Созидатель Всего Сущего

Дмитрий Григорьев

Созидатель Всего Сущего

Предисловие

Разочарование в религиозных учениях приобрело в современном мире массовый характер, порождая неверие.

Отсутствие веры в духовное начало в свою очередь, провоцирует нигилизм, ведущий цивилизацию к бездумному потребительству, поставленному на промышленный поток, что пагубно влияет на планету.

Человеческая деятельность разрушает биосферу, уничтожает экологию, истощает недра. Человек без веры в вечное существование стремится жить на полную катушку здесь и сейчас, с устоявшейся в голове мыслью: "После нас хоть потоп".

И это закономерно, религии с опорой на умственные изыскания древних религиозных философов, исходящих из заблуждений и нравственных законов, тех, что были приняты в стародавние времена – не могут не противоречить современным знаниям, открывшимся человечеству в связи с научно-техническим прогрессом.

Поскольку древние учителя не имели элементарного понятия о процессах, что известны ныне даже детям: о вселенной и законах физики, о биологии и генетике, о Земле и Солнечной системе, о квантовой механике и сути материи…

Мало того, религии, исходящие из суеверных представлений древних людей, формализуют и мистифицируют духовные практики, сводя веру – к ритуалам и обрядам. Игнорируя тот факт, что такой подход прямо назван в Евангелие лицемерием. Но об этом более подробно поговорим в книге далее.

А пока, поняв, почему религиозные учения стали не способными удовлетворить духовные запросы современного человека – посмотрим в противоположную сторону. На науку…

Точнее, на господствующий в ней материализм. Где мы видим то же самое, что и в религиях. Догматизм… Основанный на бездоказательных словах некоторых научных авторитетов, вызывающих диссонанс у тех людей, кто обоснованно сомневается в самозарождении жизни и случайном самозарождении вселенной…

Поэтому имеет смысл разобраться, что правда, а что лишь субъективное мнение. И дабы избежать предвзятости, оперировать будем фактическими научными знаниями, опираясь в рассуждениях на логику.

Что истина?

Если религии не готовы к развитию мысли в соответствии с прогрессом и эволюцией человеческих знаний, что можно взять за отправную точку в поисках смысла жизни человеку, понимающему в данном контексте несоответствие вызовам времени ни религиозных доктрин, ни материалистических утверждений? Из-за отсутствия и у догматичной науки, и у существующих религий вразумительных основополагающих ответов на вопросы о сути бытия.

Что делать? Попытаться самим найти объяснение происходящим процессам метафизики в соответствии с накопленными данными?

Или, полностью отказавшись от веры в присутствие Создателя при возникновении материи и жизни, поверить материалистической концепции, не имеющей ответов на фундаментальные вопросы, а посему предлагающей вместо них слепую веру и догматизм? Что порождает еще больше противоречий в поисках истины.

Так как академическая наука, утверждая о своей исключительной истинности, предлагает, по сути, духовную пустышку и в придачу к ней наукообразный муляж. Поскольку у нее нет четкого представления о предшествующих факторах, пробудивших Большой взрыв – который породил пространство, время, физический мир и вселенную. С чего и зародилось все сущее.

Нет строгих данных о самой материи, поскольку о ее сути в квантовом масштабе человечество имеет смутное представление. А сам квантовый мир представляет собой физическую пустоту, поскольку сверхмелкие элементарные частицы имеют настолько низкую плотность, что о материальном мире можно смело утверждать как о матрице виртуальной реальности.

В которой все, что воспринимается органами чувств в качестве материи, не что иное, как физический эффект, возникающий благодаря взаимодействию электромагнитных полей и волн.

Не говоря уже о тайне за семью печатями для современной биологии – такого явления как жизнь. И образованных ей в бесчисленных количествах биологических форм на планете Земля.

