагарину, и даже тихушнику Лаптеву.

– Нет, я не обратила внимания.

– Ты последнее время рассеянная какая-то. Продолжаешь переживать из-за Громова?

Диана поежилась, но постаралась сделать голос бесстрастным:

– А почему я должна из-за него переживать?

– Он променял тебя на Сенину, представляю, как это обидно.