Дракон-куратор и уроки межмировой магии

– Замечательный выбор! – лучезарно улыбнулся он. – Не забудьте уделить внимание истории использования титановых раковин в строительстве памятников архитектуры.

– Угу.

– И помимо общей характеристики обязательно изучите их магические свойства и, само собой, самые известные смертельные случаи, связанные с их добычей.

– Само собой, – выдавила я.

– С нетерпением жду вашей работы. Мы все с большим интересом послушаем, что именно вы нам расскажете. Не так ли?

Ответом ему был хор согласных женских голосов.

«Ну, Кирнан, только попадись мне!».

Однако напарник не объявился и на следующем занятии, которое проходило на факультете иксиров. Я начала по-настоящему за него переживать, никто не видел Кирнана с самого обеда, а когда я спрашивала о нем, на меня странно смотрели, чему-то усмехаясь.

***

– Запомните, магические смеси ни в коем случае нельзя соединять с естественными газообразными веществами. Это может привести к очень неприятным последствиям. Думаю, все вы слышали о печально известном хорлакском метане. В прошлом столетии его использовали многие преступники, но самым циничным и безжалостным из них по праву считается Тобайас Йондер. Этот человек оставил кровавый след в истории нашего королевства, а драконам был нанесен слишком тяжелый урон.

Пожилой профессор пригладил забавно встопорщенные усы.

– Но это тема для урока истории, а мы с вами обсудим самые распространенные на нашем материке газы и их характеристики.

Он повернулся к доске и начал чертить на ней химические формулы, в которых я мало что понимала. Перерисовывая их в тетрадь, слушала лекцию в пол уха, в мыслях вспоминая обеденные события и гадая, куда же подевался Кирнан. С каждой минутой становилось всё сложнее сидеть на месте, во мне бурлила энергия, требуя заняться чем-нибудь активным.

Прозвучал сигнал окончания лекции, я подскочила, схватила вещи и вылетела из аудитории быстрее, чем пробка из бутылки шампанского. Вернувшись в общежитие, поднялась на пятый этаж, где находилась комната Кирнана и Ульрика, однако и после нескольких минут беспрерывного стука дверь никто не открыл. Добежала до библиотечной башни, надеясь отыскать Кирнана там, но ни на одном из этажей он в этот день не появлялся.

Все еще сытая, что, безусловно, было облегчением после бесконечного тянущего чувства в желудке, направилась в столовую, заглянула в комнату с окнами раздачи, постояла там пару минут и ушла без ужина и без напарника.

Ноги сами несли меня по коридорам академии, я заходила в пустые аудитории и даже проверила больничный кабинет. Кирнан исчез.

– Вот ты где! – раздался за спиной гневный голос. – Думала, сможешь безнаказанно прогулять? Живо за мной!

Гленневаль схватил меня за запястье и потянул к выходу.

– Постойте! Мой напарник пропал, я нигде не могу его найти.

– Значит, он не хочет, чтобы его нашли.

– Но…

– За каждое слово плюс десять кругов!

Благоразумно закрыв рот, я последовала за преподавателем. Он отпустил меня, лишь когда мы оказались на полигоне.

– Раз, два, побежала! – рявкнул Гленневаль без предисловий, и с его пальцев угрожающе слетели яркие искры.

Спорить не стала. Энергия во мне всё еще била ключом, вызывая непривычный зуд, и я сама была не прочь скинуть излишек. Сорвавшись с места, побежала быстрыми широкими прыжками, словно дорвавшаяся до кофеина антилопа. Неслась так быстро, что башни академии, пышные деревья и подстриженные кусты слились в одно смазанное пятно, в ушах свистел ветер, за спиной развевались волосы, а ступни едва касались земли. Я летела, наполняясь легкостью и кружащей голову эйфорией.

Обежав две дюжины кругов по полигону, наконец остановилась рядом с Гленневалем и шумно выдохнула. Тело наполняла приятная усталость. Однако гнев преподавателя я недооценила. В его широкой крепкой ладони закружились искры, сплетаясь воедино и вытягиваясь в… огромный огненный хлыст! Он резко дернул запястьем. Кончик хлыста ударил по земле всего в нескольких сантиметрах от места, где я стояла, осыпая снопом мелких, впивающихся в кожу как острые колючки, искр.

– Ай!

– Вижу, удары ты пропускаешь так же, как и занятия. Еще раз!

