Проба. Часть III: Обратная сторона медали

– Как что? Протестовать, добиваться обжалования зафиксированного результата! – сперва очень бойко, а затем, задумавшись, уже несколько растерянно отвечал юнец. – И вообще… Ну, надо действовать как-то, заявлять о себе.

– Хм, действовать, говоришь... Боксер должен в ринге действовать и себя проявлять, а после матча уже кулаками чего махать? Случилось, как случилось.

– Да ну нет же! Надо что-то делать, нельзя несправедливость допускать!

– Слушай, Степан, а ты знаешь такого боксера из Америки, Роя Джонса?

– Да, еще бы не знать, он же суперзвезда! У него классный стиль, он такой игрок, контрпанчер: сам от атак легко уходит, а его удары быстро летят, что и не заметишь!

–Угу, вот он самый. Классное мастерство у него, так ведь?

– Еще бы! Он топовый боец, очень крутой! Он стольких побеждал и так красиво у него получалось! Только под конец карьеры проигрывал чаще, видно, из-за возраста форму терять стал…

– Погоди ты с возрастом, тебе еще пока рано о таком задумываться. Лучше послушай меня внимательно, амиго: проигрывал, положим, Джонс и еще намного раньше конца своей профессиональной карьеры. Ведь путь от любителя до профи у боксера очень долгий. И ты знаешь, что на Олимпиаде Рой тоже был?

– Да ну, серьезно?! Правда?! Вот он, наверняка, там чемпионом стал! А в каком году?

– В 1988-ом. Он уже тогда красиво бился, мастерство показывал на ринге. И по ходу турнира достаточно уверенно дошел до финала. Под конец Игр тоже хорошо отбоксировал матч, но судьи возьми и отдай победу его сопернику. Вот так вот, без объяснения причин – чемпиона Игр озвучили, руку ему подняли… М-да, очень большой скандал тогда был, вся мировая общественность возмущалась, что американца засудили.

– Ого! И что, Рой Джонс с тренерами смогли оспорить решение?

– Ага, как же! Подавали они апелляцию и не раз, только ничего в итоге не изменилось. Принятый судьями результат навсегда остался в истории и не получил Рой Джонс своего заслуженного Олимпийского золота. Такие дела, брат… Правда, в определенной степени на бокс эта скандальная ситуация все же повлияла: после стольких жалоб официально изменили критерии судейства и слегка подкорректировали прочие спорные мелочи. Но результат матча остался прежним.

– Ужасно.

– Согласен, несправедливо. Но я тебе это почему рассказываю? Потому что Роя Джонса несправедливость эта вовсе не сломала. Он, амиго, руки опускать не собирался, а, напротив, вовсю пошел дальше: так и дошел до звания абсолютного чемпиона мира по боксу, покорив мимоходом несколько весовых категорий. Катком прошелся по всей своей тогдашней оппозиции! И поясов насобирал… Но эти все цацки – ерунда полнейшая. Главное, Степан, – бойцовский характер! Джонс показал из чего сделан, дав четкое напутствие последующим поколениям спортсменов: рожден боксером – так будь боксером, несмотря на все превратности судьбы. Вот так вот!

– Ого, круто! Он действительно на весь мир прославился своей профессиональной карьерой, но ведь Олимпийским чемпионом так уже и не стал?

– Нет, не стал. Зато других целей добился.

– А почему Рой еще раз на игры не поехал? Было страшно и обидно, что снова судьи такую свинью подложат?

– Скажешь тоже, молодо-зелено! Он просто тогда почти сразу в профи перешел, а совмещать одно с другим запрещается: либо любительская карьера, либо выступления в профессиональных мероприятиях. Да и зачем ему было это золото Олимпиады еще четыре года ждать? Он бокс своей работой сделал, деньги на боях зарабатывал, репутацию вон какую себе нажил! Хотя, наверное, ты прав, осадочек от такого «гостеприимства» на Играх все же остался.

– Вот именно, пережить незаслуженное поражение очень тяжело. Еще и на таком уровне!

– Однозначно непросто: но знаешь, любое поражение воспринимается тяжело. Поэтому, чтобы не случилось, никогда нельзя думать, что все потеряно. Никогда, Степка, слышишь меня? Продолжай свой путь к цели и тогда точно придешь, куда надо. Это, если ручки не опускать!

– Да понял я, понял Вас, Юрий Михайлович. Ладно, спасибо за просмотр и обсуждение, пойду к себе в зал.

