На занятиях получается, на экзамене - нет

На занятиях получается, на экзамене - нет

Введение

Дорогой читатель!

Если вы читаете эти строки, значит, у вас есть вопросы, на которые когда-то начал искать ответы и я сам. Надеюсь, эта книга поможет вам найти их и немного сократит путь ваших поисков.

Много лет назад, начав работать инструктором по вождению, я столкнулся с тем, что не перестаёт занимать меня до сих пор.

Почему человек, который, казалось бы, готов к экзамену, в решающий момент «сдувается» и не может показать то, чему научился? Почему ещё несколько минут назад он всё знал и умел, а на экзамене словно всё забыл? Почему раз за разом приходит на экзамен — и снова терпит неудачу?

Постепенно я понял, что многие трудности начинаются задолго до экзамена, а некоторые остаются с человеком даже после получения водительского удостоверения. Страх первого выезда, непонимание между учеником и инструктором, сомнения в собственных способностях, боязнь сесть за руль самостоятельно — всё это тоже требует внимания.

За этими трудностями стоят реальные люди. У каждого — своя история, свои страхи и свои причины научиться водить. Наблюдая за ними, разговаривая с ними и переживая вместе удачи и неудачи, я искал объяснения происходящему и способы помочь.

Эта книга основана на личной практике, наблюдениях и субъективном инструкторском опыте, а не на клинических исследованиях. Я рассказываю о том, что видел и как это понимаю. Она не заменяет обучение по ПДД или помощь специалиста, но может помочь разобраться в страхах и трудностях за рулём.

Здесь собраны истории из практики и советы, которые могут помочь вам лучше понять себя, справляться с трудностями во время обучения, пережить неудачу и решиться на самостоятельную поездку. Очень надеюсь, что каждый читатель найдёт здесь то, за чем пришёл.

Часть I. До автошколы и на старте

Глава 1. Зачем вам это нужно? О цели и мотивации

Мотивация — это то, что побуждает вас действовать, направляет ваши усилия и помогает продолжать ради результата. Когда вы понимаете, зачем вам нужно научиться водить, экзамен может восприниматься как вызов: трудная задача, к которой вы готовились и с которой хотите справиться.

Это не означает, что вам не будет страшно. Можно очень хотеть получить права и сильно переживать перед экзаменом. Но собственная цель даёт причину продолжать — даже когда трудно, не всё получается и приходится пробовать снова.

«Я не могла подвести внука»

На обучение ко мне пришла женщина пенсионного возраста. Её младший сын погиб на войне. По её словам, его жена не справилась с утратой мужа и начала злоупотреблять алкоголем. Остался восьмилетний внук. Все заботы о нём легли на плечи бабушки.

Она жила в деревне. Внука нужно было возить в школу из одной деревни в другую. Зимой это становилось особенно трудно.

Летом она пришла учиться водить. Каждый день приезжала в город за несколько десятков километров. По моему опыту, обучение в пенсионном возрасте нередко требует больше времени и повторений. Но возраст сам по себе ещё не говорит, чему человек сможет научиться.

Она занималась старательно и прошла все положенные занятия. Однако на экзамене возникла неожиданная трудность. Из-за организационных обстоятельств в ГИБДД она не смогла сдавать на автомобиле, на котором училась. Пришлось сесть за руль другой машины, предоставленной для экзамена, без предварительной подготовки именно на ней.

В тот день на этом автомобиле сдавали десять человек.

Сдала только она.

Женщина пенсионного возраста — среди молодых курсантов. После экзамена я спросил:

— Как вам удалось?

Она ответила:

— У меня не было выхода. Я не могла подвести внука.

Для неё права были не просто документом. За ними стояла повседневная задача: отвезти мальчика в школу, забрать домой, позаботиться о нём.

Она училась, тренировалась, осваивала управление. На экзамене ей пришлось воспользоваться этими умениями в непривычной машине.