Так как даже такое обыденное и элементарное для человека понятие как жизнь материалистическая мысль объяснить не может. Существует только гуманитарное определение того, что ее отличает от неживого, но нет фундаментального представления, что это по своей природе вообще?

Сколько наука ни бьется, создавая все условия для зарождения жизни, искусственно оживить материю человеку не удается. У него нет даже базового понимания – какой процесс ее пробуждает… Поэтому для него является абсолютной загадкой, как в неотличимый от живого – неживой белок вдохнуть жизнь…

Исходя из этой логики, нам лишь понятно – что неживое есть неживое, а живое есть живое, и никоим образом мертвое живым сделать нельзя. Поэтому мертвый организм, идентичный живому и по химическому составу, и по форме, кроме единственного компонента – присутствия в нем искры жизни – оживить невозможно.

Опустим эту концептуальную беспомощность в вопросах жизни, упомянутую как наглядный пример, фактически ограничивающий рамки материализма как инструмента познания бытия.

И чтобы не быть голословными, рассмотрим в качестве иллюстрации "теорию эволюции" Дарвина, мимикрировавшую в данный момент в "синтетическую теорию эволюции" – СТЭ, которая, имея серьезные пробелы с доказательствами, обросла догмами, сделавшими ее новым наукообразным верованием, игнорирующим небезосновательно возникающие вопросы к ее положениям. Что не позволяет достоверно разобраться с появлением биологического разнообразия в природе.

Зададимся вопросом, может ли теория эволюции в ее нынешнем виде претендовать на абсолютную истину и объяснить неисчислимое количество видов, или это просто притянутая за уши гипотеза, в которую за неимением альтернативы материалисты безуспешно пытаются вдохнуть жизнь?

Самое очевидное, что в первую очередь бросается в глаза и фактически сразу вызывает сомнение в теории. Отсутствие даже намеков на существование в живой природе множества звеньев переходных форм. Без которых теория несостоятельна, поскольку согласно ей, промежуточных видов должно существовать на планете огромное количество в мультимасштабных объемах. Так как данное воззрение утверждает, что виды появлялись в результате природных явлений – множественных генных мутаций и способности живых существ приспосабливаться к внешней среде обитания, дабы выявить методом конкуренции и отбора наиболее успешный в условиях планеты – вид.

Раз промежуточные звенья среди существующих популяций отсутствуют, можно предположить, что они не выдержав конкуренции с более приспособленными биологическими видами все поголовно вымерли… Что и проецируется в социум адептами теории, ссылающимися на известные палеонтологии вымерших животных.

Ввиду огромного количества живущих ныне в биосфере форм, вымерших промежуточных звеньев должно быть в масштабы больше. А поскольку теория подразумевает слепой метод случайных проб и ошибок при выведении жизнеспособных особей, то мы, согласно математической вероятности, должны буквально по их костям ходить.

В то время как исследователи, за сотни лет раскопок, обнаруживают четко обособленные классы и зафиксированные виды, а не плавные цепочки мутаций и постепенного улучшения.

Многие находки палеонтологов оказываются либо тупиковыми ветвями, либо имеют с нынешними формами слишком мало морфологических и генетических сходств, что не позволяет их идентифицировать как бесспорных прямых предков ныне существующих видов. Исходя из чего, утверждения ярых эволюционистов о безальтернативности теории остаются по факту их личным убеждениями, вроде догм в религии.

Разберем наглядную иллюстрацию вышесказанного. Корова и коза относятся к одному семейству полорогих и, казалось бы, демонстрируют поразительное генетическое сходство – у них даже число хромосом идентично и равно 60. Генетики видят в этом признак родства, но дьявол, как всегда, кроется в деталях.

При детальном анализе у коров и коз наблюдаются высокоточные хромосомные перестройки (например, инверсии и системные транспозиции – когда работающий кусок генетического кода аккуратно перенесен из одной хромосомы в другую).

Ископаемый прародитель полорогих, примитивное жвачное Eotragus, по строению черепа ближе к современным нильгау, а не к коровам или козам.

