Читать книгу Рождество не входит в мои обязанности (Эдди Слоан) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Рождество не входит в мои обязанности
Рождество не входит в мои обязанности
Оценить:

4

Полная версия:

Рождество не входит в мои обязанности

— Мы можем сделать наше Рождество раньше? Только без большого ужина. И без того, чтобы ты всю ночь что-то готовила.

— Я думала, испеку твой любимый пирог.

— Вот именно.

— Что?

— Ты спрашиваешь, как я хочу провести вечер, а потом сразу решаешь печь пирог. Я бы лучше куда-нибудь с тобой сходила.

Мэгги хотела возразить, что пирог совсем несложный. Для теста требовалось всего четыре ингредиента, если не считать начинку, глазурь и два часа у духовки. Она вовремя остановилась.

— Куда?

— Не знаю. Может, опять в кино? Ты же теперь у нас специалист по самостоятельным развлечениям.

— Ещё сутки назад я им не была.

— Учишься быстро.

— Договорились. Выберем вечер до твоей поездки.

— Двадцать второго? У меня потом всё занято.

— Даже страшно спрашивать чем.

— Жизнью, мам.

— В семнадцать лет она, конечно, требует плотного расписания.

— Наконец-то ты поняла.

Люси захлопнула коробку с хлопьями, схватила рюкзак и чмокнула Мэгги в щёку. Уже у двери вернулась, чтобы забрать свой одинокий носок со стола.

— И мам?

— Что?

— Ты правда молодец, что отказалась готовить на всех. Я думала, ты никогда этого не сделаешь.

Дверь закрылась.

В девять пятнадцать на работе все обсуждали голову оленя.

— Она выехала из Огайо в половине третьего ночи, — сообщила Нина, младшая координаторша проектов, с видом человека, наблюдающего за запуском космического корабля. — По последним данным, груз уже в Индиане.

— Её сопровождают полицейские? — спросила Мэгги.

— Нет.

— Тогда откуда такой торжественный тон?

— Если она доберётся до нас, я собираюсь взять отгул.

На столе у Мэгги лежали образцы искусственной хвои, две накладные и кружка, в которой кофе был уже третьим по счёту. За окном город выглядел серым и влажным. Вчерашний снег не продержался даже до утра. Чикаго готовился к Рождеству с тем же настроением, с каким большинство людей готовится к визиту стоматолога: неизбежно, дорого и желательно побыстрее.

— Клиент хочет фотографии оленя в сборе к понедельнику, — сказала Нина. — Я могу приехать завтра, если груз задержится.

Мэгги чуть не предложила приехать в субботу вместе с Ниной.

— Подождём подтверждения доставки, — произнесла она вместо этого. — Если голова не придёт сегодня, перенесём сборку и согласуем с клиентом новый срок. Не обязательно всем выходить в субботу.

Нина удивлённо посмотрела на неё.

— Правда?

— Думаешь, заказчик обрадуется, если мы будем двенадцать часов смотреть на грузовик, который всё равно не приехал?

— Нет. Просто ты обычно говоришь, что мы справимся.

— Мы и справимся. Но желательно в рабочее время.

К полудню голова оленя добралась до Чикаго. Около часа дня выяснилось, что её выгрузили не на том складе. Ещё через сорок минут водитель признал ошибку, а к трём Нина прислала фотографию: деревянный ящик, открытый посреди монтажного цеха, и торчащая из него морда с совершенно безмятежным выражением.

«Прибыл», — подписала она.

«Спросите, как провёл время в Огайо», — ответила Мэгги.

К четырём голова оленя была на месте: крепления подошли, рога уцелели, подсветка заработала. Мэгги отправила заказчику фотографии и закрыла рабочую почту.

В четыре десять позвонил Райан.

— Я взялся за Рождество, — объявил он.

— Поздравляю. Тебя уже можно назначать национальным героем.

— Очень смешно. Джесс говорит, что мы можем собрать всех у нас, но есть нюансы.

— Разумеется.

— У нас всего восемь одинаковых тарелок.

