
Полная версия:
Любовь и прочие пожары

Яна Дрозд
Любовь и прочие пожары
Глава 1
Глава 1. Котик, держись!
Рука Полины потянулась прикрыть глаза. Свет полуденного солнца заливал комнату, словно огромный прожектор. Припухшие веки болели после вчерашних слёз. Полина мысленно поблагодарила соседку Ясю за то, что та переодела её в пижаму. Сама Полина помнила лишь, как, рыдая, рухнула в кровать прямо в платье.
Третий год учёбы уже подходил к концу. За это время Полина поняла, что студенческая жизнь вовсе не такая, какой она её себе представляла. Излишне требовательные преподаватели, скучные лекции, ранние подъёмы…
Единственное, что заставляло её радоваться жизни, — знакомство с Матвеем в студенческом кафе. Полина втрескалась в него по уши, стоило ему однажды пропустить её вперёд в очереди за пирожным. А вчера он заявил, что между ними всё кончено и у него есть другая.
Прекрасно. Просто замечательно.
Полина зажмурилась и попыталась убедить себя, что хуже уже не будет. Хотя, если подумать, впереди маячила сессия. А потом ещё целая жизнь, в которой Матвея не предполагалось.
Внезапно свет словно кто-то загородил.
Полина с трудом открыла один глаз и увидела на узком карнизе маленькое серое пушистое существо.
Котёнок!
Она вскочила с кровати. Животное, по всей видимости, испугалось столь резкой реакции и отпрыгнуло в сторону.
— Упадёшь! Стой!
В секунду Полина добралась до окна.
— Так, котик, держись. Сюда, малыш, сюда.
Но пушистый комочек перебрался на соседский карниз и забился в угол. Держась за оконную раму, Полина высунулась наружу и протянула к нему руку. Котёнок забрался так глубоко, что едва виднелся его серый бочок.
Не дотянуться.
Полина огляделась. Ничего подходящего поблизости не оказалось. Она посмотрела вниз, и в этот момент пушистое существо издало жалобный писк, больше похожий на мышиный.
— Так, сиди и не двигайся, — скомандовала Полина, забираясь на подоконник.
Что ты творишь?! — завопил внутренний голос.
Всего-то третий этаж, — попыталась успокоить себя Полина.
Серый пушистый клубок развернулся, как только девушка полностью оказалась по ту сторону окна.
Разглядев его, Полина расхохоталась так истерически, что едва не разжала руку, которой держалась за раму.
Котёнок оказался белкой!
Белка, увидев перед собой заспанное чудовище — то есть Полину, — одним прыжком оказалась на макушке соседней ели, а затем, цепко хватаясь за ствол и напоследок размахивая пушистым хвостом, ускакала далеко вниз.
Полина застыла.
Босые ноги только сейчас ощутили весь холод металлического карниза. И тут он, к её ужасу, начал сползать из-под ног.
Видимо, строители, возводившие дом, не рассчитывали, что жильцы будут использовать карнизы для подобных цирковых трюков. Саморезы не выдержали. С гулким стуком карниз сорвался вниз и приземлился на асфальт.
А Полина осталась стоять на небольшом бетонном выступе, к которому он когда-то крепился.
— Эй, ты чего там ?! — снизу послышался прокуренный мужской голос.
Полина посмотрела вниз.
И тут же пожалела об этом.
Голова закружилась, к горлу подступила тошнота.
— С ума сошла?! А ну быстро залезла обратно! — скомандовал мужчина средних лет с сигаретой в зубах.
Рядом с ним остановилась женщина. Увидев Полину, она перекрестилась и выронила пакет с продуктами, в котором звонко брякнула стеклянная тара.
— Матерь Божья! Доченька, грех-то какой! Молодая же! Обойдётся всё. Жизнь у всех сейчас такая, чего ж сразу бросаться-то…
— Полицию вызывай, чего стоять языком молоть! — перебил её мужчина, затянувшись сигаретой.
Женщина трясущимися руками достала из кармана старенький кнопочный телефон.
Размышлять об адекватности собственного поступка было поздно. Оправдываться перед незнакомыми людьми, которые приняли её за самоубийцу, тоже не хотелось.
Внезапно Полину охватил такой ужас, что она потеряла дар речи. Девушка вцепилась в оконную раму. Только теперь до неё дошло, насколько сильно она на самом деле боится высоты.