Это указывает на то, что переход от базовой формы полорогих к узкоспециализированным видам коров или коз требовал не накопления случайных ошибок копирования, а ювелирного перераспределения целых информационных блоков ДНК. Слепые мутации не способны филигранно перестроить структуру хромосом, не разрушив жизнеспособность организма. Перед нами не хаос эволюции, а вероятней всего направленная генная коррекция живых существ.

И такие системные противоречия наблюдаются у многих близкородственных форм. Что вполне обоснованно вызывает в ученой среде массовые диссидентские настроения.

Поэтому в связи со сложностью доказательства плавной постепенной мутации, обуславливающей макроэволюцию, у некоторых сторонников теории проявилась новая идея. Идея "резких эволюционных скачков". Которая, пытаясь обойти логический тупик теории, вызывает лишь искреннее недоумение…

Допустим, если представить, что отдельно взятая особь резко мутировала до нового устойчивого вида по принципу масштабного генетического сбоя или болезни, то она в природе передать свои качества по наследству не сможет, так как в этом случае абсолютно одинаковая мутация должна произойти у множества особей данной формы существ в одной локации. Иначе этот организм не сумеет дать потомство и вымрет в пределах одной жизни, этого отдельно взятого создания.

А одинаковая мутация у множества особей, способных мультиплицировать вид, настолько нереалистична, что вызывает лишь недоумение, так как в случае с резкой мутацией до нового вида, даже одного организма, речь идет о невероятной природной случайности.

Это на гипотетическом примере с человеком будет выглядеть так. Будто где-то в мире произошел немыслимый случай, и у нескольких семейных пар в одном городе, родились вдруг вместо детей одинаковые детеныши обезьян, которые расплодили новый вид приматов. Возможно такое? Думаю, однозначно нет.

И это мысленное недоразумение ныне подается как рабочая гипотеза.

Поэтому, понимая, что материалистическая научная база подсовывает нам вместо безупречных законов, плодящую вопросы мишуру, приходится самостоятельно разбирать эти популяризированные фантомы.

Именно из-за невозможности случайных резких скачков, согласно классической теории эволюции, и должно было существовать великое множество переходных звеньев. И Чарльз Дарвин, основоположник этой эпопеи, честно признавая, что они обязаны быть в огромном количестве, с логикой дружил, в отличие от некоторых современных интерпретаторов.

Может быть, промежуточные формы эволюции существуют среди разных видов людей, существовавших ранее на планете? Тут широкое поле для деятельности. Выбирай, не хочу. Антропологии известно множество высокоразвитых доисторических жителей – есть и неандертальцы, и денисовцы, и гейдельбергцы.

Гейдельбергский человек появился около 800 – 700 тысяч лет назад, возник в Африке и исчез из летописи примерно 130 тысяч лет назад.

Неандертальцы появились в Евразии примерно 400 000 лет назад, а окончательно сформировались как обособленный тип около 130 000 – 150 000 лет назад. Они сошли со сцены около 40 000 лет назад, после нескольких тысяч лет сосуществования с человеком разумным.

Человек разумный сформировался около 300 тысяч лет назад на территории Африки. Но кроманьонец за те же 300 000 лет анатомически не претерпел коренных видовых изменений.

Да, он разделился на расы в процессе экспансии, поскольку расселяясь по планете, он приспосабливался к разным климатическим условиям, что породило внешнее разнообразие. Но генетически он остается все тем же кроманьонцем.

И здесь закономерность СТЭ снова ломается. Кроманьонец приспосабливался там же и абсолютно в тех же условиях, где обитали и другие виды людей. Разрыв во времени между появлением гейдельбергца и его потомка неандертальца составляет около 300 000 лет. Человек разумный обитает на планете столько же. А это означает что, согласно логике теории эволюции, человек за это время должен был породить качественно иной вид с множеством промежуточных фаз, чего на собственном примере мы и близко не наблюдаем…

Мало того, впервые в истории планеты с развитием хомо сапиенс параллельное сосуществование разных видов людей окончательно прекратилось, чему у СТЭ нет абсолютно внятного и однозначного объяснения. Этот факт выбивает человека из логики теории мозаичного формирования видов.

