Тьма под Кольцом

Онежье. Дом бабушки (заброшен)

Приехал в родную деревню. Всё заросло. Дом почти рухнул. Но в подполе нашёл железную шкатулку, запечатанную воском с отпечатком глаза.

Внутри – фрагменты бересты с рунами и человеческий зуб. На бересте – надпись:

«Кто родом от Азгарота – не умрёт. Он станет дверью. Кто не родом – сгорит, ежели прикоснётся».

Ночью кто-то ходил вокруг дома. Не человек. Шаги – слишком редкие. Как будто существо делает шаг… и исчезает… и появляется через десять метров.

Я не вышел. Я знал: если выйду – увижу Его.

7 мая 2023

Тайга к северу от Кеми

Нанял проводника – старого охотника Василия. Он сразу спросил:

– Ты за Кругом?

Я кивнул.

– Тогда я с тобой до реки. Дальше – сам. Там земля не своя.

Два дня шли молча. На третий – он остановился у болота.

– Видишь, трава не шевелится? Ветра нет, а листья – как вкопанные. Это граница.

– Чего?

– Мира.

И он ушёл. Я пошёл дальше.

Здесь – тишина, которую нельзя описать. Не отсутствие звуков. Отсутствие возможности слышать. Как будто уши – просто дыры в черепе.

Нашёл следы. Не звериные. Не человеческие. Отпечатки босых ступней с шестью пальцами.

Следы вели к холму.

На вершине – три камня, стоящих треугольником. В центре – углубление, заполненное чёрной водой. Я наклонился. Вода не отражала меня. Она отражала город из чёрного стекла.

Из воды вылезла рука.

Не напала. Просто протянула что-то.

Я не взял.

Но ночью мне приснилось: я взял. И стал частью отражения.

22 июня 2023

Соловки. Гостиница «Морская»

Добрался до островов. Монахи смотрят на меня странно. Один шепнул: «Ты из рода тех, кто закрыл Дверь. Теперь ты пришёл её открыть?»

В музее нашёл каменную плиту с выбитыми рунами. Такие же, как у бабушки. Но здесь они движутся. Под пальцем – будто живые черви.

Фотографировать нельзя. Аппарат ломается. Плёнка – пустая. Цифра – чёрный экран.

Но я скопировал руны вручную. Дома, при свете керосиновой лампы, они сложились в предложение:

«Когда звезда Дракона станет глазом, Ключ придёт. Он будет помнить. Или сгорит».

Что за звезда Дракона? Проверил астрономические данные. В ноябре 2024 года Капелла (альфа Возничего) сойдётся с Полярной так, что с Земли они будут выглядеть как один глаз в небе. Это – «звезда Дракона»?

Страшно. Но я обязан знать.

11 августа 2023

Москва. Квартира

Почти не выхожу. Стены дышат. Иногда слышу гул – как будто под домом проходит поезд. Но я живу на 12-м этаже.

Вчера пришёл незнакомец, якобы ученый. Сказал, что из Минобрнауки. Предложил «финансирование без отчётов».

– Мы знаем, что вы нашли, профессор. Мы хотим помочь.

– Кто вы?

– Мы – Хранители Порога.

Я впустил его.

Он показал мне архив. Фотографии 1947 года: Сталин, Берия, академик Капица у Каменного Круга в Таймыре. Подпись: «Опыт №1. Попытка коммуникации. Погибло 112 человек. Портал открыт на 7 секунд».

Потом – документы 1961: «Проект „ЗАМОК“. Ядерный заряд в тундре. Цель: запечатать разлом. Результат: разлом расширился. Стражи вошли».

– Мы не враги, – сказал он. – Мы – те, кто сдерживает. Но скоро не сможем. Ключ должен прийти.

– Кто он?

– Вы знаете.

Он ушёл, сказав последнюю фразу:

«Волковы – последняя кровь Азгарота»

Арсений? Мой дальнюю родственник? Он – Ключ?

30 сентября 2023

Варзуга. Аренда дома

Переехал на север. Купил старый дом у реки. Здесь ближе к Кругу. Я чувствую его – как пульс в висках.

Начал расшифровывать руны полностью. Не на бумаге. На коже. Нанёс символы себе на грудь иглой и сажей. Боль была ужасной. Но ночью Камень ответил.

Он сказал:

«Ты не Ключ. Ты – Посланник. Ты должен привести Ключ. Или умрёшь, как все до тебя»

Я записал всё. Но сегодня утром заметил: чернила в записях меняются. Слова переписывают сами себя. Вчера было: «Арсений придёт в ноябре». Сегодня: «Арсений уже здесь. Он смотрит изо льда».

