Кострова, еще раз!

— С клюшкой?

— Обязательно.

Мы рассмеялись.

И на секунду всё стало легче.

— Ладно, — сказала Лера, отступая к выходу на лёд. — Иди работай, пока твой тренер не решил, что ты сбежала к хоккеистам. Увидимся в столовой на обеде.

Я кивнула.

— А ты не устраивай драки.

— Я? — она вскинула брови. — Никогда.

Через десять секунд я уже слышала, как она на катке орёт на кого-то из своей команды.

Я с улыбкой покачала головой и поспешила в зал на хореографию и растяжку.

***

Столовая спорткомплекса была отдельным видом экстремального спорта. Тут выживали сильнейшие. Или самые голодные.

Я взяла поднос и автоматически положила на него куриную грудку с рисом, брокколи и йогурт. Чернов бы одобрил. Где-то в параллельной реальности он уже поставил галочку в воображаемой таблице: «Кострова. Питание — удовлетворительно».

— Ты серьёзно? — раздалось за спиной.

Лера материализовалась рядом, как проверка на допинг – внезапно и без предупреждения.

— Что? — я оглядела свою еду.

— Это твой рацион или попытка впечатлить айс-генерала? Где картошка фри? Где жизнь?

— У меня режим, — фыркнула я.

— У тебя нервный срыв под соусом «режим», — парировала она и кинула себе на поднос что-то жареное и явно запрещённое всем тренерским составом страны.

Мы плюхнулись за стол. Лера с грохотом поставила поднос - так, что на нас тут же все обернулись.

— Скоро чемпионат, — как ни в чем ни бывало заметила Лера, хватаясь за вилку. — Ты уже морально пакуешь чемодан или ещё делаешь вид, что это «обычный старт»?

— Это обычный старт, — спокойно ответила я, разрезая курицу на кусочки.

— Ага. Всего-то соседний город, три дня в гостинице, судьи, которые любят драму, и полная трибуна журналистов с камерами.

— Спасибо, ты умеешь успокоить.

— Я реалист, — пожала плечами Лера. — Мы, кстати, тоже на выезд едем. Автобус, общага и двадцать литров энергетика на команду.

— Романтика, — хмыкнула я.

- Ага, - скептически изогнула бровь Лера. - Особенно, если учесть, что у всей нашей команды синхронизировались критические дни, и они выпадут ровно на первый матч.

Я сдавленно хрюкнула.

- Боже! Бедный ваш тренер!

- Да он привык, - махнула рукой Лера. – У него тампоны уже по всем карманам рассованы как конфеты.

Я расхохоталась так, что чуть не подавилась рисом.

- А Чернов разве не в курсе твоего цикла? – хитро прищурилась Лера. – Тренер должен это знать.

Я округлила глаза.

- Нет, такое мы, к счастью, не обсуждаем.

Лера изогнула бровь.

- Поверь мне, этот мужик знает всё, что влияет на результат.

Я пожала плечами.

- У нас есть женщина-медик. Вряд ли Чернов будет заморачиваться такими подробностями.

Подруга покачала головой.

- Ну-ну... А кто тебя повезет на чемпионат?

Я отпила воды.

- Макс скорее всего.

Лера подцепила вилкой картофель.

— С пледом, термосом и взглядом «я всех запомнил»?

— Именно.

— А тренер?

— Он поедет на своей машине, насколько я знаю.

— Не предлагал подвезти? — подмигнула Лера. — Представь. Три часа дороги. Музыка. Неловкая тишина. «Кострова, держи спину ровнее».

— Я лучше поеду плацкартом на третьей полке, – хохотнула я. – А у тебя сборы когда?

— Через две недели. Казань. Две игры подряд. Если выиграем, поедем дальше. Если нет — будем объяснять, почему главное - участие.

Я потянулась за чаем и краем глаза заметила, как к нашему столу приближаются трое парней-хоккеистов с соседнего столика. Высокие, шумные, уверенные в себе.

Я слегка напряглась.

— Привет, девчонки, — начал один. — У нас сегодня после игры вечеринка. Приходите. Будет весело.

Лера лениво подняла глаза.

— Видела вашу прошлую игру - веселиться вы явно не умеете, ребят.

Парни переглянулись. Один усмехнулся и шагнул ближе. Высокий, широкие плечи под чёрной толстовкой команды, светлые волосы чуть растрёпаны, как будто он только что снял шлем. В уголке губ — наглая полуулыбка человека, который привык получать своё.