Да и появление самого человека разумного на планете пока остается загадкой. Наиболее близким предком человека в эволюционной цепочке часто называют африканского гейдельбергского человека. Но по современным данным, благодаря уточнению датировок (например, черепа из Брокен-Хилл в Замбии), оказалось, что возраст останков этого вида составляет около 300 000 лет. В это же самое время в Африке уже жили анатомически современные люди – останки кроманьонцев в Джебель-Ирхуда в Марокко датируются примерно 300–315 тысячами лет.

Исходя из элементарной логики, невозможно быть прямым предком того, кто живет с тобой параллельно в одну и ту же эпоху.

Последние данные палеогенетики указывают на то, что линия предков человека разумного отделилась от общего ствола раньше, чем окончательно сформировались характерные черты африканского гейдельбергского человека. Линия, ведущая к анатомически современному человеку, обособилась от этого общего древа около 500 000 - 800 000 лет назад.

Опираясь на достоверно опровергнутые ныне неверные данные, СТЭ в стремлении заполнить пробелы выдвинула целый ряд спекулятивных промежуточных звеньев от гейдельбергца к хомо сапиенс:

Homo helmei – некоторые исследователи хоть и относили его к промежуточному звену, но их взгляды оспариваются, так как совмещение различных признаков в этих останках указывает не на случайное скрещивание, а на последовательные изменения как будто вид был специально адаптирован под дальнейшее развитие человека. Он имел все необходимые признаки для выживания в разных климатических условиях, которые в дальнейшем как бы были перенесены на другие виды.

Homo sapiens idaltu – критикуется рядом ученых на основании того, что особенности этих людей вполне укладываются в рамки нормальной изменчивости нашего вида. Данная находка представляет собой раннюю версию человека разумного, существовавшую параллельно с последующими кроманьонцами и пытался безуспешно конкурировать с ними.

Homo rhodesiensis по морфологии близок именно к линии неандертальцев и далек от анатомии сапиенса. Почему его долгое время пытались связать с предками хомо сапиенс – загадка. Попытки объяснить это тем, что неандертальцы якобы вообще не заходили в Африку, сомнительны: палеогенетика доказала наличие неандертальского следа в геномах по всей планете, включая Африку, просто антропология находит далеко не все костные останки. Вероятно кости африканского неандертальца просто пока не найдены.

Учитывая, что гипотеза прямого родства всех этих видов людей строилась преимущественно на внешних морфологических признаках, но не находит безусловного подтверждения в генетике, многие утверждения о "достоверных предках" остаются предметом острых дискуссий. В попытках спасти классическую схему. Исследователи даже ввели новое видовое название – Homo bodoensis, что еще сильнее запутало систематику гоминид.

И здесь мы видим, как введение новых названий (например, замена спорного термина Homo rhodesiensis на bodoensis) диктуется не точными анатомическими открытиями, а соображениями академической конъюнктуры и политкорректности, чтобы убрать имя колонизатора Сесила Родса.

Это лишь усугубило проблему так называемой "мусорной корзины" в антропологии, куда долгое время сваливали все костные фрагменты, не подходившие под четкие описания эректусов, сапиенсов или неандертальцев.

А сама эта анатомическая мозаика свидетельствует в связи новыми данными и исходящей логики, что все древние типы людей это самостоятельные вымершие локальные тест-версии, со своими специфическими особенностями.

Европейская форма (неандертальцы) получила комплекс признаков для максимальной адаптации к ледниковому климату и мощный костяк. Денисовская линия жила в жестких условиях высокогорья Азии, в то время как в африканском ареале у видов происходило последовательное усовершенствование нейронной структуры мозга.