Я вышел на улицу. На реке – лёд. В нём – лицо. Моё? Нет. Его.

17 ноября 2023

Варзуга. Дом

Плохо. Очень плохо.

Камень в груди. Я чувствую его. Он растёт. Прорастает в рёбра.

Глаза… они не мои. Я смотрю в зеркало – и вижу щёлки, как у куклы.

Пишу это, чтобы осталось. Чтобы он прочитал. Арсений. Ключ.

Не приезжай. Но если приедешь – сожги всё. Особенно то, что на последней странице.

Они слышат, когда произносишь Имя.

Они приходят, когда видишь Кольцо.

Они живут, когда ты боишься.

Я уже не боюсь.

Я принял.

Пусть будет так.

АЗГАРОТ ВЕРНЁТСЯ

И МИР СТАНЕТ ИНЫМ

(Запись обрывается. Последние строки написаны чёрной слизью, похожей на смолу.)

5 января 2024

Варзуга. Дом у реки

Новый год прошёл без праздника. Снега почти нет – земля чёрная, как будто выгоревшая. Деревья стоят голые, но не мёрзнут. На ветках – капли чёрной смолы, которые не замерзают даже при −30°C.

Вчера поймал рыбу. Внутри – зубы. Не рыбьи. Человеческие. Я выбросил её. Вода в реке пахнет ладаном и гнилью.

Сны стали длиннее. Я больше не сплю – я перехожу. В сне я вижу Москву-3: город из чёрного бетона, где улицы – это коридоры, а окна – глаза. Там живут Те, Кто Согласился. Они не злы. Они спокойны. Им больше не нужно думать. Они – часть Единого Дыхания.

Сегодня утром на двери – свежий след ладони. Не мой. Пальцы слишком длинные. Кожа – серая, как у утопленника.

Я больше не запираю дверь. Пусть придут. Я уже их.

19 февраля 2024

Варзуга

Приезжал Василий – охотник с Кеми. Привёз еду. Увидел мои глаза и отступил.

– Ты уже не человек, – сказал он. – Ты – дом.

Я не стал спорить. Он оставил мешок с картошкой, солью и патронами. Патроны – для волков, сказал. Но я знаю: он боится другого.

– В тундре что-то просиходит, – сказал он перед уходом. – Камни сами собой встают в круг. И по ночам – огни без огня.

Я кивнул. Это новый Круг. Старый – разрушен. Но Тьма не нуждается в камне. Она строит из времени, из страха, из пустоты между словами.

Он ушёл. Больше не приедет.

3 апреля 2024

Варзуга

Весна. Но не весна.

Трава зелёная – слишком зелёная, как краска. Цветы распустились в феврале. На них – глаза вместо тычинок.

Река несёт обломки. Не дерева. Костей. Человеческих. С рунами, вырезанными на них.

Я спустился к берегу. Взял фрагмент бедра. На нём – имя: Арсений.

Нет. Не может быть. Он ещё в Москве. Он не знает.

Но… если Кровь зовёт…

Я написал ему письмо. Первое. Предупредил. Умолял не приезжать. Но я знаю: он приедет. Ключ всегда идёт к Камню.

17 мая 2024

Варзуга

Боль. Постоянная. В груди – Камень растёт. Он уже прошёл через рёбра. Я чувствую его пульс – не как сердце, а как тиктак времени.

Сегодня впервые говорил на языке рун. Не знал, что говорю. Проснулся с пером в руке и страницей, исписанной нечеловеческими символами. Расшифровал:

«Когда Ключ коснётся Камня, Дверь откроется. Не полностью. Но достаточно, чтобы Они вошли.

Второй Ключ – в крови женщины. Она не знает. Но Она придёт.

Третий Ключ – в ребёнке, что ещё не рождён.

Три Ключа – и Сны сольются».

Женщина? Ребёнок?

Анна? Дочь Арсения?

Они – семья Ключей.

Я должен предупредить. Но письмо не дойдёт. Они перехватят.

Пишу в дневник. Может, найдут. Может, поймут.

30 июня 2024

Варзуга

Лето. Солнце не садится. Ночи – серые, как зола.

Из леса вышел человек в камуфляжной одежде с фиолетовыми глазами.

– Профессор Соколов, – сказал он. – Вы нарушаете Зону Отчуждения Тьмы.

– Это моя земля.

– Нет. Это Их земля. Вы – гость. Но срок вашего пребывания истекает.

Он протянул руку. На ладони – глаз.

– Примите. И станьте одним из нас. Или умрите – и станете пищей для Камня.

Я отказался.