Она ясно понимала, зачем учится. За словами «не могла подвести» стояло конкретное дело, ради которого она каждый день приезжала на занятия.

«Пожалуйста, дайте шанс!»

На обучение ко мне пришла молодая девушка. Её трясло от одной мысли о вождении. Каждое занятие становилось для неё испытанием. Когда пришло время решать, идём мы на экзамен или продолжаем подготовку, я сказал прямо:

— Качество твоей езды пока оставляет желать лучшего. Я не возьму на себя смелость выпустить тебя на экзамен. Боюсь, твоих навыков не хватит даже на первые минуты.

Она стала просить:

— Пожалуйста, дайте шанс! Я не подведу! Через день после экзамена я уезжаю жить и работать в Сочи. У меня не будет возможности приехать на пересдачу.

Я согласился:

— Ладно. Это твой экзамен. Но поедешь самой последней.

Тогда я опасался, что неудачи первых учеников подорвут уверенность остальных, и поэтому оставил её напоследок.

Наступил её черёд. Зима. Вечер. Час пик. Пошёл снегопад. Условия, в которых и подготовленному человеку непросто.

Я смотрел на происходящее и думал: «Две минуты позора — и по домам».

Сейчас вспоминаю эту мысль как свидетельство того, насколько мало я тогда верил в её успех.

Она села за руль, передала инспектору документы. А я смотрел на неё и не узнавал. Руки не дрожали. Речь была уверенной. Внешне она выглядела совершенно спокойной.

Та самая девушка, для которой каждое занятие было испытанием, уверенно проехала экзамен в этих сложных условиях.

Без единого штрафного балла.

Позже я объяснял себе это так: она знала, что уезжает, и хотела использовать свой шанс сейчас.

Возможно, ясная цель помогла ей собраться, а постоянная тревога на занятиях мешала мне увидеть, чему она уже научилась. Эта поездка заставила меня осторожнее относиться к прогнозам. Но готовность нужно проверять до экзамена: срок отъезда не повод рисковать и надеяться на внезапное преображение.

«Другого шанса у меня бы не было»

Ещё один случай произошёл много лет назад. Перед экзаменом ко мне подошёл инспектор:

— Ты в очереди первый. Мы сейчас должны принимать на служебном автомобиле, но он сломался. Можешь помочь — предоставить свою машину одному кандидату?

— Да без проблем!

Парню предложили садиться за руль и начинать экзамен. Но я понимал: он оказался на незнакомом автодроме и должен ехать на машине, к которой не привык. Я попросил:

— Давайте хотя бы один круг ему дадим проехать.

Инспекторы согласились. Пока они перекуривали, мы сели в автомобиль, и я начал объяснять, что и как здесь работает. И тут выяснилось: парень не слышит и не говорит. Слухового аппарата с собой у него не было. Жестами он показал, что умеет читать по губам.

Хорошо. Попробуем. Мы начали знакомиться с машиной и выполнять упражнения. Каждое давалось с огромным трудом. Я видел лишь его первые попытки на незнакомой машине, в непривычном месте и при затруднённом общении. Как он учился до этого, я не знал.

После пробного круга я вышел из автомобиля, уступив место инспектору: в те годы на этом этапе экзамена он сидел рядом с кандидатом, на месте инструктора.

Мой прогноз был однозначным: «Всё. Нет у парня шансов».

И каково же было моё изумление, когда на экзамене он выполнил все упражнения с первого раза — почти идеально!

Дальше мои планы изменились. Я передал его другому инструктору, который должен был предоставить автомобиль для следующего этапа — в городе.

Но история меня зацепила, и позже я спросил, чем всё закончилось. Оказалось, парень приехал из далёкой деревни. Вместе с ним был друг, который помогал общаться, переводил на жестовый язык. На поездку они потратили последние деньги.