– А скоро уже и Верочка от подружайки своей придет, будем за стол садиться. Хочешь, оставайся у нас на ужин с ночевкой. Место-то всегда найдется!

– Нет, спасибо большое, я лучше к себе. Мне Вера Павловна еще с того раза столько вкусностей отгрузила, что есть-не переесть! Так и растолстею совсем, ха-ха-ха! А когда, кстати, тренировки начинаем?

– Со следующей недельки начнем постепенно входить в ритм. Чуть раньше школы стартанем, чтобы ребятки плавненько в режим вошли. А завтра еще трансляции матчей будут, так что приходи смотреть!

– Обязательно приду, надо же своими глазами все бои видеть! А то, как выясняется, зафиксированный результат совсем не всегда ход матча отражает.

– Что за человек, опять за свое ворчание принялся! Ты погляди, ну, совесть российского, а то и мирового, бокса, не иначе! Ладно, вершитель судеб, до завтра! И все же сильно так судейскими решениями себя не изводи: помни, что у судей свое дело, у боксеров – свое. И как оно там в итоге все выйдет – только жизнь рассудит.

– Ладно, я обдумаю еще себе все эти наши сегодняшние разговоры.

– Ну обдумай-обдумай, мыслитель. Расскажешь потом, к какому решению пришел – с легкой улыбкой на лице окончательно завершил беседу Степницкий. А Степка всю дорогу до боксерского клуба, и после уже в спортивном зале, скрупулезно размышлял над проблемой предвзятого судейства в боксе.

Сперва малец философски думал о том, почему на высшем уровне в спорте допускается коррупция и отчего люди за деньги готовы навредить другому, даже прекрасно понимая цену тех усилий, которые спортсмен вкладывает в свою карьеру. Затем постепенно размышления парня дошли до любимого себя в предполагаемых обстоятельствах.

«А как бы себя повел я на месте того бойца, которого засудили? Понятное дело, что сперва расстроился бы и озлобился. Но, вот, смог бы принять поражение и пойти дальше, как это сделал Рой Джонс? Выходит, Юрий Михайлович прав, один бой мало что решает. Пусть и несправедливый получился исход поединка, так что ж теперь? Если результаты почти никогда не пересматривают, тогда правда нет смысла подавать жалобы и досконально разбираться в чем-то там. Остается только идти дальше и делать свое дело. А почему бы нет? Понятно, что неприятно все это, обидно до глубины души и до дикой злости. Но что ж теперь, сидеть и горевать? Так точно ничего не изменится! А если пойти дальше своей дорогой, то можно и себе доказать, что тебя никто остановить не может, и другим показать, насколько незаслуженно несправедливо к тебе отнеслись. Так что работать надо, а не оглядываться на зафиксированные результаты и судейство. И твое тебе всегда достанется».

К таким выводам на сон грядущий пришел Степан. И в процессе этих тревожных размышлений периодически у парня проскальзывала та самая, еще с празднования дня рождения засевшая в голове, мысль о собственном будущем. Теперь мальчишка более ясно увидел, как сложится его спортивная карьера. Раньше он думал, что будет учиться и работать, совмещая эти занятия с боксерским залом. Но сегодня юнец принял для себя более серьезное решение, которое подразумевало прохождение долгого и нелегкого пути. И, какой бы сложной не выдалась эта дорога во взрослую жизнь, Степан уже четко понимал, что нужно делать и как поступать, чтобы достичь поставленных целей.

***

Отпуск – это свободное время, которое тратится с удовольствием, но заканчивается всегда неожиданно.

Побывав в нескольких европейских странах, Макс с Инной с легкой грустью от пролетевшего как миг путешествия, но все же и с большой любовью к родным местам, возвратились домой. После возвращения Михалыч дал боксеру еще недельку на полную акклиматизацию, а там как раз завершится Олимпиада и начнутся общие тренировки в «Факеле». Тогда и Максим начнет втягиваться в новый рабочий цикл своей подготовки сперва к Окружным соревнованиям, а потом и к Чемпионату России.

Ланских без каких-либо зазрений совести такому раскладу дел сильно обрадовался, а вот Степан, по правде говоря, уже давненько заскучал по групповым тренировкам и спаррингам с Максом. Для себя мальчишка, разумеется, немного тренировался и по утрам, и по вечерам: тем более, что весь инвентарь у него был под рукой. И все же эти самостоятельные занятия не заменяли парню привычную спортивную работу «в команде».