Он снова ударил хлыстом, в этот раз с другого бока, однако я уже была готова и вовремя отскочила в сторону. Но в следующую секунду огненная плеть летела прямо мне в голову, так что пришлось пригнуться, а затем и подскочить в половину своего роста, когда та рассекла воздух перед ногами. Это продолжалось не менее часа, пока я не начала молить о пощаде и клясться, что никогда в жизни больше не пропущу ни одной тренировки. За это время вся легкость испарилась, мышцы забились и начали ныть, требуя передышки.

В последний раз ударив хлыстом рядом с моим бедром, отчего несколько искр всё же достигли мягких частей тела, Гленневаль развеял свое орудие пыток. Тут же полигон накрыли сгустившиеся сумерки. Преподаватель боевой магии щелкнул пальцами, вверх взлетело и застыло в воздухе несколько красных искр, осветивших пространство в радиусе нескольких метров.

Я уже слышала, что огналы ловко управляли стихиями, в особенности огнем, но даже не представляла, что это выглядит так впечатляюще.

– Правда, что никакое пламя не может вам навредить?

Поймав мой полный восхищения взгляд, Гленневаль немного оттаял.

– Не существует в природе ничего совершенного, коротышка, – хмыкнул он.

И тут же серьезным тоном добавил:

– Но огналы к этому стремятся. Надеюсь, урок ты усвоила. Перетащи лавки на другой конец полигона и до утра свободна.

– Вот эти? – с сомнением посмотрев на каменные монолитные скамьи, уточнила я. – Они же огромные, мне их даже не приподнять.

– Давай-ка, не отлынивай! Я уже слышал, что с тобой поделились.

– Вы о чем?

Гленневаль снова нахмурился.

– Вот только скромничать не надо, а то снова побежишь.

С этими словами он подтолкнул меня к ближайшей лавке.

Почесав зазудевшее вдруг запястье, я склонилась, схватилась за каменный край и, напрягая руки и спину, потянула вверх. Каково же было мое удивление, когда лавка не только с легкостью поднялась, но и отлетела в сторону на несколько метров. Рухнув на землю, она еще несколько раз перевернулась и врезалась в идеально подстриженную живую изгородь. Раздался громкий подозрительный треск.

Вжав голову в плечи, я медленно повернулась к Гленневалю, на широкой шее которого выступали красные пятна.

– Как погляжу не слишком-то ты и устала, – процедил он. – А ну, живо…

– Что здесь происходит?

Гленневаль резко обернулся к возникшему за его спиной мужчине. Это был никто иной как глава Тайной службы собственной персоной.

«Конечно, кто еще мог здесь появиться, чтобы понаблюдать за моими мучениями?»

– А, это вы, – недовольно заметил Гленневаль.

Элреин убрал руки в карманы брюк и спокойно произнес:

– Я задал вам вопрос, господин Крэйг.

– Да вот, из вашей студентки всю ду… кхм, лишнюю энергию высвобождаем. Чтобы ей спалось лучше.

– Какая удивительная забота. И ко многим студентам вы её проявляете?

– Только к тем, кто начинает болеть. У Маррен вот сегодня случилось острое обострение наглости. Пришлось заняться экстренным лечением.

– Позвольте напомнить, что это не является частью ваших полномочий, господин Крэйг.

– Верно, этим должны были заняться вы, – процедил Гленневаль. – Но что-то я не заметил, чтобы эта малявка понесла хоть какое-то наказание. Вместо этого вы делитесь с ней силой. Как это понимать?

– Вам это не нужно, – сухо ответил Элреин и перевел взгляд на меня. – Кажется, я сказал после ужина зайти ко мне в кабинет?

– Мне было немного не до этого… – пробормотала я, чувствуя, как сгущается воздух между драконами.

– Мы еще не закончили, – возразил Гленневаль, его зрачки вытянулись в тонкие едва заметные нити.

– Вы закончили, – спокойно и уверенно произнес куратор, кивнув в мою сторону, – идём.

Не знаю, был ли виной тому красный свет, исходивший от мигающих искр, или же хлынувшая к лицу Гленневаля кровь, но он в считанные мгновения побагровел и шагнул навстречу дракону.

– Кем вы себя возомнили? Явились без предупреждения, никому не называете ни своего имени, ни происхождения, и ждете, что все будут вам безропотно подчиняться?

– Именно этого я и жду.