— А людей сколько?

— Двенадцать. Может, тринадцать. Тётя Каролин пока не ответила.

— Понятно.

Пауза затянулась. Мэгги понимала, чего он ждёт: сейчас она предложит привезти свой сервиз, распишет, кому какие приборы положить, найдет складной стол и заодно предложит меню. В голове уже возникал список. Он был таким ясным, что оставалось открыть заметки и записать.

— В магазинах продают тарелки, Райан, — сказала она.

— Я в курсе.

— Можно взять разные. Это разрешено законом.

— Ты всегда всё организовывала. Я не представлял, сколько тут мелочей.

Слова прозвучали без упрёка. Мэгги присела на край стола, неожиданно рассердившись.

— А ты думал, картошка сама запекается, пока я встречаю гостей?

— Нет, но…

— Ты ведь столько лет просто приходил к накрытому столу, Райан.

— Я понял, — ответил Райан после паузы. — Джесс вчера почти то же самое сказала, только другими словами.

— Райан, не перекладывай всё на неё.

— Я не перекладываю.

— Тогда что лично ты собираешься сделать?

— Я нашёл два складных стола у соседа. И поеду за тарелками. И сам приготовлю картошку, если ты пришлёшь рецепт.

Мэгги помолчала.

— Рецепт лежит у мамы в синей папке. Там же записано, в какой последовательности всё ставить в духовку.

— Ага. Спасибо.

— И ты можешь спросить Джесс, чего она хочет. Может, ей не нужна картошка по маминому рецепту.

— Мне кажется, мама обидится.

— Мама пережила два переезда, твоё увлечение барабанами и наш с Дэниелом развод. Думаю, без картошки она тоже выживет.

Райан рассмеялся.

— Помнишь, как я в старших классах играл на барабанах?

— Наши соседи помнят до сих пор.

— Слушай, Мэг. Я правда не знал, что это всё на тебе так висело.

— Теперь знаешь, — сказала она.

— Да. Ладно. Разберёмся.

— Разберётесь.

Тесс ответила на сообщение почти сразу.

«Райан впервые в жизни покупает тарелки. Мир к этому не готов».

Мэгги засмеялась, но следующее сообщение подруги оказалось неожиданно серьёзным.

«А если у них всё получится без тебя, ты будешь рада?»

Мэгги начала печатать «конечно», остановилась и стёрла ответ.

«Пытаюсь понять», — написала она.

Тесс прислала одно короткое слово: «Верю».

Домой Мэгги поехала не сразу. Люси ещё утром предложила устроить их собственный вечер двадцать второго декабря, и Мэгги решила купить билеты, пока дочь не передумала. На сайте «Нортлайта» праздничное расписание открывалось, но на нужную дату висело объявление, что билеты можно приобрести только в кассе. Она дважды прочитала строку, пытаясь понять, не слишком ли удобно всё складывается.

Увидеть Джека ей хотелось, хотя повода обсуждать это с собой она не находила.

Но причина пойти туда у неё была настоящая. Люси любила старые романтические фильмы, хотя обычно утверждала, что все герои в них ведут себя неразумно и любой конфликт решился бы одним сообщением. Мэгги хотела провести с дочерью хороший вечер. Остальное можно было не анализировать.

К шести она припарковалась на знакомой улице. На этот раз снег не шёл, зато ветер от озера пытался вырвать из рук сумку. У дверей кинотеатра мужчина в серой шапке сражался с гирляндой. Половина лампочек горела, другая половина висела тёмной полосой вдоль вывески.

Мэгги остановилась. Она прекрасно знала, где, скорее всего, отошёл контакт. Даже потянулась к сумке за телефоном, чтобы подсветить провод. Потом вспомнила, зачем приехала, и вошла внутрь.

За стойкой работала девушка с короткими рыжими волосами. Джек разговаривал с пожилой женщиной возле расписания. Та держала в руке билет и очень сердито на него смотрела.

— Я смотрела этот фильм с мужем в шестьдесят восьмом, — говорила она. — И могу совершенно точно утверждать, что там не было никакого дополнительного показа.