Мамочки!
Под окном уже начала собираться толпа местных жителей. Подбежали игравшие неподалёку дети, но взрослые принялись отгонять их подальше. Кто-то достал телефон и начал записывать происходящее.
Полине захотелось закрыть глаза и проснуться ещё раз. Что она, собственно, и попыталась сделать.
— Полина, ты совсем кукухой поехала?!
Услышав знакомый голос, девушка тут же открыла глаза.
Внизу на неё смотрела ошарашенная происходящим соседка по комнате Ярослава.
— Я… я слу-случайно, — только и удалось выдавить Полине.
В следующую секунду она заметила, как парень в форме МЧСника забегает в подъезд.
Судя по звукам, дверь открыли вовсе не ключом. Через несколько секунд в комнату ворвался сосед из квартиры напротив — крупный высокий парень лет двадцати в серых спортивных штанах и широкой бежевой футболке.
— Ты сдурела?! — Одутловатое лицо соседа блестело от пота.
Ещё мгновение — и в комнату вбежал спасатель.
— Никаких резких движений, — произнёс молодой МЧСник, отодвинул соседа в сторону и поднял ладонь. — Всё хорошо. Без глупостей.
Он говорил так, словно пытался загипнотизировать Полину.
В это же мгновение в окно поверх головы спасателя высунулась ещё одна голова.
— Полина, что происходит, твою мать?!
— Не мешаемся, — велел спасатель, отодвинув девушку, после чего осторожно вылез к Полине на бетонный выступ.
Ярослава послушно убрала голову в комнату.
— Тебя как зовут? — спросил спасатель.
Полина даже не успела произнести своё имя, как парень схватил её и одним резким движением закинул обратно в комнату. Казалось, он ожидал сопротивления и решил не рисковать.
— С тобой всё в порядке?! — набросился на неё сосед.
А он-то чего так орёт?
В комнату вбежали медики с чемоданчиком. Пока один осматривал Полину, второй уже что-то вколол ей в руку. Девушка и опомниться не успела.
— Там белка была! Белка! Я думала, что это котёнок… Как прыгнет! Прыг-скок, а это бел-ка. И хвост та-кой пушистый… — перед глазами Полины поплыли белые, зелёные и синие круги. Говорить становилось всё труднее, словно к языку привязали гирю. — Ярослава, ска-жи им…
В затылке стало тяжело. Веки опустились и Полина упала головой в чьи-то широкие тёплые ладони.
***
Полина лежала под одеялом, натянув его почти до самого носа. Она предпочла бы никогда больше не показываться на людях.
Ярослава уже сообщила ей, что Ветрова выложила видео в сеть.
— А что в группе говорят? — глухо спросила Полина из-под одеяла.
— Ветрова всем треплется, что ты так переживаешь из-за Матвея, что решила...ну в общем глупости всякие, это же Ветрова.
Полина издала стон и натянула одеяло на голову ещё сильнее.
— Я никогда, никогда отсюда не вылезу. Мне теперь ходить к университетскому психологу раз в две недели до конца учёбы. Во всём, во всём виновата эта чокнутая Ветрова! Это всё её дурацкая кормушка на подоконнике. Голуби, белки… Она вообще в курсе, что вся эта живность — разносчики чумы? Хотя лучше бы я заразилась чумой. Скоро ролик увидит мама, и мне конец.
Из груди вырвался болезненный стон. Полина укуталась в одеяло так, словно собиралась провести под ним остаток жизни.
— Гворящая гора, вылезай. Есть и хорошие новости.
Девушка не шелохнулась.
— Серьёзно. Хорошие новости.
Полина подозрительно выглянула из своего укрытия.
— Ты закрыла первый долг по сессии.
Полина моргнула.
— Что?
— Твою контрольную приняли. Можешь выдохнуть.
Несколько секунд Полина молчала, переваривая информацию.
Потом снова натянула одеяло на голову.
— Отлично. Просто прекрасно. Теперь у меня есть ещё один повод не выходить из дома. Я могу спокойно переживать сразу две катастрофы: проваленную личную жизнь и собственную интернет-славу.
Ярослава вздохнула.
— Может, хотя бы прогуляемся? Развеешься немного.
Полина издала неопределённый звук, который мог означать что угодно — от категорического отказа до просьбы принести ей еды.