– Не в этот раз! – взвился Гленневаль, на кончиках его пальцев вспыхнул огонь.

Он кинулся вперед, намереваясь нанести удар горящим кулаком прямо в лицо куратора, однако тот с невозмутимым видом перехватил руку в районе предплечья, сделал полуоборот, развернул самого Гленневаля и отшвырнул в сторону оставшихся каменных скамеек. От столкновения с искрящим и дымящимся преподавателем боевой магии они раскололись на несколько частей и местами осыпались мелкой крошкой.

Тут же вскочив, Гленневаль разъяренно зарычал. Его кожа уже полностью покраснела и покрылась твердыми бордовыми наростами.

– Если мне не изменяет память, – произнес Элреин ровным тоном, склонив голову на бок, – род гранитных драконов когда-то был одним из самых уважаемых в Кайар-Лиете. Теперь же его потомки вынуждены скитаться по королевствам, собирая крупицы былого уважения и признания. Вы поэтому преподаете в Эж-Дере, господин Крэйг? Надеетесь проявить себя здесь, так как в родных краях никто вас не ждет? Или, может, хотите соблазнить какую-нибудь студентку из высокородных наследниц и хотя бы так пробиться в высшее общество?

Преподаватель уже мало походил на человека. Лицо его изменилось почти до неузнаваемости, нижняя челюсть стала крупнее, из приоткрытого рта заструился дым, показались огромные клыки, темные волосы исчезли, а голову покрыли с десяток красно-коричневых рожек.

– Никто не смеет оскорблять мой род! – прорычал он и снова бросился на куратора.

Однако и в этот раз дракон из Тайной службы ловко увернулся и отправил гранитного в короткий полет.

– Хотите уважения? – куратор приподнял бровь. – Заслужите. А пока я не вижу того, кто был бы этого достоин.

Он приблизился, взял меня за руку и потянул в сторону академии.

– Идем, нам надо поговорить…

Гленневаль взревел раненым буйволом, а за его спиной раскрылись два огромных крыла, словно выточенные из красного камня. Он вскинул руку, и в следующее мгновение в нас понеслись три ярких огненных сгустка.

Элреин резко прижал меня к себе, с силой впечатывая в жесткую грудь и, развернувшись, подставил собственное плечо под удар. Кожу опалило жаром. Куратор накрыл мою голову рукой, почти полностью заслонив ее широкой ладонью.

– Камень мне в глотку! Коротышка, ты жива? – раздался за нашими спинами голос Гленневаля, в котором звучало неподдельное беспокойство. – Слушайте, я не хотел, а вы… как вы…

Гранитный дракон сдавленно промычал что-то нечленораздельное. Элреин тихо рыкнул, отчего по его телу прошла сильная вибрация и передалась мне. Он выпустил меня из объятий и обернулся. Куски его пиджака продолжали тлеть, открывая обнаженное плечо и правую лопатку, с которой стремительно исчезала чешуя. Я успела заметить лишь то, что она была черной и блестящей, до того как кожа куратора снова стала идеально гладкой. И никаких ожогов!

– Ес-сли бы я знал… – пробормотал Гленневаль.

Он снова выглядел собой, исчезли наросты, рога, цвет лица уже не был красным, и вместо гранита напоминал скорее белый мрамор. Гленневаль громко сглотнул и, кажется, начал оседать на землю.

– Если вы упадете на колени, я сверну вам шею, господин Крэйг, – холодным, просто леденящим, тоном произнес куратор. – Стойте прямо и достойно примите наказание.

– Как вам будет угодно, – глухо ответил тот, склонив голову.

– Яна, отвернись.

– А?

Цокнув языком, куратор снова дернул меня к себе, в этот раз впечатывая в грудь уже лицом. По ушам ударил гул, лицо обжег раскалённый воздух, а за спиной зазвучал сдавленный хрип, полный боли.

Жар становился невыносимым, и я отвернула голову от его источника. Взгляд упал на залитую светом живую изгородь, за которой начиналась тропинка к башням общежитий. Готова была поклясться, что в кустах что-то шевелилось. Хрип Гленневаля стал громче, вспыхнул яркий свет, озаряя большую часть полигона, и между веток я увидела промелькнувший край серо-голубой рубашки.