— Тогда я вам верю, миссис Голд, — сказал Джек. — Но нынешнее расписание всё-таки составлял я, а не ваш муж.

— Гарри составлял бы лучше.

— Вполне возможно. Он любил спорить со мной о порядке сеансов.

Женщина вздохнула, достала из сумки бумажный пакет и сунула ему в руки.

— Печенье. Только не ешь всё сразу. А то снова забудешь пообедать.

— Постараюсь.

Она ушла к залу. Джек посмотрел на пакет, покачал головой и только тогда заметил Мэгги.

— У оленя всё ещё нет головы? — спросил он.

— Уже есть. Вернулась домой после насыщенного путешествия. Семья счастлива.

— Я рад за них. Значит, наконец можно вздохнуть спокойно.

— До следующего оленя.

Он рассмеялся.

— Сегодня вы на сеанс?

— Пока только за билетами. Мы с дочерью хотим прийти двадцать второго декабря.

— Хороший выбор. У нас будет «Пока ты спал».

— Правда?

— Да. Не самый современный взгляд на то, как начинать отношения, но Чикаго в этом фильме прекрасен.

— Моей дочери семнадцать. Она наверняка спросит, почему все персонажи просто не могут нормально поговорить.

— Справедливый вопрос. Хотя тогда фильм закончился бы через двадцать минут.

Мэгги улыбнулась.

— Два билета, пожалуйста.

Он отвёл её к кассе. Девушка за стойкой передала ему лист с бронированиями, а сама ушла помогать посетителям у входа. Джек быстро проверил места.

— Можем предложить вам середину седьмого ряда. Обычно там никто не жалуется на шею.

— Берём. Если дочь решит, что местоположение неудачное, я направлю её к вам.

— Я готов. У меня есть опыт переговоров с людьми, которым обещали седьмой ряд, а достался восьмой.

Она оплатила билеты. Пока аппарат печатал чек, Джек поставил на стойку пакет с печеньем.

— Хотите? Миссис Голд убеждена, что я питаюсь исключительно попкорном.

— А это неправда?

— Я ещё ем печенье миссис Голд.

Мэгги взяла одно. Оно было неровным, с большим куском шоколада посередине.

— Не боитесь, что она спросит, сколько вы съели?

— Она спросит. Поэтому мне нужна помощь свидетелей.

За стеклом входной двери мужчина в серой шапке снова поднял гирлянду, но та немедленно провисла.

— У вас снаружи провод отошёл, — сказала Мэгги, прежде чем успела остановиться.

Джек обернулся к двери.

— Да. Половина вывески работает, половина изображает вечернюю депрессию. Мы вызвали электрика.

— Я могу просто посмотреть, где проблема. Это моя работа.

— А моя работа — следить, чтобы покупатели билетов не лазали к уличным проводам.

— Я не собиралась лазать. Я бы вам подсказала.

— Вы уже подсказали, — сказал он. — И я благодарен. Но пусть электрик заработает свои деньги.

Мэгги прикусила ответ. У неё уже был готов совет, где проверить контакт, а Джек даже не дал договорить.

— У вас очень принципиальный подход к гирляндам.

— К электричеству, — уточнил Джек. — И к посетителям. Я предпочитаю, чтобы они уходили отсюда с хорошими впечатлениями, а не с ожогами.

Она посмотрела на него и вдруг рассмеялась.

— Хорошо. Убедили.

— Получается, за два вечера я продал вам билеты, попкорн и убедил не чинить мою вывеску. У меня неплохая неделя.

— Не обольщайтесь. Я ещё могу оставить отзыв.

— Только не упоминайте туалет. Нам хватает одной звезды за него в интернете.

Джек взял напечатанные билеты и протянул ей.

— А вы? — спросил он. — После вчерашнего вечера хотя бы немного отдохнули?

— Отдохнула. Потом моя семья проснулась и решила обсудить, кто теперь будет готовить Рождество.

— Вы собирались готовить?