Другой инструктор рассказал мне продолжение. Пока у инспекторов был обед, парень попросил показать маршрут. В машину сели втроём: курсант, его друг и инструктор. Проехали круг. Инструктор объяснял, друг переводил, парень внимательно смотрел и кивал.

Начался экзамен. И он проехал экзаменационный маршрут без единой ошибки.

По словам инструктора, удивлены были все: и инспектор, и инструкторы, и курсанты. После экзамена его спросили:

— Как тебе это удалось?

Через друга он ответил:

— Другого шанса приехать в город и сдать экзамен бесплатно у меня никогда в жизни бы не было.

Я запомнил этот ответ на много лет.

Что объединяет эти истории

Во всех трёх историях люди ясно понимали, зачем им нужны права. Я видел их трудности и ожидал неудачи, а они показали то, чего я не ждал. Мои прогнозы оказались слишком поспешными.

Мотивация помогает приложить усилия и воспользоваться тем, чему уже научился. Она не создаёт навык за несколько минут. Загонять себя в безвыходное положение ради сдачи не нужно: давление способно и мобилизовать, и помешать.

Поэтому полезнее спрашивать себя не «Как загнать себя в угол, чтобы наконец собраться?», а: «Ради чего я учусь? Что изменится в моей жизни, когда я смогу самостоятельно водить автомобиль?» Ответ не отменит трудностей. Но он может дать причину продолжать.

Собственная цель не обязательно должна быть связана с чрезвычайными обстоятельствами. Ездить на работу, возить ребёнка, путешествовать или меньше зависеть от транспорта — вполне достаточные причины учиться. Если же вы пришли только потому, что кто-то велел, полезно разобраться, есть ли в этом и ваша потребность.

Цель помогает ответить на вопрос «Зачем продолжать?». Подготовка — на вопрос «Что я уже умею делать безопасно?». Один ответ не заменяет другой.

Теперь давайте разберёмся, какие именно страхи могут встретиться на пути к этой цели.

Глава 2. Чего мы боимся за рулём?

Итак, давайте поговорим о страхах. Все люди разные. Поэтому и страхи у всех свои. За годы работы инструктором я увидел, что за простой фразой «я боюсь водить» могут скрываться совершенно разные причины. Я не хочу сейчас приводить какую-то психологическую классификацию. Расскажу о тех страхах, которые я видел у своих курсантов.

Иногда они кажутся совершенно нелогичными человеку со стороны. Но если разобраться, почти у каждого страха есть своя история.

1. «Я боюсь заглохнуть»

Человек представляет, как он останавливается на перекрёстке и глохнет. Сзади стоят опытные водители. Они ждут. Кто-то начинает сигналить. Кто-то смотрит с раздражением. И в голове новичка возникает целая картина: «Я мешаю всем. Сейчас они будут думать, что я не умею водить».

И вот здесь я обычно говорю курсантам: «Пока мы учимся — пусть весь мир подождёт». Это очень важная мысль. Потому что после того, как человек заглох, он часто пытается компенсировать потерянное время. Начинает торопиться. Быстрее выжимает сцепление. Быстрее пытается завести двигатель. Начинает суетиться.

И вместо одной ошибки получает следующую. Поэтому иногда лучший выход — не ускоряться, а остановиться внутри себя. Если заглохли, сначала удержите автомобиль на месте. Затем спокойно запустите двигатель и подготовьтесь к повторному троганию. Чужой сигнал не делает спешку безопаснее.

Памятка если заглох двигатель

1. Удерживайте автомобиль тормозом; на уклоне при необходимости используйте стояночный тормоз.

2. На машине с механической коробкой полностью выжмите сцепление и переведите рычаг в нейтральное положение.

3. Запустите двигатель в порядке, предусмотренном для вашего автомобиля. Если продолжить движение не удаётся, сообщите инструктору и обозначьте вынужденную остановку по ПДД.

4. Заново подготовьтесь к троганию: нужная передача, сигнал, проверка обстановки и приоритета.