Свет резко погас, щеки всё еще покалывало горячим воздухом, но не так агрессивно. Когда Элреин опустил руку, я смогла обернуться и увидеть преподавателя боевой магии. Перед глазами предстало жуткое зрелище. Он стоял на подогнутых ногах, с запрокинутой назад головой, его колени застыли в нескольких сантиметрах от земли, а руки безвольно повисли за спиной. На нем почти не осталось одежды, а на коже не осталось нетронутых ожогами участков.

Гленневаль громко и тяжело дышал, при той боли, которую он, должно быть, испытывал, простой человек бы сорвал от криков голос и потерял сознание. Но гранитный дракон стоял. Через несколько долгих мгновений он медленно разогнулся, поднимая голову.

– Похвальная выдержка, – произнес куратор, – у вас есть все шансы добиться своей цели.

– Благодарю, фэндир.

Я не могла поверить своим ушам, но Гленневаль произнес эти слова с восхищением, почти благоговейно. И это при том, что из него только что сделали барбекю!

«Да что вообще происходит?»

– Так и будете стоять, словно только что из яйца вылупились?

Куратор нахмурил брови и рявкнул:

– Прикройтесь!

– Ох, точно, – спохватился Гленневаль.

– Сначала сжег ему одежду, а потом еще злится… – пробормотала я, как мне казалось беззвучно, но оба дракона недобро на меня посмотрели.

За считанные секунды тело Гленневаля покрыла броня из гранитных наростов, местами сильно подпаленных. Багровые ожоги на шее стали светлее и немного разгладились, хотя всё еще выглядели ужасно.

– Насчет того, что произошло, – спокойным тоном начал Элреин, медленно снимая полуистлевший пиджак.

– Я буду молчать.

– Разумеется, – голос дракона тут же потерял несколько градусов по цельсию, – вы же не хотите с позором вернуться в Кайар-Лиет?

Я покосилась на главу Тайной службы.

«У этого дракона что, на все проблемы одно решение?»

Гленневаль молча покачал головой.

– Вы будете не только молчать, но и всем видом показывать, что ничего не знаете. Ваше поведение не должно меняться, когда вы будете рядом со мной.

– Так точно.

Куратор накинул на плечо то, что осталось от пиджака, закрывая прожженную в рубашке дыру.

– И да, Реяна больше не будет посещать ваши занятия. А если я услышу, что вы позволяете себе неподобающие высказывания в её адрес, их перестанете посещать и вы. Вам всё понятно?

– Предельно.

После этого куратор подхватил меня под локоть и настойчиво потянул прочь. Уже отдаляясь от полигона, я оглянулась на изгородь, за которой, как мне казалось, заметила сокурсника.

Но сейчас там уже никого не было.

Глава 15. (Не)сложный выбор

– Почему Глен… господин Крэйг, – поправила себя, поймав неодобрительный взгляд желтых глаз, – так изменился, когда узнал вас? И кстати, как он понял?

– Тебе это пока знать необязательно, – сказал дракон, заводя меня в главный холл академии.

– Вы кобальтовый дракон?

– Нет.

– А какой, скажете?

– Нет.

– Дайте угадаю, это «секретная информация»?

Куратор выразительно на меня посмотрел и еще более выразительно промолчал.

Пройдя пустыми темными коридорами академии, в это время все студенты уже находились в своих комнатах, мы поднялись в башню, в которой раньше располагался кабинет ректора, а теперь логово дракона из Тайной службы.

Обстановка изменилась практически до неузнаваемости. Исчезли кресла и ломившиеся от разноцветных склянок полки, исчез круглый стол, занимавший большую часть комнаты, вместе со всем, что на нем громоздилось. По сравнению с ним, рабочее место куратора выглядело почти скромным. За простым прямоугольным столом расположился стеллаж с книгами и толстыми папками, рядом с которым появилась скрытая ранее за высокими креслами дверь, должно быть, ведущая в дополнительные комнаты.

Элреин подвел меня и усадил в единственное оставшееся в кабинете кресло за письменным столом, а сам направился к стеллажу.

– Я понимаю, что ты еще не знакома со всеми обычаями и правилами нашего мира, – начал он откуда-то издалека. – Но то, как ты вела себя сегодня за обедом, не должно повториться.

– Вы это о чем?

– О еде, Яна, я говорю о еде. Тебе нельзя её никому отдавать и брать из чужих рук.

– И ваших тоже? – зачем-то ляпнула я.

Куратор достал большой тонкий конверт, спрятанный между книгами, и подошел ко мне.