Однако, тренеру Степка своих чувств на сей раз высказывать не стал: он с уважением отнесся к принятому наставником решению и, кроме того, искренне переживал за здоровье Степницкого, которому врачи настойчиво рекомендовали снизить нагрузки. Поэтому, раз нужно сделать перерыв в занятиях, – пусть будет лучше перерыв, чем, не дай Бог, плохое самочувствие руководителя «Факела».

Во время вынужденного отдыха Степан по-прежнему смотрел трансляции Олимпийских игр и обсуждал боксерские матчи с Михалычем. Парень с азартом рассуждал о навыках и перспективах выступающих, но о своем собственном решении пойти в большой спорт пока умалчивал. Тем более что Степка теперь еще и начал подрабатывать в автомастерской неподалеку от зала: Юрий Михайлович переговорил со своими знакомыми и подрядил ученика в подспорье к автослесарям.

Вообще, Степан с детства проявлял способности к ремонту механизмов разной сложности. И к моменту своего знакомства со Степницким парнишка уже кое-что об устройстве автомобилей знал, поэтому впоследствии не раз помогал тренеру чинить его старенький «Фольксваген». Вот Юрий Михайлович и решил пристроить юнца, так сказать, по профилю деятельности. Подработка в мастерской была очень интересной: наконец-то паренек мог узнать больше тонкостей мастерства и подержать в руках различные профессиональные инструменты. К тому же, чрезмерно юного помощника никто не нагружал: Степана вызывали на несколько часов в день и поручали ему несложные подсобные работы.

Таким образом, подросток мог и похвастаться новыми знаниями о профессии автомеханика, и потихоньку начал зарабатывать на жизнь собственными силами. Этот момент вызывал у мальчонки чувство неподдельной гордости – ведь он уже совсем как взрослый! Жизнь заиграла яркими красками: юнец и в профессии развивал свои навыки, и в боксе набирался опыта, познавая этот вид спорта с доселе незнакомой для себя стороны.

Днями накапливая в себе новые впечатления, по вечерам парнишка продолжал рассудительно думать о будущем, оценивая рациональность принятия тех или иных решений. Прикидывая в уме возможные варианты развития событий, Степка терпеливо ожидал начала общих тренировок, чтобы проверить на практике насколько его возможности соответствуют намеченным планам и стоит ли, вообще, вся эта овчинка выделки.

Плавненько входить в режим «Факеловцы» начали незадолго до первого сентября. Традиционно, с осени начинался набор новичков в секцию и подготовка «старичков» к соревнованиям, поэтому Михалыч решил возобновить тренировки чуть пораньше, чтобы грамотно распределить время и силы, как свои собственные, так и своих воспитанников. С возобновлением работы секции Степка, как и прежде, участвовал за день в разных тренировках, но с поправкой на свою периодическую занятость в автомастерской.

А Максим Ланских каждое утро тренировался самостоятельно, и в клуб заглядывал по нескольку раз на неделе для участия в спарринг-сессиях или с целью работы на мешке под руководством тренера. Поскольку только стартовала вводная часть тренировочного цикла, работа была совсем несложная, больше с упором на восстановление былой формы, чем на развитие физических качеств.

Первые занятия подготавливали спортсменов к новому сезону интенсивных нагрузок, которые должны были начаться уже через пару-тройку недель, под конец сентября. На последние числа октября были назначены соревнования по боксу среди представителей Федерального округа: победа на этих состязаниях означала получение путевки на Чемпионат страны, поэтому Максу кровь из носу надо было выигрывать все матчи в своей весовой. А чтобы выиграть, надо грамотно подойти к подготовке: и порядком нагрузиться, чтобы выйти на пик формы, и успеть восстановиться, чтобы не травмироваться и не поймать состояние перетренированности.

Так что времени на разговоры и раздумья у Ланских не было: действовал боец в строгом соответствии с планом, составленным специально для него Юрием Михайловичем. Все в жизни Максима нынче подчинялось строгому режиму – тренировка, восстановление, следующая тренировка, вновь восстановление сил и так далее, вплоть до предсоревновательной недели. Согласитесь, процесс несколько однообразный и скучный, выполнять его тяжело физически и психологически, но – такова участь каждого спортсмена. Раз уж выбрал этот путь, то нечего проливать слезу и жалеть себя, надо работать запланированную работу и добираться до намеченных вершин.