— Мы просто хорошие соседи по льду, — сказал он. Голос спокойный, уверенный. — И решили проявить гостеприимство.

Лера фыркнула.

— Гостеприимство у вас обычно заканчивается синяками.

— Это только для соперников.

Он облокотился о край стола, поворачивая голову ко мне.

— Ты Кострова, да?

Я откинулась на стуле, скрещивая руки на груди.

- Допустим.

Парень усмехнулся.

— Видел твой прокат на прошлых соревнованиях.

Лера тихо хмыкнула рядом.

— Всё. Попалась.

Я пнула её ногой под столом.

— И?

— И подумал, что человек, который так злится на лёд, должен иногда отдыхать.

— У меня тренировки, — спокойно сказала я.

— У всех тренировки, — пожал он плечами. — Но иногда можно позволить себе выдохнуть.

Лера бросила в меня салфетку.

— Алин, соглашайся. Чисто ради науки.

Я незаметно показала ей кулак.

— Я подумаю.

Парень улыбнулся. На щеке появилась ямочка. Судя по улыбке, отбоя от девчонок у него не было.

Рыжий парень, не сводивший глаз с Леры, подхватил:

— А хоккеисткам можно расслабляться?

Рыжие волосы торчали во все стороны, веснушки, наглая улыбка. И явный интерес.

Лера прищурилась.

— Осторожно, мальчик. Я играю в защите.

— Я нападающий, — не моргнув, ответил он.

— Вижу. Слишком уверенный.

— А ты слишком красивая, чтобы сидеть тут с брокколи.

Лера фыркнула.

— Это не брокколи. Это трагедия моей подруги.

Светловолосый парень усмехнулся, бросая на меня взгляд исподлобья.

— Так что, Кострова. Придешь?

Я пожала плечами.

— Посмотрим.

Он подмигнул, и вся троица, наконец, вернулась к своему столу.

Лера тут же наклонилась ко мне.

— Видела? Ты только из раздевалки с огнём в глазах вышла, а уже очередь.

— Это не очередь. Это спортивная солидарность.

— Это гормоны, Кострова.

Я закатила глаза.

— И вообще, — продолжила она, — если ты хочешь отвлечься от своего мрачного тирана в чёрном, вечеринка — отличный вариант.

— Он не тиран.

— О, ты его уже защищаешь.

Я вздохнула.

— Лера, он просто… сложный.

— Сложные — это кубики Рубика. Мужики либо ведут себя нормально, либо нет.

Я поковыряла вилкой рис.

— Может, ты и права. Надо отвлечься.

Я уже поднесла вилку ко рту, когда вдруг почувствовала это.

Взгляд.

Я обернулась.

У входа в столовую стоял Чернов. И смотрел прямо на меня.

Лера проследила за моим взглядом и тихо прошептала:

— О-о. А вот и граф Дракула.

Чёрт.

Я автоматически выпрямилась.

Чернов кивнул администратору, что-то коротко сказал. На секунду его взгляд снова скользнул по нашему столу.

По мне.

По хоккеистам.

И обратно.

Холодно. Спокойно. Как будто он просто отмечал детали.

Потом развернулся и пошёл к выходу.

Лера округлила глаза.

— Он ревнует.

— Он контролирует.

— А ты дрожишь.

Я сжала челюсть и отодвинула тарелку. Аппетит внезапно пропал.

Лера взяла мою вилку и ткнула ею в рис.

— Ну всё, — сказала она. — Теперь я точно хочу на ту вечеринку.

— Зачем?

Она ухмыльнулась.

— Хочу посмотреть, как твой айс-генерал будет делать вид, что ему всё равно.

ГЛАВА 5. Необдуманные решения и шайбы

Если бы утром кто-нибудь сказал мне, что вечером я окажусь на хоккейной игре, буду орать среди толпы и махать шарфом команды, я бы предложила этому человеку проверить голову.

Но вот я здесь.

— Кострова, не кисни! — заорала Лера мне прямо в ухо, перекрикивая рев трибун.

Я дернулась.

— Я не кисну! Я оглохла!

Лера довольно хохотнула и хлопнула меня по плечу так, что я чуть не уронила стакан с колой.

Ледовая арена вечером выглядела совсем иначе, чем утром. Днем здесь пахло тренировками, магнезией и пОтом. Сейчас — попкорном, энергетиками и азартом.

Музыка грохотала. Трибуны ревели.

И двадцать хоккеистов носились по льду, как стая очень агрессивных танков.