За окном сияло солнце. Где-то на соседней ели наверняка сидела та самая белка, совершенно довольная собой.
А Полина была вынуждена признать: третий год учёбы ещё даже не закончился, а жизнь уже успела устроить ей пожар. И, судя по всему, тушить его предстояло собственными силами.
Глава 2
Глава 2. Гадание на суженого
— Яся, вставай! Смотри, что я приготовила! — Полина ворвалась в комнату.
— Выключи свет! Что за издевательство? Миллион раз говорила: хватит так вламываться, это моя комната!
— Ты такой вкуснятины в жизни не пробовала! — проигнорировала её слова Полина.
Вместо того чтобы уйти и дать соседке поспать, она протянула ей тарелку с коричневой котлетой или булкой — Ярослава даже не поняла, что именно перед ней находилось.
Месяц назад Ярослава жила тихой и размеренной жизнью в квартире с просторной кухнейнебольшой гостиной и двумя комнатами, одна из которых служила ей убежищем. Но с заселением Полины в соседнюю комнату жизнь превратилась в сущий кошмар.
Невыносимо! Вчера она рыдала под одеялом, а сегодня скачет с утра по раньше. У нее что биполярка?!
С каждым днем соседства запасы терпения иссякали.
Ярослава резко села на кровати. Медали, висевшие на торшере у изголовья, разом брякнули. Не церемонясь, она выхватила с тарелки коричневый кусок.
Полина посмотрела на неё с таким воодушевлением, будто именно этого момента и ждала.
— Картон.
— Что?
— Ты глуховата? Я будто жую кусок картона. А отбивная на прошлой неделе была похожа на кусок тряпки. Так достаточно честно?
Ярослава ожидала, что Полина сникнет, пошлёт её куда подальше, больше никогда не появится в дверях её комнаты и на этом их дружелюбное соседство завершится.
Но она недооценила Полину.
— Вот! За это я тебя и люблю! Здоровая критика!
Полина решительно направилась на кухню. Спустя минуту Ярослава услышала, как открывается шкаф, затем зашуршал мусорный пакет. Следом хлопнула дверца холодильника, и началось очередное кулинарное представление.
Эту девушку ничем было не пронять.
Не желая подвергать свой желудок очередной экзекуции, Ярослава поспешила собрать сумку в спортзал и поскорее сбежать из квартиры. Интересно на сколько ее хватит в этот раз. На прошлой неделе она училась варить мыло, а еще неделей ранее она невесть откуда приволокла мешок шерсти и принялась валять из нее картины.
Перед выходом Ярослава посмотрела в зеркало. Кудрявые чёрные волосы до лопаток былии собраны в высокий хвост. Зелёные глаза в отражении смотрели с раздражением. Косметикой Ярослава не пользовалась, поэтому наспех приняла душ, надела чёрный спортивный костюм и чёрные беговые кроссовки.
— Не забудь за собой всё убрать, — бросила она Полине, демонстрируя максимум недовольства.
Стоило двери захлопнуться, как на лестничной площадке появился Руслан, выскочивший из квартиры напротив.
— Ты куда так рано, да ещё и в субботу?
— Рус, меня буквально выживают. Ещё немного — и я перееду к тебе.
— Да ну, брось. У тебя клёвая соседка. Я по поводу вчерашнего… слышал, она рассталась с парнем. Может, познакомишь нас?
— Про неё ты когда-то тоже так говорил.
Ярослава кивнула в сторону лифта, откуда как раз выпорхнула Лиза Ветрова, и, не дожидаясь ответа Руслана, поспешила вниз по лестнице.
Высокая, стройная рыжеволосая девушка с яркими розовыми стрелками на глазах и блёстками на щеках была одета в неоновый короткий топ и обтягивающие легинсы.
— Что за собрание? — поинтересовалась Лиза.
Ярослава предпочла не задерживаться.
Старенький панельный дом по соседству с университетом за несколько лет буквально превратился в студенческое общежитие, что приводило её в жуткое негодование.
Одна Лиза чего стоила! Каждую пятницу — гулянки, каждую субботу возвращение домой не раньше трёх ночи. Стены-то тонкие. А теперь ещё и Полина.
Единственный адекватный сосед на этаже — Руслан. Девчонок к себе не таскал, отравить кулинарными изысками не пытался, с глупыми предложениями не лез. Он в этом доме был коренным жителем: квартира досталась ему от бабушки. Все остальные обитатели этажа были понаехавшими.