Сам Степницкий после своего непривычно длительного отдыха возвращался к будничному режиму работы непросто. Надо было и юных своих подопечных втягивать в тренировки, и проводить подготовку к набору новобранцев, и достаточно внимания уделять Максу, который снова готовился к соревнованиям высшего класса.

Пережитые события, из-за которых Ланских на год выпал из спортивной обоймы, изменили молодого человека. Он заметно повзрослел, вел себя более расчетливо, прагматично – без былой удали и расхлябанности молодости. И психологически Максим уже стал цельной личностью: парня больше не терзали сомнения в самом себе и в выбранном образе жизни. Теперь он четко знал, что хочет развиваться по трем направлениям: строить семью с Инной, расширять свой бизнес и выступать на боксерском ринге. Желательно было завоевать медаль Чемпионата России, но, если и в этот раз не получится, Макс уже не так сильно расстроится, поскольку ментально он готов к любым поворотам судьбы.

В виду произошедших с Ланских изменений, Степницкому теперь их совместные тренировки стало проводить гораздо легче. Макс четко выполнял указания тренера, не пытался демонстрировать великую силушку богатырскую и устанавливать рекорды там, где этого вовсе не требовалось. Вдобавок, ментальное здоровье бойца было крепким и не требовало вмешательства, хотя временами, конечно, Михалыч проводил со спортсменом ненавязчивые беседы, призванные поддерживать боевой дух. Так что волнительных личных переживаний и строгих тренерских наставлений точно стало намного меньше, чем в предыдущую подготовку. Можно сказать, Максим стал более самостоятельным, и при этом более исполнительным, отдавая должное знаниям и опыту тренера.

Спарринги теперь Ланских проводил чаще всего со Степкой, поскольку после рождения сына Дэн в боксерский зал заглядывал лишь несколько раз, и то, как правило, задерживался в секции ненадолго. Поэтому Макс обычно вставал в пару со Степой, который рвался в бой, несмотря на разницу в габаритах и в боксерском мастерстве. Изо всех сил мальчонка пытался соответствовать старшему товарищу, все чаще умудряясь создавать такому опытному бойцу ощутимые проблемы.

Вообще, с прошлого года парни очень сблизились друг с другом. Степан теперь видел в Максе не столько кумира и парня, на которого нужно равняться, сколько старшего брата, готового обсудить с тобой любую проблему и дать полезный совет. А Максима в Степке подкупала искренняя заинтересованность, пожалуй, даже любовь к боксу: сравнивая юнца с собой опытный боксер подмечал, что он лично многое упускает из того, чем Степан не преминет поинтересоваться. Кроме того, мальчишка, хоть по жизни ему и выпала тяжелая доля, оказался редких человеческих качеств: серьезность, надежность, верность, доброта и готовность прийти на выручку к близким – все это Ланских в юном своем одноклубнике тоже очень ценил.

Так что, несмотря на разницу в возрасте почти с десяток лет, соратники по «Факелу» крепко сдружились и частенько болтали о том и о сем до тренировки или сразу после. Степка все никак не мог нарадоваться на свои новые фирменные перчатки и решил обсудить с Максом, каково оно – тренироваться в такой классной профессиональной экипировке, тем более что у Ланских была такая же пара, только чуть потяжелее весом, поскольку он выступал на несколько категорий выше. Тем более что это именно Максим, через своего нового партнера по бизнесу, раздобыл в Японии обе пары: для себя и в подарок Степке.

– Классные эти Winning! Вот, сразу чувствуется разница, да? Бьешь, и как будто кулак в надежной защите, но удар все равно такой плотный получается – кажется, что даже стену прошибить сможешь! – восторженно завел разговор с другом Степан.

– Ну, про стену это ты, конечно, хватанул, малой! – усмехаясь отвечал Максим. – Но фирма есть фирма, тут ничего не скажешь! С «Виннингами» ручки у меня теперь совсем не болят, а до этого вечно: то костяшки собьешь, то в запястье отдача пойдет, то, вообще, криво ударишь и чуть палец себе не выбьешь! Так что здорово, что мы с тобой их приобрели: мне и тебе надежная защита от травм будет. Только на соревнованиях аккуратнее надо, в этих-то выступать не получится.

– Жаль, да, что в своей экипировке не выступишь. Но зато так честнее.