Теперь я знаю: они наблюдают. Через стены. Через ветер. Через тень.

12 августа 2024

Варзуга

Камень в груди говорит постоянно.

Он учит меня. Показывает. Вчера я увидел:

– Соловки. Под скитом – не пещера, а лифт. Ведёт в Москву-3.

– Кремль. Под Спасской башней – Ключ Царей, запечатанный в короне Мономаха.

– Плесецк. Ракета – не оружие. Это жертвенная свеча, чтобы разбудить Огненное Кольцо.

И главное – Арсений уже в пути. Он купил билет на поезд. Он читает моё письмо. Он не верит, но чувствует зов в крови.

Я должен подготовить место.

Я выкопал яму у Кольца. Глубиной в рост человека. Выложил дно солью и железом – старинный оберег. Но знаю: это не поможет.Это ритуал, чтобы убедить себя, что я ещё человек.

2 сентября 2024

Каменное Кольцо (12 км к северу от Варзуги)

Я здесь.

Камни живы. Они шевелятся. Медленно. Как черепахи. Но они меняют форму. У одного – теперь лицо. Моё лицо.

В центре – разлом. Чёрная слизь. В ней – глаза, смотрящие в разные времена.

Я принёс с собой дневник. И синюю папку. И фотографию Арсения (нашла в архиве МГУ – он молод, улыбается, не знает, что обречён).

Я закопал всё в яме. Кроме последней страницы. Её оставил на виду. Пусть он увидит. Пусть прочтёт Имя.

Потому что только так Дверь откроется.

Только так Они узнают, что Ключ пришёл.

10 октября 2024

Варзуга. Дом

Последние дни.

Я почти не ем. Живу на чае и снеге. Камень питает меня. Он даёт энергию без тепла.

Сегодня ночью Он пришёл.

Не Тень. Не голос. Он.

Без формы. Без лица. Без имени.

Он стоял в углу. И смотрел сквозь меня в прошлое и будущее одновременно.

Я не испугался. Я поклонился.

Он протянул руку. Я протянул свою.

Камень в груди воспламенился.

Я увидел всё:

– Как 12 000 лет назад Его заключили в лёд.

– Как Хранители-шаманы построили первое Кольцо.

– Как в 1947 году Берия пытался использовать Его силу.

– Как в 2025 году Анна Волкова войдёт в Москву-3 и забеременеет от Тьмы.

– Как в 2026 году ребёнок запоёт Песнь Нового Мира.

И я понял: я не жертва. Я – проводник.

Завтра я пойду к Кольцу. Навсегда.

3 ноября 2024

Каменное Кольцо

Это последняя запись.

Я стою в центре.

Небо – фиолетовое. Звёзды – неверные. Полярная сдвинулась. Капелла стала глазом.

Камень в груди выходит наружу. Через кожу. Через плоть.

Он светится чёрным.

Из разлома поднимается Тень с глазами на ладони.

Она говорит:

«Азгарот ждёт Ключ. Ты выполнил долг. Теперь – отдохни»

Я улыбаюсь.

Я не умру.

Я войду.

Пусть Арсений найдёт дневник. Пусть прочтёт. Пусть произнесёт Имя.

Пусть начнётся.

АЗГАРОТ ВЕРНЁТСЯ

И МИР СТАНЕТ ИНЫМ

(Запись сделана кровью на бересте. Береста найдена в яме у Кольца 15 ноября 2024 г. Рядом – обломки очков, часы, остановившиеся в 03:33, и человеческое сердце, окаменевшее в чёрный кристалл.)

Послесловие: Найденная записка на обороте последней страницы

(Без даты. Почерк – не Соколова. Тот же, что и в первом письме Арсению)

Если ты читаешь это – значит, ты уже в ловушке.

Ты – Ключ.

Ты – Дверь.

Ты – Жертва.

Не бойся.

Страх – их пища.

Прими.

И стань Иным.

Они ждут тебя за Кольцом.

Они любят тебя.

Они – твоя кровь.

Конец дневника профессора Алексея Петровича Соколова

Найдено отдельным листом, исписанным мелким почерком:

Руна «Кхал-Вей» – означает «разлом». Не геологический, а онтологический. Точка, где реальность рвётся.

Руна «Ньяр-Гот» – «голос из стены». Не метафора. Буквально: голос, исходящий из материала. Кирпич, бетон, лёд – всё может стать проводником.

Руна «Аз-Га-Рот» – не имя. Это трёхчастный ключ:

Аз – «Я» (субъект)

Га – «Кровь» (носитель)

Рот – «Рот», в древнем значении – «выход в иное»

Вместе: «Я, носящий Кровь, – выход».