Дом советской постройки располагался в самом центре студенческого городка. Высшие учебные заведения самых разных направлений так компактно расположились по соседству, что ближайшие к ним дома превратились в большой котёл, в котором перемешались студенты самых разных специальностей.
Руслан учился в медицинском на терапевта, Ярослава и Лиза — на юрфаке, а Полина изучала архитектуру.
В комнату соседки Ярослава заходила всего несколько раз. Впервые оказавшись там, она почувствовала настоящий раздрай.
Броские тетради всех цветов радуги, из которых торчали разноцветные закладки и стикеры. Изрисованный краской мольберт. Куча цветных карандашей, торчащих в разные стороны из прозрачного стакана заляпанного краской.
Над кроватью висели плакаты с изображениями молодых поп-звёзд, приглашения на вечеринки и бесконечное количество стикеров с напоминаниями, которые то и дело отваливались от стены и сыпались под кровать.
Иногда в гости к Полине приходила ее одногруппница Кира. Вопреки распространенному мнению о блондинках Кира была очень умной, спокойной и тихой. Ярославе Кира нравилась как минимум потому что в те редкие дни, когда она появлялась в их с Полиной квартире царил порядок.
Любовь к порядку — вот что объединяло Ярославу с Кирой. В Полине же было не так много качеств, которые Ярославе нравились. Разве что наивная прямолинейность соседки иногда перекликалась с её собственной суровой прямотой.
И всё же Полина обладала удивительным даром: она умела выводить Ярославу из себя и при этом совершенно искренне не понимать, что сделала не так.
Тёплый вечерний ветер уже разносил по улицам тополиный пух, извещая о том, что лето стояло на пороге. Учитывая тёплый май, оно обещало быть не менее жарким.
Еле волоча ноги после тренировки, Ярослава подпрыгнула, услышав знакомый голос, который разносился на весь двор:
— Халява, приди!
Увидев каштановую шевелюру в окне собственной кухни, Ярослава подумала, что Полина вот-вот вывалится на карниз.
Снова.
Ничему человека жизнь не учит.
Полина так яростно размахивала зачёткой, что Ярослава невольно вспомнила недавний инцидент с белкой.
Когда Ярослава вбежала в квартиру, то оказалась в самом эпицентре шаманского ритуала.
Полина и Кира склонились над розовым тазом наполненным водой.
— Ещё раз. Берёшь свечу, зажигаешь. Пока ничего сложного? — протараторила Полина с привычной скоростью.
Ярослава посмотрела на неё, как на слабоумную.
И за что ей всё это?
— Ты чего на потолок уставилась? Смотри, потом капаешь воск со свечки в таз, и появляется твоё будущее! Вуаля! Правда круто?
Господи, двадцать первый век на дворе…
— Весело же! — продолжала Полина, словно не замечая выражения лица соседки. — Давай, садись!
Ярослава продолжала мысленно взывать к невидимому духу общежития.
А ведь в первую встречу Полина показалась ей адекватной.
— Не хочу я в этом участвовать, — упёрлась Ярослава. — И не забудь потом всё убрать!
— Ясь, ну пожалуйста! Нам нужна третья ведьма. Я уже загадала желание, теперь твоя очередь!
Ярослава с подозрением посмотрела на розовый тазик, который Полина поставила прямо посреди кухни. Рядом стояли маленькие свечи.
Они ведь будут ломиться ко мне в комнату, пока не соглашусь.
Пришлось уступить. В конце концов, если уж Полина решила устроить дома шабаш, лучше было принять в нём участие и покончить с этим поскорее.
Ярослава села на колени напротив таза. Полина погасила свет и зажгла свечи, расставленные вокруг них на полу.
— Скажи мне, свечка, на какую букву имя суженого моего? — произнесла Полина с такой серьёзностью, какой от неё трудно было ожидать, и наклонила длинную белую восковую свечу над тазом.
Воск падал на поверхность воды, застывая причудливыми фигурами.
— О-о-о! — Полина склонилась над тазом. — Получилась буква «Р»!
Ярослава прищурилась.
— Тебе не кажется, что это больше похоже на недорисованную «П» или переизогнутую «Г»? Кира убрала прямые светлые волосы в пучок, посмотрела на Полину светлыми голубыми глазами.