— Напомни, как ты меня сюда затащила? — пробормотала я.

— Очень просто, — пожала плечами Лера. — Я сказала: «Пойдём посмотрим игру».

— А я сказала: «Нет».

— А потом я сказала: «Там будут парни».

— И я снова сказала: «Нет».

Лера широко улыбнулась.

— А потом я сказала: «Там будет тот высокий блондин, который смотрел на тебя в столовой».

Я закатила глаза.

— Манипуляторша.

— Профессионал, — поправила она.

На льду раздался грохот. Кто-то в очередной раз впечатал соперника в борт.

Трибуны взорвались.

— ДААА! — заорала половина зала.

Я невольно рассмеялась.

— Вы тут реально дерётесь.

— Это называется контактный спорт, — важно заметила Лера.

— У нас за такое снимают баллы.

— Поэтому у вас и скучно.

Я уже собиралась возмутиться, когда вдруг почувствовала на себе взгляд. Я машинально повернула голову. И почти сразу нашла его.

Тот самый хоккеист из столовой.

Высокий блондин остановился у борта. Шлем был в руке, волосы растрепаны, дыхание тяжелое после периода. Он смотрел на трибуны. Когда я пересеклась с ним взглядом, уголок его губ медленно дернулся.

Черт.

Лера заметила это мгновенно.

— О-о, — протянула она. — Контакт установлен.

— Замолчи.

— Он тебя узнал.

— Это несложно. Ты с ног до головы обмотала нас шарфами его команды.

На льду прозвучал свисток.

Блондин натянул шлем обратно и выехал на площадку.

Через десять секунд он уже мчался через центр площадки, разгоняясь как поезд.

— Как его зовут? — спросила я.

— Никита Орлов.

— Ты знаешь всех?

— Я хоккеистка. Это профессиональная деформация.

На льду Орлов перехватил шайбу.

Разворот.

Удар.

Шайба с глухим звуком влетела в ворота.

Арена взорвалась.

— ГО-О-ОЛ!

Лера подпрыгнула.

— Я же говорила!

Я невольно улыбнулась.

Орлов проехал мимо трибуны. И снова посмотрел на меня. Пристально и уже без улыбки.

— Всё, — спокойно сказала Лера. — Ты попала.

— Я просто пришла посмотреть игру.

— Да-да. Расскажи это его номеру телефона через пару часов.

Я фыркнула.

— Через пару часов я буду дома. Спать и набираться сил перед тренировкой.

Лера посмотрела на меня с выражением человека, который только что услышал очень наивную теорию.

— Ага. Конечно.

— Что «конечно»?

Она кивнула на лёд.

— Алин, он только что забил гол и всё равно пялится на трибуну, где сидишь ты, - заметила подруга. – Ты не знаешь хоккеистов – они упертые. Рано или поздно ты все равно пойдешь с ним на свидание. Поэтому предлагаю сохранить твои нервы и просто ненадолго заглянуть на эту вечеринку. А потом брат заберет тебя, и ты даже не нарушишь своего режима.

Я задумчиво уставилась на лед. План звучал вполне логично. Зайти на пару часов. Повеселиться. Уйти раньше, чем вечер окончательно превратится в плохую идею…

И вот уже спустя полтора часа мы с Лерой заходим в бар, где хоккейная команда отмечала свою победу.

Музыка била по стенам, свет прыгал по лицам, кто-то стучал пустыми бокалами по барной стойке, а несколько хоккеистов уже пытались докричаться до диджея.

Я остановилась у входа.

— Может, смоемся, пока не поздно, — с надеждой посмотрела я на Леру

— Поздно, — пожала она плечами.

— Почему?

Она кивнула в сторону бара.

— Потому что он уже идёт.

Я подняла глаза.

Орлов действительно шёл к нам через толпу. Высокий, расслабленный, в чёрной футболке и джинсах, будто не он полчаса назад носился по льду и забивал шайбы.

Подойдя, он остановился почти вплотную.

— Я уж думал, ты передумала, Кострова.

— Я тоже так думала, — честно ответила я.

Он усмехнулся.

— Тогда это судьба.

— Или плохое влияние, — покосилась я на Леру.

Подруга широко улыбнулась.

— Не благодарите.

Орлов повернулся к бармену.

— Одно виски с колой. И… — он посмотрел на нас. — Что будете?

Лера очаровательно улыбнулась.

- Виски, можно без колы.

Я прикусила губу.