Получается, виды появлялись и исчезали так, как будто специально проверялись на наличие необходимых признаков для выживания и способности их к саморазвитию. Из-за чего им и приходилось конкурировать между собой.

Как видим при детальном разборе, академические теории при возникновении в них серьезных противоречий вынуждены строить логику на догадках, выдавая желаемое за действительное. А ученые-материалисты, утверждая о научной истинности своих гипотетических предположений, вводят в заблуждение тех, кто, не погружаясь в детали, верит на слово "столпам", пытаясь таким образом превратить науку в догмат.

Если слепые случайные мутации не способны объяснить взрывное появление разнообразия сложных форм на стыке эволюционных эпох, то, возможно, надо посмотреть на проблему с другой стороны? Чтобы понять, как именно организмы адаптируются, и как это влияет на их морфологию и генетику?

Здесь вполне можно согласиться с утверждением, что с изменением условий среды обитания вид способен с течением длительного времени приспособиться к внешним условиям, меняя фенотип, но не меняя базовую структуру генома и способность к внутривидовому скрещиванию организмов. Порождая генетическое разнообразие, это благоприятно сказывается на выживаемости вида в целом, так как популяция может благодаря новым качествам занять непривычную для нее природную нишу.

Например, кожа африканца приспособилась к губительному для европейца экваториальному солнцу, поэтому житель Африки, создавая семью с европейским человеком, может, отдавая свои гены потомству, передать таким образом ему способность выживать под палящим африканским солнцем. Что минимизирует вероятный рак кожи у его детей, рожденных в браке с неприспособленным к данной среде европейским человеком.

Или другой пример, собака. Животное, созданное человеком из волка путем длительного направленного отбора, по необходимым ему признакам и качествам. Собака может быть крупной породы, декоративной или вообще карманной. Каких бы размеров не была порода собаки, она как подвид волка не утеряла способность с ним скрещиваться и давать фертильное потомство способное к мультипликации.

Животное сохранило возможность спариваться как с волком, так и с любой другой породой собак передавая потомству новые качества.

У селекционеров просто есть правила скрещивания мелких и крупных пород, следуя которым проблем не возникает. Самку маленькой породы собаки нельзя скрещивать с самцом крупной, иначе щенки, развиваясь в процессе вынашивания, навредят ей. Поэтому поступают наоборот. Таким образом, появляются гибридные породы собак.

Такой же эффект происходит и с любым другим животным, например кошкой. Какой бы ни был породы домашний питомец, он не способен благодаря селекции потерять способность давать потомство со своим диким собратом, лесным котом.

Но если полностью устранить человека из этой цепочки искусственного отбора, то и собаки, и кошки в течение нескольких поколений возвращаются к исходному, сбалансированному природой типу. Как это произошло с одичавшей собакой динго, которая утратила лай и способность легко усваивать крахмал и лактозу, вернувшись к признакам, характерным для волка.

Окультуренные злаки, овощи и фрукты без поддержки человека в дикой природе стремительно дичают. Брокколи, кольраби, цветная и белокочанная капуста без селекционного ухода за 10–20 лет возвращаются к невзрачной форме дикой капусты, в которой невозможно узнать привычные овощи.

Рассмотрим в поисках истины еще один пример возможной эволюции видов – "гибридизацию", когда схожие виды дают потомство с усредненными признаками, такие как мул или лошак. Гибриды генетически отличных организмов, как правило, потомство не дают. Кроме исключительных случаев.

В природе есть некоторые устойчивые гибриды, такие как койволк. Но это результат внутривидового скрещивания поскольку койот как и собака подвид волка. В остальных случаях гибриды вроде мулла не способны к мультипликации, муллы бесплодны, а в тех исключительных случаях, когда мулл все же дает потомство, получается снова лошадь или осел. Генетический код в этом случае однозначно работает против гибридизации и появления новых популяций животных, таким способом, в планетарных масштабах. Материнские формы всегда стремятся восстановить свой первоначальный генотип.