— Обычно собираюсь. Вчера объявила, что в этом году отказываюсь.

— И как приняли?

— Пока выясняют, не заболела ли я и не разрушилась ли моя квартира.

Мэгги провела большим пальцем по краю билета.

— Я думала, будет проще. Всю жизнь говорила, что хочу хотя бы раз ничего не организовывать. А сегодня брат взялся за праздник, и я полдня переживала, что он купит неправильные тарелки.

— А есть правильные?

— Конечно. Достаточно большие для еды и достаточно одинаковые, чтобы мама не решила, что у нас семейный кризис.

— Звучит как непростая задача.

— Особенно если человек до этого двенадцать лет приносил только салфетки.

Джек широко улыбнулся.

— Полагаю, речь о вашем брате.

— У него богатая история достижений.

— Вы ведь сказали, что по четвергам показываете старое кино, — вспомнила она.

— Да. На следующей неделе будет «Квартира».

— Не самый беззаботный фильм для декабря.

— У нас не все фильмы беззаботные. Иногда люди приходят сюда, чтобы немножко погрустить за чужой счёт.

Мэгги усмехнулась.

— Я пока не решила, люблю ли я грустить в компании.

— Не обязательно решать сегодня.

В фойе вошла молодая пара, стряхивая с пальто мокрый снег, которого, казалось, не должно было быть. Джек повернулся к ним, извинившись одним взглядом.

— Спасибо за билеты, — сказала Мэгги.

— Приходите с дочерью. И если вдруг решите заглянуть в четверг, большая порция попкорна всё ещё в меню.

— Возможно, в этот раз мне хватит маленькой.

— Будем надеяться.

Дома Люси сидела на полу в гостиной и раскладывала фотографии для школьного проекта. На журнальном столике стоял стакан с недопитым соком, а рядом лежали три открытые ручки. Мэгги остановилась в дверях.

— Если это новая система хранения, я не готова её обсуждать.

— Это временно.

— В нашей семье всё временно. Кроме твоих вещей на полу.

Люси подняла голову.

— Ты купила билеты?

Мэгги достала из сумки два прямоугольника плотной бумаги и протянула дочери.

Та прочитала название фильма, затем время и вдруг улыбнулась так широко, как давно уже не улыбалась вещам, которые предлагала мать.

— «Пока ты спал»? Серьёзно? Я его обожаю.

— Ты в прошлом году сказала, что героиня ведёт себя совершенно нелепо.

— Так и есть. Но я его обожаю. Это разные вещи.

Мэгги присела рядом на ковёр.

— Двадцать второго только мы с тобой. Потом поедим где-нибудь, где никто из нас не отвечает за посуду.

— И ты не будешь всю дорогу писать по работе?

— Постараюсь.

— Мама.

— Не буду.

Люси протянула мизинец. В детстве она часто требовала таким способом скреплять обещания. Мэгги подцепила его своим. Потом дочь вдруг обняла её, прижалась щекой к плечу и отпустила прежде, чем Мэгги успела как следует обнять в ответ.

— Спасибо, — сказала Люси. — Я думала, ты захочешь устроить маленькое Рождество дома, с двенадцатью видами печенья и одинаковыми салфетками.

— Не давай мне идей.

Телефон в кармане Мэгги завибрировал. Она вытащила его, уверенная, что снова пишет Райан, но на экране появилось сообщение от мамы.

«Райан попросил мой рецепт картошки. Представляешь? Кажется, он и правда всё делает сам».

Через секунду пришло ещё одно:

«И я подумала: может, в этом году обойдёмся без фасоли? Я её никогда особенно не любила».

Мэгги перечитала обе строчки. Потом засмеялась так неожиданно, что Люси отодвинулась.

— Что случилось?

— Бабушка не любит фасоль.

— Это новость?

— Для меня — да. Очень большая.

— Я думала, её никто не любит.

Она написала маме: «Без фасоли. Обещаю».