- А мне колу, можно без виски.

Бармен, хмыкнув, начал разливать напитки.

Орлов подвинул бокал ко мне.

— Не переживай, Кострова. Это просто кола. Тренер не узнает.

Я фыркнула.

— Ты плохо знаешь моего тренера.

— Это тот, который всегда ходит в чёрном?

Я подняла бровь.

— Ты его заметил?

— Его сложно не заметить. Он смотрит так, будто готов выгнать половину зала за нарушение дисциплины.

Я хмыкнула.

— Похоже на него.

Орлов сделал глоток виски и слегка наклонился ко мне.

— Строгий?

— Он считает, что «веселье» — это лишний элемент программы.

Орлов усмехнулся.

— Тогда сегодняшний вечер точно ему бы не понравился.

— Именно поэтому он о нём не узнает.

Лера уже успела переместиться к другому концу барной стойки. Рыжий хоккеист что-то доказывал ей, активно размахивая руками.

— Я говорю, это был чистый офсайд!

— Ты вообще правила знаешь? — фыркнула Лера.

— Я в хоккей играю!

— Тогда почему ты их нарушаешь каждые три минуты?

Орлов кивнул в их сторону.

— Кажется, твоя подруга нашла себе занятие.

Я усмехнулась.

— Сомневаюсь, что он переживёт этот разговор.

Музыка в баре стала громче. Кто-то из команды уже тянул Орлова за плечо.

— ОРЛОВ! ДАВАЙ НА ТАНЦПОЛ!

Он отмахнулся и снова посмотрел на меня.

Пару секунд просто рассматривал.

— Слушай, Кострова.

— М?

Он поставил стакан на стойку.

— Потанцуешь со мной?

Я подняла бровь.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно.

— Я танцую только на льду.

Орлов пожал плечами.

— Тогда считай, что сегодня у тебя дебютная тренировка.

Я хмыкнула.

— Ты настойчивый.

— Я нападающий. Это часть работы.

Я покосилась на Леру. Она как раз в этот момент ткнула рыжего пальцем в грудь и что-то сердито объясняла.

Похоже, спасать меня было некому.

Я снова посмотрела на Орлова.

— Один танец.

Он улыбнулся так, будто только что забил ещё одну шайбу.

— С этого всё обычно и начинается.

И потянул меня к танцполу.

Толпа лениво расступалась. Музыка замедлилась, свет стал более приглушенным. Люди начали двигаться ближе друг к другу.

Орлов положил ладонь мне на талию. Не резко. Просто уверенно, как человек, который привык держать равновесие.

Я невольно вздрогнула.

— Расслабься, — сказал он тихо. — Я тебя не уроню.

— Я обычно падаю сама.

Он усмехнулся.

— Верю.

Мы начали двигаться в ритме музыки. Толпа вокруг толкалась, смеялась, кто-то кричал через плечо, но внутри этого шума вдруг стало странно спокойно. Мужская рука на талии была тёплой и тяжёлой. Я поймала себя на том, что автоматически держу спину ровно.

— Привычка? — заметил он.

— Профессиональная деформация.

Орлов чуть притянул меня ближе, чтобы пропустить пару танцующих мимо. Его ладонь на секунду скользнула по моей спине, и по коже пробежали мурашки.

Чёрт.

Он тоже это почувствовал. Я увидела по тому, как на секунду замедлилось его движение.

— Ты напряжена, — сказал он.

— Я думаю.

— О чём?

— О том, что мой тренер меня убьёт.

Орлов усмехнулся.

— Значит, ему лучше не знать.

Музыка стала громче.

Он чуть наклонился, чтобы сказать прямо у моего уха:

— Расслабься, Кострова. Иногда можно просто танцевать.

Я подняла глаза.

- Я пытаюсь.

Орлов улыбнулся.

— Тогда давай начнём с простого.

— С чего?

— С того, что ты перестанешь выглядеть так, будто готова в любой момент сбежать.

Я прищурилась.

— А если я действительно готова?

Он спокойно посмотрел на меня.

— Тогда мне придётся придумать повод, чтобы ты осталась.

И наклонившись, медленно поцеловал в губы.

ГЛАВА 6. Вечеринка с последствиями

Этот поцелуй с привкусом виски мне неожиданно понравился.

Очень.

Настолько, что на мгновение я вообще забыла, где нахожусь.