5. Начинайте движение только когда это безопасно. На машине с автоматической коробкой используйте порядок перезапуска из её руководства.

2. «Я боюсь других машин»

Здесь человек прекрасно понимает одну вещь: себя он контролировать может, а других водителей — нет. Он может соблюдать правила, смотреть в зеркала, держать дистанцию. Но он не знает, что сейчас сделает водитель соседней машины. А для начинающего водителя эта неопределённость сама по себе становится источником тревоги.

3. «Я боюсь перекрёстков»

Особенно часто страх вызывают кольцевые перекрёстки. Молодому водителю движение на них иногда кажется совершенно хаотичным. Кто откуда едет? Куда он сейчас повернёт? Кому уступать? Почему этот автомобиль едет именно сюда? Человек пока не может увидеть в происходящем систему.

Непонятная ситуация может казаться опаснее, особенно когда человек ещё не знает, как в ней действовать. Поэтому перекрёсток для опытного водителя может быть обычной дорожной ситуацией, а для новичка — местом, где слишком много неизвестных одновременно.

4. «Я боюсь пешеходов»

Вспоминаю женщину, которая на первом занятии сразу сказала:

— Вы не заставите меня ехать по дороге! Делайте что хотите.

Я спросил почему. Оказалось, в детстве на её глазах насмерть сбили старшего брата. Теперь она представляла один и тот же исход: стоит выехать на дорогу — и кто-нибудь обязательно бросится под колёса. Я выслушал её, посочувствовал, покивал. На том занятии мы всё-таки выехали в город. В конце она молчала. Восторга в её глазах я не увидел.

Сегодня я рассказываю об этом как об ошибке в своём подходе. Я слишком сосредоточился на том, чтобы человек поехал, вместо того чтобы сначала разобраться с последствиями пережитого. Молчание ученицы и благополучная поездка не были доказательством, что ей стало легче. Не повторяйте этот подход: выводить человека навстречу страху вопреки его отказу нельзя.

Если после гибели близкого или тяжёлого ДТП страх сопровождается мучительными воспоминаниями, паникой, нарушениями сна или мешает безопасно заниматься, прежде чем продолжать поездки, обратитесь к психотерапевту или клиническому психологу. При необходимости работу со страхом ведут параллельно с обучением, согласуя посильную нагрузку. Сам по себе пережитый трагический опыт ещё не означает диагноз.

Для инструктора правило простое: сначала обсудить страх и получить добровольное согласие на конкретный шаг, затем оценить навыки и подобрать условия. Человек должен знать, как попросить о безопасной остановке. Если согласия нет, выезд откладывается.

5. «Я боюсь ошибиться»

Для такого человека ошибка становится доказательством собственной несостоятельности. «Если я сделал ошибку, значит, я не могу быть водителем». И поэтому пытается не просто ездить правильно. Он пытается не иметь права на ошибку вообще. А это уже совершенно другая проблема.

Потому что обучение без ошибок невозможно.

6. «Я боюсь, что на меня все смотрят»

Особенно хорошо это видно на автодроме, когда вокруг много людей. Человеку кажется, что все вокруг смотрят именно на него. И не просто смотрят. Оценивают. Он начинает стараться сделать каждое действие идеально. Но получается парадокс: иногда старание контролировать каждое движение начинает мешать выполнению привычных действий.

Он начинает думать не о дороге и автомобиле, а о том, как он выглядит со стороны.

7. «Я боюсь инструктора»

Это особенно интересный страх. Часто его испытывают люди, у которых уже был негативный опыт обучения вождению. Инструктор мог кричать. Или человек пытался учиться у мужа, отца, друга — человека, который сам умеет водить, но совершенно не умеет обучать.

Я вспоминаю одну женщину. Она пришла ко мне и сразу сказала:

— Только, пожалуйста, не кричите.

А потом рассказала свою историю. Она хотела пойти учиться в автошколу. Но муж, сотрудник полиции, сказал: «Зачем? Я тебя сам научу. А с экзаменами договоримся». Посадил её за руль.