— Нет, ну точно «Р»! — стояла на своём Полина. — Интересно, кого мы знаем на эту букву?
Она мечтательно закатила глаза.
Ярослава наблюдала за ней с выражением человека, который уже смирился с происходящим и теперь просто ждёт окончания представления.
Кира поднесла свечу ближе к себе и прошептала все те же слова.
На поверхности воды образовалась точно такая же закорючка «Р».
- Надеюсь это не один и тот же человек, - рассмеялась Полина.
— Ясь, теперь ты!
Полина протянула Ярославе свечу, которая успела заметно прогореть.
Обычно Ярослава не позволяла сокращать своё имя. Но Полину было бесполезно просить, и приходилось терпеть, как уверенное и суровое «Ярослава» превращается в слащавое «Яся».
Девушка взяла свечу.
Внезапно пальцы обдало жаром. Ярослава вскрикнула от боли, и свечка выскользнула из руки, упав прямо в таз.
— Видимо, это будет очень горячий парень! — Полина заиграла бровями.
Ярослава опустила обожжённый палец в воду, пытаясь унять жжение.
И тут в дверях квартиры появилось круглое лицо соседа.
— Вы чего тут орёте?
После вчерашнего инцидента не удивительно почему он открыл дверь без стука.
Руслан смотрел на Ярославу таким пронзительным взглядом, что всё стало понятно без лишних слов. В его глазах читалось: «Вот он, шанс! Ты обещала познакомить!».
Ярослава вздохнула.
— Знакомьтесь. Руслан Синицын, — представила она соседа без всякого энтузиазма.
— Руслан, — растерянно произнёс парень, переводя взгляд с Ярославы на Полину.
Полина замерла.
Затем медленно посмотрела на таз с остывающим воском.
Буква «Р».
Руслан.
Она широко улыбнулась, а Ярослава закатила глаза.
Глава 3
Глава 3.
Полина и Кира сидели на подоконнике первого этажа третьего учебного корпуса. Здесь проходили потоковые лекции, на которые собирались сразу три студенческие группы. До начала занятий оставался целый час: в расписании образовалось «окно», и большая часть студентов отправилась в столовую. Девушки решили не поддаваться соблазну и пропустить обед. Правда, запахи из столовой скорее отбивали аппетит, чем пробуждали его.
Мимо прошёл преподаватель высшей математики, мужчина лет тридцати пяти, неизменно погружённый в собственные мысли. На приветствие Киры он даже не отреагировал и, не меняя направления взгляда, прошествовал по коридору в своих старомодных брюках.
Полина даже не стала здороваться.
Однажды Кира пыталась объяснить, что Самойлов просто очень умный и занятой человек, поэтому не обращает внимания на окружающих. Полина придерживалась другой версии: преподаватель был обыкновенным напыщенным индюком.
Внезапно между девушками вклинился парень в очках и клетчатой рубашке. Судя по всему, студент из соседней группы. Он бросил на подоконник несколько учебников и тетрадей и принялся лихорадочно перелистывать страницы.
— Эй, а ничего, что мы тут сидим? — возмутилась Полина.
Парень не отреагировал.
Полина переглянулась с Кирой и выразительно покрутила пальцем у виска.
— В каком году приняли градостроительный кодекс?! — неожиданно обратился незнакомец к Кире.
Та от неожиданности даже отодвинулась.
— Не помню… Кажется, в две тысячи четвёртом, — неуверенно ответила она.
— Слышал? В две тысячи четвёртом! А! Вот точно! Нашёл. Двадцать девятого декабря две тысячи четвёртого года, — обрадовался парень, продолжая держать телефон возле уха.
Теперь всё стало понятно. Во время сессии подобные сцены были привычным делом. Среди студентов набирали популярность микронаушники, позволявшие получать подсказки прямо во время экзамена.
— Вот ведь старая перечница! — негромко выругался парень и тут же повернулся к Полине: — Каков порядок согласования проекта?
Полина спрыгнула с подоконника и полезла в сумку. Следом за незнакомцем она выложила на подоконник свои вещи, нашла тетрадь по градостроительному праву и быстро раскрыла её на нужной теме.
Нервозность парня неожиданно передалась и ей. Полина втянулась в эту импровизированную игру: отыскивала нужные записи, показывала ему страницы, а он торопливо повторял ответы в телефон.
Через пару минут парень наконец выдохнул, поблагодарил девушек и убрал телефон в карман.