Музыка гудела вокруг, люди толкались на танцполе, свет прыгал по лицам, но всё это вдруг отступило куда-то в сторону. Остался только его запах. Тёплая ладонь на талии. И губы, которые мягко коснулись моих. Поцелуй был медленным и безумно чувственным.

Хоккеист дал мне секунду - осознать, что происходит. И только потом притянул ближе. Его руки стали увереннее, удерживая меня среди толкающейся толпы.

Я замерла.

Сердце ударило где-то в горле.

Он целовал спокойно, без спешки, будто точно знал, что делает. Чуть наклонил голову, и поцелуй стал глубже. От него пахло холодным воздухом улицы, виски и чем-то ещё… тёплым, мужским.

У меня закружилась голова. Как после слишком быстрого вращения на льду.

Я на секунду ухватилась пальцами за его футболку, чтобы удержать равновесие. Орлов тихо выдохнул, и от этого тёплого дыхания по коже побежали мурашки.

И именно в этот момент я резко отстранилась.

Черт, что я делаю… Я ведь его даже не знаю!

Я моргнула, пытаясь выровнять дыхание. Орлов пристально смотрел на меня.

— Всё нормально? — тихо спросил он.

Я улыбнулась, делая вид, что ничего особенного не произошло. Этому парню лучше не знать, что это был мой первый поцелуй.

— У вас в хоккее это стандартное приветствие?

Он усмехнулся.

— Обычно нет. Но иногда приходится импровизировать.

Я провела языком по губам и только сейчас заметила, что они всё ещё немного горят.

Оров усмехнулся, не сводя с меня сверкающих глаз.

— Пойдём, — решительно сказал он и, взяв меня за руку, потянул с танцпола. Пальцы у него были тёплые и сильные. Я вдруг поймала себя на том, что не спешу убирать руку.

Через пару секунд мы уже стояли у барной стойки. Я облокотилась о деревянную столешницу. Голова всё ещё кружилась. Но уже не так резко. Просто… странное состояние. Как после длительной тренировки.

Орлов встал рядом. Его плечо коснулось моего.

— Ты точно пила только колу? — улыбнувшись, спросил он.

Я усмехнулась.

— Ага.

Он наклонился ближе.

— Значит это от меня у тебя так кружится голова?

Я закатила глаза.

— Не льсти себе. Я просто не привыкла к таким шумным местам.

Он положил руку на барную стойку позади меня, почти замыкая пространство, и прошептал на ухо.

— Но поцелуй тебе всё-таки понравился.

Я приподняла бровь.

— С чего ты взял?

Он улыбнулся.

— Ты не убежала.

Я уже собиралась сказать в ответ что-то колкое, как вдруг услышала за спиной знакомый голос.

Очень знакомый.

И очень недовольный.

— Алина.

Я медленно закрыла глаза.

Боже, не-е-е-ет…

Макс стоял в двух шагах от нас, скрестив руки на груди и разглядывая происходящее с выражением бойца без правил, который уже готов к первой крови.

Его взгляд сначала прошёлся по мне.

Потом по Орлову.

Потом по его руке на стойке за моей спиной.

Пауза.

— Ничего себе, — медленно протянул он. — Я, кажется, пропустил основную часть тренировки.

Я тяжело вздохнула.

— Макс, только не начинай.

— Я ещё даже не начал, — отрезал он. — Я просто пытаюсь понять, это у вас новая методика подготовки или вольная программа?

— Алина, это твой парень? — негромко спросил Орлов, продолжая нависать надо мной.

Я помотала головой.

— Хуже.

— Бывший?

— Ещё хуже.

— Тогда кто? – озадаченно нахмурился хоккеист.

Я вздохнула.

— Это мой брат.

Орлов на секунду замолчал, потом расплылся в широкой улыбке.

— А… тогда понятно. Претензии по делу.

И протянул руку Максу.

— Никита.

Макс недовольно покосился на раскрытую ладонь, но все же пожал ее.

— Максим.

И крепко сжал руку, чуть дольше, чем нужно для вежливого знакомства. Орлов тоже не спешил отпускать. Улыбался. Спокойно. Даже слишком спокойно.

Я устало потерла виски.

Отлично. Теперь у меня кружится голова уже не от поцелуя.

— Очень приятно, — сверкнул ямочкой на щеке Орлов.

— Не уверен, — сухо ответил Макс.

Пауза повисла такая, что даже музыка из зала на секунду показалась тише.

Я закатила глаза.

— Господи, вы можете не устраивать дуэль прямо у барной стойки?