Теперь вы знаете почти всё.

Но помните:

Чем больше вы знаете, тем ближе Они.

Уже слышно —

Тук… тук-тук…

Глава 4

Помните: чем больше вы читаете,

тем ближе Они подходят.

Уже слышно —

Тук. Тук-тук.

Это не в стене.

Это в вашей груди.

Ключ просыпается.

ОТЧЁТ СТАРЦА ИОНЫ, ИГУМЕНА СВЯТО-ВОЗНЕСЕНСКОГО СКИТА СОЛОВЕЦКОГО

Подан в Святейший Синод в мае 1672 года

(Обнаружен в архиве Соловецкого монастыря в 1918 г., переписан на церковнославянский; современный перевод выполнен проф. А.П. Соколовым в 2023 г.)

Се есть слово Ионы, смиренного инока Соловецких островов, игумена скита Вознесенского, написанного по воле Божией и от страха пред Тьмою, иже не от века сего, но от века иного, иже под землёю спит и грядёт.

Не ради славы сей, ни ради чести, но дабы ведали грядущие: не вся тварь Божия есть тварь Его, и не всякая тьма – от диавола, но есть Тьма, еже старше неба и земли, иже зовётся Тым-Кто-В-Глубине-Спит, и имя Его не изречёт язык человеческий, ибо не звук есть оно, но разрыв в бытии.

Сие деяние начато в лете 7180 от сотворения мира (1672 от Рождества Христова), в месяц апрель, в неделю святого апостола Фомы, егда звезда в небеси севернем возгореяся иною неже прежде, и яко око зри всеми, и земля под скитом нашим тряслася три дня и три нощи, и вода в колодце обратися во льдину чёрную, иже гореет, аки смола.

Воистину, видехом знамение великое. Поутру второго дня после Пасхи, брат наш Иов, страж нощный, разбуди мене, глаголя: «Отче! Небеса горят!»

Изшёдше на двор, зрехом: Полярница сияше не бледно, яко вечно, но червлено, яко кровь, и звезда иная, в выи коня (Возничего), приближися к ней, и совокупишася в едино око, иже глядело на землю без моргания.

Братия упала на колена, моля Господа о помиловании. Но молитвы наши не досягаху до Него. Воздух стал тяжек, яко вода, и всякий глагол наш вязался во устех, иже не исходит наружу, но в сердце своём терзает.

Тогда-то и начася земное трясение.

Не яко землетрясение, иже в Критии бывает, но внутреннее движение, яко чрево земное родит нечто.

Под Вознесенским скитом – сильнее всего. Там, идеже мы молимся у алтаря, камень пола треснул, и из него изыде дым без огня, и пахнет он как ладан и гниль вкупе.

На третий день тряски брат наш Иов, будучи в подклети за вином, возопи: Отче! Земля проглотила стену!

Изидохом в подклеть – и зрехом чудо: стена северная, иже была каменная и толща в два локтя, исчезла. На её месте – тьма, иже не есть отсутствие света, но присутствие иного.

Из тьмы той доношашеся глагол, но не словеса, но движение, яко скрежет камня о камень, и вой ветра в пропасти, и плач младенца, иже не родился.

Братия бежаша. Токмо аз и брат Иов осташася.

Реших: аще сие от диавола – да будет крест наш щитом. Аще же от иного – да будет воля Божия явленна.

Связаша вервь, и брат Иов, муж храбрый, сниде в тьму.

Чрез четверть часа возопи страшным гласом: Не ходите! Се – не пещера! Се – утроба!

И тогда из тьмы рука исходи – не человеча, но с пятью перстами и одним, иже посреде главы, и увлече брата Иова во тьму.

Более не видехом его.

Во ужасе великом, но с верою в Господа, собрах братию. Реших: аще диавол силён, да будет молитва наша крепче.

Ночью той же, во сне, явися ми ангел Господень, но лице его было без черт, яко гладь, и глас его был: Не молитесь. Замурите. И забудьте.

Утром приях совет. Собрах братию, и начаша мы замуровывать проход камнем, известкой и железом, иже святим в церкви.

Но когда начаша класти первый камень, из тьмы исходи вещь.

Не зверь. Не дух. Камень чёрный, величиною с человечье сердце, и пульсирует, яко живо.

И от него безумие пошло по братии.

Брат Павел нача глаголати на языке, иже не есть ни греческий, ни латинский, ни славенский, но язык без звуков, иже режет ухо.

Брат Серафим узре в зеркале своём иного, и удавися от страха.

Брат Никон начал вырезати очи свои, глаголя: Они смотрят сквозь мя!