Потом убрала телефон и вернулась к дочери. Та уже рассказывала, как на уроке истории один мальчик перепутал фамилии двух президентов и попытался убедить учительницу, что это она неправильно помнит. Мэгги слушала, задавала вопросы и даже не подумала проверить рабочую почту.

Два билета на двадцать второе декабря Мэгги положила на холодильник под магнит, чтобы Люси не потеряла их среди школьных фотографий.

Глава 3. Один билет и два кофе

В субботу утром Тесс уже сидела за столиком у окна. Перед ней стояли две чашки, тарелка с булочкой и пакет из книжного магазина. Она была в красном свитере с оленем, который держал бокал вина.

— Купила специально для декабря? — спросила Мэгги, снимая пальто.

— Грег подарил. Видимо, считает, что знает меня.

— По-моему, он угадал.

— Только с оленем. С размером промахнулся, но я решила, что это его проблема, а не моя.

Мэгги села. Тесс пододвинула к ней вторую чашку.

— Ты выглядишь отдохнувшей. Что случилось?

— Ничего.

— Я всю неделю работала.

Мэгги попробовала кофе. Он оказался обжигающим.

— Райан купил тарелки.

— Слышала. Грег сообщил это за завтраком с такой гордостью, словно Райан самостоятельно вырастил пшеницу и испёк хлеб.

— Не издевайся. Для него это большой шаг.

— Я и не издеваюсь. Просто иногда завидую мужчинам. Они покупают тарелки один раз в жизни и получают общественное признание. Я вчера заказала подарок свекрови, записала Мэттью к зубному и договорилась о ремонте сушилки. Грег сказал, что у меня всё под контролем, и спросил, есть ли дома молоко.

— А ты что ответила?

— Что молоко в холодильнике. И ещё сказала, где именно. Сама себя услышала и захотела выйти из комнаты.

— Ты сказала ему, что устала?

— Сказала. Он предложил в воскресенье приготовить завтрак.

— Это же хорошо.

— Конечно. Только потом спросил, что у нас есть для завтрака и куда я убрала сковороду.

Они переглянулись и засмеялись. Тесс отломила кусок булочки.

— Не хочу превращать его в злодея, — сказала она. — Он хороший муж. Просто иногда мне хочется, чтобы он видел квартиру так же, как видит её моя мама: с первого взгляда замечал всё, что необходимо сделать.

— Твоя мама находит, что необходимо сделать, даже в пустом гостиничном номере.

— Вот поэтому я её и боюсь.

Они помолчали, наблюдая, как на улице мужчина пытался одной рукой удержать стакан кофе, а другой натянуть шапку на ребёнка. Малыш возмущённо отталкивал шапку и тянулся к стакану. Мужчина в конце концов остановился и поставил кофе на подоконник, чтобы освободить обе руки. Шапка победила не сразу, но победила.

— Ладно, — сказала Тесс. — Теперь расскажи про кинотеатр.

Мэгги чуть не подавилась.

— Что рассказать?

— Ты дважды за сутки ездила в одно и то же место. А я знаю тебя достаточно давно, чтобы понимать: просто так ты даже хороший хлеб дважды подряд не покупаешь.

— Второй раз я ездила за билетами для Люси.

— И всё?

— А что должно быть ещё?

Тесс положила булочку на тарелку и посмотрела на неё с таким терпением, что Мэгги захотелось немедленно сменить тему.

— Там работает мужчина, — призналась она.

— Ага.

— Ничего особенного. Продаёт билеты. Руководит кинотеатром. Шутит про попкорн.

— Как зовут?

— Джек.

— Фамилия?

— Не знаю.

— Сколько лет?

— Примерно нашего возраста.

— Кольцо?

— Тесс, я покупала билеты, а не проводила допрос.

— Обычно ты успеваешь выяснить у продавца кофемашины, где он учился и сколько у него детей.

— Это было один раз. Он сам заговорил про школу.

— В четверг будет старое кино, — произнесла Мэгги после паузы. — Думаю, пойду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Вы ознакомились с фрагментом книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста.

Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:


Полная версия книги

Всего 10 форматов

bannerbanner