– Ну уж, бокс и честность, – то еще соседство! Вот, что я тебе скажу, мой юный друг.

– Ты тоже смотрел Олимпиаду?

– Нет, на кой черт она мне сдалась, если меня на ней нет?! – как всегда, лихо отшучивался Макс от глупых вопросов. – Да шучу я, шучу: что ты надулся, в самом деле?! Просто некогда мне матчи смотреть было, мы же с Инкой по Европе путешествовали! Поэтому так… Из новостей слышал пару слухов и все. А что?

– Там бой был, который явно отдали не тому, кто выиграл.

– Ха, всего один бой за все Игры?! Не в жизнь не поверю!

– Да, Макс! – возмущенно вскрикнул Степка, явно недовольный небрежным отношением друга к одной из самых больших проблем современного бокса. – Ну, на мой взгляд, были там и другие спорные решения… Но с тем боем ничего не сравнится: настолько несправедлив был судейский вердикт, что у меня даже слов нет, чтобы описать!

– Эх, Степка-Степка, молодо-зелено ты, как сказал бы наш Михалыч! В боксе постоянно что-то подобное случается, и даже самый высокий уровень соревнований – никакая не гарантия честного неподкупного судейства. Просто прими это как данность, амиго!

– А ты, вот, на следующие Игры хотел бы отобраться?

– Ну, если честно… – резко изменив шутливый тон, серьезно задумался над заданным вопросом Ланских. – Я уже и сам не знаю, чего добиться в спорте хочу… Пару лет назад я «горел» Олимпом и ты знаешь, что вышло тогда на нашем чемпионате… Такие моменты, как ни крути, сказываются на психологии, братишка… Нет, не подумай, чтобы я прям на той истории с Одувановым сильно обжегся и теперь даже на воду дую! Просто, знаешь, как-то… Жизнь моя так сильно изменилась с тех пор, что Олимпиада теперь для меня точно не на первом месте.

– Как это?! – аж возмутился от такой удивительной новости Степан.

– Ха, да обыкновенно это! – поспешил разъяснить свою мысль Максим, видя такую искреннюю ошарашенность и даже некоторую растерянность мальчишки. – Смотри, Степыч, ты же тоже, наверное, в детстве хотел кем-то таким, самым крутым на свете, стать, а сейчас про это уже и позабыл совсем? Ну, вот видишь – понимающе улыбнулся Макс в ответ на Степкин уверенный кивок головой. – Так и с Олимпиадой у меня получилось. Нет, бокс-то я люблю! И тренироваться мне нравится, и соревноваться с другими, главным в ринге себя чувствовать. Только, понимаешь, раньше я ничего другого вокруг себя не замечал: цель была одна – Олимпийский пьедестал, и все тут! А сейчас совсем по-другому все складывается… Теперь я понимаю, что жизнь – она вот здесь и сейчас проходит! Много в ней всего намешано, и, даже если что-то получается не так, как хочешь, это не беда, Степ. Уж поверь мне, я-то через многое прошел, ты знаешь! Всякое бывает, вопрос заключается лишь в том, как ты, именно ты и никто другой, все происходящее воспримешь. Ну это уже у нас с тобой философия какая-то получается, а не дружеская беседа! Ха-ха-ха! В общем, отвечая на твой вопрос, дружище: пока готовимся на Окружные, а там, даст Бог, и на чемпионат России попадем! А об Играх пока и задумываться смысла нет – только-только же прошли они, еще четыре года впереди. За это время ох как может все измениться!

– Хм, понятно, – с явным разочарованием в голосе и опустив взгляд в пол, понуро отвечал Степка.

– М-да-а-а… – протянул Макс, видя реакцию младшего товарища на свои откровения. – Понятно, что пока еще ничего тебе не понятно, милый друг! Ну, видимо, так оно и должно быть, ведь всему свое время, чемп! А ты что, братишка, всерьез Играми заинтересовался?