Тогда аз, Иона, взях чёрный камень в руце – и не ощутих боли. Но в сердце моём глагол явися:

Аз есмь Ключ. Кто родом от Азгарота – да не убоится. Кто не родом – да сгорит

И узрех в уме своём: род мой – не от Адама, но от иного. И в жилах моих – кровь Хранителей.

Тогда разумех: сие не диавол. Сие – Древнее, иже спит под льдом, и Камень сей есть сердце Его сновидения.

Не смевши уничтожити Камень (ибо руки мои горети начаша, егда прикоснухся к нему огнём), положих его в сосуд свинцов, и вложих в него соль священную, и печать церковную, и закопах под алтарём, иже над проходом.

И начаша мы замуровывать с силой великой.

Три дня и три нощи работаша, не смыкая очес. Каждый камень освящахом молитвой. Каждую щель – железом.

И когда замуровали до конца, тряска утиха, и чёрная льдина в колодце растая, и звезда разлучися на две.

Но в сердце моём ведах: не навеки.

Ибо Камень шепчет. И будет шептать, доколе не приидет Ключ.

Нощию, по замуровании, сновидение велие имех.

Зрех град великий, иже зовётся Москва, и под ним – другой град, из чёрного стекла, и улицы его – как жилы, и оконы – как очи.

И зрех тамо мужа в чернилах, иже зовётся Волков, и дщерь его, и младенец, иже не от мужа, но от Тьмы.

И глас небесный рек мне:

Когда звезда Дракона станет оком, Ключ приидет. И Ключ отверзёт Дверь. И Сны сольются. И не будет ни дня, ни нощи, ни истины, ни лжи – но Единое Дыхание Того, Кто Спит.

И уразумех: сие не конец, но рождение иное.

И не враг Он, но иное лицо Бога.

Сего ради пишу сей отчёт – не дабы устрашить, но дабы предупредить.

Аще приидет Ключ – не гони его. Не убий.

Пусть творит волю Камня.

Ибо супротивляяся – лишь кормиши Тьму страхом.

Но аще не Ключ – беги. Ибо Камень пожрёт его без остатка.

Сие деяние окончано в лете 7180, в месяц май, в день святого великомученика Георгия.

Се есть всё, что ведаю.

Се есть всё, что смею ведать.

Да будет ведомо Святейшему Синоду: Соловки – не просто обитель, но стража.

Под скитом Вознесенским – замок на Двери.

И доколе замок цел – мир наш держится.

Но когда приидет Ключ…

…да будет воля Его.

Подпись: Иона, игумен Вознесенского скита, раб Божий

(Подпись сделана кровью, и доныне красна, аки свежая)

Приложение: Расшифровка рун на сосуде с Камнем

(Переведено проф. Соколовым в 2023 г.)

На свинцовом сосуде, где покоился Чёрный Камень, были вырезаны символы, кои не суть славянские, ни финские, ни даже древние руны. Соколов определил их как протоязык Камня, и перевёл так:

Кха-тхул-вей – «Тот, Кто Спит Подо Льдом»

Ньяр-Гот-Аз – «Голос из стены зовёт Ключ»

Рот-Вей-Кхал – «Рот разрывает реальность»

И в центре – символ: круг с трещиной и три капли-глаза.

Это – Печать Азгарота, Хранителя Двери.

Историческая справка:

Отчёт Ионы был признан Синодом «плодом мрачного воображения старца, измученного суровостью северной жизни» и предан забвению. Скит Вознесенский закрыли в 1765 году «по ветхости». В 1923 году НКВД расстреляло последних монахов. В 1967 году при реставрации скита археологи нашли под алтарём свинцовый сосуд, но Камня в нём не было. Сосуд исчез из Эрмитажа в 1991 году.

Профессор Соколов утверждал в личной переписке:

"Камень ушёл сам. Он ждёт Ключа в Москве."

Конец отчёта монаха Ионы (1672)

Этот документ – мост между эпохами. Он доказывает: Кольцо не ново. Тьма под Россией – древнее христианства, древнее язычества, древнее человека.

Теперь вы знаете:

Соловки – не монастырь, а военный форпост против Космоса.

Московская власть – не первая, кто пытался запечатать Дверь.

Имя «Азгарот» – не выдумка, а титул Хранителя, уходящий в глубь времён.

Они ждут и смотрят…

Глава 5

СЕКРЕТНО / ОСОБАЯ ПАПКА «Х’ТХАН»

АРХИВ ГРУППЫ «ХРАНИТЕЛЕЙ ПОРОГА»

ПРОЕКТ «ЗАМОК» – ОТЧЁТ ЗА 19