– Из моих придется.

– То есть? – я нервно рассмеялась.

– Драконы, как и наследники нашей крови, способны делиться своей жизненной энергией с тем, с кем разделили трапезу. Сегодня у тебя появились силы благодаря этому.

– Но когда это мы успели разделить с вами трапезу? Постойте… – меня посетила догадка, – хотите сказать, что когда вы попробовали кусочек моего… что бы это ни было, а потом высыпали мне в тарелку целую гору кобальта, вы… поделились со мной своей энергией?

– Именно это я и сказал.

– А я решила, что, наконец, нашла свой элемент. Думала, это кобальт.

– Он тебе понравился? – уточнил дракон.

– Конечно, нет! – я содрогнулась, вспомнив металлический привкус на языке.

– Кобальт не твой элемент, как, впрочем, и другие металлы. До тех пор, пока ты его не найдешь и не наполнишься собственной силой, я продолжу с тобой делиться. Будешь приходить в этот кабинет после ужина со своей едой.

Несколько мгновений я молча смотрела на дракона.

Голова раскалывалась от роившихся в ней вопросов, догадок и предположений.

– Как вы поняли, что это точно не металл?

– Неважно. Главное, что теперь я это знаю, – дракон отвел взгляд и прочистил горло. – С поваром я поговорил, он внесет изменения в твой рацион.

«Даже интересно, как проходило это общение…»

– А.. м-м, он вам ничего не сказал?

Куратор снова посмотрел на меня и хмуро свел брови.

– Что он должен был мне сказать? Ах, да!

Я тут же напряглась.

– С сегодняшним обедом, должно быть, вышло недоразумение. Довольно странно, за ним никогда такого не наблюдалось. Так или иначе, повар пообещал впредь уделять твоему питанию особое внимание.

– Звучит не очень обнадеживающе, – пробормотала я.

«Говорить ему о моей личной встрече с пауком или не стоит? Раз «повар» ему ничего не «сказал», то, наверное, и я промолчу».

Несколько мгновений я также раздумывала говорить ли куратору о том, что один из студентов мог стать свидетелем его… общения с Гленневалем? Но я не была уверена, что мне это не привиделось, и всерьез беспокоилась, что мои слова могут повлечь за собой неприятности для всего факультета. Поэтому снова решила промолчать.

Тем временем дракон положил на стол конверт и подвинул его ко мне.

– Пришел ответ насчет твоих родителей.

Тут же обо всем позабыв, я разорвала конверт и вцепилась в тонкий белый лист. Несколько раз перечитав первые строки, так как не сразу смогла поверить своим глазам, радостно закричала:

– Они здесь! Они здесь! В Хорлаке! Появились шесть лет назад! Всё сходится.

Поддавшись внезапному порыву, подскочила и крепко обняла куратора. Точнее попыталась. Сделать это оказалось непросто, с его то габаритами.

– Яна, – он спокойно, но настойчиво усадил меня обратно в кресло, – прочти до конца.

Смахнув собравшиеся слезы, посмотрела на дрожащий в трясущихся руках лист. Однако стоило вчитаться в мелкий текст, как радость моя померкла.

– Сменили имена и пропали два года назад, предположительно вблизи границы Тахтар-Лиета, – упавшим голосом прочла я. – Нынешнее местоположение неизвестно.

«Пропали… снова».

Тряхнув головой, постаралась успокоиться.

«Главное, что они в этом мире. Теперь я точно это знаю, а значит, смогу их найти».

– Мне нужно попасть в Хорлак, – сказал я, вставая. – Разузнать о них всё: как они жили четыре года, чем занимались. Возможно, у них были здесь новые знакомства, остались контакты…

– Ты никуда не пойдешь.

– Мне нужны вещи и де… что?

– Ты останешься в академии, Яна.

– Вы серьезно? – воскликнула я.

– Да ни за что! Я, наконец-то, приблизилась к своей цели, мне осталось лишь попасть в Хорлак и найти…

– Ты представляешь себе территорию этого королевства? Да что там Хорлак, как ты до границы Демир-Лиета доберешься? Отсюда до неё не меньше пяти тысяч километров.

– Ну… – на мгновение стушевалась, услышав эту цифру, – я думала, может, вы подбросите?

– Нет.