— Заведи.

— Выжми сцепление.

— Дай газ.

— Отпусти сцепление.

Но он не учёл одну простую вещь. «Дай газ» в понимании человека, который никогда не сидел за рулём, может означать — нажми педаль газа до пола. А дублирующих педалей рядом не было. Машина резко рванула и со всего разгона въехала в стену дома.

Муж наорал, хлопнул дверью и подал на неё на развод. И после такого опыта человек боится уже не только автомобиля. Он боится человека рядом. Боится его оценки. Боится снова услышать крик. Боится снова оказаться виноватым.

8. «Я боюсь аварии»

С этим страхом я знаком лично. Свои первые водительские категории я получал в конце 90-х годов прошлого века. Это было совсем другое время. Тогда ещё не было обязательного страхования, и многие дорожные конфликты решались совсем не так, как сейчас.

Произошло ДТП. Приехали участники. А потом могли приехать ещё несколько машин — уже «разобраться». Две машины столкнулись, а через некоторое время на месте могло оказаться ещё восемь. И вопрос иногда решался по принципу: кто сильнее, тот и прав.

Я прекрасно понимал, что, не имея никаких знакомств в этой сфере, могу попасть в очень серьёзные неприятности. Поэтому страх аварии для меня тоже когда-то был не абстрактным. Я понимал: авария — это не только повреждённый автомобиль. Это могут быть последствия, которые вы не можете полностью контролировать.

9. «Я боюсь самого страха»

Этот страх появляется у людей, которые уже однажды сильно испугались за рулём. Или попали в ДТП. Они боятся не только повторения самой ситуации. Они боятся снова испытать тот ужас, который тогда почувствовали. Получается своеобразный замкнутый круг: испугался → запомнил страх → снова сел за руль → начал ждать, что сейчас станет страшно → испугался ещё сильнее.

И иногда человек уже боится не дороги. Он боится собственной реакции на дорогу.

А что же экзамен?

Страх экзамена я сознательно оставлю отдельно. Потому что страх перед экзаменом — это уже немного другая история. Можно быть полностью подготовленным. Можно десятки раз выполнять один и тот же манёвр. И вдруг в день экзамена человеку кажется, что он забыл всё, чему его учили.

Почему так происходит? Почему знания и навыки, которые ещё вчера были на месте, вдруг становятся недоступными? Почему человек начинает совершать ошибки, которых никогда не совершал на занятиях? Об этом мы поговорим отдельно. Страх становится понятнее, когда удаётся назвать, что именно пугает. Но дальше встаёт практический вопрос: как начать действовать, не дожидаясь полного исчезновения тревоги? Об этом — следующая глава.

Глава 3. Только не сегодня! Первый выезд

Поздняя осень. Автодром. Мокрый снег.

Именно с этого эпизода для меня когда-то началось понимание того, что научить человека управлять автомобилем — это далеко не всегда только объяснить ему, как работать педалями, рулём и коробкой передач.

На занятие пришла женщина. Её трясло от волнения. Когда мы подошли к машине, она неожиданно попыталась сесть на пассажирское место.

— Так сразу? — спросила она, когда поняла, что садиться придётся за руль.

Постепенно мы разговорились. За её страхом автомобиля оказалась совсем другая история. Много лет она прожила с мужем, который постоянно внушал ей, что вождение — не женское дело. Что у неё не получится. Что она бестолковая и за руль ей лучше не садиться.

Потом они развелись. И однажды она всё-таки решила пойти учиться. Не столько ради машины, сколько, наверное, ради ответа на вопрос, который всё это время сидел у неё внутри. В какой-то момент она сказала мне:

— Я очень боюсь, что он был прав.

Почему мне запомнились этот эпизод и эта женщина? После её слов я понял: мало объяснить, как управлять автомобилем. Нужно услышать, что мешает человеку учиться, и помочь ему действовать, даже когда он волнуется.