В конце коридора распахнулась дверь. Из неё вышел Рома.
Его в университете знали многие. Высокий, крепкий, кудрявый блондин в голубой рубашке и жилете. А ещё у него было две небольших родинки на щеке, которые напоминали Полине фрагмент созвездия в небе.
— По-о-оль, — тихо произнесла Кира за её спиной. — Не зависай.
Рома, не заметив девушек, направился к своему приятелю.
— Спасибо, Юрок, пронесло! Я уж боялся, что отправит на пересдачу. Сказала: «Вам удалось меня удивить», — рассмеялся он.
Полина невольно прислушалась.
Какой же у него приятный смех!
— Конечно, — усмехнулся Юрок. — Ты в прошлый раз даже вспомнить не мог, как её зовут! С тебя, по дружбе, триста. Наушник к вечеру вернёшь.
— На, держи, — Рома достал из заднего кармана брюк толстый кошелёк и отсчитал три купюры.
Юрок убрал деньги и указал на девушек:
— Тут даже не мне спасибо, а вот им. Это они ответы подсказывали.
Рома наконец повернулся к подоконнику и посмотрел на Полину.
— О! Это же ты была в том ролике про белку? Зачётная у тебя там пижама с пирожными!
Полина почувствовала, как к щекам приливает жар. Стоило надеяться, что парень не заметил, насколько сильно она смутилась.
— Спасибо, — коротко ответила она.
Рома поправил рукав рубашки и посмотрел на часы.
— Вы тут долго будете?
— Ещё минут двадцать, пока лекция не начнётся, — ответила Кира.
— Тогда увидимся.
Рома вместе с другом вышел из корпуса и через пятнадцать минут снова появился в коридоре. На этот раз он направился прямиком к девушкам.
— Спасибо ещё раз, — улыбнулся он и протянул Полине шоколадку.
Она приняла угощение. Их взгляды встретились, и Полина на секунду забыла, что собиралась сказать.
У Ромы оказались удивительно красивые глаза.
Неподалёку, у входа в соседнюю аудиторию, Лиза Ветрова оживлённо разговаривала с подругами. Заметив происходящее, она вдруг замолчала и принялась наблюдать за ними.
Полина этого почти не заметила.
Прозвенел звонок. Коридор мгновенно оживился: студенты начали собирать вещи и направляться в аудитории.
Рома поймал Полину за руку.
— Я хотел спросить…
Она повернулась к нему. Его пальцы всё ещё лежали на её ладони. Полина невольно замерла, забыв о шоколадке в другой руке.
В этот момент за спиной Ромы появилась Люция Ванцентовна. Преподавательницу градостроительства студенты за глаза давно прозвали Люцифером.
Она окинула парочку удивлённым взглядом.
— И чего это мы не в аудитории?
Рома отпустил руку Полины. Та поспешила скрыться в лекционном зале, стараясь не смотреть на преподавательницу.
На пятом ряду она заметила Киру и быстро направилась к ней.
Полина достала тетрадь, раскрыла её и приготовилась слушать лекцию.
Не получилось.
Вместо слов преподавателя в голове снова и снова возникал один и тот же вопрос: что Рома хотел у неё спросить?
Она покосилась на подругу, но Кира внимательно смотрела на доску.
Полина достала телефон и без труда нашла страницу Ромы в социальной сети. Несколько минут листала фотографии, разглядывая его улыбку, уверенную позу, знакомые черты лица. Каждая фотография казалась достойной того, чтобы заменить плакат Райана Гослинга над её кроватью.
Полина остановилась на снимке, где Рома улыбался в камеру.
За спиной послышался шорох. Кто-то тихо спустился на пару рядов ниже и сел прямо за ней.
Девушка обернулась.
Рома.
Полина так резко заблокировала экран телефона, что едва не выронила его. Она отвернулась и уставилась в тетрадь, делая вид, что с самого начала была увлечена лекцией.
Из-за спины донёсся тихий голос:
— Я забыл спросить, как тебя зовут.
Полина вздрогнула. Рома наклонился вперёд, и теперь его лицо оказалось совсем близко.
— Полина Ромашкина, — ответила она, стараясь говорить как можно спокойнее.
— Приятно познакомиться, Полина Ромашкина.
Он улыбнулся и откинулся на спинку стула. На мгновение их взгляды снова встретились.