– Но…

– Забыла договор? – дракон сердито сверкнул глазами. – Ты покинешь академию или дипломированным имерсом, или в наручниках, следуя прямиком в свой родной мир.

– Но почему? – разозлилась я. – Не понимаю, зачем вы ставите такие условия?

– Межмировая магия дает слишком много возможностей. Корона не может позволить нелицензированным магам бесконтрольно разгуливать по городам и свободно распоряжаться своим даром. Как думаешь, чем занимаются имерсы после обучения?

– Да пусть хоть в цирке выступают, мне-то какое дело? – скрипнув зубами, ответила я.

Дракон сузил зрачки, но спокойно продолжил:

– Все выпускники Эж-Дера становятся сотрудниками Тайной службы и подчиняются мне. И ты будешь подчиняться мне, Яна, это лишь вопрос времени. Поэтому стоит уже сейчас учиться слушать и выполнять приказы. Если, конечно, ты хочешь найти своих родителей.

Мне оставалось лишь беззвучно открывать и закрывать рот, во все глаза глядя на этого тирана и деспота. Его последние слова выбили из легких весь воздух, и несколько мгновений я не могла сделать вдох.

– Что вы имеете в виду? – сипло спросила я, когда всё же удалось унять спазм в груди.

– Я не преувеличивал, когда говорил о широких возможностях имерсов. При должной подготовке, ты сможешь находить тех, с кем у тебя есть эмоциональная связь, в любой точке нашего мира. Но для этого нужно время и много тренировок. Сейчас, увы, ты почти ни на что не способна.

Куратор знал, как вселить уверенность в своих подопечных.

Мне предлагали решение, способ отыскать родных. Нужно всего лишь обучиться иммерсивной магии и стать шпионом железных драконов. В противном случае вернуться домой ни с чем.

Разве у меня был выбор?

– Я согласна.

Элреин

Как только дверь за Яной закрылась, Элреин шумно выдохнул и остервенело потер правое запястье. Навязчивый зуд усиливался с каждым днем, находиться рядом с девчонкой стало уже почти невыносимо. Кто бы знал, каких усилий стоило ему на людях вести себя как обычно и сохранять спокойствие.

Теперь же он мог всласть почесать зудевшее ухо, расправить ноющие крылья, поскрести когтями между лопаток и расцарапать покалывающую под чешуей кожу. Прикрыв от облегчения глаза, Элреин расслабленно откинулся на спинку кресла, когда в кабинете раздался глухой стук.

– Влетай.

Распахнулось окно, в котором показалась фигура свинцового дракона в полуобороте. Дехар влетел внутрь и сложил за спиной крылья.

– Фэндир, – поприветствовал он Элреина, сразу же протягивая ему красную папку, – как вы и просили, последние отчеты из Хорлака.

– Есть улучшения? Кто-нибудь пришел в себя?

Дехар заметно помрачнел, и это лучше каких-либо слов говорило о ситуации.

– Понятно, – Элреин вздохнул, просматривая первую страницу отчета. – Что насчет Валлахара? Ему стало лучше?

Дехар потер переносицу и отрицательно мотнул головой. Элреин заметил, что у помощника потемнела кожа на висках, явный признак магической усталости. Тугала по праву считался лучшим специалистом департамента по выявлению и ликвидации воспоминаний, страхов и душевных болезней, и потому странно было видеть его самого в таком состоянии.

– Профессор никого к себе не подпускает, – сообщил он. – Несмотря на почтенный возраст, ментальные блоки у старика до сих пор очень крепкие. Мне всего несколько раз удалось пробиться, но я ничего не нашел. Фэндир, я думаю, что причина его странного поведения может быть в его… особенности.

– Хочешь сказать, меня ждет то же самое?

Дехар замялся.

– Фэндир, я не…

– Ладно, – махнул рукой Элреин, – сейчас есть проблемы поважнее. Дай знать, если Валлахар пойдет на поправку.

– Так точно, – кивнул свинцовый. – Ах, да, еще он несколько раз упоминал какого-то «инчи». В департаменте никто не знает, что это значит.

– Инчи? Так и сказал? – Элреин нахмурился, вспоминая, где мог уже слышать это слово.

– Да, и что тот, якобы, в опасности.

– Должно быть, следствие всё той же болезни, – задумчиво протянул Элреин, постучав пальцами по столу. – Хорошо, с этим тоже разберемся позже.

Он достал из ящика тонкую папку и положил ее перед Дехаром.