У каждого страх свой. Один боится неудачи, другой — непонятной машины, третий — аварии.

Страх — это нормально. Но главное — научиться его контролировать и продолжать управлять автомобилем.

В моей первой группе было пять женщин. Мы занимались на автодроме. И довольно быстро я стал слышать одну и ту же фразу:

— Только не сегодня.

Сегодня устала. Сегодня слишком оживлённое движение. Сегодня плохо трогаюсь. Давайте ещё немного поездим здесь, а в город — в следующий раз. Причины менялись. Фраза оставалась.

— Только не сегодня.

Мне тогда казалось логичным: если человеку страшно, надо дать ему ещё немного времени. Ещё потренироваться на площадке, повторить упражнения, почувствовать автомобиль.

Но наступил экзамен. Из пяти женщин сдала одна — та, которая когда-то сказала мне:

— Я очень боюсь, что он был прав.

Этот случай стал поводом пересмотреть подход к занятиям. Я начал понимать простую вещь: можно сколько угодно откладывать встречу со страхом. Можно ещё час, ещё занятие, ещё неделю оставаться там, где спокойно и привычно. Но в город всё равно придётся выехать.

Мы ждали, когда страх исчезнет сам. Но время на привычной площадке не всегда помогало: иногда человек просто привыкал откладывать трудный шаг.

Я стал менять подход. Объяснял устройство автомобиля и органов управления, учил трогаться и останавливаться. Когда первоначальных навыков хватало для безопасного первого выезда, старался не затягивать переход с площадки в город.

И почти каждый раз слышал:

— Я не смогу.

Или уже знакомое:

— Только не сегодня.

Я говорил человеку: «Я рядом и помогу. Будем действовать спокойно, без резких движений». До выезда мы обсуждаем маршрут, посильную задачу и возможность безопасно остановиться. При отказе возвращаемся к подготовке и ищем шаг, к которому человек готов.

Курсант постепенно осваивал управление, а я контролировал ситуацию и при необходимости вмешивался. Нередко первый выезд выглядел страшнее до него, чем после. Человек возвращался и вдруг понимал: он ехал по настоящей дороге. Вокруг были другие машины, перекрёстки, пешеходы — всё то, чего ещё несколько минут назад он так боялся.

И вместо привычного «я не смогу» появлялось совсем другое чувство. Он посмотрел своему страху в глаза. И оказалось, что ехать можно.

Первый выезд не отменяет всех будущих трудностей. Важно, чтобы рядом был человек, с которым их можно спокойно разбирать. Поэтому теперь поговорим об инструкторе.

Глава 4. Человек, сидящий рядом со мной

Инструктор — человек, от которого зависит очень многое. Если вы не пришли к конкретному инструктору, вас могут распределить по расписанию и наличию свободных мест. И заранее вы не всегда знаете, кто будет сидеть рядом с вами в автомобиле. Итак, предположим, вы попали к инструктору, который мало разговаривает, почти ничего не объясняет, отвлекается на телефон. Большая часть занятий проходит на площадке или по одному и тому же маршруту.

Сама по себе площадка или повторение маршрута — ещё не признак плохого обучения. Иногда нужно несколько раз спокойно отработать одно и то же. Но вы должны понимать, чему учитесь, зачем повторяете упражнение и что уже получается лучше. Человек, впервые попавший в среду автоподготовки, обычно не знает, как должны проходить занятия. Ему не с чем сравнивать.

Он думает: «Наверное, так и должно быть?» И только ближе к концу обучения начинает подозревать: занятия идут, а понимания и самостоятельности почти не прибавляется. При этом у друга или подруги, которые пришли учиться одновременно с ним, всё выглядит иначе. Они обсуждают дорожные ситуации, пробуют разные маршруты, разбирают ошибки. И уже умеют то, к чему он ещё даже не приступал.