Этот вопрос заметно напугал Степана. Он-то своих мыслей пока никому выдавать не собирался, а Максим, так уж вышло, невольно озвучил тайные замыслы молодого боксера. Впрочем, взглянув на Макса и увидев, что он эту реплику бросил неосознанно, мальчишка успокоился и ответил без лишнего, выдававшего бы его заветные мечты, волнения:

– Да ну, ты что! Я просто с Юрием Михайловичем все трансляции матчей летом смотрел. Интересно же, как элита спорта выступает! Многие красиво бьются, и характер проявляют. Но таких судейских ошибок на этом уровне быть точно не должно. Это ужасно! Тем более что до Олимпиады спортсмен такой путь преодолевает…

– Эх, малой, что толку взывать к Высшей справедливости? И до нас скандальные ошибки судейства были, и при нас они будут, и после нас останутся, можешь даже в этом не сомневаться! Поверь, это ж как бороться с ветряными мельницами! Толку будет ноль, а сил и нервов потратишь немеряно! Поэтому расслабься, боец, – ты свою работу на полную выполняй, и все на этом. Что еще в твоих руках-то, а? Так зачем тогда впрягаться в эти все мутки?

– Юрий Михайлович тоже так говорит, что нет смысла воздух сотрясать.

– Еще бы! Сам гуру тебе истину молвит, а ты мимо ушей пропускаешь!

– Почему это? Я же запомнил, вот. Просто… Ну, просто хочется, чтобы все по справедливости было, как положено… Ладно. А ты, если на Олимпиаду не поедешь, зачем тебе тогда сейчас чемпионат выигрывать?

– Ха, вот чудак-человек! Во-первых, я, вообще-то, не говорил тебе прямым текстом, что я на Игры не еду. Я сказал, что нашел в жизни много привлекательных моментов помимо Олимпиады. Во-вторых, стать лучшим боксером страны – это что тебе, шутки что ли, пустячное достижение? Я считаю, что это тоже довольно высокий уровень мастерства доказывает. Плюс я просто должен еще раз попробовать, я одному человеку обещал… Но не будем об этом. Так что, малой, с поездкой на Игры еще посмотрим, как сложится. Путь, в любом случае, впереди долгий, ты же знаешь, ты уже весь бокс вдоль и поперек изучил, ха-ха-ха!

– Ха-ха, знаю-знаю, что попасть на Олимпиаду непросто. Но я уверен, ты должен и округ взять, и чемпионат выиграть. Я за тебя всем сердцем болеть буду! Ну, и на спаррингах спуску не дам, ха-ха-ха!

– Эй, молодчик, полегче будь, да?! Кто тут еще кому спуска не даст! – отвесив Степке шутливый подзатылок и заливаясь смехом отвечал Максим. – Спасибо за поддержку, амиго! Время бежит, скоро и ты уже на Чемпионат России по взрослым попадешь. Конкуренция, однако!

– Да уж, попаду, если получится. Пока еще я даже до Окружных в своей возрастной не прошел. И все равно, у нас с тобой разные весовые.

– Не боись, пацанчик, все будет четко: боксерский клуб «Факел» веников не вяжет! Я ж с тобой в паре работаю, поднатаскаю так, что равных по мастерству точно не найдется! Еще чуть-чуть тебе только подрасти надо, и на следующий год все соревнования твои будут, уж поверь моему слову! А что до весовой, так ты ж у нас растешь, кто знает, в какую категорию по взрослым попадешь. Вдруг, как наешь пузо на Веры Павловны угощениях! Ха-ха-ха!

– Ха-ха-ха! Спасибо, друг дорогой, на добром слове. Я запомню!

– Давай-давай! Не забудь в тетрадочку себе записать!

Тут в зал стали подтягиваться остальные ребята с секции, пришел и отчего-то не в духе Михалыч, поэтому болтовню быстро свернули, настроившись на серьезный тренировочный лад. Начиналась рутинная работа, без которой никак нельзя достичь выдающихся результатов.

***

Бизнес, тренировки, дом, друзья, любимая девушка… Ланских сам и не заметил, как уже почти два месяца пролетело с момента возвращения из отпуска. На дворе стоял слякотный октябрь, и пришла пора вновь отправляться в путешествие, правда, на этот раз по работе.

Окружные проводились на выезде, и, поскольку Макс уже прилично зарабатывал, совместно с тренером решили лететь до принимающего состязания города самолетом, что отняло всего несколько часов рабочего дня.

Прибыли наши герои на место заранее, а именно за три дня до начала мероприятия: как уж повелось, в целях плавной акклиматизации. В первый день боксер и наставник уладили все бытовые вопросы, на второй уже активно тренировались днем и вечером, а непосредственно перед стартом легонько раскидались и больше времени посвятили восстановлению, не забывая при этом удерживать вес под параметры категории. В этот раз сильно массу Макс не гонял, поэтому особой проблемы в плане питания подготовка к выходу в ринг не доставляла.