— Я не устраиваю, — спокойно сказал Макс, не сводя глаз с Орлова. — Я знакомлюсь с твоими новыми друзьями.

К нам подошла Лера, держа в руке стакан с виски и сияя так, будто попала на бесплатный спектакль.

— О! Семейный контроль приехал!

Я тихо простонала.

— Лера, пожалуйста…

Но было уже поздно.

Макс посмотрел на её бокал, потом очень медленно перевёл взгляд на меня.

— Отлично, — протянул он. — То есть ты не на тренировке. Ты не дома. Ты в баре. С хоккеистами. И ещё и под присмотром вот этого…

Он кивнул на стакан в руке Леры.

— …ответственного лица.

Лера невозмутимо сделала глоток.

— Вообще-то я слежу, чтобы она не скучала.

— С этим, я смотрю, проблем нет, — сухо бросил Макс.

Рыжий тут же материализовался рядом с Лерой, как будто его вызвали по громкой связи.

— Всё нормально? — спросил он, оглядывая нас. — Или мне тоже готовиться к разборкам?

— Готовься, — хмыкнула Лера. — У нас семейный совет.

Рыжий довольно улыбнулся.

— Обожаю семейные советы.

Макс снова посмотрел на меня.

— Домой.

— Нет.

Он приподнял бровь.

— Нет?

— Нет, — спокойно повторила я. — Я совершеннолетняя и могу один вечер провести без конвоя.

— В баре. С подвыпившими хоккеистами.

— Да. Представь себе.

Орлов тихо хмыкнул рядом.

Макс повернулся к нему.

— Смешно?

— Немного, — честно признался Орлов.

— Ты мне сразу не понравился.

Лера ткнула рыжего локтем.

— Смотри, сейчас будет драка.

— Надеюсь, — оживился он.

Я посмотрела на Макса.

— Как ты вообще меня нашел? Я же написала тебе, что доберусь домой сама.

Макс огляделся, и надо же было именно в этот момент хоккейной команде начать на спор выпивать шоты с текилой.

- Я проезжал мимо Ледового и решил по пути забрать тебя, - скрипнул он зубами. – Там встретил Чернова, и он сказал, что, если тебя нет дома, значит ты в баре, где хоккеисты обычно отмечают победы.

У меня внутри всё похолодело.

Чернов знал?!

Где-то за спиной заорали:

— ЕЩЁ ПО ОДНОЙ!

Бар взорвался смехом, стекло звякнуло о стекло, Лера радостно хлопнула рыжего по плечу, кто-то начал спорить с диджеем, но весь этот шум вдруг стал глухим, как будто меня накрыли стеклянным колпаком.

В голове крутилась только одна мысль.

Он знал.

И словно в подтверждение, у меня в кармане завибрировал телефон. Я машинально достала его. На экране высветилось: Чернов.

Лера увидела имя и едва не подавилась виски.

— О-о… вот теперь точно кабзда.

Все уставились на меня.

Твою ма-а-а-ать…

Пару секунд я просто смотрела на экран. Как будто если не отвечу, он перестанет существовать.

Не перестал.

Я медленно провела пальцем по кнопке.

— Да?

В трубке повисла короткая пауза. Та самая, от которой автоматически хочется выпрямить спину и перестать дышать.

— Кострова, — спокойно проронил в трубку Чернов. — Завтра в семь. Не опаздывай.

Я сглотнула.

— Хорошо.

Пауза.

— И постарайся выспаться. Завтра тебя ждет напряженный день.

Связь оборвалась.

Я медленно опустила телефон и на мгновение прикрыла глаза. Музыка снова ударила по ушам, кто-то заорал у бара, а я вдруг почувствовала, как усталость накрывает с головой. Резко. Как после провального проката.

Я взяла сумку.

— Всё. Поехали.

Макс кивнул.

Я сделала шаг к выходу, потом остановилась и обернулась.

Орлов стоял у бара, засунув руки в карманы, и смотрел прямо на меня.

Спокойно.

С той самой наглой улыбкой. Будто знал, что это ещё не конец.

- Эй, Кострова! – бросил он через музыку. – Увидимся завтра.

Я ничего не ответила и вышла из бара.

На улице было холодно.

Слишком трезво после этого вечера.

Я глубоко вдохнула и посмотрела в тёмное небо.

Завтра будет лёд.

Чернов.

И очень длинная тренировка.

И почему-то я была уверена — он заставит меня отрабатывать каждую ошибку.

До последнего вздоха.