Попытавшись пробить головой стену фактов опровергающих теорию синтетической эволюции, оказалось, что стена из фактов крепче головы, поскольку факты упрямая вещь.

Делаем вывод – большинство ископаемых находок, претендующих на роль "переходных звеньев", оказываются не промежуточными ступенями, а либо самостоятельными, гармонично уравновешенными для своей локации видами, либо тупиковыми линиями эволюции.

Массовых, плавно перетекающих друг в друга переходных цепочек в палеонтологической летописи не обнаружено. Виды появляются в природе резко, изначально обладая уникальным и сложным набором генетических данных, необходимых им для выживания в конкретной экосистеме.

И поскольку сегодня в связи с развитием НТП, благодаря генной инженерии есть наглядные примеры того, что новый вид из старого с отредактированными генами и необходимыми инженеру качествами все же можно получить. Ничего не остается, как принять за единственный логичный вариант эволюционного изменения видов – направленное воздействие на генетику видов, то есть вмешательство в геном биосферы внешних сил.

Отсюда следует, что разумную эволюцию биологических видов мог проводить лишь тот, кто по уровню развития намного выше нас.

С учетом того, что виды не имеют переходных форм, что они изначально приспособлены к дикой среде обитания, способны к размножению и мультипликации, нет сомнений в том – что тот, кто в данное явление вмешивался, точно знал, что он делает и что он хочет получить. В отличие от нас, самих остерегающихся созданные нами генетически модифицированные организмы.

Поэтому, споры антропологов о том, является ли неандерталец или гейдельбержец "прямым предком" человека, теряют всякий смысл. Программисту не нужно изготавливать из старого компьютера новый, чтобы использовать его удачный программный код для создания следующего поколения операционных систем. Эти виды были не биологическими предками в слепом дарвиновском понимании, они были прототипами, чей генетический материал послужил базой для финального замысла – человека разумного.

Остается определиться, кто вмешивается в этот процесс? И тут у нас лишь два варианта, либо эволюцию двигает высший разум – Создатель, либо более развитая инопланетная цивилизация.

Возникает вопрос, могла ли какая либо цивилизация во вселенной развиться от начала времен быстрее нашей настолько, что смогла преодолеть межзвездное пространство?

Имеющиеся точные научные факты говорят что нет, не могла… Поскольку законы физики утверждают, что ни один физический объект не может двигаться в пространстве со скоростью света и выше которая требуется для межзвездных путешествий. С учетом того, что даже незначительное перемещение в пределах галактики относительно вселенной требует не просто скорости света, а скорости в десятки, сотни и тысячи раз превышающей световую, так как Млечный путь простирается в пространстве на 120000 световых лет, такое путешествие абсолютно исключено. Полеты между звездами были, есть и будут из области художественной фантастики, не имеющей к реальности никакого отношения.

Поэтому любая другая гипотетическая цивилизация, так же как и мы, категорически лишена возможности осваивать вселенную, имея те же непреодолимые препятствия, которые не позволяют физическим объектам в разумных временных пределах свободно перемещаться по вселенной.

Как не поверни, но все равно получается, что процессом созидания материи и жизни, эволюцией биологических форм и разума мог заниматься только Тот, Кто не ограничен ни временем, ни пространством, ни какими бы то ни было препятствиями …

Теория Разумной Эволюции

Существующая теория синтетической эволюции, принятая наукой как единственно верный вариант, завоевала столько противников из-за пробелов и откровенных подлогов, что претендовать на единственное верное учение о появление видов элементарно не в состоянии. Поскольку даже те, кто по идее должен всеми силами ее поддерживать – сторонники теории, ученые – высказывают мысли, заставляющие социум сомневаться в ее состоятельности.